Предисловие Галины Воробьёвой

Предисловие Ильи Франка

ЭССЕ (франц. essai - опыт, набросок), жанр философской, литературно-критической, историко-биографической, публицистической прозы, сочетающий подчёркнуто индивидуальную позицию автора с непринуждённым, часто парадоксальным изложением, ориентированным на разговорную речь...[1]

В тот судьбоносный час, когда человека охватывает непреодолимое желание взяться за изучение японских иероглифов, на него сразу же наваливается груз сомнений, обусловленных множеством вопросов, один из которых можно сформулировать приблизительно так: а с каких, собственно говоря, иероглифов лучше всего за это самое изучение взяться? В ответ, как правило, предлагается несколько общепринятых подходов, некоторые из которых рекомендуют сначала приступить к запоминанию самых лёгких в плане графического начертания знаков с постепенным переходом к более сложным. Не менее успешно можно заучивать иероглифы по частоте их встречаемости, вводя со временем в свой обиход всё более и более редкие знаки. Кроме того имеет смысл следовать опыту тех, кто, раздобыв где-нибудь список кандзи, рекомендуемых для сдачи экзаменов «Норёку сикэн»[3], последовательно и методично заучивает их один за другим.

Все эти методы прекрасно зарекомендовали себя и вполне сгодились бы и для нас с вами, если б не желание в таком тонком деле опираться не столько на чужой, сколько на свой, пусть маленький, но всё-таки опыт. А какой у нас может быть опыт в области японского языка? Для кого-то это может прозвучать несколько неожиданно, но некоторым опытом в области японской лингвистики мы обладаем с самого раннего детства, причём опыт этот, как это ни странно, достаточно весомый, хотя об этом мало кто из нас пока догадывается.

Посмотрите внимательно на следующую надпись:

Неужели это слово, записанное по-японски, не показалось вам до боли (в прямом смысле этого слова) знакомым? А ведь каждый из нас слышал это слово и знает о его существовании с детских лет!

Всё ещё не узнали? Не странно ли? Особенно учитывая тот поразительный факт, что эти три иероглифа вместе образуют слово, ставшее уже почти русским. Речь идёт о каратэдо:[4] - легендарной борьбе, зародившейся на далёкой Окинаве, и больше известной нам под названием каратэ.

В меру наших скромных сил и возможностей попробуем исследовать этот маленький японско-русский феномен. Для начала поступим абсолютно нелогично - совсем как «настоящие» японцы, которые делают все не так, как привыкли делать мы, а «шиворот-навыворот». Подчиняясь этому феноменальному принципу, начнём исследование не с первого иероглифа, как того следовало бы ожидать, а с последнего.

Итак, перед нами исключительный по красоте и значимости знак, который в самом обыденном смысле обозначает дорогу, тропу или тропинку. Чуть в более широком значении это путь. И уж совсем в философском плане этот иероглиф символизирует не просто путь, а Путь! Причём Путь с самой большой буквы «П».

Данный иероглиф, как и большинство других японских иероглифов, обязан своим происхождением Китаю. В далёкой Поднебесной этот полный изящества символ тоже обозначал «путь» и имел величественное название «ДаО»[5]. Название это настолько значительное, что хочется на секундочку приостановить наше повествование и произнести: «Мы говорим ПУТЬ - подразумеваем ДАО? Мы говорим ДАО - подразумеваем ПУТЬ!». Читающий эти строки, возможно, уже догадался, что именно иероглиф 道 определяет на письме название религиозно-философского учения Даосизм (Учение ПУТИ)[6].

Иероглифом «Путь» нельзя не восхититься. Может быть, вибрации душевных струн у кого-то он и не вызовет, но испытать внутренний трепет при оценке его сложности суждено будет каждому. Попробуем разобраться, так ли страшен этот символ на самом деле.

По большому счёту нам никто не мешает попытаться нарисовать этот знак прямо сейчас, но тем не менее мы с этим немного повременим. История китайских иероглифов насчитывает уже свыше четырёх тысяч лет, методика их рисования за эти годы была отшлифована до совершенства, а в искусстве каллиграфии[7] - вообще доведена до абсолюта. Поколения людей из века в век тратили годы своей жизни только на то, чтобы лишь прикоснуться к таинству иероглифической живописи. Стоит ли следовать их примеру? Да и нужно ли это нам?

Что бы там ни говорили, а всё-таки очень уж хочется научиться писать иероглифами, и не просто писать, а писать если уж не изысканно, то хотя бы относительно правильно. Для начала попробуем разобраться с последовательностью рисования иероглифа 道, за это время ставшего даже чуточку родным и близким.

Прежде всего обратим внимание на то, что данный знак состоит из некоторого набора линии (чёрточек, черт, штрихов). Мы скоро узнаем, насколько важно знать число черт, из которых состоит тот или иной иероглиф, поэтому прямо сейчас попробуем их сосчитать. Всего должно быть 12 черт. Если у вас получилось не так, тогда попробуйте пересчитать ещё раз.[8]

Опять не получилось?! В таком случае посмотрите на изображённый ниже рисунок и внимательно исследуйте направленность и последовательность рисования отдельных линий.

Пожалуйста, прервите дальнейшее чтение. Следуя схеме, попробуйте несколько раз нарисовать на бумаге данный иероглиф. Особое внимание обратите на то, чтобы ваш знак не выходил за рамки условного квадрата. Если вы будете точно соблюдать предписанные последовательность и направления, то рано или поздно ваша рука, как, впрочем, и вы сами, прочувствуете необыкновенную красоту данного иероглифа, лаконичность геометрии его линий и тщательнейшую продуманность последовательности их прорисовки.

Обратите внимание на тот факт, что хотя некоторые из черт (1, 2, 10) меньше всего похожи на линии (больше на точки или запятые), однако они тоже являются чертами. Также может показаться весьма странным, что толщина горизонтальных и вертикальных линий не меняется, а наклонные линии к концу либо сужаются, либо расширяются. Объясняется это тем, что толщина наклонных линий, наносимых более свободно по сравнению с горизонтальными и вертикальными линиями, меняется в зависимости от нажима кисточки. В начале (в момент приложения кисточки к бумаге) нажим отличается своей силой, а в конце ослабевает вплоть до полного отрыва кончика кисточки от поверхности бумаги.

Всё это, скажете вы, так, но почему тогда линии 1, 10 и 12 к концу не сужаются, а, наоборот, утолщаются? Чтобы ответить на этот вопрос, нам понадобятся самые минимальные знания из области технологии нанесения линий. Как уже было отмечено выше, когда косая черта идёт сверху вниз и справа налево (линия 2), то кисточка движется от достаточно сильного нажатия в начале своего пути до плавного отрыва от поверхности листа (отсюда и сужение линии). Но когда кисть проводит косую черту сверху вниз и слева направо (линии 1, 10, 12), рука по мере движения наоборот вдавливает её в бумагу, как будто ставит точку, отчего и появляется утолщение.

Все эти объяснения приведены не ради того, чтобы вы тут же побежали в ближайший магазин за кисточками и школьным набором акварельных красок (хотя бы потому, что для каллиграфии необходимы и кисточки специальные, и краски особые), а для того, чтобы стала понятна причина некоторых странностей в поведении линий. Конечно же, для начертания иероглифов мы будем пользоваться карандашом или шариковой ручкой - таково веление времени[9], а раз так, то у нас нет особой необходимости заботиться о соблюдении тщательной прорисовки всех описанных утолщений.

Вот уже несколько страниц посвящено одному единственному иероглифу. Много это или мало? Трудно сказать, но хочется отметить, что раз иероглифы бесконечны по своей сути, то и изучать их можно всю свою жизнь. Японская письменность уходит корнями в древнюю философию, древнее искусство, древнее мировоззрение, древнюю магию. Когда иероглифы перестали быть достоянием одного только Китая и, вырвавшись за его пределы, наполнили собой сознание жителей соседних стран, в том числе и Японии, они стали отражать в себе психологию, характеры и национальные особенности воспринявших их народов. В результате взаимодействия с другими языками, иероглифы по своим свойствам и обновлённому содержанию стали ещё интереснее и богаче. Не из-за этой ли способности к развитию иероглифы, возраст которых сопоставим с возрастом египетских пирамид, продолжают не только жить подобно живому организму, но и не перестают волновать воображение многих и многих умов.

Каждый китайский иероглиф оригинален и неповторим как по своей сути, так и по «внешности», но тем не менее всем им присущи некие общие свойства, благодаря чему, изучая только один знак, мы постигаем все остальные. Так уж повелось на Востоке, наблюдая за барахтающимся в дорожной пыли воробьём, познавать всё богатство и разнообразие окружающего мира.

Во время недавней попытки «правильно» нарисовать иероглиф «Путь» обратили ли вы внимание на некоторые странности в поведении этого иероглифа? Например, можно было заметить, что кривая под номером 6 явно состоит из двух черт, а не из одной, как это показано на схеме. И это не ошибка - просто при подсчёте черт следует руководствоваться основными принципами начертания иероглифов, в основу которых положена идея о максимальной экономии движений руки[10]. Согласно одному из таких принципов две образующие угол линии (горизонтальная и вертикальная) являются одной чертой, поскольку при их проведении кисточка не отрывается от бумаги, а лишь меняет направление движения. Незнание этого принципа часто приводит к неправильному подсчёту черт в иероглифе и последующему безуспешному поиску его в словаре.

В давние-давние времена (мукаси-мукаси) разум древнего японца ещё не был «замутнён» хитроумным коварством китайской письменности. Когда же с материка на японский архипелаг проникли иероглифы, островитяне некоторыми из них стали на письме обозначать японские слова, смысл которых наиболее точно совпадал со значением этих иероглифов. Так, на долю китайского иероглифа 道 (Путь) выпала миссия записывать японское слово «мити» (дорога, путь). Теперь, заметив в тексте среди других кандзи иероглиф «ДАО», японец может вслух произнести слово «мити». Однако «мити» не стало новым названием иероглифа 道 - в необычных для него условиях этот иероглиф смог сохранить своё прежнее китайское название. При этом, правда, замысловатое заморское слово «ДАО» японцы всё-таки исказили до упрощённого и легко произносимого «ДО:»[11]. И это далеко не частный случай. Многие китайские иероглифы (по-японски, кандзи), взятые на вооружение японцами, при пересечении границ Страны Восходящего Солнца стали получать как минимум два названия: ОНное[12] - трансформированное китайское звучание (чтение) иероглифа и КУНное[13] - то японское слово, которое было принято записывать данным конкретным иероглифом.

Если какой-то кандзи, например 道, на бумаге обозначал простое японское слово (в нашем случае «путь», «дорогу»), то его произносили вслух по-японски: «мити» (по его куну). А если этот же иероглиф принимал участие в записи какого-нибудь сложного слова, состоящего из нескольких иероглифов, (например, сёдо:[14] или синто:[15]), то обычно или ради краткости и простоты, или, может быть, чтобы покичиться своей учёностью, его произносили по ОНу[16].

Вот так с тех пор и пошло, что в одних случаях один и тот же кандзи произносится как ОН, а в других - как КУН. При этом, не обладая достаточным опытом, не всегда можно с уверенностью сказать, как именно надо произнести то или иное слово, даже если оно записано исключительно знакомыми кандзи, оны и куны которых хорошо известны читающему.

Неопределенность в воспроизведении вслух того, что видишь перед глазами, довольно сильно обескураживает. Слабым утешением может послужить тот факт, что японцам от их письменности достаётся не меньше, чем нам. Так, чтобы нынешнему жителю Страны Восходящего Солнца слыть более-менее грамотным человеком, ему приходится окружать себя многочисленными словарями и справочниками, сверяя многое из того, что говорится и пишется им, с канонами, заключёнными в этих толстых и умных книгах.

А теперь наступила пора самим попрактиковаться в японском словообразовании. Возьмём незнакомый нам иероглиф «СУЙ» (вода) и простым присоединением к нему иероглифа «ДО:» образуем совершенно новое слово:

水 (суй) + 道 (до:) = 水道 (суйдо:)

Спектр его значений широк: это и водопровод, и канал, и протока, и много ещё чего, что может попасть под характеристику «путь воды».

Вода по-японски - «мидзу». И бежит эта самая «мидзу» (水) по какому-нибудь из двух известных нам путей (道): либо по водопроводу - «суйдо:» (水道), либо по дороге - «мити» (道). И как это ни странно, но «добегалась» наша водичка до того, что мы с вами уже знаем три японских слова (вода, путь, водопровод) и пять лексических единиц (до:, суй, суйдо:, мити, мидзу), которые записываются с помощью всего-навсего двух иероглифов (水 и 道).

Вода - 水 - мидзу

Путь, дорога - 道 - мити

Водопровод, канал - 水道 - суйдо:

Вроде бы не сложно. Тогда подведём итоги по уже известным нам иероглифам в виде следующей таблицы[17].

[Кандзи - Значение Он_Кун Черты]

[道 - Путь ДО:_ мити 12]

[水 - Вода СУЙ_ мидзу 4]

«Мидзу» (кун кандзи «Вода») - приятное на слух, «льющееся» подобно самой воде слово, которое уже успело «просочиться» в наше сознание и основательно там укрепиться. Что же касается ОНа кандзи «Вода», то он знаком практически каждому. Трудно сегодня найти человека, который ни разу не слышал бы о древнекитайской практике «феншуй»[18] (ветер и вода), в названии которой отчётливо прослушивается то самое немного изменённое японское «суй». Как видим, иероглифы «Вода» и «Путь», несмотря на все жизненные передряги, исторические перипетии и новое «гражданство», смогли уберечь свои китайские корни от забвения.

Тренируясь по приведённым схемам в начертании иероглифов «Вода» и «Путь», попытайтесь «прочувствовать» принципы, которым подчинена последовательность прорисовки данных знаков.

Каждый раз, когда смотришь на китайско-японские иероглифы, постоянно открываешь для себя что-нибудь новое. Например, после непродолжительного знакомства хотя бы с некоторыми из них начинает бросаться в глаза то, что почти все иероглифы, за редким исключением, состоят из весьма ограниченного набора одних и тех же элементов. Те же иероглифы, которые как раз относятся к тому самому «редкому исключению», бывают настолько просты, что частенько сами выступают в роли строительных элементов в составе более сложных иероглифов.

Ещё раз внимательнейшим образом посмотрим на иероглиф 道 (значение - «Путь», он - «ДО:», кун - «мити»). В его структуре легко выделяется два компонента: ⻌ (дорога) и (шея). Это очень даже было правильно задумано: не изобретать тысячи новых знаков, а использовать некий базисный набор элементов для создания новых иероглифов. Иначе, пожалуй, никакой бы фантазии не хватило, чтобы наворотить то невообразимое количество иероглифов, которым изобилует китайский язык. Мало того, что всё это надо было бы кому-то когда-то придумать, так ведь нам пришлось бы всё это сегодня ещё и запоминать! Вот это, действительно, была бы «китайская грамота», пусть даже в усечённом японском варианте! Но всё, к счастью, обошлось исключительно малыми жертвами. Ясно, что составлять иероглифы, располагая в качестве «строительного» материала некоторым ограниченным количеством элементов, - задача не только вполне решаемая, но даже весьма привлекательная.

Как уже говорилось, в основе иероглифа «Путь» лежит знак ⻌ (дорога), который в японском языке сам по себе в качестве отдельного иероглифа не применяется и самостоятельного значения не имеет. Однако он более чем активно используется в качестве неотъемлемой части других иероглифов:

道 (ДО:_мити) - путь, дорога;

途 (ТО/ДЗУ_мити) - путь, дорога;

近 (КИН_тика-й)[19] - близкий;

速 (СОКУ_хая-й) - быстрый.[20]

Опять же интересен тот факт, что значения всех упомянутых в качестве примера иероглифов в той или иной степени определяются значением присутствующего в них элемента ⻌. То есть получается, что этот незатейливый кусочек задаёт смысловую направленность всех иероглифов, в состав которых он включён. Отсюда можно было бы сделать вывод о том, что вся китайско-японская письменность - это игра в картинки, цель которой, зная значение отдельных знаков, придумывать смысл их различных комбинаций.

В принципе, когда-то оно так, наверное, и было или, по крайней мере, так оно поначалу кем-то задумывалось. Однако шли годы, проходили века, тысячелетия, и вместе с ними менялись и иероглифы: одни упрощались, другие, наоборот, усложнялись, какие-то навсегда забывались, а какие-то вновь придумывались. В некоторых случаях терялся изначальный смысл, вложенный предками в тот или иной иероглиф, и на смену ему приходил новый. В результате сегодня дела обстоят так, что отнюдь не всякий иероглиф можно расшифровать, анализируя его графическую структуру, хотя в некоторых случаях такой подход остаётся действенным и оказывается порой более чем полезным.

Возьмём ту же самую «дорогу» (⻌). Казалось бы, сколько образности и выразительности таит она в себе! До чего точно в её изгибах воплощён образ горной дороги или тропы!! Какой самодостаточностью и красотой преисполнена её графика!!! Да разве не достоин этот рисунок того, чтобы, будучи обрамлённым деревянной рамочкой, висеть на самом видном месте в вашем доме? Конечно же, достоин, но вот только справедливости ради следует отметить, что изначально данный знак никогда не был рисунком с натуры, и уж тем более эскизом дороги. Когда-то он сам возник как результат слияния двух иероглифических символов, и трактовался в свою первобытную бытность не как «дорога», а как «движение».

Одну из частей иероглифа «Путь» мы уже разобрали - это ⻌ (дорога). Нам известно, что этот элемент в японском языке в качестве самостоятельного иероглифа не применяется, чего нельзя сказать о его другом хитроумном компоненте. Речь идёт об иероглифе 首 (шея), образ которого также участвует в формировании «Пути» 道.

Шея по-японски - «куби». Когда японец хочет сказать «шея», он так и говорит: «куби», когда же хочет написать слово «шея», то пишет знак 首. Другими словами, «куби» - это КУН иероглифа 首. А вот если мы спросим японца: «Сумимасэн га, (извините, пожалуйста, но) каким это иероглифом вы записали слово «куби»?», то в ответ услышим: «СЮ» (ОН кандзи 首). Получается, что есть старое доброе японское слово «куби» (шея), которое записывается чужеземным знаком (首), в несколько искажённом названии которого (СЮ) сохраняются бурные воспоминания о его китайском прошлом. «Куби» - это КУН иероглифа 首, «СЮ» - его ОН[21].

Самым простым будет сказать, что ОН - это китайское чтение иероглифа, а КУН - японское. Но такое определение не совсем корректно. Да мы и не стремимся к сухим академическим формулировкам. Для нас куда важнее, опираясь на многочисленные примеры и свой собственный опыт, прочувствовать смысл описываемых понятии. Но для этого нужно время. Сейчас же лучше всего будет придерживаться описания ОНа, как видоизменённого китайского названия того или иного кандзи, а КУНа, как того японского слова, которое как раз и принято записывать этим самым иероглифом.

[道 - Путь ДО:_мити 12]

[水 - Вода СУЙ_мидзу 4]

[首 - Шея СЮ_куби 9]

Можно ли по внешнему виду иероглифа судить о его происхождении? Опять в качестве примера рассмотрим иероглиф 道. Если воспользоваться доступными для обычного человека японско-русскими словарями иероглифов, то мы сможем получить лишь некоторую информацию о составляющих его компонентах «дорога» и «шея». На основании этого каждый сможет создать несколько собственных версий происхождения иероглифа или построить пару-другую логических опорных цепочек, которые помогут образно закрепить в памяти данный символ.

Вполне возможно, что знак 道 символизирует идущего по дороге человека, который загружает свою шею 首 тем, что постоянно вертит головой влево-вправо, любуясь красотой окрестных пейзажей. Или это бродячий торговец, который, двигаясь по дороге ⻌, утомляет свою шею работой, поворачивая голову из стороны в сторону, ведь в придорожных зарослях таится слишком много опасностей - от хищных зверей до известных своей жестокостью разбойников.

Таким вот образом можно создать бесконечно много разнообразных версий происхождения того или иного иероглифа, но эти версии могут служить только нам самим и совершенно не претендуют на какое-либо серьёзное отношение к ним со стороны специалистов. Однако если подобные истории хоть как-то помогут вам сориентироваться в безбрежном море китайско-японских символов - придумывайте их, разрабатывайте, сочиняйте и рассказывайте другим. А если в этих маленьких поучительных историях ещё и найдётся место для кунно-онных звучаний иероглифов, то тогда цены вашим разработкам просто не будет.

В какой-то степени все наши предположения по поводу происхождения иероглифа 道 несомненно имеют некоторое отношение к реальности, вернее, опираются на неё. Но надо всегда иметь в виду, что это всего лишь полёт (или потуги?) нашей не слишком обременённой глубокими знаниями фантазии. А вот, чтобы составить картину, более-менее соответствующую реальности, необходимо «с головой» окунуться в мир китайских иероглифов, заняться китайской фонетикой, начать изучать как историю китайского письма, так и саму историю Китая и Японии.

К месту будет отмечено, что иероглиф 首, который в словарях трактуется преимущественно как «шея», имеет более широкое значение, куда наряду с «шеей» входит также и «голова». Получается, что графически иероглиф 道 символизирует не столько взаимоотношение «дороги» и «шеи», сколько «голову на дороге», а когда узнаёшь, что племена в древнем Китае имели привычку в целях устрашения вывешивать вдоль дорог головы своих врагов, то становится вполне очевидной жуткая история происхождения иероглифа путь которого в прямом и переносном смысле устлан человеческими мозгами.

Несомненно, прошлое иероглифов может представлять определённый интерес для тех, кто их изучает, особенно, если это хоть в какой-то степени содействует дальнейшему их пониманию и усвоению. Но очевидно и то, что нет большого смысла в возвращении к древним началам только ради того, чтобы искать в них закодированный предками и забытый нынешними поколениями вселенский смысл. Известно ведь, что история человечества - это не история забвения некоей истины, которой мы когда-то обладали и которую якобы потеряли. Наоборот, каждый новый прожитый день, размывая пелену неизвестности, приближает нас к раскрытию того, что сегодня на интуитивном уровне пытается быть выраженным в едва угадываемых образах и символах. Подтверждением тому, в частности, служат и китайские иероглифы, которые за последние четыре тысячи лет не только не канули в лету, как это давно уже поспешили сделать многие из «нетленных истин», а, наоборот, повсеместно эволюционируют в своём развитии, всё больше и больше возбуждая интерес и будоража воображение. А раз так, то не значит ли, что все это зачем-то и кому-то всё-таки нужно?

Как уже отмечалось, многие кандзи состоят из нескольких элементов, подобно тому, как иероглиф 道 (Путь) состоит из элементов ⻌ (дорога) и 首 (шея)[23]. Эти элементы занимают не совсем равноправные положения по отношению друг к другу, и какой-нибудь из них обязательно является ключевым или, другими словами, ключом. Именно на выделении ключевого элемента основывается достаточно удобная система поиска иероглифов в словарях.

Выделить ключ в иероглифе «Путь» не составляет какого-либо труда, поскольку из элементов 首 и ⻌ именно «дорога» определяет смысловую направленность всего иероглифа. Во всех словарях, где поиск осуществляется по ключевой системе, обязательно имеется таблица ключей[24]. Все ключи в этой таблице (их всего 214) располагаются в порядке возрастания количества черт, из которых они состоят. Каждому ключу присвоен порядковый номер. Чтобы отыскать в таблице нужный ключ и узнать его номер, необходимо сосчитать в нём количество черт. Ключ «дорога» состоит из трёх черт, поэтому сразу же переходим к подгруппе трёхчерточных ключей[25]. Таких ключей там 39 штук. Среди них под номером 162 мы и находим нашу «дорогу».

Полдела сделано. Теперь уже в самом словаре необходимо найти раздел, в котором размещены все иероглифы, основанные на 162-ом ключе. В словарях на каждой странице кроме её номера для облегчения поиска указан также и номер соответствующей ключевой группы. Так, хоть и в небольшом по размерам, но очень удобном для пользования японско-русском словаре иероглифов Неверовой[26] иероглифы с ключом 162 (дорога) занимают 7 страниц (с 283-й по 290-ю). Здесь в общей сложности описано 56 таких иероглифов. Все кандзи расположены по группам в порядке возрастания содержащихся в них черт. Наш «Путь» (道) состоит из 12-ти черт, причём три из них приходятся на сам ключ, а девять - на всё остальное. Поэтому сразу же переходим к подгруппе кандзи, объединённых номером 9, и тут же на странице 287 читаем следующее:

А дальше следуют примеры слов, в образовании которых принимает участие этот кандзи.

Легко определиться с ключом иероглифа 道 и затем быстро найти в словаре сам иероглиф нам удалось благодаря тому, что мы заранее знали о совпадении значений элемента и иероглифа 道. Но в реальной жизни, когда в словаре необходимо найти иероглиф, о котором неизвестно ничего, кроме того, как он выглядит, сделать это бывает совсем не так просто. Правда, существует несколько простых правил, знание которых слегка облегчает определение того, какой из компонентов того или иного кандзи является ключевым. Согласно одному из таких правил, если какой-то из элементов охватывает собой другие (подобно нижнему хвостику у «дороги» в иероглифе 道), то, как правило, этот элемент и является ключевым[29].

Быть ключом - это не пожизненный удел какого-либо иероглифического элемента. Например, 首 (шея), будучи рядовым элементом в составе иероглифа 道, в то же время является единственным структурным элементом и ключом кандзи 首 (шея). Другим не менее интересным примером иероглифа-ключа является вынесенный в название данного эссе иероглиф 手 (рука).

Прежде чем исследовать данный иероглиф, попробуйте несколько раз прорисовать этот знак, неукоснительно следуя приведённой схеме. При прорисовке иероглифа «Рука» постарайтесь прочувствовать, чем же была обусловлена необходимость именно этой последовательности его начертания.[30]

А теперь разложим информацию о кандзи «Рука» в виде таблички, из которой будет видно, что японское слово «тэ» (рука) на письме записывается с помощью кандзи «СЮ», который сам себе и кандзи, и ключ.

[Кандзи - Значение Он_Кун Черты (ключ)]

[手 - Рука СЮ^*_тэ 4 (手 (64) рука)]

^*) Интересно, что и кандзи «Рука» и кандзи «Шея» имеют одно и то же онное чтение.

Нам уже известно, что при соединении разных иероглифов могут возникать новые слова (水 + 道 = 水道). Таким же образом соединим кандзи 手 (рука) и 首 (шея), в результате чего получится слово 手首.

Воздержитесь на время от дальнейшего чтения. Вместо этого поразмышляйте немного о возможном значении слова 手首. Раскрепостите свою фантазию, «помозгуйте» и, сделав пару-другую умозаключений, приступайте к дальнейшему чтению.

Итак, раздельно мы имеем «руку» и «шею». А вместе, как вы, наверное, уже догадались, этот исключительно поэтический образ (шея руки) обозначает обыкновенное... запястье!

Теперь нам необходимо произнести вслух полученное слово так, как оно должно звучать по-японски. В большинстве случаев мы поступим правильно, если образованное из нескольких китайских иероглифов слово прочитаем по их онам. Именно так, кстати, мы и сделали, когда однажды произнесли вслух слово «водопровод» (水道 → СУЙ + ДО: → суйдо:). Однако японский язык не был бы японским языком, и изучение его не доставляло бы столько удовольствия, если бы один рецепт годился на все случаи жизни. К нашему эстетическому удовольствию, слово «запястье» произносится не по онам, а по кунам слагающих его иероглифов 手首 → тэ + куби → тэкуби. Почему именно к эстетическому удовольствию? А только представьте себе, что это за «СЮСЮканье» получится, если мы для образования данного слова воспользуемся не кунами, а онами «Руки» и «Шеи».

К некоторому сожалению, в японском языке не существует определённых правил, следуя которым можно было бы однозначно правильно (только по кунам или только по онам) озвучивать те или иные сочетания кандзи. Мало того, что ситуация сама по себе и без того сложная, так ещё нередко встречаются слова, для образования которых от одного кандзи берётся кун, а от другого - он. За примером далеко ходить не надо, поскольку он нам хорошо известен - это «каратэдо:», с которого мы начали изучать японские иероглифы. Посмотрим из чего же состоит это слово.

[Кандзи – Чтение (ОН или кун) Значение]

[空^* - кара (кун) Пустой]

[手 - тэ (кун) Рука]

[道 - до: (ОН) Путь]

^*) Кандзи 空 будет подробно рассмотрен в 19-ом эссе. Сейчас же мы постараемся ограничиться минимальной информацией по этому знаку. Не следует на данном этапе специально запоминать ни его прорисовку, ни его звучание.

С учётом значений каждого из иероглифов получается «путь пустой руки»[31]. Хорошо видно, что для образования слова «каратэдо:» используются не только оны составляющих его иероглифов, но также и куны.

Как же не заблудиться и окончательно не потеряться в этом океане онов и кунов? Можно, конечно, пытаться искать какие-то закономерности, создавать свои системы, но всегда следует быть готовым к тому, что в любом случае реальность с треском разобьёт любые наши умозаключения, поэтому единственное спасение для нас - это опыт, опыт и ещё раз опыт, и наша с вами задача заключается в том, чтобы постоянно этот опыт нарабатывать, ведь чем больше нам будет известно слов, тем меньше будет шансов допустить ошибки при их чтении.

Как запомнить, что у кандзи 手 (рука) и 首 (шея) одинаковые оны, и как со временем окончательно не запутаться в их кунах? Как сделать так, чтобы иероглиф «Путь» всегда воспринимался нами как «мити» по его куну и как «ДО:» по его ону, и не сыграет ли однажды с нами злую шутку время, поменяв в нашей памяти местами все эти чтения?

Если полагаться только на механическое заучивание кандзи со всеми их чтениями и значениями, то где-то после 200-го или 300-го иероглифа, если не раньше, память начнёт усиленно нам изменять. В этой ситуации самое верное решение - не зацикливаться только на иероглифах, а обязательно запоминать их в окружении образуемых с их помощью слов, узнавать их в текстах и как можно больше работать с ними. Посудите сами, после всего прочитанного удастся ли теперь когда-нибудь забыть иероглиф 道 со всеми его «атрибутами»? Не выручит ли нас в трудную минуту обыкновенный «водопровод»? Попробуйте, кстати, прямо сейчас воспроизвести «путь воды» по-японски вслух. Не поможет ли кому-нибудь увлечение восточными единоборствами, в частности, каратэ?

К месту будет сказано, что кандзи «Рука» в японском языке нередко используется для образования названии разного рода профессий. Возьмём для примера такое занятие, как пение. «Песня» по-японски - ута, а «петь» - утау. Звучит мелодично и как-то песенно. Соответственно, «петь песню» - ута о[32] утау (если с учётом ударения, то «уТА О утау»).

«Песня» записывается иероглифом 歌 (КА)[33]. Разложим информацию по этому кандзи в виде знакомой нам таблицы-досье:

[歌 - Песня КА_ута 14 (欠 (76))]

Кандзи «Песня» и «Рука» вместе образуют слово «касю» (певец). Здесь на иероглиф 手, по всей видимости, возложена смысловая нагрузка указывать на умелость и мастерство в том или ином роде деятельности, в данном случае - в пении.

歌手 (касю) - это то японское слово, которое никогда уже не даст вам забыть ОНы кандзи «Песня» и «Рука». «Рука» же, совсем как в «правдивых» историях барона Мюнхгаузена, вытягивает за собой «шею» (и «голову» вместе с ней) с помощью «тэкуби» (手首) - запястья, абсолютно не приемлющего «сюсюканья» (СЮ + СЮ), и которое, в свою очередь, ведёт нас своей рукой по пути великого «Дао», то есть кандзи «ДО:» или, другими словами, «мити» (道).

Мы продолжаем знакомиться с кандзи «Песня» - иероглифом интересным и не менее ёмким, чем иероглиф «Путь». Знак 歌 (песня), также как и 道 (путь), с первого взгляда может показаться довольно сложным для запоминания, но только до тех пор, пока мы не разложим его «по полочкам», или, точнее будет сказать, «по чёрточкам». Прежде всего обратим внимание на его ключ 欠 (зевать). Ключ состоит из двух чётко различимых частей. Нижняя часть - это просто символическое изображение человека (人), сверху которого расположен широко раскрытый рот (слева от горизонтальной черты), что может обозначать либо процесс зевания, либо глубокое дыхание, либо пение, либо что-то в этом роде. А принимая во внимание ещё и левую часть иероглифа получается человек, зевающий (глубоко дышащий, поющий и т. д. и т. п.) в несколько широко раскрытых ртов. Многочисленными ртами, как вы уже, наверное, догадались, являются маленькие квадратики слева[34]. И вообще, не напоминает ли это всё в целом некий погребальный обряд, сопровождаемый многоголосым завыванием над завёрнутым в плащаницу или саван телом усопшего (испустившего дух)?

Пожалуйста, не сводя глаз с этого места или вообще закрыв их, вспомните, как по-японски звучит слово «певец» (главное, чтобы вы вспомнили сами, не прибегая к помощи зрения). После этого не забудьте произнести по-японски словосочетание «петь песню».

Искренне хочется надеяться, что у вас всё получилось. Перейдём к самому сложному в этой главе - попробуем нарисовать кандзи «КА». Когда вы изучали таблицу-досье на этот иероглиф, то у вас должны были возникнуть некоторые вопросы о несоответствии количества черт, которое приведено в таблице, тому количеству, которое, возможно, вы получили при подсчёте. Здесь нам опять на самом элементарном уровне придётся затронуть основы каллиграфии.

В этом непростом по структуре знаке обращает на себя внимание сложная последовательность рисования разных его частей, но сначала следует обратить внимание на общую динамику движения руки - сверху вниз и слева направо. Повинуясь этому принципу, мы мысленно выделяем левую и правую части иероглифа и приступаем к прорисовке левой части. Таким образом, мы начинаем движение кисти слева направо, как бы повинуясь основному правилу рисования обычной горизонтальной линии. Но поскольку левая часть сама по себе состоит из нескольких вертикально расположенных элементов, то мы вынуждены сначала заняться ею и только после этого перейти к правой части.

Единственное, с чем нам всерьёз придётся разобраться, так это с дважды повторяющимся элементом левой части иероглифа 歌 (песня). Как подсказывает весь наш предыдущий опыт, в данном знаке должно быть всего четыре черты, однако на схеме их пять. По какой то причине огибающая угловая линия разбита на два отдельных отрезка (1 и 5), в то время как линия 3 ведёт себя так, как и должна вести себя в подобной ситуации. Причина заключается опять же в результирующем направлении движения руки: если бы линию 1 и 5 мы провели без отрыва как единое целое, то нам, нарисовав её, пришлось бы вновь подняться в середину знака (влево и вверх), чтобы дорисовать элемент 2-3-4. Мы же, нарисовав черту 1 (верхний горизонтальный уровень), переходим к прорисовке следующего по вертикали сложного горизонтального уровня, чем и сохраняем общий поток движения кисти сверху вниз.

И, наконец, завершающий элемент иероглифа «Петь» - зевающий под покрывалом человек (пусть покрывалом будет линия 2). Знак этот абсолютно «прозрачен» в плане его прорисовки, поэтому, минуя его обсуждение, мы сразу же перейдём к вычерчиванию иероглифа 歌. Чертить (рисовать, писать) будем до тех пор, пока и вы, и ваша рука не почувствуете графическую логику его начертания. И пусть вашей рукой управляет не столько голова, сколько сама кисточка (ручка, карандаш или всё то, чем вы будете воссоздавать этот замечательный лирически настроенный иероглиф).

В том смысле, что попробуем подобно первоклассникам произнести и записать первую в своей жизни фразу на японском языке: «певец, поющий песню». Для начала в этой фразе изменим порядок слов так, чтобы он соответствовал японским правилам: «песню поющий певец». Здесь «певец» - то нечто (или некто), свойства и качества чего определяются словами «песню поющий», выступающими в качестве определения по отношению к «певцу». Таким образом, «певец» является определяемым (тем, свойства чего или кого определяют). Если согласно правилам русского языка одинаково правильно можно сказать как «поющий песню певец», так и «певец, поющий песню» (положения определения и определяемого можно менять местами без изменения смысла высказывания), то подобная вольность совершенно недопустима в японском языке, в котором определение предшествует тому, что оно определяет.

Варианты по-русски:

Японский вариант:

Или другими словами:

Будьте столь добры к себе, не поленитесь несколько раз записать это на бумаге и произнести вслух. Вас, возможно, немного беспокоит правильность произношения того, что написано сейчас перед вами, но вы всё произнесёте правильно, если не будете разделять эту фразу на отдельные слова и слоги, - она сама определит то, как ей следует произноситься.

А теперь, после столь впечатляющих успехов в области японской лингвистики, самое время написать какое-нибудь полноценное японское предложение, например, вот это: «певец поет песню». Сами понимаете, японский язык не был бы японским, если бы в этой фразе не таилась какая-нибудь закавыка. Учитывая, что у японцев глагол, играющий роль сказуемого, практически всегда ставится в конце предложения, надлежащим образом переставим местами слова. В результате получится следующее:

Певец песню поёт.

Теперь нам необходимо специальной частицей выделить то слово, ради которого вообще было создано это предложение - его тему. Здесь темой является «певец». Именно из-за него был затеян весь этот сыр-бор, не будь его - не было бы и предложения. Тему в японском предложении принято выделять частицей «ВА», которая записывается знаком азбуки Хирагана «ХА» (は)[36]. В результате получится следующее:

Никто и ничто не мешает нам записать полученное предложение в более естественной для Японии вертикальной форме:

Данное предложение с самого начала создавалось нами в просторечной форме, принятой в разговоре либо между равными по положению или возрасту людьми, либо в семейном или дружеском кругу. Для перевода его в не менее распространенную нейтрально-вежливую форму[37] необходимо немножечко преобразовать концовку предложения (это происходит за счет небольшого изменения глагола с добавлением к нему суффикса «мас»), и фраза теперь будет выглядеть (и звучать) так:

При произнесении после именительной частицы «ВА» обычно делается небольшая пауза, что позволяет дополнительно акцентировать тему.

Чтобы стало более понятным назначение частицы «ВА», попрактикуемся немного в русском языке. Глядя на потуги очередной эстрадной бездарности, зададимся вопросом:

- А что, собственно говоря, делает этот человек?

На что после некоторого раздумья получим простои и однозначный ответ:

- Певец поёт песню.

Мы, не ощущая какого-либо подвоха, переспросим:

- Кто поёт песню?

И получим абсолютно идентичное в своей беспристрастной формулировке пояснение:

- Певец поёт песню.

Оказывается, в русском языке на два по сути разных вопроса предусмотрены два практически одинаковых ответа:

- Что делает певец?

- Певец поёт песню.

- Кто поёт песню?

- Певец поёт песню.

Конечно, если это необходимо, мы подрабатываем необходимые акценты ударением, и собеседник прекрасно понимает, что мы хотим ему сказать, но при этом мы не всегда в состоянии проконтролировать ситуацию на письме, в результате чего можем попасть в крайне нелицеприятную по своей двусмысленности ситуацию. В японском же языке, в отличие от русского, чтобы избежать подобного рода затруднений, применяются чрезвычайно простые и удобные средства. Обратите, пожалуйста, внимание, насколько по-разному в японском языке будут строиться ответы на те же самые вопросы:

Первый вопрос:

- Певец что делает?

- Певец поёт песню: 歌手は歌を歌う (касю ва ута о утау).

Здесь «певец» - тема предложения. Все знают, что он есть, и в факте его существования никто не сомневается, но всем хочется получить о нём некоторую дополнительную информацию (Чем это он там занимается?).

Второй вопрос:

- Кто поёт песню?

- Певец поёт песню: 歌手が歌を歌う (касю га ута о утау).

Здесь «певец» уже не тема, а так называемая рема. Никого уже не интересует, что делает певец. Всем и так ясно, что кто-то исполняет вокал. Вопрос в другом: кто его исполняет?

Обратите внимание, что в обоих случаях слово «певец» находится в именительном падеже (Кто делает? Певец. Певец что делает? Певец поёт песню.) Удивительно, но в японском языке мирно и крайне эффективно сосуществуют два показателя именительного падежа: «ВА» и «ГА», при этом каждый из них выполняет свою, предначертанную только ему одному функцию.

В дальнейшем каждому неоднократно ещё будет суждено столкнуться с особенностями применения частиц «ГА» и «ВА», но при этом никогда не следует забывать те две основные модели их применения, с которыми мы только что познакомились. Да и вряд ли удастся кому-нибудь о них забыть, ибо редкое предложение в японском языке обходится без этих частиц, причём частенько они обе умудряются уживаться в одном предложении.

А сейчас остаётся только подвести некоторый итог, собрав в одном месте все выученные в первом и втором эссе иероглифы.

[歌 - Песня КА_ута 14 (欠 (76) зевать)]

[手 - Рука СЮ_тэ 4 (手 (64) рука)]

[道 - Путь ДО:_мити 12 (⻌ (162) дорога)]

[水 - Вода СУЙ_мидзу 4 (水 (85) вода)]

[首 - Шея СЮ_куби 9 (首 (185) шея)]

и слова:

水 - вода (мидзу)

道 - путь, дорога (мити)

手 - рука (тэ)

首 - шея (куби)

歌 - песня (ута)

歌う - петь (утау)

水道 - водопровод, канал (суйдо:)

手首 - запястье (тэкуби)

空手 - каратэ (каратэ)

空手道 - каратэдо (каратэдо:)

歌手 - певец (касю)

Потренируйтесь в устном и письменном воспроизведении известных вам иероглифов, скрыв от взгляда ту или иную колонку в таблицах.

В предыдущем эссе мы без особого труда смогли составить простое японское предложение (歌手は歌を歌う- певец поёт песню). Также мы научились конкретизировать (определять) существительные (歌を歌う歌手 - поющий песню певец). Применим освоенные приёмы в новом предложении:

歌を歌う歌手は歌を歌う.[39]

Это сложное предложение, грамматически правильное, но по смыслу абсурдное как с точки зрения европейской, так и с точки зрения азиатской, можно перевести разными способами: от «поющий песню певец поет песню» до «певец, который поет песню, песню поет». Как уже говорилось, смысла здесь «ни на йоту», хотя простора для фантазии и любования обилием двух иероглифов (歌, 手) в трёх размноженных словах (певец, песня, петь) хоть отбавляй.

Часто возникает непонимание того, как более точно следует понимать и переводить оборот, подобный этому: 歌を歌う歌手. Поющий песню певец? Певец, поющий песню? Певец, который поёт песню? Очевидно, что поскольку с точки зрения русского языка во всех перечисленных формулировках заключён один и тот же смысл, то для перевода этой фразы мы можем воспользоваться любым из упомянутых вариантов. Вследствие этого данный пример может навести на мысль о возможном превосходстве в разнообразии выбора выразительных средств родного нам языка над японским.

Чтобы у читателя не сформировалось превратное мнение о японском языке как о скудном и невыразительном, полезно будет ему напомнить о том, что наш взгляд на японский язык - это всего лишь взгляд европейца, взгляд, стремящийся к предельной конкретике в выборе словесно-образных формулировок. Японские же языковые средства, обусловленные самобытным культурным окружением и выражающие прежде всего характерные особенности менталитета японцев, при внимательном рассмотрении оказываются значительно более содержательными и ёмкими по сравнению с более привычными для нас языковыми возможностями.

Впрочем, в мировой литературе об этом и без того много написано, и нет смысла повторять истины, давно уже ставшие прописными. Необходимо только отметить, что японский язык, впитав в себя все особенности мировоззрения японцев, стал его достойным выразителем. Поэтому тот, кто изучает японский язык, рано или поздно начинает осознавать его нелинейный и многоплановый характер - именно то, чего так не хватает в переполненных аналитичностью европейских языках. К счастью, у нас впереди будет немало примеров, которые не раз позволят в этом убедиться.

В этой главе мы познакомимся ещё с одним чрезвычайно интересным иероглифом, с которым каждый из нас заочно знаком уже многие годы. Речь идёт о первом из двух иероглифов, образующих слово «феншуй» (風水 - ветер и вода), служащее названием древнекитайской системы эффективной организации пространства. Зная, что от китайского иероглифа «ШУЙ» (水) берёт своё начало японский кандзи «СУЙ» (水), можно небезосновательно предположить, что если китайское название иероглифа «Ветер» произносится как «фен», то и японское должно произноситься как-нибудь близко к китайскому варианту.

В этом месте, чтобы предвосхитить некоторые вопросы читателей и уберечь их от подстерегающих соблазнов, мы вынуждены приостановить основное повествование. Всё дело в том, что, приступив к изучению японского языка, трудно избежать проведения определённых параллелей с китайским языком и с китайскими иероглифами, что рано или поздно может привести к желанию заодно с запоминанием значений и звучаний японских кандзи запоминать также звучания и значения их китайских аналогов. Сами понимаете, здесь остаётся всего лишь шаг до соблазна заодно вместе с японским языком выучить между делом и китайский. И вот тут каждому нужно определиться, есть ли какой-нибудь смысл и необходимость вставать на такой трудный и неблагодарный путь? Если вами управляет некий мощный стимул, и если вы располагаете избытком свободного времени, то, действительно, почему бы не позволить себе одновременно изучать и японский, и китайский языки. Никому кроме вас, по крайней мере, от этого хуже не будет. Но если кроме неосознанного и неподкреплённого убедительными доводами намерения вы не ощущаете более серьёзных побудов, то лучше будет оставить эту затею и не утруждать себя такой тяжелой работой, в большинстве случаев заведомо обречённой на неудачу. Вместо этого лучше всего воспользоваться простым и чрезвычайно полезным советом: постарайтесь в своём попутно возникшем интересе к китайскому языку ограничиться, по крайней мере пока, лишь выявлением разного рода исторически обусловленных аналогий, способствующих более эффективному запоминанию японских кандзи[40].

Здесь, правда, о себе заявляет ещё одна существенная проблема: никогда не следует забывать, что фонетические трансформации, которым в иноязычной среде подвергаются китайские слова, отнюдь не всегда позволяют выявить истинное звучание того оригинала, от которого произошло какое-либо конкретное слово. В этой связи, например, было бы очень интересно экспериментально проверить, сможет ли китаец, если при нём произнести слово «феншуй», распознать в нём привычные его уху «ветер» и «воду»?[41] Вопрос более чем актуальный, ибо однажды после непродолжительного знакомства с группой молоденьких и симпатичных китаянок автору этих строк захотелось произвести на них неизгладимое впечатление, «блеснув» знанием пары китайских фраз, ещё когда-то в отрочестве заученных в русской транскрипции: «Ни ши шуй? Во ши жень!» Что в переводе должно было означать следующее: «Ты кто? Я - человек!»

Реакцию китаянок надо было видеть собственными глазами, ибо невозможно словами передать то напряжение мысли, которое отразилось на их лицах при попытке понять только что ими услышанное. Было видно, как за считанные секунды девушки перебрали несколько известных им языков, а когда стало ясно, что их лингвистических познаний попросту не хватает, они догадались преломить сказанное через «призму» родного им языка. Лица китаянок озарились радостью, и они в один голос эмоционально затараторили: «А-а-а! .....! А-а-а! ......!»

Вот как раз там, где проставлены точки, следовали и тот самый «нишишуй», и тот самый «вошижень», только, естественно, уже в оригинальном исполнении. До чего же, надо признать, сказанное китаянками оказалось далёким от тех до неузнаваемости искажённых «нишишуя» и «вошиженя», с которых, собственно говоря, и завязался этот забавный разговор!

Если о фонетическом сходстве китайского и русского языков говорить относительно бессмысленно, то это не значит, что на полное непонимание обречён каждый, кто попытается на своём доморощенном японском заговорить с японцами. Фонетика японского языка и русского настолько близки, что японец, хотя и не без некоторого напряжения, но всё-таки сможет понять то, что вы захотите ему сказать. В этом плане у всех свободно говорящих на русском языке имеется крайне выгодное преимущество перед теми «японофилами», чьим родным языком являются английский, французский, немецкий и многие другие. Более того, мы находимся в выигрышном положении даже перед самими японцами, поскольку если нам не составляет большого труда произнести практически все звуки японского языка, то японцев ставят в тупик многие звуки, с которыми они впервые в жизни сталкиваются именно после знакомства с русским языком.

В свете всего вышесказанного мы уже подготовили себя к тому, что ОН кандзи «Ветер» по звучанию может оказаться весьма далёким от известного нам сильно русифицированного звучания (фен) соответствующего китайского иероглифа, И тем не менее приятной неожиданностью окажется тот факт, что ОН японского иероглифа 風 (ветер) нам всем известен сызмальства. Согласитесь, что нет на свете человека, которому было бы незнакомо простое «русское» слово «тайфун»[42] (台風), второй иероглиф в котором - не что иное, как знакомый нам «Ветер». Только ОН его не «фун» (и не «фен»)[43], а «фу:». Соответственно, «тайфун» по-японски будет звучать как «тайфу:».

Что нам до сих пор было известно о тайфунах? Прежде всего то, что это сильнейшие ураганы, периодически зарождающиеся где-то на просторах Тихого океана. Ещё со школьных лет нам также известно, что в самом центре тайфуна расположен так называемый «глаз», в котором зловещим спокойствием царит полный штиль, в то время как вокруг него колоссальной по размерам спиралью расходятся гигантские крылья могучего вихря. Нам также своей странностью известен тот знаменательный факт, что при каждом новом рождении этой обладающей всесокрушающей мощью стихии, ей каждый раз дают новое женское имя. Видно, что наши познания, если мы, конечно, что-то не перепутали, достаточно обширны, однако не поленимся всё же заглянуть в какие-нибудь общедоступные словари или энциклопедии. Здесь нам придётся немало удивиться, прочитав в них довольно разнящиеся пояснения по термину «тайфун».

СЛОВАРЬ УШАКОВА:

БОЛЬШОЙ ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ:

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ БРОКГАУЗА и ЕФРОНА:

Вы обратили внимание на существенные расхождения уважаемых изданий на этимологию слова тайфун? Здесь имеется смысл добавить, что ни одно из приведённых выше определений не является абсолютно корректным. Будем надеяться, что вы, познакомившись с материалами ближайших эссе, сами сможете дать более-менее правильную версию происхождения этого слова.

Но вернёмся к нашим «ветрам». Он «ФУ» иероглифа 風 (ветер) нами уже определён благодаря метеорологическому атмосферному явлению, которое, как ни странно, скоро сослужит нам ещё одну добрую службу. Что же касается куна кандзи «Ветер», то здесь нас ожидает воистину божественный сюрприз, ведь мы его не только не раз уже слышали, но и активно употребляем в своей речи: 神風 - «Божественный ветер» или «Ветер богов», что по-японски звучит как «камикадзэ»[44] («ками» - божество, «кадзэ» - ветер).

Небезынтересный факт: название «Божественный ветер» исторически восходит к тайфунам, дважды разметавшим (в 1274 и 1281 годах) флот внука Чингисхана Хубилая, возглавляющего Китай - в те времена основную часть монгольской империи. Таким образом, цепочка понятий «ветер - феншуй (風水）- фен (fan) - тайфун (台風) - камикадзе (神風) - 風 (ФУ:_кадзэ)» даёт нам и достаточно полную грамматическую, и историческую основу для реконструкции информации по кандзи 風.

Традиционная табличка-досье:

[風 - Ветер ФУ, ФУ:_кадзэ 9 (風（182) ветер)]

[虫 - Насекомое ТЮ:_муси 6 (虫 (142) насекомое)]

Кун кандзи «Насекомое» (муси) настолько смешной, что не требует даже самых минимальных усилий для своего запоминания. Только не следует его путать с некоторыми созвучными ему японскими словами. Какими? Ну, например, со словом «моси»: «моси-моси» (алё)[45]. Или со словом «мукаси» (давние времена). Практически любая сказка и у японцев, и у русских, как, впрочем, и у многих других народов, начинается именно с этих слов: «давным-давно...» (мукаси-мукаси). Соответственно, сама сказка по-японски будет «мукасибанаси»[46] (давний рассказ, давнее сказание).

На примере «мукасибанаси» мы сталкиваемся с одним очень интересным явлением - превращением некоторых глухих звуков в определённых случаях в звонкие. Как уже говорилось, рассказ по-японски будет «ханаси» (отсюда рассказывать, разговаривать - «ханасу»). Когда же «ханаси» становится составной частью другого слова (мукасибанаси), то звук «х» превращается в «б». Явление озвончения в японском языке встречается довольно часто, и мы не раз ещё встретимся с ним в последующем. Главное, чтобы вы были к этому готовы, и чтобы неожиданные озвончения глухих согласных звуков в казалось бы хорошо знакомых словах в дальнейшем не вызывали у вас каких-либо недоумений[47].

Он кандзи «Насекомое» запомнить труднее, чем его кун. Что это за, сами посудите, слово такое «ТЮ:»? Разве что, увидев сидящую на листочке деревца или кустарника мелкую крылатую тварь, захочется показать ей пальцами «козу» и сказать: «у-тю-тю-тю-тю-тю-тю». Понятно, что несерьёзны и слово это, и его вольная трактовка, и вместо того, чтобы мудрствовать понапрасну, мы попросту исследуем ещё один кандзи (中), он которого тоже «ТЮ:».

Невооруженным глазом видно, что этот знак составляет основу иероглифа «Насекомое» (虫), передавая ему «по наследству» своё чтение. С графической же точки зрения элемент 中 достаточно убедительно изображает нежные прозрачные крылышки насекомого (虫), в то время как в роли самостоятельного иероглифа (中) он больше напоминает попавшую в мишень стрелу и означает середину, центр или нечто, находящееся внутри.

Здесь сразу же на ум приходит то, чем с древних времён знаменит Китай. Речь идёт о шёлке, сырьём для которого служат нити, из которых шелковичные черви прядут свои коконы. Внутри (中) такого кокона созревает червяк, насекомое (虫) - тот самый знаменитый шелкопряд[48]. Приходит время и изнутри кокона выползает личинка шелкопряда или полностью сформировавшийся молодой шелкопрядик (чёрточка внизу знака 虫).

Мы с вами делаем акцент именно на выползающем насекомом, поскольку если оно само оттуда не вылезет, то его изнутри и не выцарапаешь - как говорится, НА-КА, выкуси! Вот это самое «нака» и является куном кандзи «Середина», «Внутри».

[中 - Середина, внутри ТЮ:_нака 4 (⼁ (2))]

С кандзи 中 (внутри) мы встретимся ещё не один раз. Этот знак будет указывать нам на то, что некто или нечто находится внутри чего-либо. И вообще без этого знака трудно обойтись хотя бы потому, что именно с него начинается «Срединная земля» - Китай[49].

Вот вам и насекомое! Начали с какой-то мелкой крылатой твари, а закончили той самой Поднебесной - колыбелью многочисленных восточно-азиатских цивилизаций и культур, родиной пороха, фарфора, компаса, иероглифов, шёлка, шелкопряда и Великого Шелкового Пути - пути, который вёл из Китая обратно в Китай тысячи и тысячи горемык, чья жизнь полностью зависела от маленького червячка. Понимали ли это находившиеся в пути? «В пути» - вот то самое состояние, в котором постоянно находимся все мы, и которое нам уже под силу перевести на японский язык. Казалось бы, всё элементарно: надо лишь взять «путь» (道) и присоединить к нему «внутри» (中), однако вместо хорошо известного нам «пути» (道) мы употребим иероглиф 途 - тоже «мити», только не «ДО:», а «ТО».

[途 - Дорога, путь ТО_мити 10 (辶 (162) дорога)]

В результате всего сказанного получается 途中 (тотю:) - в пути. Почему же мы вынуждены были воспользоваться не замечательным иероглифом «Путь» (道), а его аналогом (途)? Не потому ли, что пути-дорожки мы выбираем разные и не все из этих дорог достойны называться ДАО? Поэтому, наверное, и не рискнули японцы возвеличить простой человеческий суетный путь до такого сильного и величественного иероглифа, как 道. Но всё это - всего лишь очередное малосущественное отступление от основного ханаси (рассказа).

Читатель, наверное, уже обратил внимание на то, что, начиная работать с японскими иероглифами, обозначающими весьма непростые понятия, мы совершенно неожиданно можем перейти к более чем прозаичным вещам (например, от Пути и Дао в кандзи 道 к обыкновенному водопроводу). Кроме того, исследуя структуру того или иного иероглифа, можно обнаружить невероятные сочетания великого и малого (как, например, ветер и насекомое в кандзи 風). Подобная парадоксальность, то и дело обнаруживаемая в процессе работы с китайско-японской письменностью, ещё больше разжигает исследовательский интерес к ней.

Сейчас мы с такой же удивительной лёгкостью перейдём от маленьких божьих тварей, относящихся к классу насекомых, непосредственно к создателю всего сущего. Божественный ветер (камикадзэ) требует от нас хотя бы самого первичного ознакомления с «богонесущим» кандзи, с которым, кстати, нам довелось встретиться ещё в первом эссе, где он упоминался в связи с написанием названия исконно японской религии 神道 (синто:) - «Путь Богов». Данный иероглиф по вполне понятным причинам требует к себе и особого отношения, и отдельного рассмотрения, но поскольку мы уже знаем его ОН (благодаря «синто:») и кун (через «камикадзэ»), то нам ничего не остается другого, как разложить всю известную о нём информацию в табличку-досье и познакомиться с его прорисовкой. Более же тщательный анализ данного символа мы запланируем провести как-нибудь в следующий раз.[50]

[神 - Бог, божество СИН_ками 9 (ネ (113) указывать)]

Прорисовка данного знака не вызывает каких-либо затруднений, ибо здесь нет ничего выходящего за рамки классической схемы начертания. Единственное, на что, может быть, хотелось бы обратить внимание, так это на последовательность рисования правой части иероглифа 神, а конкретно на сквозную вертикальную линию под номером 9 в элементе 申. Она перечёркивает собой всю фигуру и рисуется в последнюю очередь. То же самое происходит и с кандзи 中. Данный принцип прорисовки завершающей вертикальной линии, пронизывающей весь иероглиф, неоднократно будет использован нами при начертании подобного рода знаков.

Ками - Дремали боги - Кто на камне, Кто на столбе, кто на сосне, Держась ногами и руками, Что б вниз не грохнуться во сне.[51]

Вот ещё одна проблема, обсуждение которой вызывается иероглифом «Ветер». Нами не раз уже упоминалась фонетическая схожесть русского и японского языков. Действительно, русскому человеку не так уж и трудно научиться правильно говорить по-японски, поскольку практически все звуки японского языка присутствуют и в русском. Но как того и следует ожидать, здесь тоже имеются свои тонкости. В японском фонетическом ряду есть несколько звуков, которые ведут себя не совсем обычно. К их числу относится звук «дз». Он интересен хотя бы тем, что звучит и не как «дз», и не как «з», да ещё слегка меняется в зависимости от того, в какой части слова располагается.

Прежде всего почему «дз», если в латинской транскрипции это «z», как в слове «kaze»? Самое интересное, что ни латинский, ни кириллический способ записи не передают истинного звучания этого звука. Да, в японском языке есть звук, близкий к русскому «з» и латинскому (английскому, немецкому, французскому и многим другим) «z», однако всё дело в том, что русская запись «дз» значительно более близка к истинному звучанию, чем латинская, но только в том случае, когда этот звук находится в самом начале слова. Так в словах «дзаннэн» (сожаление), «дзэн» (дзэн[52]), «дзи» (час) первый звук совсем не похож на обычное «з». Однако будет неправильно произнести этот звук и как чётко различимые «д» и «з». Он скорее напоминает очень твёрдое «з». Другое дело, если этот звук встречается в любой другой части слова, кроме его начала. В этом случае он нередко звучит почти как чистое русское «з». Поэтому слова вроде «мидзу» и «кадзэ», произнесённые кем-то из японцев, кому-то могут послышаться как «мизу», «казэ».

Итак, «дзэн» - это «дзэн», но только не «зэн», а «дзаннэн» - это «дзаннен», но только не «заннэн». А вот «ветер» - это или «кадзэ», или «казэ»[53]. Реальность же такова, что произношение того или иного звука сильно зависит от конкретного человека и от местности, в которой он родился или проживает. Один японец произнесёт «казэ», а другой - «кадзэ». Славящиеся своей мягкостью японки, скорее всего, скажут «казэ», а их мужчины, хотя и давно уже позабывшие, что такое самурайский дух предков, возможно, произнесут чуть твёрже, в результате чего непривычному к звуковым особенностям уху может послышаться «кадзэ».

Всё относительно в этом мире, как, возможно, говаривал дедушка Эйнштейн, и напрасно он в своё время не увлёкся японским языком - наверняка это увлечение наложило бы свой прогрессивный отпечаток на его знаменитую теорию относительности.

А теперь капельку вероломной информации! Весь Интернет кишит спорами о том, как надо и как не надо произносить японское «си» - как «си» или как «щи», как будто нет более важных и интересных вопросов! Для нас же это вообще никакого значения не имеет. Произносите либо как чуть-чуть шипящее русское «си», либо как чрезвычайно мягкое «щи». Ошибкой не будет сказать и так, ошибкой не будет сказать и эдак. Не будет ошибкой произнести даже такое откровенное «си», как в слове «синица». Японское «си» лежит как раз где-то посредине (中) - не зря же в способе транскрибирования японских звуков с помощью латинских символов, разработанном ещё в 1859 году американским миссионером доктором Джеймсом Куртис Хепберном, слог «си» записывается как «shi». В японской речи можно услышать все перечисленные варианты, а спор на тему произношения «си», например, в слове «синто:» или «суси»[54] по своей бессмысленности подобен спору о курице и яйце.

Нас же упомянутая тема сейчас интересует только в ракурсе произношения «дз». Всё дело в том, что поскольку «дзи» - это озвонченное «си», то по аналогии с «си-щи», возникает дилемма - «дзи-зи» или «джи-жи»? В разговоре японцев «дзи» и «зи», как и в случае с «си», практически смыкаются с мягкими-премягкими «джи» (в начале слова) и «жи» (в середине). И, конечно же, произношение этого звука сильно зависит от артикуляционных особенностей конкретного японца - для одних это «дзи» или «зи», а для других - «джи» или «жи».[55]

[風 - Ветер FUU_kaze 9 (風 (182) ветер)]

[虫 - Насекомое CHUU_mushi 6 (虫 (142) насекомое)]

[中 - Середина CHUU_naka 4 (⼁ (2))]

[途 - Дорога, путь TO_michi 10 (辶 (162) дорога)]

[神 - Бог, божество SHIN_kami 9 (ネ (113) указывать)]

台風 - тайфун (taifuu)

風 - ветер (kaze)

神風 - камикадзе (kamikaze)

神 - бог, божество (kami)

神道 - синто (shintou)

風水 - фэншуй (fuusui)[57]

虫 - насекомое, червяк (mushi)

中 - внутри, середина (naka)

途中 - в пути (tochuu)

もしもし - алё (moshimoshi)

むかしむかし - давным-давно (mukashimukashi)

むかしばなし - сказка (mukashibanashi)

Тихо-тихо

взбирайся, улитка.

Гора Фудзи.

Только так и никак иначе. Именно вверх, но тихо-тихо, не спеша, помаленьку (соро-соро), подобно улитке из знаменитого хайку[58] Кобаяси Исса[59]. Именно так покоряются даже самые неприступные горы тем, кто не сворачивает с единожды выбранного пути: лишь бы вперёд, пусть по чуть-чуть, но вверх.

С самого первого эссе мы пытаемся взять некоторый разгон, чтобы устремиться к цепляющимся за небеса вершинам. Мы следуем некоему пути (道), который выводит нас из привычной плоскости на совершенно новый уровень. Уподобимся же этой маленькой улитке и покинем зелёные поля, чтобы наконец-то подняться в гору.

田 и 山 - «поля» и «горы». Вполне очевидно, что народ, создавший эти иероглифы, не очень-то терзался в творческих муках, подбирая соответствующие формы. Именно такими предельно простыми и лаконичными пиктограммами, незатейливо отображающими действительность, и были когда-то древние прообразы всех современных иероглифов.

Не надо обладать выдающейся фантазией, чтобы в знаке 田 суметь увидеть разделённое на доли рисовое поле, а в иероглифе 山 - тянущиеся вверх горы. Только со временем с последнего знака стерлось изображение самих гор, оставив выкристаллизованное в чистом виде общее для них свойство - устремленность ввысь.

По-японски гора - «яма»[60]. Это у нас «яма» - яма, а у них «яма» - совсем противоположное нашей яме (здесь нельзя не увидеть тонкий намёк на обстоятельство, над которым каждому будет интересно поразмышлять на досуге). «Яма» - это КУН иероглифа 山, а его ОН нам хорошо известен благодаря знаменитому горному массиву Тянь-Шань (в переводе с китайского - Небесные горы). «САН» - слегка искажённое японским «акцентом» название китайского иероглифа ШАНЬ (гора).

[山 - Гора САН_яма 3 (山 (46) гора)]

Теперь нам уже не составит особого труда прочитать и произнести вслух две такие распространённые японские фамилии, как 中山 и 山中 (Накаяма и Яманака), а заодно и вспомнить кун иероглифа 中 (нака).

С кандзи «Поле», как и с кандзи «Гора», также нет никаких проблем. Если бы не японские фамилии 田中 (танака), 中田 (накада) и 山田 (ямада), его кун из-за своей чрезмерной простоты мог бы показаться слишком сложным для запоминания. Теперь же стоит только вспомнить любую из этих фамилий, как без труда вспоминается простое слово «та» (поле).

Куда сложнее у кандзи «Поле» запомнить его ОН, поскольку нашему пока ещё непривыкшему сознанию довольно трудно увязать слово «дэн» с полем. Разве что может выручить рифма дэн-дзэн, хотя нам такое сопоставление мало о чём говорит. Впервые для запоминания звучания иероглифа нам придётся положиться только на свою память, но лишь до того момента, когда мы познакомимся с иероглифом «ТЭН» (небеса)[61]. Любой, кто смотрит на гладь заливных рисовый полей, видит отражённые в ней небеса, слегка искажённые водной поверхностью. Поэтому и мы исказим небесное «тэн» до «дэн», благодаря чему и получим ОН нашего с вами «рисового поля».

Впрочем, есть и другая зацепка. В 13-ом эссе мы познакомимся с кандзи «Молния / Электричество», ОН которого тоже «ДЭН». Западная логика для запоминания проста и очевидна: поле - электричество - электрическое поле. То есть «дэн» - это то, нечто, что связывает в нашем представлении поле и электричество.[62]

[田 - Поле (рисовое) ДЭН_та 5 (田 (102) поле)]

Кстати, «заливное поле» - это «Вода» + «Поле»:

水 + 田 → 水田 (суйдэн).

Ясно, что знаком 田 обозначается отнюдь не всякое поле. Одно дело - рисовые поля, в которых по колено в воде, согнувшись в три погибели, работают китайские и японские крестьяне, и совсем другое дело - наши с вами европейские сухие поля, которые были получены посредством выжигания лесов и высушивания болот или заливных лугов (и полей). И уж здесь никак не обойтись без огня, а значит, хотим мы того или нет, но нам Придется познакомиться с иероглифом «Огонь».

[火 - Огонь КА_хи 4 (火 (86) огонь)]

Знаменателен тот факт, что «хи» (кун кандзи «Огонь») совпадает с куном кандзи «Солнце» (хи). Так что древние японцы были весьма неглупыми ребятами, коль смогли додуматься до некоей общности двух из важнейших для них природных явлений.

Соединив в одном слове огонь и гору (火山) получим «вулкан» или, другими словами, «кадзан». А вот чтобы получить не заливное, а так называемое суходольное поле, объединения в одном слове иероглифов «Огонь» и «Поле» будет недостаточно. Аналогия с «вулканом» здесь уже неуместна. В случае с «суходольным полем» необходимо пойти значительно дальше, объединив оба этих символа не в одном слове, а в одном знаке. Поле оно и есть поле, а на краю поля стоит маленькая хатка. Конечно, это уже не из той оперы, да и не из той страны, но только такое привычное нам поле по-японски так и звучит: «хата» или «хатакэ». А вот ОНа у этого кандзи нет, что наводит на мысль о японском происхождении данного иероглифа[63].

[畑 - Поле (суходольное) (-)_хата(кэ) 9 (田 (102) поле)]

Всё выше и выше, совсем как та улитка. Позади уже рисовые поля и огороды, а мы всё взбираемся и взбираемся. Ещё не альпинисты, но уже и не улитки. Слово «взбираться» нам пригодится не только в этом эссе, но и в последующих. «Нобору» - взбираться. Есть тут, правда, некоторый нюанс, но к богатству японского языка на нюансы нам уже не привыкать - язык-то «великий и могучий», совсем как русский. Так вот, этих самых «нобору» в японском языке не менее трёх, и все они означают одно и то же: «взбираться», «подниматься». Разница только в иероглифах, которыми они записываются, да в областях применения (порой сильно пересекающихся): одно дело - подниматься вверх по дороге, ведущей, скажем, из провинции в столицу или в один из мегаполисов Японии, и совсем другое дело - подниматься в гору, именно подниматься, взбираться, карабкаться. Вот за этот процесс чаще всего отвечает тот самый «нобору», который записывается иероглифом 登. Отсюда «подниматься в гору» - 山に登る (яма ни нобору).

Выражение 山に登る записано и иероглифами, и знаками азбуки Хирагана. Знаком る (ру) здесь отмечена та часть «нобору», которая изменяется при всякого рода спряжениях и прочих грамматических метаморфозах, приводящих к различным трансформациям глагола, а непосредственно иероглифом записана неизменяемая его часть:

登る (нобору) - взбираться;

登った (нобо-тта) - взбирался;

登れ (нобо-рэ) - взбирайся;

登ります (нобо-римас) - нейтрально-вежливая форма глагола «нобору».

Знаком に (ни) обозначена направленность движения: Куда? В гору! То есть в какой-то степени частица «ни» является аналогом русскоязычного предлога «в». Только если предлог, как следует из его названия, располагается впереди того слова, к которому он относится, то в японском языке, как и в самой Японии, всё «аккурат наоборот»: и яма вовсе не яма, а гора, и предлог лежит совсем не «перед», а «позади».

[登 - Взбираться, подниматься ТО:, ТО_нобору 12 (癶 (105) отправляться)]

Иероглиф «Взбираться» будет казаться сложным лишь до тех пор, пока мы не разложим его на составляющие компоненты, и если верхняя часть (癶), играющая в данном кандзи роль ключа, придаёт всему иероглифу значение испускания движения[64] и самостоятельным иероглифом не является, то нижняя часть - это иероглиф 豆 (боб), ОН которого «ТО:». По всей видимости, вместе элементы 癶 и 豆 символизируют свойственное всем растениям, олицетворением которых в данном случае стало семейство бобовых, неумолимое стремление к произрастанию навстречу солнышку.

[豆 - Бобы, горох ТО:, ДЗУ_мамэ 7 (豆 (151) боб)]

Несмотря на то, что «Боб» в образованных с его помощью иероглифах часто берёт на себя роль ключа, этого не происходит в случае с кандзи 登 (взбираться). Зато 豆 (боб) передаёт этому кандзи свой ОН, чем и определяет его звучание. Такого рода иероглифические «вставочки», передающие своё чтение более сложным иероглифам, в научной литературе обычно называются фонетиками. Иногда знание таких фонетиков оказывается очень даже полезным при запоминании ОНов иероглифов, образованных при их участии.

Исходя из полученных знаний, нетрудно сообразить, что по- японски «восхождение на гору» или, другими словами, «альпинизм» будет выглядеть (и звучать) как 登山 (тодзан). Когда-нибудь дорогой читатель познакомится ещё с одним суффиксом лица, служащим для образования профессий, специальностей и пр., и тогда он легко сможет образовать японского «альпиниста»[65], сейчас же можно познакомиться с синонимом этого слова, который происходит от хорошо знакомого всем нам alpinist'а: アルピニスト (арупинисуто) - это характерный пример того, сколь велика у японцев страсть к заимствованию. Раньше в основном «брали» у китайцев, сегодня же очень многое заимствуют у Запада.

Следует отметить, что «восхождение на гору» можно сказать и по-другому: 山登り (яманобори). Видно, что иероглифическая запись практически не отличается как по написанию, так и по смыслу, а вот озвучивание уже совсем другое. Различие принципиальное: в слове 登 山(тодзан) используются оны обоих кандзи, а в 山登り(яманобори) уже работают их куны. «Яманобори» - это характерная демонстрация того, как исконно японский язык, в тело которого глубоко пустили корни многочисленные заимствования, не сдает своих позиций, хотя и шаг за шагом отступает под натиском китайско-английского «засилья». Как ни странно, но японцам в этом видится какая-то непостижимая для среднего европейского ума «крутизна».

登山 и 山登り - это лишь один из множества примеров «единства и борьбы противоположностей». Вот, казалось бы, горная дорога: берёшь «гору» и «дорогу» и соединяешь их вместе в одном слове: 山 + 道 → 山道. Но как теперь прочитать это вновь созданное лингвистическое образование? «Ямамити» (кун + кун)? «Сандо:» (он + он)? Перед нами тот случай, когда в японском языке мирно уживаются оба эти слова, обладающие одинаковой записью, практически одинаковым смыслом, но при этом с фонетической точки зрения не имеющие ничего общего.

Для многих изучающих японский язык, основная проблема заключается даже не в том, чтобы запомнить значения и многочисленные чтения отдельных кандзи, а в том, чтобы решить, каким же образом следует в том или ином контексте, слове или случае прочитать тот или иной кандзи - по кунам или по онам.

От современной японской лексики, ставшей ареной борьбы и сотрудничества многих языков, культур и религий, испытавшей на себе влияние многочисленных этнических, этических и исторических обстоятельств, было бы наивно ожидать наличия логически обоснованных правил и надёжных рецептов на все случаи жизни, и если сегодня в Японии певца называют словом «касю» (歌手), а не «утаитэ» (歌い手), то на это, по всей видимости, было предостаточно причин.

Мало того, что слова 歌手 (касю) и 歌い手 (утаитэ) обозначают одно и то же и имеют практически один и тот же смысл, так ещё на слово «певец» в словарях приводятся оба примера. Однако «утаитэ», явно имевшее по сравнению с про-китайским «касю» более древнее и родное для японцев происхождение, сегодня практически не употребляется, чего нельзя сказать, знакомясь с разного рода старинными литературными и песенными произведениями.

Японский язык крайне динамично изменяется, не уступая по скорости развития тем окружающим условиям, в которых он, собственно говоря, и развивается. За последнюю пару веков Японии было чем поразить мировое сообщество. Остаётся лишь посочувствовать тем, кто ещё не испытал прилива удовольствия от прикосновения к магии японской души через постижение японского языка и письменности. С другой стороны, у этих людей все ещё впереди. Да и надо ли в поисках прекрасного и удивительного ходить так далеко, когда каждый из нас без приложения каких-либо значительных усилий чуть ли не в совершенстве владеет таким замечательным языком как русский, не уступающим ни по красоте, ни по выразительности, ни по своей динамичности никакому другому языку.

Ну вот, кажется, и настала пора познакомиться со знаменитой Фудзиямой[66]. Только для японцев она не Фудзияма вовсе, а Фудзисан. Почему «сан»? Нет, это не уважительный суффикс, типа 田中さん (танака сан) - господин Танака. Просто последний из трёх иероглифов, образующих название данной горы, и есть «гора» (富士山). На наш взгляд, если последний из иероглифов - «гора», то, в общем-то, что «яма» (гора), что «САН» (гора) - разницы никакой. Для нас - да, для японцев - нет.

И не дай бог при японце обозвать их любимую гору Фудзиямой… Международного конфликта от этого, конечно, не будет, но... но однажды в присутствии коренного жителя Самары автор данного эссе имел неосторожность Волгу назвать речкой... Вроде бы мелочь, но волжский «абориген» взволновался так, что после того случая надолго затаил в своей душе обиду. Так это был наш, русский, а что говорить о японцах! Гора-то святая - у неё даже свой 神 («ками» - дух святой) имеется.

Значит, Фудзияма - это вовсе не Фудзияма, а Фудзисан (Фудзи-гора) или, другими словами, гора Фудзи. Все ли горы в Японии заканчиваются на «-сан»? Далеко не все, о чём прекрасно осведомлены россияне: многим, наверное, в своё время довелось посмотреть знаменитую драму японского режиссёра Сёхэй Имамура (Shohei Imamura) «Легенда о Нараяме»[67]. Так вот, Нараяма - название горы, расположенной неподалёку от одной деревушки, в которой и происходят события данного фильма. Есть и другие горы-ямы, менее известные за пределами Японии, к числу которых можно отнести Асакаяму - небольшую гору в провинции Ивасиро, в старинных японских песнях упоминаемую частенько как символ неверной любви и прочих мелких чувств[68].

富士山 (фудзисан) состоит из трёх кандзи, причём один из них мы уже достаточно подробно разобрали. Познакомимся с другими. На очереди самый первый по порядку иероглиф.

[富 - Богатство, ресурсы ФУ:, ФУ_томи 12 (宀 (40) крыша)]

富 (томи) - богатство, 富む (тому) - быть богатым. Запоминается легко: кто выиграл лотерею, тому повезло - он стал богатым. Не томите душу, отдайте скорее причитающееся ему богатство. Здесь крайне к месту будет сказано, что одно из значений этого иероглифа ещё и лотерея.

Что же касается графического исполнения знака 富, то запомнить его ещё легче. Элемент 宀 (ключ данного иероглифа) - крыша[69]. Дальше идёт обыкновенная единичка (一) с расположенным под ней «ртом» (口). В самом низу - хорошо известный нам кандзи 田 (поле). Вот и получается, что живёт себе богатенький Буратино один под крышей и с поля-огорода своего питается. Вся семья - один лишь рот. Одним словом, сам себе и жнец, и швец, и на дуде игрец. В общем, семьи нет, рты по лавкам не сидят и кушать не просят - и чего ему не быть богатым с такой-то жизни?

При этом живёт наш хитрец в городе То-яма-то-канава. А вот это уже не шутка, ибо город такой, действительно, существует в Японии. Ну, если не такой, то почти такой: 富山 (тояма).

И вот, наконец, хайку, приведенное в качестве эпиграфа к данному эссе. Вы уже без особого труда можете его прочитать на японском языке:

かたつぶり (катацубури)[79]- улитка;

そろそろ (соросоро) - не спеша,потихоньку;

登れ (ноборэ) - глагол «нобору» в повелительной форме;

富士の山 (фудзи но яма) - более поэтичное название Фудзиямы (гора Фудзи).

А, действительно, почему? Неужели название самой знаменитой во всей Японии горы, о которой сложено столько мифов, легенд и сказаний, которая воспета всеми японскими поэтами и которая запечатлена на картинах самых известных мастеров японской кисти, в переводе звучит как «богатый самурай» или «богатый воин»? Если следовать этой логике, то так можно додуматься до вооружённого до зубов грабителя или даже до мерзкого мародёра. Трудно в это поверить... Ведь если это так, то милое очарование Японии - это всего лишь обман и иллюзия! Стоит ли вообще начинать учить этот язык, чтобы, однажды прозрев, увидеть в главном символе притягательной Японии личину смерти на искажённом от «воинской доблести» лице пусть родовитого, но всё-таки «джентльмена удачи» или, говоря проще, обыкновенного разбойника с большой дороги?

Конечно же, это не так, и чтобы разобраться, необходимо слегка обобщить опыт, полученный нами во время чтения четырех эссе. Так, если ещё раз пробежаться по всем японским словам, с которыми мы успели познакомиться, то их можно разбить на две основные группы. В первую группу (слова китайского происхождения) войдут слова, созданные за счёт смыслового подбора китайских иероглифов и последующего их озвучивания согласно онным чтениям: 水道 (суйдо:), 風水 (фу:суй) и так далее. Вторую группу образуют слова, которые не обязаны своим происхождением китайскому языку и ничего общего, кроме попытки относительно искусственно записать их с помощью китайских иероглифов, с ним не имеют, - это исконно японские слова: «мидзу» (水), «кадзэ» (風), «мити» (道) и прочие. К разряду такой лексики можно отнести и название горы Фудзи. Считается, что слово «фудзи» даже не японское по происхождению. Оно будто бы корнями своими упирается в язык айнов - народа, поселившегося на территории японских островов ещё задолго до прибытия на них с евразийского материка предков нынешних японцев[80]. Фудзи по-айнски означает «огненный», что, в общем-то, не противоречит очевидным фактам, ибо Фудзияма была и остаётся вулканом. Пусть временно[81] потухшим, но, тем не менее, настоящим вулканом (火山).[82]

Так вот, эти самые японские слова (и айнские, и прочие некитайские еже с ними) тоже надо было как-то записывать иероглифами, ведь другой формы письменности у японцев отродясь не было. Перед японцами возникла дилемма: либо иероглифы, либо японский язык. Однако хитроумные предки сегодняшних японцев не были бы японцами, если бы не нашли оригинальный выход из этого более чем затруднительного положения.

Данная проблема в Японии на протяжении многих веков успешно решалась и решается двумя способами.

1-ый способ: Берётся то или иное японское слово и под него подбираются один-два подходящих по смыслу китайских иероглифа. Например, японское слово «вкусный» (美味しい, оисий) состоит из двух иероглифов: 美 (БИ_уцукусий) - красивый и 味 (МИ_адзи) - вкус, причём читается это слово не по кунам и не по онам входящих в его состав кандзи, а «по-японски».

2-ой способ: Берется то или иное японское слово и под него подбираются один-два подходящих по звучанию китайских иероглифа. Например, японское слово «фудзи», составлено из двух иероглифов: «богатство» (фу) и «воин» (си). При этом сегодня никто всерьёз не воспринимает тот смысл, который на самом деле скрывается за знаками 富 и 士.

Таким образом, встретив в японском тексте незнакомое слово, записанное только посредством даже хорошо известных нам кандзи, всё равно высока вероятность ошибиться в его прочтении. Единственное спасение - знание, которое, как известно, сила. И чем больше мы будем знать японских слов, тем меньше будет вероятность совершить ошибку. Поэтому наряду с «Кандзявыми эссе» разрабатываются специальным образом организованные и структурированные «Самообучающие тексты», позволяющие «вживую» читать по-японски, обладая при этом самым минимальным начальным уровнем подготовки или даже вовсе не обладая онным. Но это уже другая история[83]. Что же касается данного эссе, то оно благополучно подошло к своему логическому завершению.

[山 - Гора SAN_yama 3 (山 (46) гора)]

[田 - Поле (рисовое) DEN_ta 5 (田 (102) поле)]

[火 - Огонь KA_hi 4 (火 (86) огонь)]

[畑 - Поле (суходольное) (-)_hata(ke) 9 (田 (102) поле)]

[豆 - Бобы, горох TOU, ZU_mame 7 (豆 (151) боб)]

[登 - Взбираться, подниматься TOU, TO_noboru 12 (癶 (105) отправляться)]

[富 - Богатство, ресурсы FUU, FU_tomi 12 (宀 (40) крыша)]

[士 - Воин, самурай SHI_shi 3 (士 (33) воин)]

山 - гора (yama)

田 - поле (ta)

中山 - Накаяма (nakayama)

山中 - Яманака (yamanaka)

田中 - Танака (tanaka)

中田 - Накада (nakada)

山田 - Ямада (yamada)

火 - огонь (hi)

畑 - поле, огород (hatake, hata)

富 - богатство (tomi)

士 - самурай, воин (shi)

水田 - заливное поле (suiden)

火山 - вулкан (kazan)

登る - взбираться (noboru)

豆 - бобы, горох (mame)

登山 - подъём в гору (tozan)

山登り - подъём в гору (yamanobori)

アルピニスト - альпинист (arupinisuto)

山道 - горная дорога (sandou)

山道 - горная дорога (yamamichi)

歌い手 - певец (utaite)

歌手 - певец (kashu)

富士山 - Фудзияма (fujisan)

富士の山 - Фудзияма (fujinoyama)

富む - быть богатым (tomu)

富山 - Тояма (toyama)

かたつぶり - улитка (katatsuburi)

そろそろ - чуть-чуть, потихоньку (sorosoro)

Из книги Уильяма Уилсона

ИДЕАЛЫ САМУРАЕВ. СОЧИНЕНИЯ ЯПОНСКИХ ВОИНОВ[85]

***

Происхождение воина.

В японском языке есть несколько терминов, имеющих значение «воин», но, пожалуй, самым близким и ёмким является слово буси[86]. Иероглиф бу[87] состоит из двух ключей: «останавливать»[88] и «копьё»[89]. В китайском словаре Шо вэнь даётся такое определение:

Иероглиф си[90] (кит. ши) первоначально обозначал человека, исполняющего какие-нибудь обязанности, обладающего знаниями и умениями в какой-либо области. Однако уже в Древнем Китае под этим словом стали подразумевать «высший класс общества». В Хань шу сказано: Ши, крестьяне, ремесленники и торговцы составляют четыре рода занятий. Тот, кто получил должность благодаря своей учёности, зовётся ши.

Это не должно вводить в заблуждение, ибо ши владели не только книгами, но и оружием. Ши появились в конце Чжоу, в период Сражающихся Царств. Первыми ши стали потомки аристократов, имевших обширные земельные владения, хорошо образованные и вооружённые, которые не были связаны преданностью никому конкретно и которых разослали по провинциям, ибо они слишком досаждали двору.

Таким образом, буси - это человек, способный поддерживать мир и спокойствие невоенными или же военными методами, но чаще всё же последними. В одной книге ханьской эпохи мы находим следующий пассаж:

Ещё одним термином, обозначающим воина, в японском языке является слово самурай. В китайском языке соответствующий иероглиф[91] в глагольном употреблении означал «наносить визит знатному человеку» или «сопровождать знатного человека». В этом смысле он соответствует японскому сабурау. В конечном счёте, в обеих странах термин обрёл значение «те, кто находятся близко к знати и служат ей», в японском языке - сабурай. Одно из первых употреблений этого слова мы обнаруживаем в первой японской императорской антологии стихов Кокинсю, составленной в начале X века:

Начиная с середины эпохи Хэйан эти слуги охраняли высшую знать и потому носили оружие. Все чаще и чаще их стали набирать из воинского сословия, и потому к концу XII века сабурай стало означать почти то же самое, что и буси. Со временем слово все теснее связывалось с представителями среднего и высшего звена воинского сословия, а особенно с теми, кто занимал должность в правительстве или клане и теми, кто считались прямыми вассалами.

Появление людей, носящих это имя, совпало с укреплением системы сёэн (поместий). Система начала складываться в последние столетия первого тысячелетия нашей эры, когда богатые рисопроизводящие поместья превращались в наследные владения влиятельных аристократических семей и потому становились свободными от налогообложения и вмешательства центральных властей. В то же время, управление территориями, платившими казне - а к концу XII в. они все еще составляли половину обрабатываемых площадей - постепенно переходило в руки наместников, назначавшихся губернаторами провинций. Должности наместников также становились наследными, и занимавшие их семьи часто оставались в одной провинции безвыездно и увеличивали собственные земли и богатства. В итоге, и сёэн, и «государственные провинции» фактически обрели независимость от центральной власти.

Именно с этого момента начинается история буси как сословия.

...японские буси во многом напоминали китайских ши, существовавших за много столетий до первых. Аристократы по происхождению, они были хорошо образованы; будучи же владельцами земель или управляющими поместий, а зачастую и целых провинций, они имели достаточно средств для приобретения доспехов, оружия и лошадей, в которых нуждались воины.[92]

Значение отдельного шага в преодолении даже самого долгого пути нельзя недооценивать, и как бы ни была далека дорога, а нужно суметь набраться мужества и сделать первый шаг. Для иероглифа «Человек» из всех возможных человеческих сущностей были выбраны только шагающие ноги - наверное, в качестве символа постоянного движения и преодоления человеком предназначенного судьбой пути. Просто две ноги и ничего больше: ни «сапиенсного» мозга, ни желчного пузыря, ни сердца, ничего другого. Глубока, но постижима восточная мудрость.

歌う人は歌手です (утау хито ва касю дэс; utau hito wa kashu desu; utau hito ha[95] kasyu desu[96]) - Поющий человек есть певец.

В латинской транскрипции слегка смущает слог «shu», но именно так принято записывать латиницей японский слог しゅ (сю). Такой способ записи японского слога больше акцентирует внимание на его звучание. Наряду с shu существует способ записи しゅ через syu[97]. Этот вариант уже меньше ориентирован на отражение каких-то фонетических особенностей, поскольку задача - максимально соответствовать принципам японской азбуки: しゃ - ся (sya), しゅ - сю (syu), しょ - сё (syo).

Итак, человек. Звучание этого иероглифа со школьной скамьи известно каждому из нас. Ключ к разгадке - китайский Жень-Шень (человек-корень), из чего следует, что «жень» - это человек. Но это по-китайски. В Японии же все реализовалось в виде нескольких онных чтений одного кандзи. По всей видимости, не в такой уж глубокой древности кто-то из тогдашних японских интеллектуалов диковинное заморское слово «жень» воспринял на слух как «дзин», а кто-то, возможно, исключительно из конъюнктурных соображений, или из духа противоречия, или, как говорится, потому что медведь на ухо наступил, - как «нин»[98]. Японцы, как известно, стремятся к гармонии и не уважают крайности. Наверное, поэтому так и повелось с тех самых пор, что «Человек» для японцев остаётся знаком и двуногим, и двуликим (двухонным), причём каждый из обоих онов играет в японском словообразовании свою, отведённую только ему одному роль, и ни один из них никоим образом не претендует на роль своего собрата. Чтобы уверенно различать «нин» от «дзин» (и наоборот), надо просто знать все случаи их применения. Для начала достаточно запомнить лишь несколько очень простых правил, согласно одному из которых кандзи «Человек» озвучивается как «нин» при счёте людей:

何人ですか (nannin desu ka) - Сколько человек?

三人です (sannin desu) - Три человека.

Здесь потребуется несколько пояснений.

1. В данном примере «нан»[99] используется в качестве вопроса «сколько?». Основное же его значение - «что»: これは何ですか (kore wa nan desu ka) - Это что? Но когда надо спросить «сколько человек (поездов, самолётов, собак и т. д.)?», тут же «что» превращается в «сколько».

2. «Сан» - три. Почему «три» по-японски «сан»? Да кто ж его знает... Но нам это тем не менее на руку, ведь «сан» - это горы. Уложите гору 山 на бок и получите уже не три горы, а просто лишённую какой-либо материальной основы абстрактную «три» (三). А еще «сан» - уважительное обращение к кому-либо: 山田さん - Господин Ямада. Тут, как видим, тоже фигурирует слово «сан», но как здесь можно обойтись без «сан», если число «три» и в России пользуется заслуженным уважением - не зря же говорят, что Бог троицу любит, а раз любит, значит уважает. А раз уважает, значит?... Значит, «сан»[100].

3. Почему «desu», а не «des»? Всё дело в том, что слово «дэс» силами японского языка произнести невозможно в принципе. Ни для кого не секрет, что японец мыслит слогами. В японском языке есть слоги «са», «си», «су», «сэ», «со», но в японском языке нет слога «с»! Поэтому пишется и на самом деле говорится «дэсу». Однако здесь необходимо принять во внимание тот факт, что японский звук «у» довольно сильно отличается русского или какого-либо другого иноязычного «у». Японцы не вытягивают губы трубочкой, когда произносят своё «у», потому у них получается нечто среднее между «у» и «ы», что так мило отличает речь японца от говора прочих чужестранцев. Интересно, что когда японское «у» оказывается «зажатой» между шипящими и глухими согласными звуками, то его практически становится не слышно (по-научному этот процесс называется редукцией). Так же неадекватно японское «у» ведет себя, когда завершает собой слово (особенно после звука «с») или когда находится в начале слова. Склонность к самоуничтожению (редукции) - характерная черта как звука «у», так и звука «и». Любителям всякого рода мудрёностей есть смысл задуматься о глубине взаимопроникновения традиций, законов психологии и лингвистики, в том смысле, что в языке всё, как в самурайско-японской жизни: чуть что не так - сразу за меч и делать себе «редукцию».

Вот этой склонностью к самоликвидации мы и воспользуемся, чтобы запомнить кун кандзи «Человек».

- А хьто ты такой, щёб нас учить? - Спросите вы.

- А нихьто! Вы сами себя учите, ибо «хьто» - и есть японское звучание кандзи «Человек». «Хьто» в смысле «хиТО». Как уже говорилось ранее, «и», оказавшись в окружении глухих согласных, почти не произносится, в результате чего получается «хьто»[101].

Если «НИН» применяется при счёте, то второй ОН иероглифа 人 активно используется для обозначения национальной принадлежности человека:

ロシア人 (roshiajin) - русский[102] (россиянин);

日本人[103] (nihonjin) - японец;

フランス人 (furansujin) - француз;

イギリス人[104] (igirisujin) - англичанин;

アメリカ人 (amerikajin) - американец;

中国人 (chuugokujin) - китаец;

イタリア人 (itariajin) - итальянец;

ドイツ人 (doitsujin) - немец.

А вот название представителя еврейской национальности происходит не от страны проживания, а от самой национальности:

へブライ人 (хэбурайдзин)[105] - еврей, еврейка.

По такому же принципу можно образовать названия жителей конкретных городов:

モスクワ人、

サンク卜•ぺテルブルグ人、

ウラジオストク人、

キエフ人、パリ人、

ロンドン人、

ニューョーク人、

ワシントン人、

サンフランシスコ人[106].

[人 - Человек НИН, ДЗИН_хито 2 (人 (9) человек)]

Частенько возникает необходимость сказать не о человеке, а о людях. Чтобы «человека» вывести в «люди», достаточно к одному «Человеку» приставить другого, чтобы получить 人人. На слух это (хито + хито) будет восприниматься как «хитобито» (здесь имеет место хорошо известное нам озвончение глухого согласного в середине слова). Иероглиф «Человек» достаточно прост для написания (состоит всего из двух линий) и для нас не составит большого труда его нарисовать хоть трижды. А если бы на его месте был какой-нибудь пятнадцатичёрточный знак? Вот это было бы серьёзным испытанием и для нашей усидчивости, и для наших нервов - несколько раз подряд нарисовать один тот же сверхзаковыристый иероглиф! Именно поэтому, если написании какого-нибудь слова (одного отдельно взятого целого слова!) приходится дважды записывать подряд один и тот же иероглиф, то записывается только первый, а вместо второго ставится специальный знак повтора (々). Исходя из этого правила, слово «люди», записанное по-японски, будет выглядеть как 人々 (хитобито).

В былые времена использование на письме всякого рода знаков повтора иероглифов (а также повтора знаков обеих азбук, слов, слогов, строк, цифр и прочих элементов японского письма)[107] было явлением более чем распространённым. Использование таких знаков-удвоителей весьма существенно ускоряло процесс написания текста, но сегодня, в результате действия многочисленных реформ, касающихся японской письменности, из всего богатого набора знаков повтора самым распространённым и чуть ли не единственным остаётся знак 々. Его применение жёстко регламентировано специальным документом, датируемым 1946 годом, согласно которому настоятельно рекомендуется избегать применения на письме каких-либо знаков повтора, кроме знака 々, а в деловых документах вообще допускается применение только этого знака[108].

Если к человеку (人) приставить рот (口), то получится население (人口). В этом нет ничего удивительного, ведь в России тоже когда-то людей принято было считать не по числу голов, как скот, а по количеству ртов.

人口は 1 000000人です - jinkou[109] wa (ha) hyakuman nin desu.

To, как звучит по-японски «население» (дзинко:), следует запомнить раз и навсегда, так как через это на всю жизнь запомнится он «КО:» кандзи «Рот». Что же касается «хякуман», то это слово дословно означает «сто десятков тысяч»: 100 * 10000 (хяку * ман)[110]. Таким образом, получается следующее: население (составляет) миллион[111] человек.

[口 - Рот КО:_кути 3 (口 (30) рот)]

В одном из предыдущих эссе уже упоминалось, что японское «кути»[112] - это и рот, и носик у чайника. То есть где-то на уровне японского этнолингвистического подсознания «Рот» ассоциируется не столько с определённой анатомической деталью, сколько является символьным олицетворением входа-выхода. В японском языке можно найти и другие подтверждения этому соображению, например, если поставить вместе иероглиф 入 (входить) и иероглиф 口 (рот), то как раз и получится «вход» (入口) или, говоря «по-нашему», по-японски, «иригути».

[入 - Входить НЮ:_иру, хаиру 2 (入 (11) входить)]

Иероглиф 入 можно воспринимать как изображение человека (人) со склонённой головой. Кланяться при входе в помещение - традиция не только японская. Бывало, сам Пётр Первый из соображений, обусловленных его противоречивыми взаимоотношениями со служителями религиозного культа, пускался на всевозможные ухищрения, чтобы и традициям старым не перечить, но и голову перед церковниками не склонять. При его знатном росте достаточно было сделать при входе в церквушку низкую притолоку и, как говорится, «волки были сыты и овцы целы».

Иероглиф 入 - вообще не самая простая штучка. Им прикрываются два обозначающих одно и то же действие японских глагола «входить»: 入る（иру) и 入る (хаиру). Какой же из них нужно использовать на практике? Для того, чтобы «входить» - лучше всего «хаиру». Что же касается куна «иру», то он напоминает о себе чаще косвенно, чем напрямую, как, например, в существительном 入口 («иригути» - вход) или через глагол 入れる («ирэру» - вкладывать, вставлять)[113]. ОН кандзи «Входить» (НЮ:) также активно применяется в образовании слов, основное значение которых «входить», «вступать», «поступать» и так далее[114].

Понятно, что если есть «вход» (入口, иригути), то должен быть и «выход» (出口, дэгути), который образуется иероглифами «Выходить» и «Рот». Есть ещё и 出入口 (дэиригути) - вход- выход, другими словами, проход.

[出 - Выходить СЮЦУ_дэру 5 (凵 (17) коробка)]

出る (дэру) - выходить.

出す (дасу) - высовывать, вынимать, вытаскивать.[115]

В иероглифе 出 можно увидеть процесс выхода одной «горы» из другой, однако ключ этого кандзи не «гора», а нечто похожее на коробку (凵), причём открытую (отсюда и вынимать, вытаскивать, выходить). Существует мнение, что иероглиф 出 изображает растение. Пожалуй, именно эту трактовку (растущее из кадки растение) и есть смысл закрепить в своей памяти, чтобы в дальнейшем однозначно воспринимать как само изображение, так и закодированные в нём значения.

Несмотря на всю свою внешнюю простоту, кандзи «Выходить» так же непрост, как и его антипод «Входить». Чтобы продемонстрировать это, достаточно только сказать, что за значение «выходить» тоже отвечают два глагола: 出る (дэру) и 出かける (дэкакэру). На первый взгляд оба глагола - абсолютные синонимы, но это только на первый взгляд. Особенно не вдаваясь в подробности, можно сказать, что значение «выходить», свойственное глаголу «дэру», имеет более широкий смысл, в то время как «дэкакэру» работает в основном тогда, когда речь идет о человеке. Например, простая и, казалось бы, невинная фраза «Господин Ямато вышел из офиса» при использовании глагола «дэру» у японца может вызвать довольно неприличные ассоциации.

В каком-то смысле глагол «дэру» больше отвечает за непосредственный акт физического перемещения кого-то или чего-то (выйти, показаться, появиться), в результате чего этот «кто-то» выходит из помещения или, что в предыдущем примере так могло бы смутить японца, «нечто» откуда-то вываливается. А когда речь идёт о том, что некто вышел из офиса (в том смысле, что покинул его, уехал в филиал, отправился домой), лучше использовать «дэкакэру».

Да, таков японский язык, но ведь и русский не легче. Поэтому надо не отчаиваться, а «учиться, учиться и ещё раз учиться», следуя небезызвестному завету вождя всего революционного пролетариата, к составу которого мы смело можем причислить и себя - в том смысле, что все мы являемся интеллектуальными тружениками, которым по сути дела нечего терять кроме мятежного духа, беснующегося в жёстких рамках искалеченного сознания.

А зачем, спросите, надо так много учиться? Да чтобы не быть вечным 山出し (ямадаси) - провинциалом, деревенщиной.

Все, кто в первый раз сталкивается с японскими (китайскими) иероглифами, обозначающими нечто круглое (солнце, рот)[116], обычно задают один и тот же вопрос: почему, мол, эти иероглифы такие квадратные? А в самом деле, так ли уж было трудно нарисовать их округлыми? Квадратный рот - это всё-таки анатомическая редкость, а квадратное солнце - вообще полный абсурд. Здесь, правда, можно было бы завести разговор о якобы присущей японцам удивительной проницательности, позволяющей им замечать суть вещей и видеть квадратное в круглом, а круглое в квадратном. Всё это, может быть, и так, но какое бы мы ни испытывали уважение к японской культуре, никогда не надо забывать, что иероглифы пришли в Японию из Китая в сформировавшемся квадратно-угловатом виде, поэтому не стоит путать причину со следствием, в том смысле, что если японцы и обладают высоким уровнем абстрактно-образного мышления, то это не значит, что именно они создали то письмо, которым сейчас пользуются. Вполне возможно и даже, наверное, так оно и было, что японцам потому и пришлись по душе квадратные записываемые по вертикали закорючки, что эта форма символьного кодирования информации об окружающем мире изначально наиболее полно соответствовала их мировосприятию.

Здесь к месту будет сказано, что в древнем Китае первые иероглифы, действительно, были именно такими, какими их и следовало бы ожидать увидеть: солнце изображалось в виде окружности с точкой посередине, а не прямоугольником с проведенной внутри чертой, а рот тогда был именно такой, каким ему и надлежит быть, - округлым.

Долгое время китайцы записывали свои знаки на деревянных дощечках специальным инструментом, представляющим собой полую бамбуковую трубочку, на верхнем конце которой размещался небольшой резервуарчик, наполненный красящей жидкостью. Внутри трубочки размещался «фитилёк», по которому жидкость стекала вниз. Этот прообраз автоматических чернильных ручек позволял довольно свободно обращаться с собой, и писец мог создавать графику практически любого уровня сложности: округлую, прямолинейную, пунктирную, угловатую, волнистую и прочей конфигурации.

Однако где-то в третьем веке до нашей эры произошло событие, по масштабности и значимости сравнимое разве что с возведением Великой Китайской Стены[117]. Речь идёт об изобретении кисточки[118], которая продемонстрировала новое, доселе неизвестное выразительное средство - возможность изменять нажим на кисть, а значит, менять толщину рисуемых линий. Применение кисточки привело к внедрению определённой условности при написании знаков, которая наиболее ярко проявила себя при росписи по шёлку, к особенностям которого можно отнести «кошачье» неприятие «поглаживания против шёрстки». Это свойство шёлка наложило некоторые ограничения на свободу движения кисточки, волей-неволей письмо стало угловатым и, как это ни странно, более выразительным.

Три века спустя после изобретения кисточки китайцы придумали бумагу[119]. Кисть легко заскользила по гладкой впитывающей влагу поверхности, писать стало значительно проще, в результате чего начал формироваться скорописный стиль письма, а знаки становились всё изящнее и изящнее.

Вот на этом этапе, пожалуй, уже можно говорить о каких-то подсознательных влияниях на формирование техники китайского письма или о неосознанных предпочтениях, связанных с выбором того или иного набора символов для отражения окружающей действительности. Большего простора и возможностей для выплёскивания образов, скрытых в дремучих лесах подсознания, трудно себе даже представить.

После знакомства с иероглифом 人　(человек) становится очевидным, как много китайских иероглифов и японских кандзи явно или неявно содержат его в себе: 人, 歌, 入, 火. Продолжим этот список хорошо известным нам явлением природы. Речь идёт о «ветре», который пришла пора научить «дуть».

[吹 - Дуть СУЙ_фуку 7 (口 (30) рот)]

Перед нами человек (人) с символизирующим дыхание элементом (⽋), а слева расположен «рот» (口). Полученный «ребус» не без основания наделён значением «дуть». Как и в русском языке, японское «дуть» (фуку) обозначает также «дуть» (о ветре) и «дуть» (играть на духовом инструменте). Звучания (чтения) данного кандзи запоминаются легко, поскольку «фу» - характерный для многих культур изображающий дуновение ономатопоэтизм[120], от которого и происходит глагол «фуку» (дуть). Что же касается его ОНа «СУЙ», то здесь просится на ум какая-нибудь глупая фраза, типа: «суй свою дудку в рот и дуй отсюда».

Эту главу нельзя будет считать завершённой, если мы не попробуем прояснить ситуацию, сложившуюся с ключом и с кандзи 欠. Все дело в том, что до проводимых в Японии ряда кампаний, направленных на упрощение иероглифической письменности, иероглиф существовал сам по себе и обозначал ту самую «зевоту», о которой мы говорили во втором эссе. У него был (и есть) он «КЭН» и кун «акуби»[121]. Но после одной из таких реформ до вида 欠 был упрощён ещё и иероглиф основное значение которого «недоставать» (не хватать), и теперь кандзи 欠 существует в двух лицах: как 欠 (КЭН_акуби) - «зевота»[122] и как 欠 (КЭЦУ_какэру) — недоставать. В странном сочетании зевоты и недостачи для нас как раз ничего странного быть не должно, ибо прозевал - вот тебе и недостача.

[欠 - Зевота КЭН_акуби 4 (欠 (76) зевать)]

[欠 - Недоставать КЭЦУ_какэру4 (欠 (76) зевать)]

Если к иероглифу «Человек» добавить горизонтальную черту, то получится «большой человек». Когда-то в глубокой китайской древности этим иероглифом обозначали взрослого человека, сегодня - просто всё «большое»[123]. Данный иероглиф неплохо ассимилировался в Японии, сумев сохранить за собой своё китайское название «ДАЙ», которое стало оном кандзи 大. Ну и, конечно же, данный иероглиф, став кандзи, не мог не обзавестись своим куном.

[大 - Большой ДАЙ, ТАЙ_оокий 3 (大 (37) большой)]

Здесь будет абсолютно к месту вспомнить одно из определений тайфуна (台風), процитированное в третьем эссе[124]. Теперь становится ясно, что автор данной словарной статьи либо не удосужился, либо не имел возможности проверить значения используемых в этом слове иероглифов и положился исключительно на свой слух. Наших же с вами знаний уже вполне достаточно для того, чтобы воочию убедиться в ошибочности данного определения и понять, что «большого» (大) ветра в слове «тайфун» отродясь не было. Однако справедливости ради добавим, что слово 大風 всё-таки есть и в китайском языке (ветер, просто сильный ветер и уж всяко не тайфун), и в японском («оокадзэ» - большой ветер: от очень сильного ветра до ветра ураганной мощи со всеми вытекающими отсюда последствиями[125]).

Данный пример является своевременным напоминанием о том, что в японском языке ни в коем случае нельзя полагаться только на слух, и если в случае письменного общения какие-либо недоразумения в понимании написанного практически исключены (если вы используете кандзи, а не подменяете их каной), то даже между японцами в разговоре нередко возникают ситуации, когда сказанное может быть понято совсем не в том смысле, который вкладывался собеседником в то или иное слово. Поэтому бывает так, что японцы, употребив в разговоре то или иное словцо, сразу же поясняют, какой именно иероглиф они имели в виду в данном конкретном случае. И для этого им совсем необязательно постоянно держать при себе блокнот с карандашом или ручкой. В таких случаях им достаточно назвать по ону или куну тот иероглиф, который на их взгляд может вызвать неоднозначность в понимании, и проблема снимается сама собой.

大 - чрезвычайно востребованный в общении и в текстах кандзи. Слово «большой» (大きい) в Японии не только встречается так же часто, как и в России, но еще и используется практически в идентичных смыслах, естественно, не без некоторых поправок на национальную самобытность. Все особенности его применения в основном связаны с человеком. Например, для всех нас большой человек может быть большим человеком во всех смыслах: огромным, или высоким, или начальником, или добившимся определённой известности, Что же касается Японии, то там каждому из перечисленных случаев соответствуют свои словесные интерпретации[126].

Ещё чаще иероглиф 大 встречается в словах китайского происхождения, таких, например, как 大学 (дайгаку) - университет, институт, высшее учебное заведение (большое учение).

А что получится, если соединить вместе иероглифы «Большой» И «Человек»? Получится взрослый человек (大人). Вопрос только в том, как сие творение произнести вслух? Только не пытайтесь самостоятельно искать ответ! Неужели вы ещё не привыкли к тому, что японский язык - это язык коварных подвохов и морочащих голову неожиданностей? Так вот, данное слово читается ни по кунам, ни по онам, ни по их комбинациям. Оно читается вообще другим, для нас с вами просто «взятым с потолка» способом. Взрослый человек (大人) по-японски будет «отона»! Откуда взялось это слово? Почему оно используется здесь? Чтобы ответить на эти вопросы, вспомните гору Фудзи (富士山) и всё, что о ней говорилось в предыдущем эссе.

Пришла пора сделать некоторые пояснения. Ещё раз оформим табличку-досье на кандзи «Большой», но только немножечко по-другому, почти по-японски:

[大 - Большой ダイ,タイ_おおきい 3 (大 (37) большой)]

Обращает на себя внимание запись кунов и онов: «оокий» записано знаками азбуки Хирагана, в то время как «дай» - знаками азбуки Катакана. Здесь имеет место исторически сложившаяся традиция: «оокий» - слово исконно японское, национальное, в то время как «ДАЙ» - заимствованное. Как известно, японцы - известные мастера что-нибудь позаимствовать из других культур на пользу себе и на процветание своей маленькой родины, при этом они довольно строго разграничивают заимствованное и исконно японское. В жизни это выражается по-разному и порой настолько тонко, что на первый несведущий взгляд практически незаметно. Язык в этом смысле не исключение. Одним из эффективных способов, с помощью которого японский язык проводит грань между своим и чужим, является применение азбук Хирагана и Катакана, и если знаками азбуки Хирагана принято записывать исконно японские слова, то на долю азбуки Катакана легла ответственность за написание как слов иностранного происхождения (アルバイト、ポケ ツト)[127], так и собственно иностранных слов (スパシボ、クニガ、プーチソ)[128].

В приведенной выше табличке-досье можно заметить ещё одну особенность. В слове おおきい (ookii) долгота гласного «о» отмечена повторением знака «о», а не сочетанием «о» и «и», как, например, в случае с 人口 (じんこう, jinkou). Это опять-таки связано с особенностями записи родных и заимствованных слов. «Jinkou» - китайское образование, «ookii» - сугубо национальное. В первом случае принято долготу отмечать знаком «u» после «о», во втором - чаще всего дублированием «о».

Ну, что тут скажешь? ЯПОНИЯ!

Австралия - オーストラリア (о:суторариа)

Америка - アメリカ (амэрика)

Англия - イギリス (игирису)

Бразилия - ブラジル (бурадзиру)

Германия - ドィツ (дойцу)

Египет - エジプト (эдзипуто)

Израиль - イスラエル (исураэру)

Испания - スペイン (супэин)

Канада - カナダ (канада)

Китай - 中国 (тю:гоку)

Корея - 朝鮮^* (тё:сэн)

Монголия - モンゴル (монгору)

Новозеландия - ニュージランド (ню:дзирандо)

Россия - ロシァ (росиа)

Украина - ウクラィナ (укураина)

Франция - フランス (фурансу)

Филиппины - フイリピン (фирипин)

Япония - 日本 (НИХОН, НИППОН^**)

^*) 朝 (ТЁ:_аса) - утро, 鮮 (СЭН_адзаякана) - яркий, ясный, блестящий, ловкий.

^**) «Ниппон» - более древнее название Японии, чем Нихон.

[人 - Человек NIN, JIN_ hito 2 (人 (9) человек)]

[口 - Рот KOU_ kuchi 3 (口 (30) рот)]

[入 - Входить NYUU_ iru 2 (入 (11) входить)]

[出 - Выходить SHUTSU_ deru 5 (凵 (17) коробка)]

[吹 - Дуть SUI_ fuku 7 (口 (30) рот)]

[欠 - Зевота KEN_ akubi 4 (欠 (76) зевать)]

[欠 - Недоставать KETSU_ kakeru 4 (欠 (76) зевать)]

[大 - Большой DAI, TAI_ ookii 3 (大 (37) большой)]

人 - человек (hito)

人々 - люди (hitobito)

口 - рот (kuchi)

人口 - население (jinkou)

入る - входить (iru, hairu)

入れる - вкладывать (ireru)

出る - выходить (deru)

出かける - выходить (dekakeru)

出す - вынимать, посылать (dasu)

入口 - вход (iriguchi)

出口 - выход (deguchi)

出入口 - вход-выход, проход (deiriguchi)

山出し - провинциал, деревенщина (yamadashi)

吹く- дуть (fuku)

欠, 欠伸 - зевота (akubi)

欠ける - недоставать (kakeru)

大きい - большой (ookii)

大人 - взрослый (otona)

大風 - сильный ветер (ookaze)

大学 - университет (daigaku)

入学 - поступление (nyuugaku)

入学する - поступать в институт (nyuugaku suru)

何 - что (nan, nani)

何人 - сколько человек (nannin)

アルバイト - подработка (arubaito)

ポケット - карман (poketto)

НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ УПОТРЕБЛЕНИЯ КАТАКАНЫ И ХИРАГАНЫ[129]

«Порядок написания заимствованных слов катаканой утвержден приказом кабинета министров от 28 июня 1991 года. Заимствованные слова, зарубежные географические названия, имена иностранцев, специальные научно-технические термины в современном японском языке записывают не хираганой, а катаканой. Может возникнуть вопрос: зачем в японском языке существует две параллельные слоговые азбуки?

Дело в том, что тенденция современного японского языка записывать европейские заимствования 外来語 [гайрайго] катаканой появилась достаточно недавно. В памятниках в период с эпохи Муромати[130] до начала эпохи Эдо[131], то есть когда европейские слова впервые начали появляться в японской лексике, заимствования записаны иногда иероглифами, иногда хираганой, иногда катаканой - не было стабильности в этом вопросе. Запись европейских слов иероглифами имела место вплоть до эпохи Мэйдзи[132], а некоторые случаи иероглифической записи таких слов встречались даже после Второй мировой войны. Примеры включают в себя прежде всего названия стран мира: Россия, Америка, Франция. Кроме того, это некоторые существительные: клуб, каталог, спички.

Хотя иероглифические варианты записи сегодня менее употребительны, они играют важную роль в языке. Так, если слово «клуб» пишут иероглифами, создается атмосфера старины и ощущение особого очарования. Интересны политические нюансы, связанные с записью названий стран. Чтобы не путать между собой два периода истории России - Российская империя и Российская Федерация, между которыми лежит целая эпоха Советского Союза, - принято писать Россию до 1917 г. иероглифами, а после 1991 г. - катаканой. Если сочетание «японо-российский», [нитиро], записано иероглифами, 日露, то на память приходит учебник истории, но если элемент ро записан катаканой, 日ロ, речь может идти, например, о встрече президента Российской Федерации с премьер-министром Японии. Справедливости ради следует отметить, что есть газетные компании, которые принципиально используют только иероглифический вариант написания названий стран, и в их публикациях не следует усматривать оттенок старины. Так, газета «Йомиури» с января 1999 г. вернулась к иероглифическому обозначению России, объяснив это тем, что знак катаканы ロ легко перепутать с иероглифом «рот». Иностранным студентам нужно понимать, что приказ кабинета министров о порядке написания заимствованных слов носит характер рекомендаций, а не предписаний, то есть оставляет окончательное решение за тем, кто пишет.

...

Может возникнуть вопрос: почему слова китайского происхождения не относятся к гайрайго? Действительно, для китайских заимствований есть свой термин, канго, и японцам они не кажутся «чужими». Тем не менее, стилистическая разница между канго и ваго есть, и это влияет на словоупотребление. Некоторые начинающие студенты-японисты стараются как можно больше использовать лексики канго в своих сочинениях и даже в личных письмах. В итоге, когда такой текст читают носители языка, у них остается недоуменное впечатление: «Слишком напыщенно». С другой стороны, если в нужном месте вместо канго используется ваго, текст кажется несерьезным. В докторских диссертациях, научных статьях, государственных законах, медицинской литературе изобилие канго вполне уместно.»[133]

«Когда ничем не примечательный населенный пункт близ Токио превратился в главный международный аэропорт Японии, одна из японских газет посвятила этому событию заметку под заголовком Нарита кара Нарита э но гэкидо: 成田からナジタへの激動 'Стремительный скачок от Нарита к Нарита' («Майнити симбун» от 29.12.78), где для первого «Нарита» использованы иероглифы, а для второго - Катакана. «Нарита» в первой записи - это обычное японское географическое название, каких тысячи, во второй - название особое, собственное имя уникального объекта. В нём можно усмотреть окраску, во-первых, деловую (место слаженной, целенаправленной деятельности многих людей), во-вторых, интернациональную (ворота, связывающие Японию со всем внешним миром.»[134]

す

СУ - На животе я куль несу.

Осталось ли ещё хоть что-нибудь в мире китайско-японских иероглифов, что могло бы удивить придирчивого читателя? Вопрос настолько неосторожный и легкомысленный, что отвечать на него нет никакого смысла. Тогда какой же сюрприз нас ожидает сегодня?

Для начала вспомним кандзи 富[135], используемый для записи названия священной Фудзисан (富士山), и посмотрим еще раз, из каких элементов он состоит:

宀 + 一 + 口 + 田 → 富

Любопытно, что все «первоэлементы» (кроме «крышечки») являются абсолютными копиями более простых кандзи: 田 (ДЭН_та) - поле, 口 (КО:_кути) - рот, 一 (ИТИ_хитоцу) - один. Однако нередки случаи, когда те или иные элементарные иероглифы, выступая в качестве составных частей более сложных иероглифов, претерпевают существенные графические изменения и трансформации.

Яркой иллюстрацией к сказанному может послужить иероглиф «Искать», в составе которого даже при не очень внимательном рассмотрении можно выделить три основных компонента. Самый верхний очень похож на элемент 穴 иероглифа 空, входящего в состав 空手道 (каратэдо:). Он олицетворяет какую-нибудь пустоту: пещеру, яму или что-нибудь подобное[136]. Нижнии элемент (木) угадывается сразу - здесь совсем не надо обладать выдающейся фантазией, чтобы увидеть в нём ствол и ветви самого обычного дерева. Что же касается левого знака, то как ни странно, та самая хорошо знакомая нам «рука» (手), разве что слегка видоизменённая.

Один иероглиф сумел вместить в себя три других. При этом, чтобы соответствовать довольно жёстким требованиям (оставаться в рамках мысленного квадрата), ему пришлось довольно заметно сплюснуть «руку». Частный случай? Совсем даже нет. Эта самая деформированная рука (扌), ко всему прочему ещё и потерявшая верхний палец, в качестве самостоятельного иероглифа не употребляется, но пользуется огромной популярностью при конструировании более сложных иероглифов.

Итак, «искать» - 探す (сагасу). Более точную игру образов трудно себе представить: взять в руки (扌) дерево или какую-нибудь деревянную палку и прощупывать какое-то пустое пространство (яму или пещеру).

[探 - Искать ТАН_сагасу 11 (扌, 手 (64) рука)]

Запомнить онное (ТАН) и одно из кунных чтении (сагасу) кандзи 探 может помочь следующий короткий диалог:

-А где искать?

- Да ТАМ, в САрГАСсовом море.

Скажете, что это до наивности нелепо и «притянуто за уши»? Да, нелепо и притянуто, зато работает! Сами можете убедиться, насколько сложнее будет запомнить другой глагол, являющийся фактически синонимом 探す: 探る (сагуру) - искать, шарить (ощупью), выведывать, разведывать, исследовать.

Приведем ради демонстрации несколько наиболее простых примеров, в которых в качестве иероглифообразуюшего материала активно используется элемент 扌 (рука):

打つ (уцу) - бить, ударять. Замысел создателей более чем очевиден: берёшь в руку (扌) то ли гвоздь, то ли какой-то похожий на молоток инструмент (丁) и бьёшь (打つ) по нему (или им) изо всех сил.

押す (осу) - давить, нажимать. Рука (扌), нажимающая на некоторое подобие кнопки, тумблера или педальки (甲[137]).

払う (харау) - платить (рука + своё).

В этом эссе много уже говорилось о дереве, но до сих пор его кандзи не был представлен в виде таблички-досье. Исправим эту ошибку:

[木 - Дерево МОКУ, БОКУ_ки 4 (木 (75) дерево)]

[林 - Лес РИН_ хаяси 8 (木 (75) дерево)]

[森 - Роща СИН_ мори 12 (木 (75) дерево)]

Подкупает своей незатейливостью подход, выбранный для описания лесных массивов разной степени «лесистости»: один знак - одно дерево, два дерева – лес, три дерева - роща,

«Хаяси» - слово приятное и доброе, как лесной воздух, дающий человеку ощущение бодрости и свежести, поэтому оно запоминается раз и навсегда без каких-либо дополнительных усилий. ОН и КУН кандзи «Роща» тоже можно легко запомнить - достаточно только вспомнить песню, в которой «под крылом самолёта о чём-то поёт зеленое море тайги»: мори - море, а море - значит, синее. Для того же, чтобы более уверенно ориентироваться в онах этих трёх кандзи, следует крепко-накрепко запомнить слово, обобщающее собой понятие «лес». Это слово - 森林 (синрин), что в переводе означает лес в широком смысле слова (лес, леса).

При прорисовке кандзи «Лес» и «Роща» необходимо учитывать следующее правило: когда два «дерева» вписываются в один иероглиф (林), то правая веточка первого деревца рисуется чуть короче, чем обычно. Это крайне существенный момент, поскольку, нарисовав первое деревце, сразу же придётся рисовать второе, и нам необходимо заблаговременно позаботиться о месте для него.

Иероглифообразующие способности элемента 木 выше всяких похвал. Даже при самом поверхностном знакомстве с любым из доступных словарей поражает то количество иероглифов, которые основываются на «дереве». Познакомимся с некоторыми из них (все примеры подобраны не по какой-либо важности и не по частоте встречаемости, а только по лёгкости их восприятия и узнавания):

1. 桜 (О:_сакура) - сакура; 松 (СЁ:_мацу) - сосна; 松林 (мацубаяси) - сосновый лес; 楓 (ФУ:_каэдэ/момидзи) - клён; 梅 (БАЙ_умэ) - слива; 桃 (ТО:_момо) - персик;

2. 枯 (КО_карэру - засыхать, вянуть)[144] + 枝 (СИ_эда - ветка, ветвь) → 枯枝 (карээда) - сухая ветка;

3. 析 (СЭКИ)[145] - разделять, расчленять, разрезать;

4. 机 (цукуэ) - стол; 杯 (ХАЙ_сакадзуки) - рюмка, бокал, чашечка для сакэ[146]; 板 (ХАН_ита) - доска, плита, лист; 棺 (КАН_хицуги) - гроб; 棚 (ХО:_тана) - полка; 橋 (КЁ:_хаси) - мост.

Да что там лес! При желании японское дерево можно увидеть даже в обыкновенном зёрнышке. Здесь, естественно, речь идёт не о миниатюрности японских деревьев и не о какой-то там свойственной японскому мировоззрению особенной проницательности. Впрочем, обо всём по порядку. Вот, например, японская «Осень». Этот кандзи нельзя обойти стороной хотя бы по той причине, что осень для японцев - это не просто очередное время года, а желанная прохлада после летнего зноя и духоты, багряно-жёлтое буйство покрытых густыми лесами гор, праздник урожая и многое-многое другое.

[秋 - Осень СЮ:_аки 9 (禾 (115) колос, зерно)]

В ключе (禾) иероглифа «Осень» (秋) хорошо просматривается дерево (木), на верхушке которого сидит птичка, высматривающая в поле наполненные спелыми зёрнышками колоски (禾) - хоть и сплошная аллегория, но вот вам и дерево в зёрнышке. Осень в разгаре, колоски спеют, зёрнышки наливаются золотом, горят огнём в лучах заходящего солнца. Но не поэтому рядом с зёрнышком расположен «огонь» - просто собранный урожай зерна надо ещё просушить, без чего он обречён на гниение и гибель. Иначе говоря, сплошная горячая уборочная страда и битва за урожай, а слегка шипящее «СЮ:» - напоминание об осеннем шелесте падающих на землю листьев.

Впрочем, никто не мешает нам придумать любую другую ассоциацию, вроде той, что приведена выше. Подход может быть разный[147], а результат будет один, и какой бы мы образ ни придумали, иероглиф из памяти уже не вычеркнуть ни при каких обстоятельствах.

Если к иероглифу 木 (дерево) добавить снизу горизонтальную черточку (本), то этим самым мы акцентируем внимание на корне дерева - его начале, источнике силы и роста. Именно в такой роли (начало, источник, происхождение) обычно выступает данный кандзи, когда в сочетании с другими иероглифами образует какое-нибудь слово. Когда же 本 используется независимо от других иероглифов, то чаще всего он наделяется значением «Книга». Почему «обычно» и почему «чаще»? Да потому, что имеем дело не с чем-нибудь, а с японским языком, и здесь неприемлемы утверждения и заявления, произносимые со стопроцентной уверенностью, и если написано, что в сочетании с другими кандзи иероглиф 本 несёт значение «начало», то стопроцентно уверенным можно быть только в том, что на данное утверждение найдётся множество исключений, например, вот это: 欠本 (кэппон) - недостающий том[148].

[本 - Книга ХОН_хон 5 (木 (75) дерево)]

[本 - Источник ХОН_ мото^* 5 (木 (75) дерево)]

^*) Сегодня в качестве «мото» вместо 本 чаще употребляется кандзи 元 (ГЭН_мото) - начало, источник, основа. Что же касается именно 本 (мото), то он нередко встречается в японских фамилиях: 山本 (Ямамото).

Мы уже почти привыкли, что когда какое-то слово записывается одним-единственным кандзи, то это слово, как правило, является кунным чтением данного кандзи. Здесь же мы сталкиваемся с тем имеющим место в японском языке явлением, когда не предмет передаёт своё японское название иероглифу, а иероглиф передаёт своё заморское чтение записываемому им предмету. В результате книга на японский язык переводится как «хон», а мы имеем дело с фактом превращения она в кун, что ещё раз говорит о некоторой условности тех определений, которые мы дали онам и кунам в самых первых эссе.[149] Но здесь особый интерес представляет философская подоплёка, ибо, познакомившись с японской «Книгой», невольно призадумаешься о том, с какого же века и из какой страны пошла традиция называть книгу источником знаний (хон - источник - книга)?

Сочетание «Источника» с «Солнцем» (日本) даёт нам «Страну восходящего солнца» (нихон) - то «поэтическое» название Японии, которое во многих из нас пробуждает какие-то не поддающиеся анализу положительные чувства. Иногда слово 日本 может читаться японцами как «ниппон». Данное чтение сохраняется ещё с тех далёких времён, когда японцы вместо «х» произносили «п».[150] Однако по окончании Второй мировой войны с названием Ниппон больше ассоциировалась милитаристская Япония, которую японцы после известных событий стараются если не забыть, то, по крайней мере, не упоминать всуе. Поэтому называть Японию словом «Ниппон» сегодня не очень-то и принято, как не принято в любом здоровом и сытом обществе ворошить своё тяжелое прошлое. Сегодняшняя Япония - это Нихон, ну, может быть, ещё にっぽにあ (ниппониа), как это, например, следует из названия одноимённого известного журнала, выпускаемого издательством Heibonsha Ltd на нескольких языках мира, в том числе и на русском[151].

[日 - Солнце, день НИТИ_хи 4 (日 (72) солнце)]

Но если Япония - это Нихон или Ниппон (или Ниппония), то откуда в таком случае произошло название Japan? Ответ достаточно прост: есть все основания полагать, что первые упоминания о Японии пришли в Европу из Китая, а в древнем Китае иероглиф 日 начинался со звука «j»[152].

Японские прилагательные - чрезвычайно «хитрый» и очень тонкий инструмент. Прежде всего необходимо отметить, что в японском языке прилагательные бывают нескольких типов. Мы начнём наше знакомство с тех прилагательных, которые с лёгкой подачи лингвистов называются или предикативными, или истинно японскими. Предикативные прилагательные в полной мере оправдывают оба своих названия: практически все они не заимствованы откуда-либо, а имеют исключительно японское происхождение (истинно японские), с другой же стороны, они, завершая собой предложение, могут брать на себя роль сказуемого (предикативные)[153], что обычно в языках является прерогативой глаголов.

海が深い (уми га фукай) - Море глубокое.

木が古い (ки га фуруй) - Дерево старое.

Чтобы придать предложению чуть более вежливый оттенок, можно после завершающего прилагательного употребить глагол-связку «дэс».

海が深いです (уми га фукай дэс) - Море глубокое.

木が古いです (ки га фуруй дэс) - Дерево старое.

Но на этом сходство прилагательного с глаголом не заканчивается. В отличие от русских прилагательных, японские, подобно глаголам, способны выражать время: море может быть глубоким, но, вполне возможно, оно когда-то было глубоким.

海が深かった (уми га фукакатта) - Море было глубоким.

木が古かった（ки га фурукатта) - Дерево было старым.

Или то же самое:

海が深かったです (уми га фукакатта дэс) - Море было глубоким.

木が古かったです (ки га фурукатта дэс) - Дерево было старым.

Как видно из примеров, чтобы прилагательное оказалось в прошедшем времени, завершающее い (и) необходимо заменить на かった (катта): фука(й) + катта → фукакатта.

Прилагательное в прошедшем времени может занимать место и перед существительным, определяя его:

深い侮 (фукай уми) - глубокое море.

深かった海 (фукакатта уми) - море, которое было глубоким.

古い木 (фуруй ки) - старое дерево.

古かった木 (фурукатта ки) - дерево, которое было старым[154].

深い (фука-й) - глубокий.

深かった (фука-катта) - был глубоким.

深くない (фука-ку-на-й) - неглубокий.

深くなかった (фука-ку-на-катта) - был неглубоким.

Однако это не всё. Японские прилагательные довольно легко превращаются в существительные, для чего достаточно заменить завершающее «и» на «са»: фука(й) + са → фукаса (深さ - глубина). Видно, что это самое завершающее «и» у предикативных прилагательных настолько легкомысленно и переменчиво в своих настроениях, что его иногда без какой-либо потери смысла можно даже отбросить: 深秋 (фука(й) + аки) → фукааки (поздняя осень); 古本 (фурухон) - старая (антикварная или подержанная) книга; 古手 (фурутэ) - старьё, бывшая в употреблении вещь.

[古 - Старый КО_фуруй 5 (口 (30) рот)]

古風 (кофу:) - старомодный.[155]

Здесь необходимо сделать одно опережающее события замечание: предикативные (истинные) японские прилагательные, как уже упоминалось в начале этой главы, не являются единственным видом прилагательных - кроме них существуют ещё и так называемые полупредикативиые прилагательные[156]. Пока достаточно лишь отметить, что характерной чертой предикативных прилагательных можно считать то, что они обычно заканчиваются на «и», хотя (ох уж это традиционное для японского языка «хотя») это совсем не значит, что все прилагательные, которые заканчиваются на «и», являются предикативными прилагательными[157].

Вряд ли символика иероглифа «Старый» вызовет у кого-нибудь какие-либо сомнения, но тем не менее попробуем вырваться из крестово-погребальных ассоциаций, навеваемых этим знаком. Пока десять (十) ртов (口) накормишь - сам прежде времени состаришься: 古びる (фурубиру) - стареть, ветшать, изнашиваться.

人 (человек) - яркий по своей значимости знак, и было бы наивно полагать, что он наряду с другими такими же простыми иероглифами не станет принимать активного участия в создании более сложных иероглифов. Правда, для выполнения этой миссии ему приходится немножечко преобразиться. Познакомимся ещё с одной его формой на примере кандзи изображающего прислонившегося к дереву человека.

[休 - Отдыхать КЮ:_ясуму 6 (亻, 人 (9) человек)]

休み (ясуми) - отдых.

秋休み (акиясуми) - осенние каникулы[158].

休む (ясуму) - отдыхать, пропускать занятия, простаивать (о производстве).

休みます (ясумимас) - чуть более вежливая (нейтрально-вежливая) форма[159] глагола «ясуму».

Отсюда легко и просто получить пожелание «спокойной ночи»: お休みなさい (о-ясуминасай). Для образования этой фразы используется сразу несколько грамматических приёмов. Во-первых, это применение префикса «о-», который выражает уважительное отношение и является атрибутом вежливой речи[160]. Во-вторых, мы отбросили от глагола «ясумимас» суффикс «-мас» и вместо него употребили «насай» - сокращённую форму от «насару» (вежливого синонима глагола «делать»). Это очень распространённая и часто применяемая грамматическая конструкция, выражающая мягкое повеление или приказ: お入りなさい (о-хаиринасай) - входите, проходите; お休みなさい (о-ясуминасай) - отдыхайте. Также характерен пример извинения за что-нибудь: «гомэннасай» - извините.

Здесь необходимо сделать некоторые важные пояснения. В японском языке, изобилующем разного рода градациями вежливости и почтения, существует довольно много повелительных форм - от грубого приказа до самой что ни на есть утончённейшей просьбы[161]. В этом плане фраза «о-хаиринасай» (входите) имеет достаточно узкую сферу применения: она может быть употреблена либо в кругу своих близких и хорошо знакомых людей, либо старшими (по возрасту или положению) по отношению к младшим. Но можно сказать и чуть менее вежливо («менее вежливо» не значит «более грубо»): «о-хаири» (входи). А можно значительно более вежливо: «о-хаирикудасай» (входите, пожалуйста)[162].

«О-хаирикудасай» - наиболее распространённая форма предложения войти в офис, дом или квартиру европейского типа, но существует также особое приглашение для входа в дом японского типа: お上がりください (о-агарикудасай). Интересно, что здесь используется глагол «агару» (подниматься)[163], который записывается с помощью иероглифа 上 (верх)[164]. В дословном переводе получается что-то вроде «поднимайтесь, пожалуйста», что, в общем-то, не противоречит здравому смыслу, особенно если вспомнить некоторые архитектурные особенности приподнятого на сваях классического японского домика.

В качестве эпиграфа к данному эссе вынесена чрезвычайно поучительная пословица:

Прежде всего обратим внимание на иероглиф 蛙 (кавадзу), представляющий собой большое насекомое 虫, окружённое двумя самурайчиками 士 - крайне точный образ обыкновенной лягушки: многочисленное воинство, борющееся с полчищами насекомых. Насекомые и лягушки - звенья одной цепочки, и поэтому само собой напрашивается...

Однако, стоп! Секундочку! Как бы ни хотелось видеть в этом иероглифе то, что хочется видеть, но мы здесь можем впасть в опасное заблуждение. Есть два очень похожих иероглифа: Воин (士) и Земля (土), «Воин» - это, как нам уже известно, благородный муж, знающий от «одного» (一) до «десяти» (十), в то время как «Земля» больше похожа на произрастающее над поверхностью земли хрупкое растение (土)[165]. Впрочем, самой «Лягушке» от этого хуже не становится, ибо земноводное оно и есть земноводное (в том смысле, что повсеместно на земле водится и насекомыми питается, и пусть простят нас языки русский и японский и зоология еже с ними за столь вольное обращение с ними). Благодаря биологическому определению земноводного (на земле и в воде) также легко можно запомнить и само слово «кавадзу», тоже в каком-то смысле содержащее в себе «воду», поскольку «кава» по-японски - «река».

К кавдзи «Лягушка» мы еще вернёмся в 9-ом эссе, сейчас же пойдём дальше и рассмотрим кандзи, очень похожий на колодезный сруб (井). Впрочем, что про него говорить - колодец он и есть колодец.

[井 - Колодец СЭЙ_и^* 4 (ニ (7) два)]

^*) Сегодня колодец чаще называют «идо» (井戸 → колодец + дверь).

并の中の蛙 (и но нака но кавадзу) - лягушка внутри колодца.

В этой фразе крайне немаловажную роль дважды играет великолепная японская притяжательная частица の (но). Лягушка чему принадлежит? Нутру. Нутру чего? Нутру колодца. В самом простом смысле она указывает на принадлежность чего-либо (кого-либо) чему-либо (кому-либо). Проясним ситуацию на более простом примере. Мы уже сталкивались с образованием национальной принадлежности: ロシア人 (росиадзин) - русский. Но то, что приемлемо для самих себя, а также для наших друзей и земляков, совершенно не годится для употребления по отношению к гражданам из других стран. Их будет более вежливым назвать несколько иначе, например, フランスの人 (фурансу но хито) - то же самое, что и フランス人 (фурансудзин), но только более уважительно, а если дословно, то получается не столько «француз», сколько «человек Франции»[166].

Использование притяжательной частицы の до такой степени распространено в японском языке и в неё вложен такой глубокий смысл, что должно пройти некоторое время, прежде чем тот, кто изучает японский язык, сможет за внешней простотой этой формы увидеть её колоссальное смысловое наполнение. Видеть в этой частице просто формальную деталь - значит низводить многоплановость японского языка в одномерное пространство западных представлений[167]. Вот несколько примеров, которые могут наглядно продемонстрировать самое простое назначение частицы «но»:

木は山の上にあります (ки ва яма но уэ ни аримас)[168] - Дерево расположено на горе.

山の上の木は古いです (яма но уэ но ки ва фуруй дэс) - Дерево на горе старое.

本はテ一ブルの上にあります (хон ва тэ:буру[169] но уэ ни аримас) - Книга лежит на столе.

本がテ一ブルの上にあります (хон га тэ:буру но уэ ни аримас) - На столе лежит книга.

山本さんのテーブル (ямамото сан но тэ:буру) - Стол Ямамото. 日本の山 (нихон но яма) - Горы Японии.

秋の森 (аки но мори) - Осенний лес (роща).

Бросается в глаза и заставляет удивиться поразительное совпадение в использовании признака притяжательности «но» в японском и в русском языках: Мити-но поле, Алёши-но горе, Василиси-но окно и так далее.

Итак, 井の中の蛙大海を知らず - лягушка, живущая в колодце, большое море... Что это за сирадзу (知らず) такое она делает с этим самым большим морем (大海, тайкай)?

知る (сиру) - знать, знаю, буду знать. 知ります (сиримас) - знаю, буду знать. 知らない (сиранай) - отрицательная форма глагола «знать» (не знать, не знаю, не буду знать). Однако в литературе, в пословицах, в поговорках часто встречается отрицательная форма глаголов с заменой суффикса «-най» на «-дзу». В итоге получается следующее: «Лягушка, живущая в колодце, (большого) моря не знает»[170].

В завершение остаётся только чуть более внимательно рассмотреть кандзи «Знать», ибо поскольку «знание - сила»[171], то нам без него никак не обойтись.

[知 - Знать ТИ_сиру 8 (矢 (111) стрела)]

Иероглиф 知 (знать) состоит из двух элементов: 口 (рот) и 矢 (стрела). Здесь очевидное многовековое предвосхищение великих слов Френсиса Бэкона, ибо слова, подкреплённые знанием, подобны стрелам, поражающим цель.

[探 - Искать TAN_sagasu 11 (扌, 手 (64) рука)]

[深 - Глубокий SHIN_fukai 11 (氵, 水 (85) вода)]

[木 - Дерево MOKU,BOKU_ki 4 (木 (75) дерево)]

[林 - Лес RIN_hayashi 8 (木 (75) дерево)]

[森 - Роща SHIN_mori 12 (木 (75) дерево)]

[休 - Отдыхать KYUU_yasumu 6 (ィ, 人 (9) человек)]

[秋 - Осень SHUU_aki 9 (禾 (115) колос, зерно)]

[海 - Море KAI_umi 9 (氵, 水 (85) вода)]

[北 - Север HOKU_kita 5 (ヒ (21) «ХИ»)]

[本 - Книга HON_hon 5 (木 (75) дерево)]

[本 - Источник HON_moto 5 (木 (75) дерево)]

[日 - Солнце,день NICHI_hi 4 (日 (72) солнце)]

[古 - Старый КО_furui 5 (口 (30) рот)]

[井 - Колодец SEI_i 4 (ニ (7) два)]

[上 - Верх JOU_ue 3 (一(1)один)]

[知 - Знать CHI_shiru 8 (矢 (111) стрела)]

探す - искать (sagasu)

探る - выведывать (saguru)

深い - глубокий (fukai)

水深 - глубина воды (suishin)

木 - дерево (ki)

林 - лес (hayashi)

森 - роща (mori)

森林 - леса (shinrin)

休む - отдыхать (yasumu)

休み - отдых (yasumi)

秋 - осень (aki)

秋休み - осенние каникулы (akiyasumi)

バカンス - каникулы (bakansu)

海 - море (umi)

北 - север (kita)

北風 - северный ветер (kitakaze)

北海道 - о.Хоккайдо (hokkaidou)

山本 - Ямамото (vamamoto)

古い - старый (furui)

深秋 - поздняя осень (fukaaki)

古本 - старая книга (furuhon)

古びる - ветшать (furubiru)

古風 - старомодный (kofuu)

古手 - старьё (furute)

深める - углублять (fukameru)

知る - знать (shiru)

上 - верх (ue)

上がる - подниматься (agaru)

蛙 - лягушка (kawazu)

并 - колодец (i)

机 - стол (tsukue)

テーブル - стол (tēburu)

古木 - старое дерево (koboku)

Каэру, Каэррру, Каэррр... Для цапли так приятен хор Зелёных водяных химер...

Отрывок из книги

КРАСОТОЙ ЯПОНИИ РОЖДЁННЫЙ[172]

...А вдохновила меня на статью Нобелевская речь Кавабата[173] «Красотой Японии рождённый»[174].

Понять смысл этого своеобразного признания в любви к родной культуре не так просто, начиная с заголовка, переведенного американцем Эдвардом Зейденстикером «Япония, прекрасная, и я». Звучит, мягко говоря, не по-японски, тем более, так не скажет традиционно настроенный писатель. Собственно, сам Кавабата перечеркнул первоначальный вариант заголовка - «Красота Японии и я», опасаясь, что иностранцы неправильно его поймут, и заменил на «Красотой Японии рождённый». Писатель хотел сказать: я постольку существую, поскольку существует японская культура. Нобелевскую премию я отношу не за свой счёт, а за счёт того духа Красоты, который живёт в японцах и перешел к нам от предков и который, как ни модернизируется или ни американизируется Япония, будет составлять её суть. Всем я обязан тому духу национальной культуры, который называется Красотой Японии - и о нём я веду речь.

Американец, человек иного склада, унаследовавший иные культурные традиции, понял это так, как только и мог понять: «Япония, прекрасная, и я». И не ясно, что важнее, наверно, все-таки Я, которое любуется прекрасной Японией. В результате исчезает главная мысль Кавабата: я таков потому, что такова Япония. У переводчика же чисто американский размах: «Я и Япония». Но Будда «постоянно учил, что такого самостоятельного я нет, что нет и обособленного от него мира, нет самостоятельных предметов», нет обособленной жизни; всё это неразрывные корреляты, отделимые друг от друга только в абстракции».

В 1973 году я получила, к своей радости, несколько номеров журнала «Восток» с переводом моей статьи и откликами японских профессоров... Японские учёные согласились, что английский перевод «Япония, прекрасная, и я» не отражает того, что хотел сказать Кавабата. Не отражает именно потому, что в английском переводе опущена сакраментальная частица но. («Уцукусий Нихон-но ватакуси»: Уцукусий - красивый, Нихон - Япония, Ватакуси - я)[175]. Но - не просто частица родительного падежа, а свидетель всеобщей связи, «одного во всем и всего в одном». Этот иероглиф похож на виток спирали и выполняет особую функцию в языке, соединяя между собой все возможные пары не по принципу «и то, и то» или «сначала это, потом то», а по принципу «это есть то». Тип связи, олицетворяемый частицей но, позволяет не распасться множеству, соединяя всё на всех уровнях микро- и макромира, в соответствии с голографической структурой или многомерным мышлением. Поэтому невозможным оказался однозначный союз и (and), и я прибегла к инверсии - «Красотой Японии рождённый».

А вот мнение профессора Кобаяси Итиро:

«Не подлежит сомнению, что эссе «Красотой Японии рожденный», чему посвящена статья, не просто вольные рассуждения Кавабата о литературе, оно отражает мировоззрение японцев. Можно согласиться, что перевод Зейденстикера «Japan, The Beautiful, and Myself» неудачен, в чем я вполне согласен с автором статьи. Толкование, данное в переводе Тани-дзёси[176]: «Я постольку и существую, поскольку существует японская культура» - вернее всего передает дух подлинника.

Когда в Стокгольме (на церемонии вручения Нобелевской премии) обозреватель Сираи задал вопрос о частице но, Кавабата ответил: «Поистине, это сложное и чудесное слово. Да, если говорить о Японии - всё здесь моё, близкое. Вот какой смысл я в него вкладывал». (Кстати, об этом я не знала и благодарна за упоминание. - Т.Г.) Хотелось бы также отметить, что но, которое использует Кавабата, включает также все те значения, которыми оно обладало в старояпонском языке: показателя «принадлежности», «места и времени существования», «однородности», «подобия», «относительного местоимения» и т. п. Возможно, сказанное Кавабата о «сложном и чудесном слове» отражало его самые сокровенные чувства. Да, то был Кавабата, постигший и превзошедший все тонкости японского языка.

НО - Видит кошка, Хоть темно.

Перед нами пять иероглифов, настолько сходных между собой, чтo они так и просятся, чтобы их по этому признаку объединили в одну группу, а затем вместе запомнили, что в последующем позволит не ошибиться при встрече в тексте с любым из них.

秋 (осень) → 禾 (зерно, колосок) + 火(огонь) → наполненные огнём 火 солнца колосья или зёрна, обсушенные огнем.

私 (я, частный) → 禾 (зерно) + ム (частный, личный) → моё (ム) зерно (禾).

和 (мир, спокойствие) → 禾 (зерно) + 口 (рот) → время, когда не воюют, а досыта едят (口) рис (禾).

知 (знать) → 矢 (стрела) + 口 (рот) → опирающиеся на знание (知) слова (口) подобны стрелам (矢), попадающим в цель.

短 (короткий) → 矢 (стрела) + 豆 (боб)[178] → стрелы (矢), сделанные из стеблей бобов (豆), летают на короткие (短) расстояния; короткий (短) как бобовая (豆）стрелка (矢), и т. д. и т. п.

Кандзи «Осень» нам хорошо знаком, тем не менее упомянем его ещё раз.

[秋 - Осень СЮ:_аки 9 (禾 (115) зерно)]

秋風 (акикадзэ) - осенний ветер.

秋田 (акита) - Акита (город в Японии).

[私 - Я СИ_ватакуси 7 (禾 (115) зерно)]

Кандзи 私 (я) состоит из «зерна» и сильно похожего на знак азбуки Катакана ム («му») элемента, в древности символизировавшего «личное», «свое»: моё (!) зерно.[179]

«Ватакуси» - это достаточно официально. Если проще и обыденнее, то «ватаси». У местоимения «я» в японском языке куча синонимов, которые к тому же записываются разными иероглифами. Говорят, будто кто-то из японоведов насчитал их более пятидесяти. Почему-то в это верится, особенно если принять во внимание наследие «тёмного» феодального прошлого Японии. Нетрудно догадаться, что в свете изменившихся исторических условий это многообразие сегодня уже не востребовано[180].

Более общее значение иероглифа 私 - частный, личный: 私立大学 (сирицудайгаку)[181] - частный университет.

Аналогично частному образуется и

国立大学 (кокурицудайгаку) - государственный университет.

В образовании понятий «государственный» и «частный» принимает участие иероглиф «Стоять»[182] (стоять, быть учреждённым, быть установленным). Отсюда и 国立 (кокурицу) - учреждённый государством, и 私立 (сирицу) - учреждённый (установленный) частным лицом.

[立 - Стоять, быть установленным РИЦУ_тацу 5 (立 (117) стоять)]

Название известной японской компании «Хитачи» записывается как 日立 (хитати). Смысл записанного будет более очевиден, если упомянуть ещё одно значение кандзи 立 (РИЦУ_тацу) - вставать, подниматься. Но почему «тачи» или «тати», если речь идёт о «тацу»?

Если бы после кандзи 立 стоял знак азбуки Хирагана つ (цу), то нетрудно было бы догадаться, что речь идёт о глаголе «тацу» (立つ), а вот если бы после 立 стояли знаки Хираганы てる (тэру), то это уже был бы глагол 立てる (татэру) - ставить, учреждать. Видно, что с помощью кандзи записывается только неизменяемая часть глагола. Но проблема заключается в том, что в случае с 日立 (хитати) после иероглифа 立 вообще нет никаких знаков, частиц или изменяемых окончаний! Это означает только то, что мы должны воспроизвести либо варианты, не имеющие каких-либо изменяемых «хвостиков» (например, «РИЦУ» - онное чтение кандзи 立), либо «тати» - корень глагола «тацу».

Корень любого глагола вычленяется наиболее просто, если известно, как выглядит тот или иной глагол в нейтрально-вежливой форме: 立つ (та-цу) → 立ちます (та-ти-мас) → 立ち (та-ти). Хотя 立ち и записывается через ち, тем не менее в сочетаниях с другими кандзи изменяемая корневая часть кандзи (в данном случае ち) может опускаться, что мы, собственно, и видим на примере 日立 (хитати).

Изменение глагольного корня при переходе от одной формы глагола к другой происходит у большинства глаголов:

уцу (打つ, ударять) - утимас (打ちます);

ясуму (休む, отдыхать) - ясумимас (休みます);

агару (上がる, подниматься) - агаримас (上がります);

сагасу (探す, искать) - сагасимас (探します);

харау (払う, платить) - хараимас (払います);

хаиру (入る, входить) - хаиримас (入ります);

дасу (出す, вынимать, посылать) - дасимас (出します);

нобору (登る, взбираться) - ноборимас (登ります);

утау (歌う, петь) - утаимас (歌います);

тому (富む, быть богатым) - томимас (富みます).[183]

Корень глагола нередко переводится как существительное, например: ёму (читать) - он'ёми (онное чтение) и кун'ёми (кунное чтение)[184].

И всё же, почему «хитачи», а не «хитати», ведь в японском языке вообще нет слога «чи», а есть слог «ти»? Так это дело вкуса. Русское «хитачи» появилось не от большой грамотности, а от свойственного как русским, так и японцам стремления что-нибудь позаимствовать. Жителям западных стран японское «ти» всегда и всюду слышалось слегка шипяще, что и нашло своё отражение в так называемой хэпберновской транскрипции[185], согласно которой японский звук «ти» записывается как «chi». А вот когда многие японские слова всякими окольными путями, в основном через Европу, попали наконец-то в Россию, то они, как правило, были записаны именно латиницей, что и привело в последующем к появлению в русском языке всякого рода «хи- тачи» (hitachi), «митсубиши» (mitsubishi) и прочих возникших по принципу «испорченного телефона» коверканий.

Другой способ записи японских слогов буквами латинского алфавита (японская государственная латиница[186]) записывает «ти» как «ti». Очевидно, что японский способ, в отличие от варианта, предложенного Хепберном, в большей степени является транслитерацией японских слогов латинскими символами (た、 も、つ、て、と - та, ти (а не чи), ту (а не цу), тэ, то). При выборе наиболее удобного способа латинизации японского письма не стоит сразу вставать на ту или иную сторону. Будьте слегка японцами - не стремитесь к губительным крайностям, а старайтесь во всем придерживаться нейтралитета (中立)[187].

«Ти» и «чи» - две крайности одной истины. Вместо того, чтобы изводить себя размышлениями, оперируя мудрёными и не всегда понятными терминами, отчётливо произнесите перечисленные ниже слова, тщательно выслушиваясь в особенности звучания звука «т» в каждом из примеров. После чего вы сами сможете прийти к некоторым вполне определённым выводам.

Титан, таран, титул, толкать, тикать, катить, тэрра, тик-так, тетива, тигр, Тибет.

秋風立つ[188] (акикадзэ тацу) - встают (начинаются) осенние ветры. Фразеологический оборот, применяемый, когда говорят об охлаждении чувств к возлюбленным - периоде сложном и «слезоточивом». Кстати, «плакать» по-японски будет «наку», и если кандзи «Стоять» (立) объединить с «Водой» (水, 氵), в данном случае символизирующей слёзы, то получится иероглиф 泣, которым и записывается глагол 泣く (наку) - плакать.

[泣 - Плакать КЮ:_наку 8 (氵, 水 (85) вода)]

泣く (наку) - плакать.

泣さ (наки) - плач.

泣さ泣き (накинаки) - сквозь слёзы.

泣き虫 (накимуси) - плакса (плачущее насекомое).

泣き入る (накииру) - горько плакать.

泣き出す (накидасу) - заплакать, залиться слезами.

[和 - Мир, согласие ВА_ва 8 (ロ (30) рот)]

和する (ва суру) - быть в ладу (в мире), гармонировать.

和らぐ (яварагу) - смягчаться, утихать.

調和 (тё:ва) - гармония.[189]

Кандзи 和 чрезвычайно значим для японцев[190], ведь основные и, по сути дела, главные его значения - это «мир» и «согласие», благодаря чему этот иероглиф ассоциируется с духом самой Японии. Стремление к гармонии, нетерпимость к категоричной крайности, смягчение и выравнивание позиций, согласование мнений - всё это характерные черты японцев, именно поэтому данный иероглиф наряду с иероглифом «Солнце» выступает в качестве символа Японии, откуда и происходит ещё одно значение кандзи 和 - «японский».

Посмотрите на тот японско-русский словарик, которым вы, скорее всего, уже успели обзавестись. На его обложке должно быть написано следующее: 和露辞典 (вародзитэн) - японско-русский словарь. Впрочем, на словаре может оказаться и такая надпись: 日露辞典 (нитиродзитэн), что по сути одно и то же. Здесь 和 - символ-синоним иероглифа 日, а 露 - эффектный знак, которому выпала честь в подобного рода словосочетаниях обозначать собой матушку Россию[191].

和歌 (вака) - японская песня, японское стихосложение. Зачастую употребляется в качестве синонима стихотворной формы танка (短歌). Отсюда же берёт своё название поэзия как искусство стихосложения вака - 歌道 (кадо:).

和歌山 (вакаяма) - Вакаяма (город в Японии).

共和国 (кё:вакоку) - республика. Здесь 共 (КЁ:_томо ни) - вместе, одновременно.

コミ共和国 (коми кё:вакоку) - Республика Коми (родина автора Кандзявых эссе).

Для запоминания кандзи 共 (КЁ:_томо ни) можно применить следующие уловки: 共 - на столе две соединённые вместе руки; что же касается куна «томо», то в 11 эссе будет представлен кандзи 友 (друг), который в некоторых источниках тоже трактуется как две соединенные вместе руки, но самое интересное заключается в другом: «друг» по-японски тоже «томо».

[共 - Вместе КЁ:_томо ни 6 (八 (12) восемь)]

中共 (тю:кё:) - Коммунистическая партия Китая.

二人共 (футаритомо) - оба[192].

共立する (кё:рицу суру) - совместно учреждать.

Национальный японский стиль в чём бы то ни было - (вафу:), причём 和風 (вафу:) - это ещё и легкий ветерок. И, наконец, 和服 (вафуку) - одежда в японском стиле (японская одежда).

[服 - Одежда, костюм ФУКУ_фуку 8 (月 (74) месяц)]

服入れ (фукуирэ) - платяной шкаф, чемодан (для платья). お古の服 (о-фуру но фуку)[193] - поношенный костюм.

この服は父のお古です (коно фуку ва тити но о-фуру дэс)[194] - Эта одежда с отцовского плеча.

Как показывает практика, кандзи 服 (ФУКУ) довольно сложен как для понимания, так и для запоминания. Каждая из его частей в плане символьной идентификации не так проста, как это может показаться на первый взгляд, а неоднозначность и неуверенность в восприятии элементов, столь характерные для этого иероглифа, могут привести и к размытости самого иероглифа в целом, и, как следствие, к неустойчивому закреплению его в памяти.

Попробуем более подробно разобрать кандзи «ФУКУ». Слева расположен элемент 月 (месяц). В иероглифе 服 это единственный символ из трёх (月, 卩, 又), значение которого не вызывает у нас каких-либо сомнений. Вернее, пока не вызывает - японский язык не приемлет и не допускает какой-либо категоричности в обращении с ним, и как только в каком-то вопросе мы почувствуем себя более-менее уверенно, как тут же японский язык найдёт возможность обрушить мощный удар по нашей с вами самоуверенности. Так происходит и здесь. Все дело в том, что в наборе иероглифических ключей есть один, который выглядит совсем как «месяц» (月), но при этом к «месяцу» никакого отношения не имеет. Этот «пересмешник» - иероглиф «Мясо», который будучи иероглифом выглядит как 肉, а вот в роли ключа тут же деформируется и превращается в нечто чрезвычайно похожее на «месяц» (⺼):

腺 (сэн) - железа (телесный источник, источник в теле, мясе, плоти);

汗腺 (кансэн) - потовые железы;

涙腺 (руйсэн) - слёзная железа.

Основываясь только на внешнем виде подобного рода иероглифов, невозможно сказать, что же именно является их ключом - «месяц» или «мясо». Единственным доказательством того, что в иероглифе 服 (одежда) «нарисован» именно «месяц», а не «мясо», а в иероглифе 腺 (железа) - именно «мясо», может послужить любой иероглифический словарь, согласно которому кандзи 服 располагается в группе иероглифов, объединенных 74-ым ключом (月, месяц). А это, можно сказать, уже последняя инстанция в решении наших иероглифических сомнений[195].

Приблизительно такие же проблемы возникают при знакомстве с элементами 卩 и 又. Нам остаётся только взять какие-то лежащие на самой поверхности факты и нужным образом их интерпретировать. Поскольку знак 卩 присутствует в кандзи 印 (ИН_ин), означающем «печать», то в литературе значение иероглифа 印 часто переносится и на его ключ 卩. Что же касается знака 又, то он в качестве иероглифа 又 (Ю:_мата) имеет значение «опять», а в составе более сложных иероглифов его нередко трактуют как «рука» (иногда как «правая рука», иногда как «ладонь»)[196].

Иероглиф 服 (ФУКУ) при употреблении с глаголом «суру» (делать) проявляет несколько дополнительных значении: 服する (фукусуру) - носить (одежду), подчинять(ся), покорять(ся), отбывать срок (службы). Большой странности в таком разбросе значении нет. Одежда всегда определяла социальное и служебное положение человека в обществе, каждый японский (и китайский) князь имел в своём подчинении отряды, носящие свою оригинальную форму; быть на службе у какого-то аристократа (князя, военачальника, наместника, феодала и т. д. и т. п.) значило быть одетым в форму определённых цветов. Благодаря этим значениям (подчиняться и так далее) для запоминания иероглифа 服, в знаке 月 полезно видеть именно «месяц», символизирующий время отбывания службы, в знаке 卩- печать, скрепляющую долговременные обязательства, а в зняке 又 - руку, ставящую эту печать, или на которую ставят клеймо.

Попытка трактовать кандзи 服, анализируя его компоненты, приводит к положительным результатам, но только, если можно так выразиться, в одностороннем порядке. Запомнив значения компонентов иероглифа 服, мы теперь без особого труда сможем распознать и идентифицировать его в тексте. А вот попытка выполнить обратную задачу - по памяти воспроизвести этот иероглиф - нередко оказывается обречённой на неудачу. Ситуацию не спасает даже использование следующего довольно яркого ассоциативно-логического трюка: на очередной примерке рука 又 портного снова и снова 又 разглаживает по телу 月 клиента сворачивающуюся в рулон ткань 卩, оценивая её на пригодность и соответствие требованиям заказчика.

Основная причина возникающей проблемы заключается в том, что когда мы видим перед собой на бумаге символ и пытаемся вспомнить его значение, у нас, как правило, есть время и возможность проанализировать изображение иероглифа, разбирая его на мелкие «кусочки», что служит достаточно действенным способом обращения к нашей памяти. Однако когда требуется этот символ изобразить на бумаге, полагаясь только на память, то у нас в этом случае вообще отсутствуют какие-либо визуальные зацепки для работы образного полушария мозга. Именно поэтому нам кроме логических приёмов требуется дополнительный образный стимул, воздействующий на нашу память. Идеальным является вариант, когда образы и логика работают вместе, но это бывает не всегда.

服

Постараемся увидеть в иероглифе 服 (одежда) поэтическое начало, пусть даже оторванное от значений, присущих компонентам данного знака. Скрючившись 卩 за своим столом 又, в сиянии луны 月, покорившись своей судьбе, трудится бедный портной, отбывая срок своей трудовой повинности и проводя дни и ночи за пошивом нарядной одежды для богатого феодала.

Ещё раз посмотрите внимательно на иероглиф 服 и прочно увяжите только что описанный образ с этой маленькой высокохудожественной миниатюрой, после чего закройте глаза и подумав об «одежде», постарайтесь увидеть этот иероглиф. Если во время эксперимента вам удалось явственно представить только что описанную картину, то проблем с воспроизведением этого знака у вас уже никогда не будет.

А напоследок ещё одна странность кандзи «ФУКУ», который, оказывается, еще отвечает и за счёт глотков (при питье) и затяжек (при курении): 一服 (иппуку) - один глоток, одна затяжка.

Но если 服 отвечает за глотки, то, значит, и за дозы принятого лекарства: 一服 (иппуку) - одна доза (лекарства)[197].

А чтобы жизнь не казалась совсем уж скучной, сопоставим кандзи 服 (одежда) ещё с одной «одеждой», воплощением которой служит кандзи 衣 (И_коромо). Для нас этот самый «коромо» (одежда) интересен тем, что вместе с кандзи «ФУКУ» (одежда) он образует слово, которое тоже обозначает одежду: 衣服 (ифуку) - одежда, платье, костюм, наряд, обмундирование. Мы не будем разбирать на части иероглиф 衣, а вместо этого попросту применим тот же приём, который использовали по отношению к иероглифу 服 - воспользуемся яркой художественной образностью этого знака.

Коромо - Как у борца сумо, Размер чиновничьей хламиды. Так тяжело, видать, его ярмо.

Посмотрите внимательно на этого разодетого в шелка китайского мандарина[198], сопоставьте рисунок и иероглиф с приведённой в табличке-досье информацией и скажите, неужели нужно что-то еще для того, чтобы в ближайшие лет десять не забыть эту замечательную картинку-образ?

[衣 - Одежда, одеяние И_коромо 6 (衣 (145) одежда)]

Мир (не война) - 平和 (хэйва)[199]. 平 - кандзи, который на протяжении всей этой книги не раз еще будет упомянут, и который интересен хотя бы тем, что входит в состав названия нынешней (на момент написания данного эссе) эры: 平成 (хэйсэй).

[平 - Плоскость ХЭЙ_хира 5 (千 (51) сухой)]

Это не единственное кунное употребление кандзи 平: 平らな (тайра на) - плоский, ровный, горизонтальный, а также спокойный, ровный.

平服 (хэйфуку) - будничное платье, штатский костюм.

平日 (хэйдзицу) - обычный день, будни.

В последнем примере представлен ещё один ОН кандзи 日 (НИТИ_хи), который сознательно не был упомянут в 6-ом эссе, где мы и познакомились с кандзи «Солнце». Закрепим этот ОН с помощью нового словечка:

休日 (кю:дзицу) - выходной.

Если же в памяти зафиксировать слово 手の平 (тэ но хира) - ладонь руки, то нам уже никогда не забыть следующие употребления кандзи 平:

平の (хира но...) - плоский, ровный, обычный, простой;

平に (хира ни) - открыто.

[知 - Знать ТИ_сиру 8 (矢 (111) стрела)]

Не путать с глаголом «суру» (делать): «знать» - сиру (сиримас), «не знать» - сиранай (сиримасэн), «делать» - суру (симас), «не делать» - синай (симасэн)(в скобках представлены глаголы в нейтрально-вежливой форме).

Хорошо запоминается онное чтение кандзи «Знать» через существительное 知人 (тидзин) - знакомый.

Что ещё? 知る (сиру) - знать, 知らない (сиранай) - не знать. 知れる (сирэру) - быть/стать известным (не в смысле «быть/стать знаменитым»), 知れない (сирэнай) - неизвестный.

Именно отсюда берёт своё начало грамматическая конструкция ... かも知れない («... камо сирэнай» - может быть, возможно), выражающая допущение или слабое предположение.

そうかも知れません (со: камо сирэмасэн) - Возможно, это так.

この歌を山田さんが歌うかも知れません (коно ута о ямадасан га утау камо сирэмасэн) - Эту песню, наверное, будет петь господин Ямада.

北風が吹いたかも知れません (китакадзэ га фуйта камо сирэмасэн) - Возможно, дул северный ветер.

私はこの道を行くかも知れません (ватаси ва коно мити о ику камо сирэмасэн) - Я, наверное, пойду этой дорогой.

Чтобы лучше понять принцип образования данной грамматической конструкции, попробуем перевести последний пример буквально: Пойду ли я этой дорогой? Даже неизвестно.

知らせる (сирасэру) - извещать, сообщать. Благодаря этому самому «сирасэру» есть смысл снова вспомнить кандзи «Насекомое». Удивительно, но в японских устойчивых выражениях «насекомое» зачастую обозначает чувство:

虫が知らせる (муси га сирасэру) - предчувствовать (насекомые сообщают, чувства сообщают).[200]

虫が起きる (мycи гa oкиpy)[201] - нервничать, paздpaжaтьcя (поднимаются насекомые, поднимаются чувства).

[短 - Короткий ТАН_мидзикай 12 (矢 (111) стрела)]

Для того, чтобы запомнить он «ТАН» кандзи «Короткий» можно, конечно, придумать какую-нибудь очередную ассоциативную комбинацию, но вместо этого лучше просто вспомнить японский короткий стих и проблем с запоминанием больше не будет: 短歌 (танка)[202].

Отправляясь (или съездив) на недолгое время в поездку, мы чаще всего говорим о ней как о небольшом путешествии (поездке, командировке) и зачастую не задумываемся о том, имеем ли в виду значимость дайной поездки (большая - небольшая) или то время, которое она займёт (долгая - короткая). Получается, что в большинстве случаев мы небезосновательно считаем, что в небольшой по времени поездке больших дел не совершишь.

В японском же варианте небольшая поездка будет именно короткой. Акцент делается на промежуток времени, который займёт поездка, а не на ту роль, которую она сыграет в последующем в нашей жизни. Точно так же следует говорить и о коротком отпуске, и о каком-либо другом небольшом промежутке времени. Время течёт быстро, оно скоротечно, оно коротко, и японцы, по-видимому, это прекрасно понимают.

Мы так часто упоминали иероглиф «Страна», что настало время уделить немного внимания и ему.

[国 - Страна, государство КОКУ_куни 8 (囗 (31) ограда)]

В этом примере, как и в случае с ключами 月 (месяц, от иероглифа 月) и ⺼ (мясо, от иероглифа 肉), мы опять встречаемся с проблемой схожести некоторых ключевых иероглифических элементов. Так, ключ 囗 (31) легко спутать с ключом 口 (30), и если происхождение и значение тридцатого ключа у нас не вызывает сомнении (рот он и есть рот), то с ключом под номером 31 дела обстоят не так просто. Ключ 囗 (31) в различной литературе, так или иначе касающейся японской или китайской письменности, называется по разному: это и коробка, и ограда, и страна (куни). Ясно, что название «коробка» обязано замкнутой квадратной форме ключа 囗 (31), но учитывая, что такую же форму имеет и ключ «рот», подобная трактовка ключа 囗 (31) где-то на «бытовом» уровне воспринимается слишком уж прямолинейно и совсем как-то не по-восточному.

Что же касается значения «страна» (куни), то понятно, что оно происходит от переноса на ключ 囗 значения характерного иероглифа 国(КОКУ_куни), в состав которого он входит. В этом плане для изучающего японский язык наиболее подходящей и понятной трактовкой ключа 囗 (31) была бы «ограда», которая хорошо согласуется практически со всеми иероглифами, включающими в свой состав тридцать первый ключ. Поэтому в рамках Кандзявых эссе исключительно из «педагогических» соображений мы иногда будем называть ключ 囗 оградой.

Попробуем составляющие иероглифа 国 объединить связующим сюжетом: государство 国 - это некоторые рамки, крепостные стены, границы, ограждающие от посторонних национальные сокровища 玉 (ГЁКУ_тама)[203], основным держателем которых является король 王 (О:_о:). Отсюда, кстати, получаем и 王国 - королевство с царством (о:коку).

[王 - Король, царь, монарх О:_о: 4 (王 (96) король)]

[玉 - Драгоценный камень ГЁКУ_тама 5 (玉^* (96) драг. камень)]

^*) Особенностью 96-го ключа является то, что в качестве него выступают сразу два иероглифа: и 王 (король), и 玉 (драгоценный камень).

中国 (тю:гоку) - Китай.

国立 (кокурицу) - государственный.

入国 (ню:коку) - въезд в страну.

国際 (кокусай) - международный[204].

立国 (риккоку) - основание государства.

国富 (кокуфу) - национальное богатство.

外国 (гайкоку) - заграница[205].

外国人 (гайкокудзин) - иностранец.

Ясно что в такую коробочку 囗 не запихнуть ни правящего, ни неправящего короля 王, тем более со всем его драгоценным скарбом 玉, если, конечно, это не какой-нибудь пленный король: 囚われ (тораварэ) - пленный (человек в коробке, человек в ящике, человек за оградой).

囚人 (сю:дзин) - арестант.

囚われ (тораварэ) - пленник, плен, заключение.

囚われる (тораварэру) - быть захваченным в плен, быть схваченным (пойманным).[206]

[囚 - Плен, заключение СЮ:_тораварэ 5 (□ (31) ограда)]

Итак, снова «красивой Японии я» или, литературно выражаясь, «красотой Японии рождённый».

«Уцукусий» - красивый. Кандзи 美 (красивый) может показаться достаточно простым, но, как правило, всякий раз при очередной попытке его письменного воспроизведения этот знак доставляет некоторые затруднения, ибо количество горизонтальных черт в нем может привести в замешательство даже обладателя самой выдающейся на свете памяти. К счастью, данный иероглиф легко разделяется на два более простых: 羊 (овца) и 大 (большой). Сочетание, конечно, может показаться странным, но если учесть, что во все времена баран давал человеку не только полцентнера мяса, но и шерсть, и одежду, а, значит, и красоту, то неудивительно, что большая овца вызывала у древнего китайца определённые эстетические чувства (или, по крайней мере, их предвкушение)[207].

Данная версия происхождения иероглифа 美 хороша, но только для очень нетребовательного читателя. А вот если кого-то всё же засмущает тот факт, что «большой» находится под «овцой», то пусть он представит большого (значимого, важного) человека (шамана, заклинателя духов), голова которого увенчана рогатой бараньей головой (или маской мифического животного).

[美 - Красивый, прекрасный БИ_уцукусий 9 (羊 (123) баран, овца)]

タイプライターを打つ美人 (тайпурайта: о уцу бидзин)[208] - Красавица, печатающая на машинке.

美しい山水 (уцукусий сансуй) - живописный пейзаж.

山水の美 (сансуй но би) - красота природы.[209]

[羊 - Баран, овца Ё:_хицудзи 6 (羊 (123) баран, овца)]

Кандзи 羊 заставляет задуматься над кое-какими вещами. В принципе, в том, что иероглиф «Овца» вместе с письменностью попал в Японию из Китая, ничего удивительного нет, и тем, что китайское название данного иероглифа стало звучать как «Ё:», возможно, тоже никого уже не удивить (в Китае иероглиф 羊 (овца) озвучивается как yang), но если учесть, что на момент проникновения данного иероглифа в Японию на японском архипелаге овцы не водились[210], то откуда тогда, спрашивается, взялось такое хитрое название овцы (хицудзи)?

山羊 → «гора» + «овца» → горный баран? Но 山羊 - это коза или козёл, которых японцы называют «яги»[211]. Почему именно «яги»? Почему японцы, сложив вместе два иероглифа, не взяли от них по ону или куну и не получили какое-нибудь новое слово, вроде «сан'ё:» или «ямахицудзи»? Откуда японцы берут названия животных, которых они, возможно, отродясь (по крайней мере, на момент формирования письменности) в глаза не видели?

Это всё вопросы «на засыпку», а мы, раз уж речь зашла о дающих шерсть животных, не забудем и про саму шерсть.

[毛 - Шерсть, волосы, мех МО:_кэ (毛 (82) шерсть)]

Здесь главное не спутать шерсть 毛 с рукой 手.

羊毛 (ё:мо:) - шерсть.

毛のシヤツ (кэ но сяцу)[212] - шерстяная рубашка.

OH кандзи «Шерсть» запоминается элементарно, ведь именно с этого иероглифа начинается имя «Великого кормчего» Мао Цзэдуна[213] (毛沢東)[214], которого в Японии именуют Мо:такуто:.

Если к «овце» добавить «воду», то получится иероглиф Морская овца? Здесь допустимо некоторое сравнение с нашей морской свинкой, которая, как известно, не столько свинка морская, сколько (за)морская. Да и не свинка она вовсе. А поскольку Япония - островная страна посреди океана, то выходит, овца уже даже не столько заморская, сколько заокеанская. Вот и получается, что она - диво-дивное из-за морей-океанов завезённое, а кандзи 洋, в свою очередь, стал символом всего заокеанского, преимущественно западного[215].

[洋 - Океан, западный Ё:_(-) 9 (氵, 水 (85) вода)]

Следует обратить внимание на факт, способствующий удержанию в памяти ОНа кандзи «Океан»: «овца» выступает в роли фонетика, передав свой он «Ё:» более сложному кандзи (океан), в состав которого она входит.

洋服 (ё:фуку) - западный стиль одежды.

洋風 (е:фу:) - западный стиль.

太洋 (тайё:) - океан.

太平洋 (тайхэйё:) - Тихий океан.

Кандзи 太 (ТАЙ) только с виду похож на кандзи 大 (ДАЙ) - (большой). И хотя его значение «толстый», но применение его в слове (океан) слегка настораживает - не может же океан быть толстым. Нет, здесь, по всей видимости, не всё так просто, да и точка, дополняющая знак «большой», явно указывает не столько на наружную полноту, сколько на какое-то внутреннее наполнение. Но об этом в следующем эссе, а пока для нас этот иероглиф обозначает именно то, что он и обозначает: толщину цилиндрических предметов (ног, деревьев, брёвен и т. д.)[216], жирность линий, густоту голоса и даже крепость нервов.

[太 - Толстый, жирный ТАЙ_футой 4 (大 (37) большой)]

この道や行く人なしに秋の暮 (коно мити я ику хито наси ни аки но курэ). Нелитературный перевод: Эта дорога. Идущих людей нет. Осенний вечер (а, может, осени закат). Посмотрим, что нам здесь еще неизвестно.

Мацуо Басё жил достаточно давно (1644-1694 гг.) и пользовался отнюдь не современным японским языком. В те времена, в эпоху царствования высокого книжного стиля, частица «я» выражала эмоциональный настрой (восхищение, восторг, иронию, сомнение)[217]. Мы же, чтобы чрезмерно себя не утруждать, можем рассматривать её в качестве устаревшего аналога глагола-связки «дэс». Что же касается «наси», то это устаревшая форма нынешнего отрицания «най».

Всем, кто изучает японский язык, прекрасно или более-менее известны три кандзи, употребляющиеся для обозначения вечерне-ночного времени[218]. Что же касается иероглифа 暮 то он, возможно, менее известен, хотя значимость его в делах «вечерне-сумеречных» умалять ни в коем случае нельзя, поэтому уделим ему чуть больше внимания.

Все элементы иероглифа 暮, кроме самого верхнего, нам хорошо известны - это 日 (солнце) и 大 (большой). А в элементе ⺾ совсем нетрудно увидеть пробивающуюся через поверхность земли траву. Скрывается за высокой травой ⺾ солнце 日. Заканчивается большой 大 день 日. Наступают сумерки 暮れ (курэ). На сердце неизвестно откуда наваливается печаль, хочется погрустить, поразмышлять и помечтать. И вся эта красота сконцентрировалась в одном единственном иероглифе 暮!

Как, спрашивается, после столь живописного описания определить одним словом значение этого многогранного образа? Да очень просто. Оказывается, глагол 暮れる (курэру), образованный этим кандзи, выражает оба значения: и «предаваться печали» (размышлениям, мечтам), и «кончаться» (если речь идёт о времени года или суток):

日が暮れる (хи га курэру) - день кончается, смеркается;

暮れ (курэ) - и «конец дня» (сумерки), и «конец года»;

日の暮れに (хи но курэ ни) - к концу дня.

[暮 - Кончаться, предаваться печали БО_курэру 14 (日 (72) солнце)]

Учитывая всё только что сказанное, становится непонятно, что всё-таки имел в виду поэт - осенние ли сумерки (осень, вечер) или сумерки осени (наступление поздней осени). Но такова образность японского языка и переводчику, похоже, вполне удалось подчеркнуть двусмысленность строк в произведении одного из величайших поэтов Японии:

Ha этой возвышенно-лирической ноте можно было бы и закончить данное эссе, только рассказ будет не полон, если напоследок не упомянуть еще одно значение кандзи 暮: 暮す (курасу) - жить, поживать. Не просто «жить», «проживать» (для этого есть специально предназначенные кандзи), а именно в плане «житьё-бытьё». Отсюда получаем 泣き暮らす (накикурасу) - жить в слезах.

Вот теперь, пожалуй, всё.

[私 - Я SHI_watashi 7 (禾 (115) зерно)]

[立 - Стоять RITSU_tatsu 5 (立 (117) стоять)]

[泣 - Плакать KYUU_naku 8 (氵, 水 (85) вода)]

[和 - Мир, согласие WA_wa 8 (口 (30) рот)]

[共 - Вместе KYOU_tomo ni 6 (八 (12) восемь)]

[服 - Одежда, костюм FUKU_fuku 8 (月 (74) месяц)]

[腺 - Железа SEN_sen 13 (⺼ (130) мясо)]

[衣 - Одежда, одеяние I_koromo 6 (衣 (145) одежда)]

[平 - Плоскость HEI_hira 5 (千 (51) сухой)]

[短 - Короткий TAN_mijikai 12 (矢 (111) стрела)]

[国 - Страна, государство KOKU_kuni 8 (囗 (31) ограда)]

[王 - Король, царь OU_ou 4 (王 (96) король)]

[玉 - Драгоценный камень GYOKU_tama 5 (玉 (96) драг. камень)]

[囚 - Плен, заключение SHUU_toraware 5 (囗 (31) ограда)]

[美 - Красивый BI_utsukushii 9 (羊 (123) овца)]

[羊 - Баран, овца YOU_hitsuji 6 (羊 (123) овца)]

[洋 - Океан, западный YOU_(-) 9 (氵, 水 (85) вода)]

[太 - Толстый, жирный TAI_futoi 4 (大 (37) большой)]

[暮 - Жить, кончаться BO_kureru 14 (日 (72) солнце)]

[毛 - Шерсть, волосы, мех MOU_ke 4 (毛 (82) шерсть)]

[行 - Идти KOU, GYOU_iku, yuku 6 (行 (144) идти)]

秋風 - осенний ветер (akikaze)

私 - я (wata(ku)shi)

秋田 - г. Акита (akita)

私立大学 - частный университет (shiritsudaigaku)

国 - страна (kuni)

国立 - государственный (kokuritsu)

国立大学 - государственный университет (kokuritsudaigaku)

中国 - Китай (chuugoku)

入国 - въезд в страну (nyuukoku)

国富 - национальное богатство (kokufu)

立国 - основание государства (rikkoku)

立つ - стоять (tatsu)

立てる - ставить (tateru)

中立 - нейтралитет (chuuritsu)

泣く - плакать (naku)

泣き - плач (naki)

泣き虫 - плакса (nakimushi)

泣き入る - горько плакать (nakiiru)

泣き出す - заплакать (nakidasu)

和する - быть в ладу (wa suru)

和らぐ - смягчаться, утихать (yawaragu)

和歌 - японское стихосложение (waka)

和風 - японский стиль (wafuu)

和風 - лёгкий ветерок (wafuu)

和歌山 - г. Вакаяма (wakayama)

和服 - японская одежда (wafuku)

共和国 - республика (kyouwakoku)

共に - вместе (tomo ni)

中共 - компартия Китая (chuukyou)

共立する - совместно учреждать (kyouritsu suru)

服 - одежда (fuku)

服入れ - платяной шкаф, чемодан (fukuire)

服する - носить (одежду), подчинять(ся) (fuku suru)

一服 - глоток, затяжка, доза (лекарства) (ippuku)

衣服 - одежда (ifuku)

平 - плоскость (hira)

平に - открыто (hira ni)

平らな - плоский, горизонтальный (tairana)

平和 - мир (heiwa)

平服 - будничный костюм (heifuku)

中の平 - ладонь руки (tenohira)

平日 - обычный день, будни (heijitsu)

休日 - выходной (kyuujitsu)

知人 - знакомый (chijin)

知る - знать (ishiru)

知れる - быть известным (shireru)

知れない - неизвестный (shirenai)

知らせる - извещатъ (shiraseru)

短歌 - танка (tanka)

歌道 - поэзия (kadou)

玉 - драгоценность (tama)

行く - идти (iku/yuku)

平行の - параллельный (heikou no...)

行人 - прохожий (koujin)

一行 - одна строка (ichigyou)

一行 - группа, партия (ikkou)

私行 - частная жизнь (shikou)

行う - осуществлять (okonau)

行い - поступок, поведение (okonai)

大行 - великие дела (taikou)

行々 - шаг за шагом (koukou)

暮れる - заканчиваться, предаваться печали (kureru)

暮れ - конец дня или года (kure)

暮す - жить, поживать (kurasu)

泣き暮らす - жить в слезах (nakikurasu)

Отрывок из книги Харуки Мураками

ОХОТА НА ОВЕЦ

(перевод с японского Дмитрия Коваленина)[221]

***

- Ты, по-моему, в университете биологию изучал. Что ты, вообще, знаешь об овцах?

- Да, можно сказать, ничего, Я изучал очень узкую область - здесь те знания почти бесполезны.

- Расскажи, что знаешь.

- Парнокопытные. Травоядные. Стадные. Впервые завезены в Японию, кажется, где-то в начале Мэйдзи[222]. Разводятся людьми ради мяса и шерсти. Вот, пожалуй, и все.

- В общем, правильно, - сказал секретарь. - Только, если уж быть совсем точным - впервые овцы были завезены к нам не в начале Мэйдзи, а в середине эпохи Ансэй[223]. До тех же пор, как ты верно сказал, овец в Японии просто не существовало. Предание гласит, что первых овец привезли из Китая в эпоху Ансэй; но, даже если это и так - те овцы не прижились и вскоре вымерли. Поэтому до начала Мэйдзи таких животных, как овцы, японцы в глаза не видали и вообразить себе не могли. Хотя Овен как знак Зодиака и был сравнительно популярен, - никто не мог точно сказать, как этот зверь выглядит на самом деле. Иными словами, долгое время овца была сродни выдуманным, мифическим животным - типа баку[224] или дракона. Исторический факт: все изображения овец на японских картинах до периода Мэйдзи - сплошной суррогат и чистейшая несуразица. Люди разбирались в овцах примерно так же, как Герберт Уэллс - в марсианах.

Но и до сих пор еще японцы знают про овец удручающе мало. Начнем с того, что за всю свою историю нация никогда по-настоящему в овцах не нуждалась. Животные были завезены из Америки, разведены здесь - и благополучно забыты. Великое дело - какие-то овцы! После войны открылись квоты на импорт баранины и овечьей шерсти из Австралии и Новой Зеландии - и разводить овец в Японии стало совершенно невыгодно. Бедные овцы, тебе не кажется? Просто вылитые японцы в двадцатом веке...

Впрочем, я не собираюсь читать тебе лекции о сиротской доле современной Японии. Я хочу, чтобы ты сопоставил в голове две вещи. Первое: до конца эпохи сегуната овец в Японии практически не существовало. Второе: с приходом новой власти всех овец, ввозимых в страну, государственные чиновники пересчитывали буквально по головам и проверяли самым тщательным образом. О чем это говорит?

Хицудзи - Овца не сложнее козы: Два рога, Два уха, четыре ноги - Есть отличия только вблизи.

Никого из читателей Кандзявых эссе уже не удивить тем фактом, что историческое взаимодействие китайской и японской культур самым глобальным образом повлияло на формирование как японского языка в целом, так и его отдельных структур.

Вернемся к кандзи 太 (ТАЙ_футой) - толстый, рассмотренному нами в предыдущем эссе. Есть нечто, что настораживает в этом иероглифе. Это и его внешняя схожесть с кандзи 大 (ДАЙ/ТАЙ_оокий) - большой, и созвучность ОНов обоих кандзи, и близость (или лучше сказать, некая однородность) их смыслов. Кроме того, как уже отмечалось ранее, в графике иероглифа 太 бросается в глаза акцент, поставленный не столько на «наружной толщине», сколько на «внутренней насыщенности» этого знака (точка внутри). Эта некоторая неопределённость заставляет нас в очередной раз погрузиться в прошлое, чтобы постараться хоть на самую малость разобраться с истинным значением этого столь незамысловатого на первый взгляд символа.

Удивительно, но в Китае иероглиф 太 вообще не обладает значением «толстый»! В Поднебесной во все времена его основным смыслом было и остаётся «слишком» (очень, чересчур, излишне). Всё дело в том, что в символе уже заключено значение «большой», «громадный», «значительный» (во-о-о-от такую рыбу поймал), а вот точка внутри (太) как раз и говорит о том, что «имеется лишнее». В японском языке кандзи поначалу употреблялся вместе с иероглифом «Толстый» (с целью смыслового усиления его значения до «толстенный», «очень толстыи»), но в ходе исторического развития произошла полная подмена значений, в результате чего китайский иероглиф 太 приобрел в Японии совершенно новое значение, близкое к русскому «толстый». Однако, когда данный знак употребляется не сам по себе, а в сочетании с другими иероглифами, откуда-то из глубин японского коллективного подсознания, свято оберегающего тайны далёкого прошлого, проявляется значительно более ёмкий смысл, отвечающий не столько за физический объем, сколько за солидное внутреннее содержание. Сами посудите: 太平 (тайхэй) - не просто что-то очень ровное или спокойное, а само «спокойствие», сам «мир»; 太洋 (тайё:) - не просто «океан»[226] и даже не «толстый» океан, а «Океан»; не «толстый тихий океан» (太平洋), а «Великий Тихий Океан»; 太古 (тайко) - не просто «старый» или «очень старый», а сама «древность».

Да что там океан! 太陽 - вот оно, то настоящее и неподдельное Великое Японское Солнце! И хотя в слове 太陽 второй кандзи нам пока не известен, но, согласитесь, что применять эпитет «толстый» по отношению к солнцу более чем странно и нелепо. Нет, тут опять, как и в случае с океаном, речь явно идёт не о физической толщине (хотя в каком-то примитивно-естественном смысле наш великий источник жизненной энергии можно оценивать и с этой точки зрения).

Познакомимся поближе с кандзи 陽. 太陽 (солнце) звучит точно так же, как и «океан» (тайё:). В данном случае хоть и игра слов получается, но, заметим, игра крайне символическая: два великих начала жизни на земле - океан и солнце, и оба произносятся одинаково, хотя и записываются по-разному[227]. Приведём сведения, почерпнутые из небольшого иероглифического словаря про иероглиф 陽:

Для начала попробуем определиться со взаимоотношением двух японских слов: 日 (хи) - солнце и 太陽 (тайё:) - солнце. Насколько эти два синонима равноправны, и в каких случаях правомерно применять каждый из них? Чтобы ответить на этот вопрос, мы снова вынуждены будем обратиться к китайскому прошлому обоих иероглифов.

Иероглифом 日 в Китае обозначается солнце[229] как природный объект, который ежедневно восходит на востоке, чтобы озарять своими лучами наш бренный мир. А вот 太陽 (в современном китайском написании 太阳) - это уже не просто нечто периодически показывающееся над горизонтом, а солнце как что-то даже не просто одушевлённое, а обожествлённое. Обратите внимание на разницу: солнце (日) и Солнце (太陽). Во втором случае употребление иероглифа 太 более чем оправданно, и его наличие указывает на то, что Солнце - это нечто большее, чем просто планета или звезда, более того, это то, что преисполнено некоей сутью, обозначать которую выпала честь иероглифу 陽.

Японский язык сохраняет свойственное китайскому языку уважительное отношение к божественному источнику жизненной энергии, что выражается в весьма редком использовании иероглифа 日 для обозначения солнца. В Японии 太陽 (тайё:) - это солнце практически во всех его проявлениях и ипостасях, поэтому при употреблении именно этого слова в качестве аналога русского «солнца» мы не допустим ни ошибки, ни какой-либо двусмысленности. При этом надобно иметь в виду, что существует несколько устойчивых оборотов и выражений, в которых для обозначения солнца все-таки прижилось не «тайё:», а «хи», однако все эти немногочисленные случаи можно «пересчитать по пальцам». Вот некоторые из них:

日が出る (хи га дэру) - солнце встаёт (солнце выходит).

日の出 (хи но дэ) - восход солнца.

日の入り (хи но ири) - заход солнца.

В основной массе прочих случаев 日 не столько солнце, сколько день, хотя нетрудно догадаться, что день и солнце - два взаимно определяющих друг друга явления, не существующие друг без друга, что, собственно говоря, и находит своё отражение в изначальных значениях иероглифа 日 (НИТИ_хи), который сам по себе и день, и солнце.

Современные китайцы, видимо, обеспокоенные заметным снижением уровня грамотности подрастающего поколения, существенно упростили иероглиф 陽 (как, впрочем, и многие другие), избавившись от всего «лишнего», и оставили только то, что посчитали нужным оставить[230]. Мы же, имея счастливую возможность лицезреть оригинал, зададимся вопросом: так что же представляет из себя иероглиф 陽, и каким это содержанием он наполняет наше Солнце?

Кому-то, возможно, трудно будет поверить, но это, оказывается, то самое положительное начало природы ЯН (если по-китайски, то yang), дошедшее до нас из разных течений древней китайской натурфилософии.[231] Несмотря на все соблазны, мы не будем даже касаться этого удивительного достижения человеческой мысли, вместо чего сконцентрируем все своё внимание на иероглифе 陽, который и без того достаточно заковырист даже в своем графическом исполнении.

Этот немыслимо глубокий иероглиф, несущий в себе заветы тайного знания, состоит из нескольких элементов, два из которых (阝 и 日） достаточно прозрачны для понимания, а вот третий (勿), при всей его очевидности, совсем не так прост, как может показаться на первый взгляд:

阝 (холм)[232] - ключ иероглифа 陽;

日 - солнце;

勿 - знак, в качестве самостоятельного иероглифа употребляющийся в современной Японии крайне редко[233].

Если в элементе 勿 постараться увидеть пробивающиеся сквозь тучи солнечные лучи, что, в общем-то, не противоречит одной из самых древних трактовок данного знака, то тогда иероглиф 陽 можно будет рассматривать как холм (阝), освещённый пробивающимися из-за туч лучами (勿) солнца (日), взошедшего над линией горизонта (一).

Интересно, что мы не так уж и далеки от истины, поскольку первоначально иероглифы, за которыми сегодня скрываются такие фундаментальные понятия как ИНЬ и ЯН, обозначали достаточно обыденные вещи, вроде южного и северного склона горы, освещенной и неосвещённой части чего-либо и т. д. и т. п.

[陽 - Ян, солнечный, светлый, положительный Ё:_ё: 12 (阝 (170) холм)]

А что же ИНЬ? Насколько легче жилось бы всем, кто изучает японский язык, если бы японцы пошли по пути китайцев, хотя бы на самую малость упростив иероглифы, обозначающие ИНЬ и ЯН. Тогда бы мы обошлись запоминанием всего двух простеньких картинок: 阳 (YANG) и 阴 (YIN), где ЯН - холм 阝, освещённый солнцем 日, а ИНЬ - осеребрённый луной 月 холм 阝. Лучших образов для ИНЬ и ЯН и не придумать - солнечный и подлунный мир, освещённая и неосвещённая стороны. К счастью ли, к сожалению ли, но японцы, известные своей приверженностью к традициям, предпочли оставить данные знаки без изменений.

Трудно сказать, какую именно физическую реальность первоначально олицетворял знак 陰, зато он легко раскладывается на ряд простеньких компонентов:

阝 (холм) - знак, являющийся ключевым для обоих иероглиф, символизирующих и ЯН, и ИНЬ;

今 (КОН_има_сейчас, теперь) - настолько часто встречающийся кандзи, что его можно запомнить, даже не задумываясь о его графической символике (просто взять и запомнить);

云 (УН_иу) - кандзи, которым раньше записывали глагол 云う («иу» - говорить) и который в этом значении уже встречается крайне редко[234]. На данном этапе нам куда важнее научиться узнавать сам символ 云, чем помнить его устаревающее значение, тем более, что рано или поздно мы познакомимся со значительно более распространённой версией глагола «говорить» (言う, иу), а кандзи 云 для нас всегда будет более интересен в роли компонента других иероглифов.

[陰 - Инь, тень, полумрак ИН_кагэ 11 (阝 (170) холм)]

Да, основное значение этого кандзи - тень. Скорее даже не столько тень (тёмный силуэт, отбрасываемый предметом), сколько именно сокрытость в тени, неосвещённость и тому подобное.

Приступим к детальному разбору графики. Поскольку ИНЬ есть нечто отрицательное, плохое, скрытное и тому подобное, то мы можем трактовать его как характерную особенность тех, кто скрывается сейчас 今 в тени 陰 холма 阝 и о чём-то там говорит 云. А раз говорит, не выходя из тени, и при этом не хочет, чтобы его видели, то это отрицательный персонаж, другими словами, само воплощение ИНЬ.[235]

陰で (кагэ дэ) - в тени (в прямом смысле), за спиной (в переносном смысле).

木の陰で休む (ки но кагэ дэ ясуму) - отдыхать в тени дерева[236].

陰口を云う (кагэгути[237] о иу) - злословить за спиной, сплетничать.

陰で笑う (кагэ дэ варау[238]) - высмеивать, злословить за спиной (смеяться в тени).

ОН кандзи 陰 даже не надо запоминать, ибо ИНЬ он и есть ИНЬ (ИН), а вот кун его был бы не так очевиден, если бы нам на помощь не пришел сам японский язык. Всё дело в том, что каждому, кто хочет иметь дело с японцами, нужно запомнить одно полезное выражение. Допустим, некий (некая) 日本人 (нихондзин) немного вам (пусть даже косвенно) в чём-то посодействовал(а), и вы, отчасти благодаря ему(ей), добились некоторых успехов. Вы делитесь радостью со своим благодетелем, и он искренне поздравляет вас. Как ответить на это поздравление, чтобы не показаться дурно воспитанным? До: мо? До:моаригато:? Можно и так, но можно поступить ещё тоньше. Например, произнести «окагэсамадэ!», что дословно может означать: «благодаря Вашей тени», «через Вашу тень», «находясь в вашей тени (под вашим влиянием, покровительством)». Если же говорить по-нашему, по-русски, то «благодаря Вам», «Вашими стараниями», «Вашими молитвами», «благодаря Вашему влиянию (или участию)»[239]. Вот после этого уже можно добавить и «до: мо аригато: годзаимас» (большое спасибо)[240].

С выражением «о-кагэ сама дэ» вам уже никогда не прослыть неблагодарным невежей и вы навсегда запомните кун и тонкий смысл иероглифа ИН. Так и проявляется во всём сущем гармония основоположных начал ИНЬ и ЯН[241], именуемая на Дальнем Востоке простым почти уже русским словом «Дао».

В этой главе нам остаётся пробежаться по всему, что не вошло в предыдущие разделы данного эссе. Раз уж мы более-менее подробно рассмотрели японские иероглифы, соответствующие фундаментальным понятиям ИНЬ и ЯН, то воспользуемся случаем и «доразберём» до уровня запоминания кое-какую сопутствующую информацию.

[今 - Сейчас, теперь КОН_има 4 (人 (9) человек)]

Японское «сейчас» применяется практически в тех же ситуациях, что и русское[242]. Кроме того, 今 активно используется в сочетаниях с другими кандзи.

今日 (коннити) - сегодня. Но чаще «сегодня» звучит как «кё:», которое записывается так же. Зато если к «сегодня» (коннити) добавить показатель именительного падежа «ВА», то получится 今日は (коннитива) - Здравствуйте. Складывается ощущение, что когда японцы здороваются, они как бы чего-то друг другу не договаривают: «Сегодня... (хорошая погода, не правда ли, миссис Хиггинс)!»

А разве кого-нибудь удивляет, когда англичане полное «Good morning!» (Доброе утро) или «Good day!» (Добрый день!) заменяют при встрече на более короткие «Morning!» (Утро!) и «Day!» (День!)[243]. В этом отношении японцы, по всей видимости, не хотят отставать от Запада. Или скорее Запад не желает отставать от Японии, поскольку не исключено, что так здороваться японцы начали значительно раньше всякого рода англичан и немцев, при этом, думается, не от какой-то там лености своей или высокого ритма жизни, а просто от характерной для японской речи черты - её некоторой недосказанности.

В этой ситуации крайне к месту оказывается наличие двух синонимов, обозначающих «сегодня». Ведь услышав в свой адрес тираду, начинающуюся со слов «коннитива», не каждый сходу сориентируется, здороваются ли с ним (коннитива!) или просто хотят сказать, что «сегодня (коннити ва)... вас в этом ресторане обслуживать принципиально не будут». А так всё понятно: если «коннитива», то поздоровались, а вот если «кё: ва»[244], то жди, что же будет дальше после слова «сегодня».

Пример для пущей полноты картины: 今日の日本 - японское название известного журнала «Япония сегодня».

[月 - Месяц ГАЦУ, ГЭЦУ_цуки 4 (月 (74) месяц)]

月 - это и месяц, который ясный, и месяц, который в календаре (одна двенадцатая часть года). Чтобы образовать название того или иного календарного месяца надо к «месяцу» присоединить соответствующее число от 1 до 12: 一月 (итигацу) - январь, 二月 (нигацу) - февраль и так далее[245]. По аналогичной схеме получается 今月 (конгэцу) - этот месяц, в этом месяце[246].

Здесь полезно вспомнить знаменитое японское «цукими» (любование луной), которое не следует путать с «цукини» - известным сортом кабачков. «Цуки» вопросов не вызывает, а что же такое «ми»? Прежде чем ответить на этот вопрос, снизу замкнём месяц 月 еще одной чёрточкой, и получим... «Глаз».

[目 - Глаз, глаза МОКУ_мэ 5 (目 (109) глаз)]

Секрет запоминания глазного «МОКУ»: МОКнУщие глаза всегда на МОКром месте. Кроме того один из онов кандзи 木 (дерево) тоже «МОКУ», поэтому сама собой напрашивается ещё одна зацепка для запоминания ОНа кандзи «Глаз», зафиксированная в поговорке «в чужом глазу щепку замечает, а в своём бревна не видит». Куда ни кинь, а всюду «МОКУ».

Если же глаз 目 поставить на ножки 儿, то получится любопытный символ 見, который можно озвучить как «иди и смотри».[247]

[見 - Смотреть, видеть КЭН_миру 7 (見 (147) видеть)]

Отсюда и происходит наше с вами 月見 (цукими), причём от «миру» осталось только «ми», но факт этот ни у кого не должен вызывать недоумения. Уже отмечалось, что в образовании слов активно принимают участие не только оны и куны кандзи (куны и оны в том понимании, о котором мы договорились в рамках Кандзявых эссе), но и неизменяемые корневые основы глаголов (ми-ру, ми-мас):

月見 (цукими) - любование луной (луна + смотреть).

風見 (кадзами)[248] - флюгер (ветер + смотреть).

Опыт показывает, что кун «миру» иероглифа 見 не требует каких-либо дополнительных усилий для запоминания, чего, к сожалению, нельзя сказать о его ОНе. Самый простой способ запомнить его - подобрать какое-нибудь хорошо звучащее и легко запоминающееся слово, в состав которого наряду с другими иероглифами входит и кандзи 見. Этим словом может быть, например, 見物 (вещи, на которые смотрят) - экскурсия, осмотр (достопримечательностей), посещение (выставки), произносимое как «кэмбуцу». Отсюда, кстати, легко образуются и посетители всех этих мероприятии: 見物人 (кэнбуцудзин)[249].

Здесь будет полезно ещё раз обратиться к ранее упомянутому иероглифу 勿. Данный знак вместе с символом 牛 (корова)[250] образует кандзи 物 (вещь, предмет), передавая ему свой ОН (иначе говоря, кандзи 勿 (БУЦУ) служит фонетиком для кандзи 物 (БУЦУ)).

[物^* - Вещь, предмет БУЦУ_моно 8 (牛 (93) корова)]

^*) Для запоминания: кандзи 物 входит в состав слова «кимоно» (着物 (одежда) → ТЯКУ_киру_одевать + БУЦУ_моно_вещь → вещь для одевания).

Чтобы эту «вещь» прочно зафиксировать в памяти, представим такую картину: группа японцев (или китайцев) приезжает в Россию (ロシテ) на экскурсию (見物). Их автобус (バス) останавливается посреди огромного живописного поля (田 или 畑), и душа экскурсантов (見物人) замирает от вида, раскрывшегося пред ними в своей фантастической неожиданности: сквозь тучевидные облака с трудом пробиваются лучи (勿) заходящего Солнца (太陽), а на вершине возвышающегося над полем холма (阝) стоит такая вся из себя красивая-прекрасивая корова (美しい牛, уцукусий уси). У экскурсантов замирает дыхание. «ВЕЩЬ! (物)» - восклицают потрясённые до глубины души японцы (日本人) или китайцы (中国人)[251].

[牛 - Корова ПО:_уси 4 (牛 (93) корова)]

水牛 (суйгю:) - буйвол (водяной бык).

牛肉 (гю:нику) - говядина (коровье мясо).

В слове 見物 (кэнбуцу) поменяем местами иероглифы. В результате содеянного на свет появится 物見 (мономи), смысл которого «осмотр», «наблюдатель», «разведчик», «дозорный пост» (наблюдение за вещами). Почему для образования слова 見物 (экскурсия) использованы оны, а для слова 物見 (наблюдатель) куны одних и тех же кандзи? Подсказкой, возможно, послужит то, что «наблюдающий» или «дозорный» - понятия значительно более древние, чем экскурсия...

Мацуо Басё в течение нескольких долгих лет работал над своим знаменитым трёхстишием, доводя его образный лаконизм до запредельного совершенства. В результате миру был явлен один из величайших шедевров мировой поэзии:

К сожалению, Кандзявым эссе не под силу дать даже самый поверхностный анализ творчества великого японского поэта, поэтому ограничимся лишь минимальным иероглифическим разбором его творения.

Нам уже известны некоторые из иероглифов, составляющих знаменитое произведение: 秋 (СЮ:_аки) - осень и 暮 (БО_курэру) - кончаться, предаваться печали. Кроме того, в свое время вскользь был упомянут кандзи 夕 (СЭКИ_ю:бэ) - вечер, ночь, который образует слово (ю:гурэ) - сумерки, вечер.

[夕 - Вечер СЭКИ_ю:бэ 3 (夕 (36) вечер)]

Кандзи 夕 может показаться очень странным. Где здесь, собственно говоря, вечер? А вы попробуйте месяц 月 мысленно скрыть наполовину за левым склоном горы Фудзи. Представили картину? А теперь ещё раз внимательно всмотритесь в иероглиф 夕. Неужели вы всё ещё не прониклись высочайшей поэтикой этого символа?

ОН кандзи «Вечер» можно связать с изгибом месяца, по своей форме схожим с лезвием СЕКИры. Что же касается куна «ю:бэ» (夕べ), то при образовании сложных слов от него зачастую остаётся одно долгое «ю:»: 夕暮 (ю:гурэ) - сумерки, 夕立 (ю:дати) - внезапный ливень (вечер встает).

Итак, «На голой ветке...» Вот только где здесь японская действительность, а где литературное допущение переводчика? Попробуем разобраться.

[枯 - Засыхать, вянуть КО_карэру 9 (木 (75) дерево)]

Это в результате совместной деятельности кандзи 古 (КО_ фуруй) и 木 (МОКУ/БОКУ_ки) получается знакомое по предыдущим эссе «старое дерево» (古木, кобоку), а вот в результате слияния этих же элементов в одном символе появляется на свет совершенно новый иероглиф, отвечающий за засыхание и увядание - свойства, присущие любому дереву (растению): 括 (засыхать) → 木 (дерево) + 古 (старый).

По аналогии с 枯 создадим ещё один иероглиф: 木 (дерево) + 支 (ветка) → 枝 (ветка).

[枝 - Ветка СИ_эда 8 (木 (75) дерево)]

Некоторое недоумение может вызвать следующая странность: зачем нужно было, уже имея в распоряжении образ ветки (支), создавать ещё один иероглиф с тем же самым значением и почти с той же самой символикой (枝). Объяснить данный факт можно, пожалуй, лишь тем, что в своё время символ 支, действительно, обозначал ветку, но со временем на его долю всё больше и больше стала возлагаться нагрузка по обозначению ветки, с помощью которой что-то подпирают, что в конце концов вылилось в применение иероглифа 支 для записи глагола 支える (сасаэру) - подпирать[252]. Со смещением у иероглифа 支 «центра тяжести» с «ветки» в сторону «подпорки» сам собой встал вопрос о необходимости создания нового символа, однозначно указывающего на ветку как на природный объект, а не как на деревянный предмет, имеющий непосредственное практическое применение. Как видите, решение было найдено, и мы теперь можем ласкать свой взор чрезвычайно лаконичным и точным иероглифом 枝 (ветка), в основу которого опять-таки положена «ветка» (支).

[支 - Подпирать, поддерживать СИ_сасаэру 4 (支 (65) ветка)]

Несмотря на то, что иероглиф 支 то там то сям всё еще называется «веткой»[253], сегодня он в большинстве случаев к дереву никакого отношения уже не имеет, в сочетании с другими иероглифами перенося значение «ветвь» на другие природные, техногенные и прочие объекты: ветвь (железнодорожная), ответвление (компании), приток (реки) и так далее. Основное же его кунное употребление - 支える (сасаэру), хотя этот же кандзи можно встретить и в других значениях, например, в виде глагола 支える (цукаэру) - засариваться, застревать, запинаться.

Тему многозначности иероглифа 支 закончим на первый взгляд неожиданным выражением значения «расходовать»: 支出 (сисюцу) - расходы, ассигнования, 支途 (сито) - траты, расходы, статьи расхода[254].

Ключиком для запоминания она «СИ» кандзи «Ветка» будет служить глагол «СИдеть»: на ветках СИдят вороны. Здесь хотелось бы ещё раз отметить, что в Кандзявых эссе неоднократно подчеркивалась мысль о том, что запоминание онов японских иероглифов задача значительно более сложная, чем запоминание их кунов, основной причиной чего является фонетическая скудность онного состава кандзи. Куны более разнообразны по звучанию, а потому они способны вызвать значительно большее число ассоциаций и разного рода опорных связей. Что говорить, если даже такая бесхитростная рифма как «засохла ветка «карээда» - ищите рядом короеда» создаёт ассоциацию сразу на несколько слов: карээда (сухая ветка), эда (ветка), карэру (засыхать). Но, несмотря на простоту и ясность подобных примеров, надо всё же стараться находить опору в самом японском языке. Так, в среде японистов хорошо известна фундаментальная книга «Грамматика японского языка»[255], автор которой носит распространённую в Японии фамилию (киэда). Ну чем не дополнительный рычажок для нашей памяти?

Сложив вместе 枯 (КО_карэру_засыхать) и 枝 (СИ_эда_ветка), получим «сухую ветку»: 枯枝 (карээда)[256]. На сухой ветке[257] (枯枝に, карээда ни) ворон (烏, карасу)...

Вот только ворон[258] ли? Пожалуй, есть смысл этому крайне выразительному кандзи уделить чуть больше внимания.

Чрезвычайно грациозный иероглиф! Запрокинутая голова, сверху клюв или пёрышко, раскрытые крылья, распущенное оперенье. Великолепная стилизация под птицу! Только не всякая это птица и даже не ворон, а обыкновенная ворона (ворона как вид, а не как «жена ворона»). При этом не та серая ворона (Corvus cornix), которая чувствует себя как дома во всех городах и весях России, а, можно сказать, своя японская, совсем-совсем чёрная (Corvus corone). Так что если автор перевода и не был прав, то совсем чуть-чуть.

Интересно было бы узнать, не сродни ли русскому «кар-кар» японское название вороны «карасу»? Кстати, слово «карасу» в нашем хайку встречается дважды, один раз явно: 烏 (карасу) - ворона, и другой раз исключительно в сокрытом от глаз читателя виде благодаря иероглифу 枯 (КО_карэру) - сохнуть. Всё дело в том, что этот иероглиф кроме глагола «карэру» образует ещё глагол «карасу» - засушивать, высушивать. «Карэру» - засыхать, «карасу» - засушивать. Элементарно и, самое главное, просто. Вот вам и ключ для запоминания сразу двух слов: «ворона» и «засушивать». И всё это благодаря одному хоть и маленькому, но знаменитому стихотворению.

枯枝に烏の止まりたる... На сухой (в смысле, засохшей) ветке ворона... Дальше идёт частица «но». Здесь её можно воспринимать как аналог частицы именительного падежа «ГА»[259]. За ней следует глагол «томаритару» - поэтический аналог конструкции «томаттэ иру»[260]. То есть ворона сидит, но сидит не вообще, а сидит и продолжает сидеть как раз в тот момент, о котором идёт речь. Только не следуе в данном конкретном случае глагол «сидеть» воспринимать буквально. Для обозначения факта сидения в японском языке предусмотрено несколько соответствующих каждому конкретному случаю глаголов, например, 座る (сувару) - сидеть[261]. Наш же «томару» (止まる), если переводить его буквально, означает «останавливаться», «остановиться».

Так уж получилось, но ни в одном из источников, имеющихся в распоряжении автора Кандзявых эссе, не удалось найти данное произведение в виде, в котором глагол «томару» был бы записан иероглифом. Случайность это, недосмотр или тонкий поэтический намек на двусмысленность?[262] На свой страх и риск остановимся на вполне конкретном (в смысловом отношении) кандзи 止 (СИ_томару) - останавливаться. Для нас важно то, что смысловая значимость этого иероглифа не противоречит всему нашему западно- и восточноевропейскому опыту.

止まる (томару) - останавливаться.

止める (томэру) - останавливать.

[止 - Останавливаться СИ_томару 4 (止 (77) останавливаться)]

Кандзи 止 чрезвычайно лёгок и для запоминания, и для графического воспроизведения. На дороге стоят двое: взрослый и ребёнок. Взрослый, пытаясь остановить транспортное средство, голосует рукой. При этом глагол 止まる (томару - «мы с Тамарой ходим парой»), действительно, обозначает физическую остановку объектов и имеет смысл «останавливаться» (прекращать движение): バスが止まった (басу га томатта)[263] - остановился автобус[264], バスを止める (басу о томэру) - остановить автобус.

Сегодня глагол 止まる (томару) применяется не только для выражения процесса остановки движения, но и в смысле «СИдеть», когда речь идёт о птицах и прочей летающей живности: 烏が止まっている (карасу га томаттэиру) - ворона остановилась и пребывает в остановившемся состоянии - (села и) сидит.

На первый взгляд в формулировке «остановить движение» значение «сидеть» не просматривается, но это лишь до тех пор, пока не примем к сведению недавние размышления о живых объектах как о «двигающихся предметах». И если ворона предмет способный к движению) сидит (видел ли кто-нибудь сидящую на попе или на коленях птицу?), то это значит, что она просто прекратила своё движение и остановилась. Вполне конкретно получается, а уж то, что она всё-таки сидит, так это всего лишь литературный прием переводчика, адаптирующего японский текст под восприятие русскоговорящего читателя.

枯枝に烏の止まりたるや... Замыкающее «я» - устаревший аналог глагола-связки «дэс» с сопутствующим ярко выраженным эмоциональным оттенком. В результате получаем:

枯枝に烏の止まりたるや秋の[265]夕暮

На сухой ветке ворона сидит! Осенние сумерки.

Мы только что испортили своей конкретикой великое произведение, поэтому доверимся чутью наделённых поэтическим даром счастливцев. Возможно, им удалось хоть на самую малость продвинуться к изначальной задумке, реализация которой стойла Мацуо Басё нескольких лет жизни!

На голой ветке Ворон сидит. Осенний вечер.[266] На голом суку Примостилась под вечер ворона - Кончается осень.[267] карээдани карасунотомаритаруя акиною:гурэ[268] 枯枝に 烏の止まりたるや 秋の夕暮

[陽 - Ян, освещенный YOU_you 12 (阝 (170) холм)]

[陰 - Инь, тень IN_kage 11 (阝 (170) холм)]

[今 - Сейчас, теперь KON_ima 4 (人 (9) человек)]

[月 - Месяц GATSU, GETSU_tsuki 4 (月 (74) месяц)]

[目 - Глаз(а) MOKU_me 5 (目 (109) глаз)]

[見 - Смотреть KEN_miru 7 (見 （147) видеть)]

[物 - Вещь, предмет BUTSU_mono 8 (牛 (93) корова)]

[牛 - Корова, бык GYUU_ushi 4 (牛 (93) корова)]

[枯 - Засыхать, вянуть KO_kareru 9 (木 (75) дерево)]

[枝 - Ветка SHI_eda 8 (木 (75) дерево)]

[支 - Подпирать SHI_sasaeru 4 (支 (65) ветка)]

[止 - Останавливаться SHI_tomaru 4 (止 (77) останавливать)]

[烏 - Ворона U_karasu 10 (灬 (86) огонь)]

[夕 - Вечер SEKI_yuube 3 (夕 (36) вечер)]

太陽 - солнце (taiyou)

太古 - древность (taiko)

太平 - спокойствие, мир (taihei)

太洋 - океан (taiyou)

太平洋 - Тихий океан (taiheiyou)

陰 - тень, ИНЬ (kage)

陽 - ЯН (you)

今 - сейчас (ima)

今日 - сегодня (konnichi)

今日 - сегодня (kyou)

今日は - здравствуйте (konnitiwa)

月 - луна, месяц (tsuki)

今月 - этот месяц (kongetsu)

目 - глаза (me)

見る - смотреть (miru)

月見 - любование луной (tsukimi)

風見 - флюгер (kazami)

物 - вещь (mono)

見物 - экскурсия (kembutsu)

見物人 - экскурсант (kembutsuzin)

枯れる - засыхать (kareru)

枯らす - засушивать (karasu)

枝 - ветка (eda)

陰口 - сплетня (kageguchi)

枯枝 - высохшая ветка (kareeda)

烏 - ворона (karasu)

止まる - останавливаться (tomaru)

止める - останавливать (tomeru)

夕べ - вечер (yuube)

夕暮 - сумерки (yuugure)

Кон - В былые времена царил дракон. Теперь у императорши-старушки Кукует из часов дракушка.

Снова и снова во время изучения японского языка и в особенности его иероглифов возникает вопрос о корректности различных трактовок как самих иероглифов, так и их составляющих. Обратим внимание на группу таких вроде бы незатейливых с виду иероглифов:

人 入 火 大[270]

На первый взгляд все эти кандзи основаны на элементе 人 (человек). Факт сам по себе отрадный, поскольку вроде бы имеет место некая логически обоснованная система, которая весьма эффективно способствует запоминанию этих и других подобных им иероглифов: 人 - человек и его ноги (прямоходящее существо); 入 - человек, склонивший голову при входе в помещение; 火 - человек, в ужасе размахивающий руками: «Огонь! Пожар! Горим!»; 大 - совсем как человек, демонстрирующий руками, какая большая рыба сорвалась у него с удочки.

Но на самом деле ни во втором, ни в третьем, ни в четвёртом кандзи «человек» вообще не присутствует. Более того, в конечном счёте каждый из этих иероглифов сам по себе и сам для себя является ключом, то есть неким конечным смыслообразующим элементом: 人 (ключ №9) - «человек», 入 (ключ №11) - «входить», 火 (ключ №86) - «огонь», 大 (ключ №37) - «большой». Получается, что во всех случаях кроме первого конечным смысловым элементом является всё что угодно («входить», «огонь», «большой»), но только не «человек». Действительно, если для иероглифа «Человек» в качестве прообраза выступает двуногое вертикально ходящее существо, то для иероглифа 入 (входить) основой послужило изображение реки и её притока, взаимоотношения которых для доисторического человека[271], по всей видимости, наиболее образно символизировали процесс вхождения чего-либо куда-либо. С этой тонки зрения 火 (огонь) - это либо пляшущие языки пламени, либо изрыгаемые действующим вулканом столбы огня[272].

При этом важно отметить, что фиксация того или иного иероглифа в таблице ключей с присвоением ему определённого значения не является пожизненным приговором, требующим однозначного восприятия смысла этого иероглифа (или ключа). Мало кто сомневается в том, что «большой» 大 (и кандзи, и ключ) берет своё начало от изображения человека, стоящего с широко расставленными руками. Тем не менее ни у кого не возникает вопрос, почему при этом в качестве ключа данного кандзи не выступает ни сам «человек» 人, ни даже его руки[273]. Всё это наводит на мысль о существенной размытости границ между символьно-образным наполнением иероглифов и собственно техникой их изображения. Графическая стилизация природных явлений и последующее подчинение её законам каллиграфии делают своё неумолимое дело, создавая совершенно новую уникальную реальность. Спрашивается, а нужно ли человеку, целью которого является практическое освоение языка, а не теоретизирование на окололингвистические темы, скрупулёзно исследовать все тонкости происхождения тех или иных лингвистических единиц, графических элементов и грамматических правил? Не следует ли вместо этого, где это только возможно, просто наслаждаться лаконичностью объекта нашего с вами исследования, формируя в процессе знакомства с ним своё интуитивно-образное решение периодически возникающих иероглифических проблем?

Именно так, например, мы поступили в своё время, дав трактовку происхождения левого элемента кандзи «Осень» 秋 (СЮ:_аки) и «Я» 私 (СИ_ватаси). В основе обоих иероглифов лежит ключ (колос), но поскольку сам он внутри себя содержит элемент 木 (дерево), мы определили черточку над ним как сидящую на дереве птичку, высматривающую зёрна на поспевающих колосьях.

В то же время большинство литературных источников данному элементу дают более естественную трактовку, определяя его как перевязанный пучок рисовых стебельков (木 - то, что нами было принято за «дерево»), а «птичку» наверху - как склонившийся под тяжестью зёрен колосок. Зачем же кандзявые эссе пошли по пути некоторого усложнения трактовки? Дело в том, что ни одна из приведённых версий не является идеальной. Пользуясь официальным подходом, мы, видя перед собой элемент «дерево» (木 в 禾), вынуждены отказаться от очевидного факта и воспринимать его как пучок колосьев. Не каждому это может прийтись по душе, ибо неустойчивость и недостаточная определённость возводимой собственными силами иероглифической системы может помешать более лёгкому и естественному восприятию материала.

Точно так же в восьмом эссе мы, совершенно не заботясь о соответствии историческим реалиям, сравнили изображение иероглифа «Останавливать» со стоящими на дороге людьми: высоким (взрослым) и низким (ребёнком). Яркость и простота этого образа настолько очевидны, что нам даже не пришло в голову упомянуть менее ясную, но исторически более верную версию происхождения данного иероглифа, согласно которой в основе знака 止 (останавливаться) лежит схематизированное изображение человеческой стопы, с отчётливо различимой передней частью (горизонтальная линия) и пальцами на ней (один из пальцев (большой) смотрит чуть в сторону).

Всё-таки следует отметить, что для нас главное - цель, и какой мы выберем для её достижения путь - это уже наше личное дело[274]. К тому же, чей путь более правильный с исторической точки зрения, а чей нет - никому и никогда уже доказать не удастся. Японский язык - живой развивающийся язык, динамика развития которого обеспечивается сочетанием и непрерывным взаимодействием яркой образности и предельно чёткой схематичности, и нет причин, запрещающих многочисленным поклонникам японской письменности пополнять её строгую красоту чередой ярких образов, хотя бы исключительно для личного пользования.[275]

Раз уж мы коснулись столь важной для японской кулинарии, для самих японцев и для всей Японии рисовой темы, то остановимся на рисе подробнее.

[米 - Рис БЭЙ, МАЙ_комэ 6 (米 (119) рис)]

Запомнить кун кандзи «Рис» чрезвычайно просто, поскольку в японской кухне основой многих блюд являются комочки (колобки и прочие округлые образования) из риса. Кроме того, в памяти можно закрепить комки как характерный признак неумело сваренной каши: комок → ком → комэ.

А вот с ОНами кандзи «Рис» дело обстоит сложнее. Необходимо отметить, что когда мы пишем 米, то прежде всего имеем в виду рис в виде зерна, а не в какой-либо другой его ипостаси. Возможно, в своё время, когда американцы стали частыми гостями в азиатском регионе, их зубы, начищенные жевательной смолой до белизны очищенного белого риса, покорили воображение возделывателей рисовых плантаций, и Америка стала напрямую ассоциироваться с рисом. Не зря ведь издавна повелось кроме слова アメリカ обозначать Америку ещё и знаком 米: 米国 (бэйкоку) - Америка (США), 米人 (бэйдзин) - американец, американка, 北米 (хокубэй) - Северная Америка[280].

Есть у «Риса» ещё одна особенность - им можно записывать метры. Конечно, чаще «метр» записывают азбукой Катакана: メートル (мэ:тору), но можно это делать и с помощью иероглифа 米, хотя звучание при этом не изменится (мэ:тору).

Небезынтересно будет уменьшить метр в тысячу раз (возможно, так и соотносится ширина рисинки с толщиной волоса), получив в результате миллиметр: 粍 (рис-волос), ミリ (мири), ミリメートノレ (миримэ:-тору).

К сожалению (или к счастью), смысловая, образная, фонетическая неопределенность, свойственная многим иероглифам, также характерна и для многих японских слов. И хоть это для нас давно уже не новость, тем не менее рассмотрим ещё несколько интересных примеров.

人道 (дзиндо:) - пешеходная дорожка или тротуар (человек + дорога). Но это лишь в том случае, когда иероглиф 道 символизирует дорогу, а вот когда под этим сочетанием подразумевается не «дорожка для человека», а «Путь человека», то это уже «гуманность». Не всегда бывает понятно, как относиться к такой многоплановости одних и тех же комбинаций иероглифов и как их надо переводить в зависимости от той или иной ситуации. Где указано, какой смысл и в каких случаях надо вкладывать в, казалось бы, один и тот же знак или в одно и то же слово? Как это ни странно будет звучать, но ответ прост до тривиальности: о том, что означает тот или иной иероглиф или сочетание иероглифов, порой можно догадаться только из контекста.

Всё же как замечательно, что кроме описанных выше заковыристых примеров, есть такие «обыкновенные» и «простые» для восприятия слова, как, скажем, 国歌 (кокка → КОКУ_куни_страна + КА_ута песня) - государственный гимн или 国土 (кокудо → КОКУ_куни_страна + ТО/ДО_цути_земля) - государственная территория.

Ещё один «забавный» пример: казалось бы, что может означать сочетание дороги и креста (辻)? Конечно же, перекрёсток. По-японски он озвучивается как «цудзи»[281]. Данная символика вполне конкретна и, в общем-то, многозначности не допускает[282]. Но есть в ней что-то неестественно-прямолинейное или, как бы это поточнее сказать, неисторическое. Самое интересное, что так оно, оказывается, и есть. У кандзи 辻 есть только КУН (цудзи) и нет ОНа. Следовательно, этот иероглиф, действительно, имеет искусственно-некитайское происхождение, поскольку был изобретён в самой Японии, а, значит, словом «кандзи», в общем-то, называться не имеет права, поскольку «кандзи» на русский язык можно перевести как «китайский знак». Что же касается иероглифических знаков, созданных непосредственно в Японии, то все они называются «кокудзи»[283].

辻 - Перекрёсток (-)_цудзи 5 (辶 (162) дорога)]

Но что может символизировать «крест» на «дороге» для совсем уж не в меру пытливого и неугомонного ума? Крест как символ пересечения чего-либо (дорог, например)? Или, может быть, это «десятка»[284]? А, может, знак «крест» - это символ растения, как в иероглифе 土 (ДО_цути) - земля? Или это некий подсознательный символ, встречающихся во многих языческих и христианских культурах, в значении которого мало кто из читающих данное эссе сомневается? Каждый сам должен решить, как относиться к подобной категории «изысков», и стараться следовать только своим путём, который, как известно, всё равно должен привести в Рим (или, как в нашем конкретном случае, в Японию, а через неё в Китай).

Вернёмся к миру пернатых, а именно к теме, начатой в предыдущем эссе знаменитым хайку Мацуо Басё: 枯枝に烏の止まりたるや秋の夕暮 (карээда ни карасу но томаритару я аки но югурэ).

Приятно иметь дело с такими «правильными» иероглифами, как «Ворона». Мало того, что картинка и впрямь похожа на птицу, так ещё при этом и эффектно стилизована, да и трактуется, что для нас немаловажно, без каких-либо подвохов - не какая-то там птица, а конкретный вид из семейства пернатых.

Дорисуем чёрточку в голове «вороны» и получим иероглиф 鳥. Сравните оба иероглифа и обратите особое внимание на разницу между ними. Значение нового иероглифа - «птица». Просто птица. Любая птица. Птица вообще. А чёрточка в голове - это глаз. По-японски птица - «тори». Запомнить «тори» очень легко благодаря замечательному мультфильму (не японскому) о маленькой птичке Тари, которая чистила зубы крокодилу. Ключ к запоминанию: тари - тори.

[烏 - Ворона У_карасу 10 (灬 (86) огонь)]

[鳥 - Птица ТЁ:_тори 11 (鳥 (196) птица)]

Мы «ворону» и «птицу» специально разместили в спаренной таблице, наглядно иллюстрируя размышления о картинках, ключах и прочем. Хорошо видно, что, несмотря на явное сходство и символьно-образную взаимосвязь обоих иероглифов, применена совершенно неожиданная их классификация. В основу «Вороны» положен ключ «огонь», не имеющий абсолютно никакого отношения ни к птице в целом, ни к вороне в часности[285]. «Птица» же сама для себя выступает в роли ключа.

Основное различие между иероглифами «Ворона» и «Птица» заключается в отсутствии глаз. Дело в том, что японские вороны, как мы уже знаем по предыдущему эссе, в отличие от большинства своих зарубежных сородичей абсолютно чёрные. В результате их такие же чёрные глаза практически невидимы на фоне чёрной головы, что и нашло своё отражение в «безглазой» символике иероглифа 烏. Здесь будет крайне к месту отмечено, что чернота вороны активно используется японцами для обозначения чего-либо очень тёмного: 烏木 (убоку) - эбеновое (чёрное) дерево[286], 烏衣 (уи) - черное кимоно и так далее.[287] Очевидно, что такого рода образные слова и выражения не имеют обширного применения и вероятность найти их в обычных словарях достаточно невелика хотя бы потому, что для обозначения чёрного цвета существует специальный иероглиф.

Иероглиф 黒 (чёрный) состоит из элементов, графически совпадающих со следующими кандзи: 田 (ДЭН_та) - поле, 土 (ДО_цуги) - земля и 火 (КА_хи) - огонь (только несколько деформированный[288]). Получается что-то вроде «черного поля выжженной земли»[289].

[黒 - Чёрный КОКУ_курой 11 (黒 (203) чёрный)]

Кандзи «Чёрный» участвует в образовании практически всех частей речи: 黒い (курой) - чёрный (прилагательное), 黒める (куромэру) - чернить (глагол), 黒 (куро) - чернота, чёрный цвет и так далее.

Прилагательное 黒い (курой) ведёт себя так, как и положено вести себя истинному (предикативному) японскому прилагательному[290]:

烏は黒い (карасу ва курой) - ворона чёрная.

山は黒かった (яма ва курокатта) - гора была чёрная.

蛙は黒くない (кавадзу ва курокунай) - лягушка не чёрная.

この木は黒くなかった (коно ки ва курокунакатта) - это дерево не было чёрным.[291]

Также кандзи 黒 в сочетании с другими иероглифами принимает активное участие в образовании новых слов:

黒衣 (кокуи) - чёрная одежда.

黒人 (кокудзин) - негр (чёрный человек).

黒米 (курогомэ) - неочищенный рис.

黒目 (куромэ) - зрачок, черный глаз.

黒パン (куропан) - чёрный хлеб[292].

黒ビール (куроби:ру) - тёмное пиво[293].

黒山のような人 (курояма но ё:на хито) - огромная толпа[294].

Не ищите среди этих примеров любимый «русский» напиток - если уж на то пошло, то привычный нам байховый чай в Японии, если перевести на русский, называется не черным, а ярко-красным[295].

И в завершение главы фамилия знаменитого японского режиссёра: 黒沢[296] (куросава)[297].

Элемент, соответствующий иероглифу 鳥 (птица), весьма активен при образовании более сложных иероглифов. Например, когда посреди океана над находящемся в долгом плавании кораблем вдруг пролетает птица - это верный признак того, что судно приближается к какому-то острову, а любой остров - это, по сути своей, гора в океане, на которой гнездятся пернатые. Вся эта мореходная романтика исключительно красиво воплощена в иероглифе «Остров», в основу которого лёг образ парящей над горой 山 (или сидящей на горе) птицы 鳥. Хорошо видно, что в угоду каллиграфической лаконичности «птица» лишилась своего «огненного оперения» (灬), место которого заняла «гора» (山).

[島 - Остров ТО:_сима 10 (山 (46) гора)]

Следует отметить, что японцы очень гордятся своим островным происхождением, и для них понятие 島国 («симагуни» - островное государство) и всё, что с ним связано, - совсем не пустой звук.

Если к «острову» добавить знак 半 (половина), то получится 半島 (ханто:) - полуостров. Здесь самое главное не перепутать 半 (половину) с «овцой» 羊 (Ё:_хицудзи), с «коровой» 牛 (ГЮ:_уси) или с состоянием ровной горизонтальности 平 (ХЭЙ_хира) - плоскость[298]. Все эти четыре схожих иероглифа (牛, 羊, 平, 半) желательно запомнить вместе, предварительно сделав акценты на их принципиальных различиях. Так, у крупных парнокопытных (牛) черты «лица» покрупнее, а также хорошо видно, что у «коровы» в знак повышенной бодливости сломан один «рог», а у овцы морда маленькая и черты (органы чувств) на ней расположены более скучено (羊). Горизонтального состояния обычно добиваются у весов, что нашло своё отражение в знаке 平, а вот у «половинки» 半 всё пополам и поровну. Кстати, «пополам» по-японски будет 半々に (ханбан ни)[299] - совсем как по-русски: «половина на половину».

[平 - Половина ХАН_накаба 5 (十 (24) десять)]

半ばから (накаба кара) - с полпути.

半ばで (накаба дэ) - на полпути, на середине.

二月半ばに (нигацу накаба ни) - в половине февраля.

Соединив иероглифы «Большой» и «Остров», получим «большой остров» (大島). Вот только прочесть это вслух нам будет несколько непривычно. Всё дело в том, что «большой остров» образуется кунами обоих кандзи, а «чистый» кун кандзи «Большой» состоит всего из двух «о» (大きい, оокий). Таким образом, большой остров - «оодзима».

Ещё один интересный пример использования «птицы» в качестве компонента другого иероглифа: если соединить вместе ロ (рот) и 鳥 (птицу), получим кандзи 鳴 (кричать), «кричать» в том смысле, в котором кричат (лают, чирикают, ухают, воют, поют и плачут) всевозможные представители животного мира.

[鳴 - Кричать МЭЙ_наку 14 (鳥 (196) птица)]

烏が鳴く (карасу га наку) - ворона каркает.[300]

蛙が鳴く (кавадзу га наку / каэру га наку) - лягушка квакает.

虫が鳴く (муси га наку) - насекомое стрекочет.

牛が鳴く (уси га наку) - корова (бык) мычит.

羊が鳴く (хицудзи га наку) - овца (баран) блеет.

山羊が鳴く (яги га наку) - коза (козёл) блеет.[301]

После знакомства с этими примерами может сложиться впечатление, будто язык японских животных значительно проще языка представителей «русской» фауны. Воздержимся от преждевременного ликования, возможно, вызванного возникшим у кого-то чувством превосходства. Нам ведь уже не раз приходилось охлаждать свой пыл при встрече с тем или иным подвохом таившимся за внешней простотой японского языка, и здесь ситуация не легче. Допустим, в каком-нибудь тексте глагол 鳴く (наку) окажется записанным не иероглифом, а только знаками каны (なく). Как тогда, например, перевести на русский сочетание なく鳥 (наку тори)? Мы уже знаем, что глагол «наку» можно записать как 鳴く (наку) - кричать, щебетать, реветь, а можно как 泣く (наку) - плакать[302]. И кто же теперь, спрашивается, перед нами: птица ли, плачущая слезами, или поющая (чирикающая, свистящая, каркающая, ухающая) птица? Вообще-то, если рассуждать логически, второй вариант более правильный, ведь с точки зрения японца животные плакать могут. Но, с другой стороны, «плачущее животное» может быть сильной и яркой аллегорией, которая очень даже сгодится, например, либо для сказки (почему бы сказочному животному для усиления эффекта повествования и не заплакать?), либо в повседневной жизни, чтобы подчеркнуть то или иное свойство человека, например, плаксивость: 泣虫 (накиамуси) - плакса.

До чего тонок японский язык: стоит только записать слово не иероглифом, а каной (なく鳥), и читатель сразу же становится соучастником автора литературного произведения, его сотворцом - теперь только от него зависит в каких иероглифах он захочет мысленно «увидеть» это слово (鳴く 鳥 или 泣く 鳥), а от этого уже будет зависеть, плачет ли пострадавшая от когтей коршуна или стрелы охотника бедная птичка или попросту по-птичьи щебечет. Автор всего лишь избежал конкретики, хотя и не допустил неточности, но как-то вдруг всё вышло за рамки авторской художественной воли. Вот вам и волшебная сила искусства, вот вам и якобы «примитивный» японский язык.

Здесь следует отметить, что кун «наку» (кричать по-звериному) - не единственный кун и не единственное значение иероглифа 鳴: 鳴く (наку) - чирикать, щебетать, реветь и так далее, 鳴る (нару) - звучать, раздаваться; 鳴らす (нарасу) - заставлять звучать. А в случае, когда японцам требуется соблюсти максимальную точность при передаче информации, им на помощь приходят ономатопоэтизмы (слова, созданные по принципу подражания естественным звукам):

があがあ鳴く (гаагаа наку) - квакать, крякать, гоготать. ぎりぎり歯を鳴らす (гиригири ха о нарасу) - скрежетать зубами.

かんかん鳴る / がんがん鳴る (канкан нару / ганган нару) - звенеть, лязгать.

ちりんちりん鳴る (тиринтирин нару) - звенеть, побрякивать.

В ономатопоэтическом плане интересно и полезно знать, как именно «говорят» некоторые животные в Японии:

烏はかあかあと鳴く (карасу ва каакаа то наку) - Ворона каркает: «Кар-кар».

鳥はちゅんちゅんと鳴く (тори ва тюнтюн то наку) - Птицы щебечут: «Чик-чирик».

牛はもおと鳴く (уси ва моо то наку) - Корова мычит: «Му-у».

蛙はけろけろと鳴く (каэру ва кэрокэро то наку) - Лягушки квакают: «Ква-ква».

羊はめえと鳴く (хицудзи ва мээ то наку) - Овцы блеют: «Ме-е-е».

Всё это шумное квакающе-мычащее разнообразие вызывает некоторые вопросы. Прежде всего мы прекрасно помним, что в пословице 并の中の蛙、大海を知らず[303] лягушка звучит как «кавадзу», а здесь мы лягушку называем то «кавадзу», то «каэру». Дело в том, что в старой Японии лягушка, действительно, называлась «кавадзу». Такое название лягушки сегодня можно встретить разве что в памятниках литературы (например, в хайку эпохи Мацуо Басё) или в старинных пословицах. Современная же лягушка - это обычно «каэру».

[蛙 - Лягушка А_каэру, кавадзу 12 (虫 (142) насекомое)]

Похоже, что именно от вышеупомянутой пословицы происходит образное название очень ограниченного человека: 并蛙 (сэйа) - лягушка в колодце. Что же касается «каэру», то в роли лягушки запомнить его очень просто. В японском языке есть глагол 帰る (каэру) - возвращаться. Возможно, между японским названием лягушки (каэру) и глаголом (каэру) и нет никакой связи, но очень уж бросается в глаза намёк на извечный лягушачий цикл: из воды выходя, в воду всю жизнь возвращаться.

Второй вопрос - это уже насчёт вставочки «то» в выражении «каа-каа то наку». «То» в данном случае выступает в качестве аналога прямой и косвенной речи в русском языке, только прямая речь в японском языке выделяется кавычками несколько необычной для нас формы:

私は烏も鳥だと云いました (ватаси ва карасу мо[304] тори да[305] то иимасита[306]) - Я сказал, что ворона - тоже птица.

私は「烏も鳥です」と云いました (ватаси ва «карасу мо тори дэс» то иимасита) - Я сказал: «Ворона - тоже птица»

Каждому из нас хотя бы на картинках доводилось видеть знаменитые японские священные ворота, своей П-образной формой напоминающие насесты. Это так называемые 鳥居 (тории), которые обычно стоят при входе в синтоистские храмы. В слове 鳥居 первый кандзи нам уже известен - это «Птица», а вот с помощью кандзи 居 (КЁ_иру) обычно записывается глагол 居る (иру)[307] - быть, существовать.

- 山田さん、この林に鳥が居ませんか (ямада сан, коно хаяси ни тори га имасэн ка) - Господин Ямада, в этом лесу птицы не водятся?

- はい、居ません / いいえ、居ます (хай, имасэн / ииэ, имас) - Да, не водятся / Нет, водятся.

Характерной особенностью глагола «иру» является то, что место существования, по отношению к которому употреблен этот глагол, всегда сопровождается частицей に (ни):

山本さんはここに居ますか (ямамото сан ва коко[308] ни имас ка) - Господин Ямамото здесь?[309]

[居 - Быть, иметься КЁ_иру 8 (尸 (44) труп)]

Естественным образом напрашивается вопрос: 鳥居 если (тории) - это не насест, а священные ворота, то как тогда по-японски будет звучать и записываться насест в прямом смысле этого слова? А так и будет: 止まり木 (томариги) - деревяшка для сидения (птиц).

Проанализируем графические составляющие кандзи 居. С первого же взгляда в нём просматривается иероглиф 古 (КО_фуруй) - старый. Остаётся только разгадать загадку «сидящего» на нём символа 尸. Этот знак в качестве отдельного кандзи трактуется как «труп». В качестве ключа этот же знак нередко обозначается так же, что уже не совсем понятно, поскольку в большинстве иероглифов, опирающихся в своей графике на данный ключ, «трупный» запах уловить очень трудно. Там если и ощущается какой-либо душок, то совсем другой направленности. Остановимся на этом факте подробнее.

Во-первых: рисунок 尸 сильно смахивает на нижшою половину сидящего человека.

Во-вторых: уж больно жизнеутверждающее значение у иероглифа 居 - жить, существовать, находиться, быть. Откуда здесь труп? А вот факт сидения «голым попом» 尸 на нажитом непосильным трудом старье 古 - налицо.

В-третьих: есть такой кандзи «Хвост» - 尾 (БИ_о). Но если это хвост, то каким же это боком и с какой это стати понадобилось волосы или шерсть 毛 (МО:_кэ) приделывать к трупу? Вот к «заднему месту» - это ещё куда ни шло. Кстати, 尾行 (бико:) - слежка (идущий хвостом)[310].

В-четвёртых: 尿 - «сидящий» зад 尸, под которым плещется или журчит водичка 水. Эта игра образов может восприниматься исключительно как «моча»: 尿 (НЁ:_юбари). Соответственно, мочеиспускательный канал будет выглядеть как 尿道 (нё:до:).

И это далеко ещё не полный список интересных и убедительных примеров, подтверждающих предположение о «нетрупном» происхождении символа 尸. Но противоречия здесь никакого нет: иероглиф 尸 по своей форме, действительно, изображает сидящего человека или человека, подобравшего ноги к животу. Именно в такой позе в древнем Китае хоронили усопших, и именно поэтому одно из возможных значений данного знака - труп. Но никто не может нам запретить видеть в этом знаке не труп, а зад. Это особенно важно в тех случаях, когда данная трактовка хоть как-то содействует пониманию и запоминанию создаваемых с помощью элемента 尸 иероглифов. Нужны примеры? Да хотя бы кандзи 遅, в котором хорошо просматривается человек, сидящий на плетущейся по дороге овце. Графическая композиция этого кандзи полностью определяет его значение.

[遅 - Опаздывать, отставать ти_окурэру 12 (辶 (162) дорога)]

遅れる (окурэру) - опаздывать.

遅い (осой) - поздний.

И в заключение ещё несколько слов по поводу хвоста. Хотя существуют устойчивые выражения, такие как 尾をする (о о суpy) - вилять хвостом (хвост делать) или 尾を垂れる (о о тарэру) - поджать хвост, струсить (хвост свесить)[311], тем не менее сегодня для обозначения хвоста животных кандзи 尾 отдельно практически не применяется, ну, может быть, в редких случаях и за редким исключением. Хвост же у животных обычно называется 尻尾 (сиппо), но это уже совсем другая история. Самое же интересное, что в Японии есть старинный город, который называется 尾遅 (ономити) - Дорога хвостов[312].

[歯 - Зуб SHI_ha 12 (歯 (211) зуб)]

[米 - Рис BEI, МАI_kome 6 (米（119) рис)]

[粍 - Миллиметр (-)_mirime:toru 10 (米 (119) рис)]

[辻 - Перекрёсток (-)_tsuji 5 (辶 (162) дорога)]

[烏 - Ворона U_karasu 10 (灬 (86) огонь)]

[鳥 - Птица CHOU_tori 11 (鳥 (196) птица)]

[島 - Остров TOU_shima 10 (山 (46) гора)]

[黒 - Чёрный KOKU_kuroi 11 (黒 (203) чёрный)]

[半 - Половина HAN_nakaba 5 (十 (24) десять)]

[鳴 - Кричать MEI_naku 14 (鳥 (196) птица)]

[蛙 - Лягушка А_kaeru, kawazu 12 (虫 (142) насекомое)]

[居 - Быть, иметься KYO_iru 8 (尸 (44) труп)]

[遅 - Опаздывать, отставать CHI_okureru 12 (辶 (162) дорога)]

[尾 - Хвост BI_o 7 (尸 (44) труп)]

[尿 - Моча NYOU_nyou 7 (尸 (44) труп)]

歯 - зуб (ha)

歯ブラシ - зубная щётка (haburashi)

虫歯 - гнилой зуб (mushiba)

歯止め - тормоз (hadome)

知歯 - зуб мудрости (chishi)

入れ歯 - вставной зуб (ireba)

入れ毛 - шиньон (irege)

入れ目 - искусственный глаз (ireme)

入れ物 - сосуд (iremono)

辻 - перекрёсток (tsuji)

四辻 - перекрёсток (yotsutsuji)

烏木 - эбеновое дерево (uboku)

烏衣 - чёрное кимоно (ui)

鳥 - птица (tori)

蛙 - лягушка (kaeru)

井蛙 - крайне ограниченный человек (seia)

人道 - гуманность, тротуар (jindou)

島 - остров (shima)

半島 - полуостров (hantou)

居る - быть, находиться (iru)

半々に - пополам (hamban ni)

大島 - большой остров (oojima)

鳴く - рычать, чирикать (naku)

鳴る - звучать (naru)

鳴らす - заставлять звучать (narasu)

米 - рис (kome)

米国 - Америка (beikoku)

北米 - Северная Америка (hokubei)

米人 - американец (beijin)

米 - метр (me:toru)

粍 - миллиметр (mirime:toru)

黒い - чёрный (kuroi)

黒める - чернить (kuromeru)

黒衣 - черная одежда (kokui)

黒人 - негр (kokujin)

黒米 - неочищенный рис (kurogome)

黒目 - зрачок (kurome)

黒パン - чёрный хлеб (kuropan)

黒ビール - тёмное пиво (kurobi:ru)

鳥居 - тории (torii)

島国 - островное государство (shimaguni)

国歌 - гимн (kokka)

尾 - хвост (о)

尾行 - слежка (bikou)

尿道 - мочеиспускательный канал (nyoudou)

尿 - моча (nyou, yubari)

止まり木 - насест (tomarigi)

遅れる - опаздывать (okureru)

遅い - поздний (osoi)

尾道 - г. Ономити (onomichi)

ТОРИИ

Когда-то давным-давно, как гласит легенда, богиня солнца Аматэрасу обиделась на своего брата[313] и заперлась в пещере, погрузив мир во тьму. После долгих и безуспешных попыток уговорить Аматэрасу покинуть своё убежище небесные божества догадались построить перед пещерой высокий насест (тории), на котором вскоре разместилась птичья стая (утверждают, что это были петухи). От пения птиц сердце Аматэрасу смягчилось, и она вышла на поверхность. Так в мир вернулись солнце и свет[314].

Сегодня тории - обязательная принадлежность синтоистского святилища. Каждый синтоистский храм располагает, как правило, несколькими священными воротами. Современные тории могут быть изготовлены практически из любого материала: от дерева до бетона. Их цвет и размеры также могут меняться в зависимости от места расположения, его окружения и задач, возложенных на то или иное сооружение.

Самые поражающие воображение тории находятся неподалеку от Хиросимы на маленьком островке Миядзима, где более 800 лет назад было создано красивейшее святилище Ицукусима[315]. Огромные (высота сооружения составляет 16 метров) красного цвета тории располагаются прямо в воде на расстоянии 300 метров от берега и полностью выходят из воды только во время отлива.

Это эссе начинается с маленькой интеллектуальной разминки, преследующей цель освежить некоторые хорошо знакомые нам иероглифы:

衣服 (ифуку) - одежда.

私物 (сибуцу) - предметы личного пользования.

海の日 (уми но хи) - День моря (20 июля)[316].

国富 (кокуфу)[317] - национальное богатство.

共鳴 (кё:мэй)[318] - резонанс, отклик, сочувствие (вместе звучать).

鳴子 (наруко) - трещотка (для отпугивания птиц).

口火 (кутиби) - фитиль, повод, причина (для ссоры).

休止 (кю:си) - приостановка, перерыв, передышка.

休日 (кю:дзицу) - выходной день.[319]

平日 (хэйдзицу) - обычный день, будничный день, будни.

半道 (ханмити) - полпути.

本山 (хондзан) - главный храм.[320]

本田 (honda) - компания «Хонда» или, учитывая всё вышесказанное, «главное поле».

古米 (комай) - рис прежнего урожая (старый рис).

Интереснейший японский факт: не секрет, что все иноземные имена, имеющие западные корни, в Японии записываются знаками азбуки Катакана по принципу «что слышится - то и пишется»: Сильвестр - シルべスタ (shirubesuta), Фреди - フレディ (furedi), Александр - アレクサンドル (arekusandoru). Однако не все догадываются, что большинство «родных» нам имён можно также записать и с помощью японских иероглифов.

Попробуем образовать японский «нэйм» от какого-нибудь европейского имени. Для этого надо «вычислить» исходное значение нужного нам имени и сопоставить с ним какое-нибудь схожее по смыслу исконно японское слово, которое и будет использовано нами в качестве нового чисто японского «прозвища»[321]. Чтобы случайно не обидеть кого-нибудь из читателей, разберём ситуацию на примере следующих экзотических для нас имён: Сильва, Сильвия, Сильвестр, имеющих одно и то же латинское происхождение - лес, лесной, житель леса. В этом случае наиболее подходящим по смыслу будет японское слово 森林 (синрин) - лес. Таким образом, если бы знаменитый Рэмбо (Сильвестр Сталоне) был бы японцем, то к нему обращались бы не иначе, как Синрин сан.

Забавно, но если до конца следовать этому принципу, то Фреди Крюгер, злодей из знаменитого ужастика, в японской интерпретации будет зваться 平和 (хэйва) - Мир. По той же причине японскими тёзками Фредди станут также: Фредерик - フレデリック (furederikku), Джэфри -ジェフリ (jefuri), Оливер - オリバー (oriba:), Пацифика - パシフィか (pashifika), Плачидо - プラシッド (purashiddo), Соломон - ソロモン (soromon) и многие-многие другие, значение имён которых близко к понятию 平和.

Спрашивается, насколько резонно вот так вот запросто менять своё благозвучное имя на совершенно непривычное нам сочетание звуков? Причин для этого, наверное, нет никаких, если, разве что, к этому не подталкивает чрезмерная любовь к японской экзотике или стремление к дополнительной языковой практике. Сразу же следует отметить, что такой «фонетически убийственный» способ выворачивания наизнанку личных имён на самом деле весьма распространён в Японии, но только по отношению к именам выходцев из тех стран, в которых письменность так или иначе основана на китайских иероглифах.

Вот, например, всё тот же «дорогой товарищ Мао Цзэдун». Это у нас он дедушка Мао, а в Японии это совершенно другой! человек. Поскольку имя Великого Кормчего изначально записывается китайскими иероглифами (毛沢東)[322], то японцы произносят его, не задумываясь ни на секунду, в соответствии со своими правилами чтения, в результате чего Мао Цзэдун в Японии обретает новое имя, и это имя - Мо:такуто:[323].

Как по-японски «чёрный», мы уже знаем. Остаётся не только из любопытства, но и пользы ради узнать, как звучит и записывается его антипод «белый». Для этого надо взять солнышко 日 и испустить из него белый лучик. В результате получим иероглиф 白 (белый)[324]. Его кун - «сирой». БЕлый - сиРОй - СЕрый. Вспоминается старое доброе детское воплощение единства серого и белого: «один белый, другой серый, два весёлых гуся».

Когда мы в первом эссе говорили об онах японских иероглифов, то подразумевали под ними искаженное китайское звучание этих самых иероглифов, а вот когда речь шла об их кунах, то по взаимному согласию мы договорились воспринимать их как то, исконно японское слово, которое можно записать с помощью того или иного иероглифа. Но если быть предельно строгими, то было бы значительно более логичным отнести к куну кандзи «Белый» не само прилагательное 白い (сирой), а только его неизменяемую часть 白 (сиро): 白ぃ (сиро-й), 白くなぃ (сиро-кунай), 白かった (сиро-катта) и так далее - то есть ту часть слова, которая непосредственно и записывается иероглифом 白. Здесь важно отметить, что в японском языке, действительно, есть такое слово «сиро» - белый цвет, белизна (白). По большому счёту именно «сиро» и является куном кандзи 白, однако рядовому гражданину стараться запомнить только «сиро» - это почти то же самое, что опираться, скажем, при запоминании слова «белый» не на него самого, а на его видоизмененный корень «бело», а потом каждый раз, следуя соответствующим грамматическим правилам, образовывать от него все прочие словарные формы: бело, бело-е, бело-каменное и так далее. Хотя «бело» и встречается в русском языке, но редко, особенно по сравнению с такими распространенными его формами как «белый», «белое» и подобными им. Именно поэтому в кандзявых эссе с самого начала в угоду эффективности запоминания японской лексики и была сделана эта маленькая оговорка по поводу того, что именно подразумевается здесь под словом «кун».

Но что нам мешает в качестве куна кандзи 白 запомнить какое-нибудь другое слово, записываемое этим же кандзи, например, 自む (сираму) - светлеть, рассветать? Да, в общем-то, ничего не мешает. Просто чем ничего не запомнить, лучше запомнить хоть чтo-нибудь, и желательно, чтобы это «что-нибудь» не только часто встречалось на письме, но и постоянно «вертелось на языке». Именно поэтому в кандзявых эссе «белый», а не «бело...» и «сирой», а не «сиро...».

[白 - Белый ХАКУ, БЯКУ_сирой 5 (白 (106) белый)]

Что же касается ОНа кандзи «Белый», то для его запоминания неплохо закрепить в памяти образ и японское звучание одной из самых красивых и грациозных птиц на белом свете: 白鳥 (хакутё:) - лебедь (белая птица). Полезно также кандзи 白 (ХАКУ_сирой) сопоставить с очень и очень похожим на него кандзи 百 (ХЯКУ_хяку_сто). Обращают на себя внимание и маленькое различие в графике иероглифов 白 и 百 (чёрточка наверху), и едва заметное различие их звучаний (ХАКУ и ХЯКУ). Было бы крайне любопытно узнать, что же общего между «белым» и «сотней»? Снова обратимся за помощью к «великому и могучему». У нас ведь как говорят, когда хотят выразить понятие «ну очень много», заменяя числительные 100, 1000 и так далее? Тьма-тьмущая! А поскольку Япония - это не Европа и даже не Россия, то было бы даже неудивительно, если бы у них это обозначало что-то вроде «белизны-белющей» (очень близкое попадание, особенно если учесть, что кандзи 白 в сочетании с другими иероглифами нередко применяется для обозначения понятия «много»)[325].

[百 - Сто ХЯКУ_хяку 6 (白 (106) белый)]

白人 (хакудзин) - белый, белая раса.

白米 (хакумай) - очищенный рис.

黒白 (кокубяку) - чёрное и белое, дурное и хорошее (говорят, мы бяки-буки, как выносит нас земля).

白黒 (сирокуро) что-нибудь чёрно-белое (например, фотография[326] или рисунок).

白目 (сиромэ) - белок глаза.

白パン (сиропан) - белый хлеб.

白い目で見る (сирой мэ дэ миру) - смотреть недружелюбно, бросить косой взгляд (как и у нас: «сверкнуть взглядом»).

Есть и исключения из правил: иногда 白 может озвучиваться как «сира», например, 白木 (сираки) - неокрашенное дерево.

Кроме того, 白 - активный участник в образовании имён:

Альбина - Albin - アルビン (арубин) - белая - しろ - 白 (сиро);

Уитни - Whitney - ウイットニー (уиттони:) - белый остров - はくとう - 白島 (хакуто:)[327].

И под занавес главы ещё парочка интересных фактов: в Японии иероглиф 白 применяется для обозначения Бельгии - сокращение от 白耳義 (бэруги)[328], а что касается «сотни», то название знаменитого сборника «100 поэтов 100 стихов»[329] в оригинале звучит как 百人一首 (хякунин иссю) - сто человек по одному стихотворению[330].

Существует множество сложных в графическом плане кандзи, в состав которых так или иначе входит знак 白. Не всегда, правда, удаётся осознать, какое именно смыслообразующее значение вносит этот графический элемент в тот или иной иероглиф, однако благодаря тому, что нередко чтение «хаку» «по наследству» передаётся более сложному кандзи, включающему в себя символ 白, бывает совсем нетрудно предугадать звучание этого более сложного иероглифа.

Соединим 手 (руку) с 白 (белым), в результате чего получим кандзи 拍 (ХАКУ_уцу) - бить. Вообще-то для передачи именно этого значения сегодня чаще употребляется знакомый нам по предыдущим эссе иероглиф 打 (ДА_уцу) - бить, ударять, однако 拍 не сдаёт своих позиций и активно принимает участие в разного рода иероглифических сочетаниях:

拍手 (хакусю) - аплодисменты, 拍手する (хакусю суру) - аплодировать (аплодисменты делать).

Запомнить кандзи 拍 и всё что с ним связано несложно: значение «бить» в совокупности с изображением (拍) вызывает из глубин памяти манерную привычку старорежимных офицеров бить (拍) солдат по «мордам» ручками (手), облачёнными в белые (白) перчатки. Таким образом, для закрепления в памяти кандзи 拍 (ХАКУ_уцу) берём от глагола 打つ его кун «уцу», а от кандзи 白 - его он «ХАКУ».

[拍 - Бить ХАКУ_уцу 8 (手 (64) рука)]

А вот если помыть себя водой 水 (СУЙ_мидзу) до 白 (белого) или попить чистой (белой) водички 水, то получится глагол «томару» (останавливаться на постой) - не то «останавливаться», что 止まる (томару), а то «томару», что 泊まる (томару), смысл которого именно «останавливаться на ночлег», «заночевать» (например, в гостинице) или, скажем, остановиться у старого знакомого. Теперь понятно, почему в хайку Басё[331] об одиноком вороне глагол «томару» не мог быть записан иероглифом 泊.

[泊 - Останавливаться (на ночлег) ХАКУ_томару 8 (氵 (85) вода)]

Здесь только остаётся добавить, что 泊める (томэру) - пускать на ночлег.

В одну из поездок в Первопрестольную автор Кандзявых эссе был заинтригован появлением разветвлённой сети небольших «японских» кафешек под общим названием «Идзуминка». На афишах слово «идзуминка» всегда сопровождалось иероглифом 泉, но только зная, что этот иероглиф, значение которого «источник», «родник», звучит по-японски как «идзуми», можно было догадаться об определённой небессмысленности используемой в рекламных целях игры слов: идзуми - идзуминка - изюминка.

泉 → 白 (белое) над 水 (водой). Белая (чистая) вода, которая бывает только в источнике - весьма неплохая трактовка, которую даже не грех взять на заметку. Хотя где-то в глубокой древности смыслом данного знака могло быть что-то вроде воды, на которой произрастает белый рис, и чтобы эту воду натаскать на рисовое заливное поле, опять же был необходим родник, расположенный где-нибудь поблизости.

[泉 - Источник, родник СЭН_идзуми 9 (水 (85) вода)]

Будет больше шансов запомнить он «СЭН» кандзи 泉, если познакомимся ещё с одним иероглифом, который включает в себя в качестве составного элемента иероглиф 泉. Это кандзи 線, который по своему ону и куну просто «СЭН», что и представляет для нас главную прелесть. Слева нить (糸)[332] справа источник (泉), а всё это вместе взятое образует «линию», «черту».

[線 - Линия, черта СЭН_сэн 15 (糸 (120) нить)]

Почему для обозначения линии выбрано такое странное сочетание символов: нить и родник? А почему бы и нет? Серебристо-белой ниточкой бежит из источника вода - эдакая играющая на солнце линия. Или вот: на воде (посреди воды) 水 нитями 糸 тянутся линии 線 созревающего риса, а если учесть, что в качестве возможного прототипа знака 白 выступает белое рисовое зёрнышко, то и последняя «натянутость» приведенной трактовки исчезает окончательно.

Белые полосы, линии, рис, рисинки... Неужели вам это ничего не напоминает? В предыдущем эссе, возможно, кому-то показалась слегка оскорбительной основанная на жевательной резинке версия того, что Америка и её обитатели в иероглифическом подсознании японцев напрямую связаны с рисом. Специально для тех, у кого характерные проблемы с чувством юмора: пожалуйста, найдите на изображении морского флага, принятого в 1775 году конгрессом США для морских судов, иероглиф 米.

Нашли? Удивились? А теперь пойдем ещё дальше, и попробуем взглянуть на эту картинку, абстрагируясь от привычных нам геометрических форм. Не стройные ли ряды риса 米 видны на белой 白 воде 水? Но ведь рис на белой воде есть не что иное, как кандзи 線 (линия)!

水平線 (суйхэйсэн) - горизонтальная линия, горизонт.

平行線 (хэйко:сэн) - параллельная линия, параллель.

平行 (хэйко:) - параллелизм, «хэйко: но» - параллельный. 本線 (хонсэн) - главная линия.

深海線 (синкайсэн, фукамисэн) - глубоководный кабель.

林線 (ринсэн) - просека в лесу.

泉水 (сэнсуй) - пруд.

支線 (сисэн) - ответвление, железнодорожная ветка (ветка + линия).

В восьмом эссе было отмечено, что иероглиф 支 уже давно перестал быть «веткой дерева»[333], хотя и сохранил за собой право вносить в образованные с его помощью слова «ветвистую» направленность[334].

Есть ещё одно модное японское словечко, способное посодействовать запоминанию совпадающих ОНов кандзи 線 (линия, черта) и кандзи 泉 (источник). С некоторых пор бегают по Японии особые поезда по не менее особой скоростной магистрали, называемой Синкансэн. Именно «с некоторых пор», поскольку до недавнего времени ширина железнодорожной колеи в Японии равнялась 1,067 метра[335], что делало железнодорожный транспорт Страны Восходящего Солнца одним из самых тихоходных в мире. И только в октябре 1964 года, накануне проведения XVIII летней Олимпиады в Токио, была построена первая (потому-то и новая) ширококолейная (1,435 метра) скоростная магистраль, соединяющая города Токио и Осака. Называлась эта магистраль 新幹線 (синкансэн)[336].

Посмотрим внимательно на слово 新幹線. Что такое 線 (СЭН) нам уже хорошо известно, - это линия, черта. Что же касается 新 (СИН), то основное его значение - «новый». 新 (новый) → 立 (стоять) + 木 (дерево) + 斤 (топор): чтобы сделать что-нибудь новое (а во все времена основным строительным и поделочным материалом была древесина), надо взять в руки топор 斤, срубить стоящее 立 дерево 木 и сделать из него что-нибудь новое 新, например, дом, ящик или топорище для того же самого топора. А на месте срубленного топором 斤 дерева 木 скоро встанет 立 новое 新 дерево 木.

[新 - Новый СИН_атарасий 13 (斤 (69) топор)]

新入の (синню: но ...）- недавно поступивший.

新人 (синдзин) - новичок, вновь поступивший на службу.

新米 (симмай) - рис нового урожая, новичок.

新手 (синтэ) - новая уловка.

Что еще полезного можно добавить к таблице? Прежде всего пару слов об ОНе кандзи 新: бесконечно много японских слов используют в своём составе этот иероглиф, однако лучше всего для запоминания его она «СИН» будет опереться на «газету» (синбун)[337]. Что же касается куна кандзи 新, то каждому говорящему по-русски субъекту слово «атарасий» хочется произнести как «атаРАсий», однако под ударение (или под то, что принято называть японским ударением) попадает не один какой-то слог, а вся средняя часть слова: аТАРАСИй. Именно эта возможность ставить под ударение сразу несколько слогов позволяет говорить не просто об особой напевности японского ударения, а об особом напевном японском ударении.

Мало кто из начинающих японистов знает, что кроме «атарасий в сочетаниях с другими иероглифами изредка встречается ещё один кун иероглифа 新:

新物 (арамоно) - новая вещь, новинка;

新手 (аратэ) - свежие силы, пополнение.

В японском языке знак 斤 в качестве отдельного иероглифа топором не является[338]. Сегодня 斤 - это кин, мера веса (600 грамм)[339]. Ну и, конечно же, велика роль этого символа в образовании других иероглифов, например, иероглифа 近. Можно было бы вообще кандзи 近 здесь и не упоминать, да больно уж он лёгок для восприятия и запоминания: возьми небольшой топорик 斤, весом эдак грамм 600 (один КИН), и кинь его куда надо или в кого надо, а потом тикай что есть мочи - ведь топорик далеко не кинешь, поэтому цель должна располагаться близко. 近 - кинь топор в близкую цель и тикай по хорошей дороге, чтобы не догнали.

[近 - Близкий КИН_тикай 7 (辶 (162) дорога)]

Но вернёмся к нашим «хицудзи» (баранам), вернее, к Синкансэну. Нетрудно догадаться, что если 新幹線 (синкансэн) - новая магистраль, то (каисэн) - просто магистраль.

幹 (КАН_мики) - ствол (дерева), а также в сочетаниях с другими иероглифами ещё и «основа», «главная часть»[340]. Для запоминания куна «мики» хотелось бы как-то увязать ствол с макакой Мики, лазающей по этому самому столбу, но имя Мики, к сожалению, уже занято Мики-маусом. Тем не менее эта мышино-обезьянья связь спокойно уживается в сумеречном подсознании начинающего лингвиста-япониста, легко выплывая оттуда по самому первому требованию.

[幹 - Ствол КАН_мики 13 (干 (51) сухой)]

Для того, чтобы более прочно закрепить в памяти ОН кандзи 幹, необходимо познакомиться ещё с одним представителем «плоских» иероглифов (牛羊平半) - с кандзи 干[341]. Попробуем разобраться, что же может роднить символы 幹 и 干？

Во-первых, бросается в глаза то, что элемент 干, выступая в качестве составляющей иероглифа является его ключом. Во- вторых, кандзи 干 (КАН) для кандзи 幹 (КАН) является ещё и фонетиком, то есть, будучи его частью, передаёт ему свой ОН. Но и это ещё не всё! Теперь самое интересное и самое запутанное: согласно всем словарным статьям основные значения кандзи 干 - «сохнуть», «высыхать» (干る, хиру), «сушить» (干す, хосу)[342]. Но причём тут тогда иероглиф 幹, если он обозначает ствол? Где же, спрашивается, связь? Всё сразу же встаёт на свои места, когда узнаёшь, что кандзи 干 с древнейших времён тоже несёт в себе значение «ствол», которое проявляется сегодня только тогда, когда речь идёт о системе восточного календаря, в сильно усечённом виде известного нам по пришедшей из Китая традиции присваивать годам названия тех или иных животных[343].

[干 - Сохнуть КАН_хиру 3 (干 (51) сухой)]

[干 - Сушить КАН_хосу 3 (干 (51) сухой)]

Исходя из онно-смысловой идентичности иероглифов 干 и 幹 можно сделать предположение, что 幹 происходит от иероглифа 干. Ещё глубже чувствуется связь этих двух иероглифов, если обратиться к «скрижалям» японской письменности - к китайской иероглифике. Оказывается, в современном Китае знак 干 является упрощённым написанием иероглифа 幹 и читается как «гань» (gan). В зависимости от того, каким он тоном произносится (первым или четвёртым)[344], он переводится либо как «сухой», либо как «ствол». Вот тут-то круг и замкнулся.

Нетрудно проследить эволюцию 干 от «ствола» до «сушить». По всей видимости, в глубокой древности (мукаси-мукаси) знак был обыкновенным стволом, причём сухим (на знаке отчётливо виден вертикально расположенный безжизненный ствол дерева с высохшими и лишёнными какой-либо листвы ветвями-сучьями). Кроме того, всякий ствол нас интересует прежде всего как столярно-плотницкий материал, а древесина перед употреблением должна быть тщательно высушена. Вот вам и «сухой ствол», и «сушить», а также и необходимость разделения этих двух взаимосвязанных понятий двумя различными символами, с одним из которых начинает отождествляться сам ствол, а с другим одно из самых важных его потребительских свойств - сухость. И если в древнем знаке 干 виден ствол с поперечными ветками, то в силу его современного значения нам становится выгодно видеть в нём не столько ствол, сколько процесс его сушки (ствол на поперечных перекладинах)[345]. Само же значение «ствол» теперь полностью переходит к знаку 幹 который, к сожалению, не так-то просто раскладывается «по полочкам».

Внимательно рассмотрим правую часть иероглифа 幹 где хорошо различим ветвистый ствол (干), на вершину которого забрался человек (人). Однако совсем необязательно в элементе 人 видеть именно человека. Почему бы не представить, что это пышная крона, покрывающая ствол дерева?

Ещё сложнее понять символику левой части иероглифа 幹, которую по неопытности можно спутать с тележкой[346]. Но если это не тележка, то что же тогда может обозначать «солнце в крестах»? Трудно ответить однозначно, но в целом здесь «прощупывается» довольно простая логика: человек 人 залез на ствол дерева 干 и сквозь хитросплетения ветвей (здесь кресты 十 можно рассматривать как изображение десятков переплетённых друг с другом веток) пытается разглядеть восходящее 日 (солнце).

Теперь, чтобы благополучно завершить эссе, нам осталась самая малость; разобрать пословицу, совершенно беспричинно вынесенную в качестве эпиграфа.

Для общей благозвучности разбавим перевод небольшим количеством литературности:

Или ещё более лаконично:

И уж совсем по-нашему, по-русски:

[白 - Белый HAKU_shiroi 5 (白 (106) белый)]

[百 - Сто HYAKU_hyaku 6 (白 (106) белый)]

[拍 - Бить HAKU_utsu 8 (手 (64) рука)]

[泊 - Останавливаться (на ночлег) HAKU_tomaru 8 (氵, 水 (85) вода)]

[泉 - Источник, родник SEN_izumi 9 (氵, 水 (85) вода)]

[線 - Линия, черта SEN_sen 15 (糸 (120) нить)]

[新 - Новый SHIN_atarashii 13 (斤 (69) топор)]

[近 - Близкий KIN_chikai 7 (辶 (162) дорога)]

[斤 - 600 г. KIN_kin 4 (斤 (69) топор)]

[幹 - Ствол KAN_miki 13 (干 (51) сухой)]

[干 - Сохнуть KAN_hiru 3 (干 (51) сухой)]

[干 - Сушить KAN_hosu 3 (干 (51) сухой)]

[朝 - Утро CHOU_asa 12 (月 (74) месяц)]

[汗 - Пот KAN_ase 6 (氵, 水 (85) вода)]

[刊 - Издание KAN_(-) 5 (刀 (18) меч)]

[小 - Маленький SHOU_chiisai 3 (小 (42) маленький)]

[子 - Ребёнок SHI_ko 3 (子 (39) ребёнок)]

[供 - Приносить в жертву KYOU_sonaeru 8 (ィ (9) человек)]

[供 - Множ. число KYOU_domo 8 (ィ (9) человек)]

衣服 - одежда (ifuku)

私物 - предметы личного пользования (shibutsu)

海の日 - День моря (umi no hi)

国富 - национальное богатство (kokufu)

共鳴 - резонанс, отклик, сочувствие (kyoumei)

鳴子 - трещотка (naruko)

口火 - фитиль, повод (kuchibi)

休止 - приостановка, перерыв (kyuushi)

半道 - полпути (hammichi)

本山 - главный храм (honzan)

本田 - Хонда (honda)

古米 - рис прежнего урожая (komai)

黒人 - негр (kokujin)

白い - белый (shiroi)

白む - светлеть (shiramu)

白人 - белый человек (hakujin)

白鳥 - лебедь (hakuchou)

白米 - очищенный рис (hakumai)

黒白 - чёрное и белое, дурное и хорошее (kokubyaku)

白黒 - чёрно-белое (shirokuro)

白目 - белок глаза (shirome)

白パン - белый хлеб (shiropan)

白木 - неокрашенное дерево (shiraki)

拍つ - бить (utsu)

泊まる - останавливаться на ночлег (tomaru)

泊める - пускать на ночлег (tomeru)

泉 - источник, родник (izumi)

線 - линия, черта (sen)

支線 - ж. д. ветка (shisen)

水平線 - горизонтальная линия (suiheisen)

平行線 - параллельная линия, параллель (heikousen)

本線 - главная линия (honsen)

深海線 - глубоководный кабель (shinkaisen, fukamisen)

林線 - просека в лесу (rinsen)

泉水 - пруд (sensui)

新幹線 - Синкансэн (shinkansen)

新しい - новый (atarashii)

新物 - новая вещь (aramono)

斤 - 600 г. (kin)

近い - близкий (chikai)

新入の - вновь поступивший (shinnyuu no ...)

新人 - вновь поступивший на службу (shinjin)

新米 - рис нового урожая (shimmai)

新手 - новая уловка (shinte)

新手 - пополнение (arate)

幹 - ствол (miki)

干る - сохнуть (hiru)

干す - сушить (hosu)

朝 - утро (asa)

朝日 - восходящее солнце (asahi)

汗 - пот (ase)

小さい - маленький (chiisai)

小国 - маленькая страна (shoukoku)

大小 - размер (daishou)

子 - ребёнок (ko)

小人 - карлик, лилипут (kobito, shoujin)

小羊 - овечка (kohitsuji)

小山羊 - козочка (koyagi)

小鳥 - птичка (kotori)

小島 - островок (kojima)

小林- лесок (kobayashi)

子供 - ребенок, дети (kodomo)

子供たち - дети (kodomotachi)

私たち - мы (watashitachi)

蛙の子 - лягушонок (kaeru no ко)

羊の子 - ягнёнок (hitsuji no ко)

牛の子 - телёнок (ushi no ко)

火の子 - искра (hi no kо)

拍子 - такт, ритм, момент (hyoushi)

陽子 - протон (youshi)

刊行 - издание (kankou)

休刊 - приостановка издания (kyuukan)

近刊の - недавно изданный (kinkan no...)

朝刊 - утренний выпуск (choukan)

夕刊 - вечерний выпуск (yuukan)

日刊 - ежедневное издание (nikkan)

月刊 - ежемесячное издание (gekkan)

Курой - За окном чёрный вечер. Начинается дождь порой. Чёрный пёс Схоронился под лавкой сырой.

ВОСТОЧНАЯ СИСТЕМА ЛЕТОИСЧИСЛЕНИЯ

В основу восточной системы летоисчисления положены десять циклических знаков 十干(дзиккан) - так называемые десять стволов. Вообще-то этих знаков не десять, а пять - это всем хорошо известные пять основных элементов природы и всего сущего: 木 (ки) - дерево, 火 (хи) - огонь, 土 (цути) - земля, 金 (ка/канэ) - металл, 水 (мидзу) - вода. Каждый из этих элементов образует пару: старший брат (э) - младший брат (то). Например, 木 (ки) существует в двух своих ипостасях: старший брат (ки но э) и младший (ки но то). При этом братья записываются разными иероглифами: 甲 (киноэ) и 乙 (киното).

十干 (дзиккан) - десять стволов

ки 木 дерево (1) 甲 ки но э

ки 木 дерево (2) 乙 ки но то

хи 火 огонь (3) 丙 хи но э

хи 火 огонь (4) 丁 хи но то

цути 土 земля (5) 戊 цути но э

цути 土 земля (6) 己 цути но то

ка 金 металл (7) 庚 ка но э

ка 金 металл (8) 辛 ка но то

мидзу 水 вода (9) 壬 мидзу но э

мидзу 水 вода (10) 癸 мидзу но то

В данной системе летоисчисления кроме стволов есть ещё двенадцать ветвей - известные всем по восточному гороскопу животные:

十二支 (дзю:ниси) - двенадцать ветвей

1 - 子 - Крыса (нэ)

2 - 丑 - Бык (уси)

3 - 寅 - Тигр (тора)

4 - 卯 - Заяц (у)

5 - 辰 - Дракон (тацу)

6 - 已 - Змея (ми)

7 - 午 - Лошадь (ума)

8 - 未 - Овен (хицудзи)

9 - 申 - Обезьяна (сару)

10 - 酉 - Петух (тори)

11 - 戌 - Собака (ину)

12 - 亥 - Свинья (и)

Как же по этой системе исчисляются годы? Вот, например, пошёл некий год, который начинает очередной шестидесятилетний цикл данного летоисчисления. Он соответствует первому стволу - «старшему брату дерева» 甲 (киноэ) и первой ветви - «крысе» 子 (нэ). Этот год будет называться 甲子 (киноэнэ) (в название года входят названия ствола 干 и соответствующей ветви 支, поэтому сам цикл называется канси). Следующий год будет 乙丑 (кинотоуси) и так далее до десятого года, 11-ый год снова начинается с первого ствола 甲, но поскольку ветви, которых, в отличие от стволов, 12, еще не закончились, то в соответствие первому стволу ставится следующая 11-ая ветвь (戌) и так далее. Таким образом, через шестьдесят лет произойдет новое совпадение первого ствола и первой ветви. Именно поэтому цикл и является шестидесятилетним. Начало первого шестидесятилетнего цикла в 21 веке приходится на 2044 год, а начало первого двенадцатилетнего - на 2008 год.

Видно, что иероглифы, которыми обозначаются календарные знаки, существенно отличаются от иероглифов, применяемых в японском языке для записи соответствующих животных: 子 (Крыса) - 鼠 (крыса), 丑 (Бык) - 牛 (бык) и так далее, хотя названия календарных и обычных животных при этом совпадают почти во всех случаях: хицудзи - овца, уси - бык (корова) и так далее.

Описываемая система уходит своими корнями в далекое прошлое. Циклические знаки (ветви и стволы) были ещё нацарапаны на найденных в Китае черепашьих панцирях, возраст которых превышает три тысячи лет. Предполагается, что по ним осуществлялись гадания. Оформление же самой системы летоисчисления в том виде, в котором она описана здесь, относят к самому началу нашей эры во времена правления Династии Хань.

Поскольку суффикс множественности «тати» стал слишком часто встречаться на нашем пути, познакомимся с ним поближе.

[達 - Множ. число ТАЦУ_(-) 12 (⻌ (162) дорога)]

Следует всегда помнить, что в кандзявых эссе таблички-досье приводятся далеко не в полном виде. Мы берём какие-нибудь наиболее соответствующие конкретному случаю он и кун и этим, как правило, ограничиваемся. В случае же с 達 мы вообще обошлись без выделения каких-либо смысловых значений этого кандзи и без его куна. Сделано это было умышленно, чтобы легче запомнилось одно из самых частых его употреблений - показатель множественного числа. На самом деле о кандзи 達 много чего можно рассказать, и в последующих эссе мы к нему не раз еще вернёмся, пока же достаточно будет перечислить основные значения, которые вносит этот иероглиф в создаваемые с его помощью слова: «доходить», «достигать», «доставлять» и даже «овладевать искусством», «овладевать знаниями».

Самые простые примеры:

口達 (ко:тацу) - устное уведомление.

達人 (тацудзин) - знаток, мастер.

達見 (таккэн)[364] - широкие и глубокие знания.

Все вышеперечисленные значения образно заключены в графике знака 達: идут по дороге ⻌ овцы или бараны 羊 (Ё:_хицудзи) по направлению к своей земле (пастбищу) 土 (ТО/ДО_цути_земля), совсем как люди, живущие обретением земли своей обетованной. В этом плане важно упомянуть одно из немногих слов в которых кандзи 達 всё-таки используется вне сочетаний с другими иероглифами: 達する (тассуру) - достигать, доходить (до чего-либо), достигать совершенства (в чём-либо)[365].

И вдобавок ещё один иероглиф - не для запоминания, а просто к месту. Если 達 - это «достигать», а также суффикс множественного числа, то где-то на бытовом уровне получается что-то вроде множества баранов идущих вместе на пастбище, а раз это стадо баранов, то им нужна погоняющая рука, изредка хлестающая наиболее непонятливых и выбивающихся из стада представителей семейства парнокопытных. Стоит только добавить руку, как сразу же получим кандзи 撻, который, как и следовало того ожидать, тоже звучит «тацу». У данного иероглифа элемент «дорога» нарисован в устаревшей форме (⻍) - факт, позволяющий предположить, что вероятность встречи с ним в современных японских текстах будет невелика (данный кандзи используется лишь в некоторых словах в сочетании с другими иероглифами и его основное значение в этих сочетаниях - хлестать или стегать). Тем не менее упомянуть о его существовании здесь было целесообразно, особенно учитывая тот факт, чтo нам это не составило особого труда.

В иероглифе «Прогрызать» 齧 мы столкнулись с графическим элементом «меч» (刀)[373]. Это не просто меч, а именно тот самый известный всем и каждому самурайский меч. Вообще-то этих мечей у самурая было два. Один - это 刀 (катана), второй (меньший) назывался 短刀 (танто:) - «короткий меч»[374], а то, как называют оба меча вместе, было уже упомянуто в предыдущем эссе (大小, дайсё:).

[刀 - Меч ТО:_катана 2 (刀 (18) меч]

抜刀する (батто: суру) - обнажать меч, саблю (обнажение меча делать).

Здесь важно подчеркнуть, что меч 刀, выступая в качестве элемента других иероглифов (например, 刊)[375] нередко принимает более компактную форму: リ.

Вид иероглифа 刀 может слегка озадачить, поскольку некаждому дано воспринять этот символ именно как меч. Возможно, ориентироваться в нём поможет иероглиф 刃, в котором отчетливо просматривается точило, скользящее по лезвию меча.

[刃 - Лезвие ДЗИН_ха 3 (刀 (18) меч)]

Обращает внимание небеспочвенное совпадение кунов кандзи «Зуб» и «Лезвие». Этот факт о многом, надо признать, говорит: сопоставление остроты зубов, клыков и лезвий помогает закрепить в памяти японское название лезвия (ха). Правда, и с оном «Лезвия» проблем тоже нет, поскольку он напоминает либо звон соприкасающихся друг с другом 白刃 (хакудзин) - обнажённых клинков, либо звучание точильного камня по лезвию: ДЗИНь-ДЗИНь.

В японских боевых искусствах, основывающихся на работе с мечами, на тренировочных занятиях широко используются деревянные копии мечей, одним из самых распространённых названий которых является 木刀 (бокуто:). Справедливости ради следует отметить, что такой вот бокуто:, по форме и размеру точно копирующий боевой меч, в руках профессионала не уступает своему металлическому прототипу. 木刀 хоть и не настоящее холодное оружие (刃物, хамоно), но тем не менее оружие грозное[376].

Здесь имеет смысл дать одну историческую справку, способную в очередной раз внести некоторый разлад в становление нашего с вами кандзяво-лингвистического мировосприятия. 刀 (катана) - не единственный вид мечей в истории самурайско-феодальной Японии. 刀 и 短刀, действительно, являются непременными атрибутами вооружения самурая, но только тогда, когда он одет в кимоно. Если же самурай облачался в боевые доспехи, то его колюще-рубящим оружием становился значительно более весомый боевой «аргумент», дающий возможность вести бой не только в индивидуальном поединке, но и на поле брани. Именно таким всесокрушающим оружием был 太刀 (тати)[377] - обоюдоострый тяжёлый меч, прицепляемый к доспехам ремнями и носимый наподобие казацкой шашки изгибом вниз.

В отличие от тати, катана заправлялся за пояс и носился изгибом вверх, что позволяло совместить в одном быстром и коротком движении и вытаскивание меча из ножен, и замах, и нанесение удара - три движения в одном.

А вот почему сочетание иероглифов 太 (ТА/ТАЙ_футой) и 刀 (ТО:) называется «тати», лучше и не спрашивать, поскольку для нас это очередная загадка в ряду ставших уже привычными лингвистических тайн японского языка. А так, каждый без каких-либо серьёзных материальных затрат может стать счастливым обладателем своей маленькой катаны, ибо 小刀 (когатана) - всего лишь перочинный (карманный) ножик.

Продолжая разрабатывать «кожно-веточное» направление китайско-японской иероглифики, попробуем по образу и подобию кандзи 抜 слить воедино «руку» и «кожу». Рука и кожа (披) - что бы это значило? Может, это «открывающая кожу» рука филиппинского врачевателя? Или это рука, откидывающая кожаный полог первобытного жилища? Или, возможно, рука нашего с вами далёкого прапрапредка сдирающая шкуру с поверженного мамонта? Очевидно, что более вероятное значение данного знака - «открывать».

Кандзи 披 встречается довольно редко и только в сочетании с другими иероглифами. У него фактически нет своего куна[378], и если бы не схожесть с кандзи 抜, то мы бы вообще его здесь не упомянули. У кандзи 披 надо запомнить только его он «ХИ», который заимствован от фонетика 皮 (кожа), а также его единственное значение (открывать).

Теперь добавим к 皮 (ХИ_кава) элемент ⼻ (шагать) и получим «шагающую (идущую) кожу» (彼)[379]. Переводится это образование как местоимение «он». Кто этот человек для нас, пока мы его не узнали? Всего лишь он или оно - ходящее существо, покрытое кожей или шкурой. Только по походке 彳 и по внешнему виду (складкам кожи 皮 или одеяния) мы и способны идентифицировать среди толпы того или иного человека.

[彼 - Он ХИ^*_карэ 8 (彳 (60) идущий человек)]

^*) Трудно не обратить внимание на совпадение ОНа кандзи «Он» (彼) и английского местоимения he (он): хи, как говорится, он и в Англии he, вернее, он.

Новичку в этой таблице сложным может показаться только кун кандзи 彼. Но здесь для запоминания не надо прилагать чрезмерных усилий, ибо если кто-то изучает какой-либо иностранный язык, то уж с местоимениями «он», «она», «они» он обычно знакомится в первую очередь.

彼は歌手です (карэ ва касю дэс) - Он певец.

これは彼の本ですか (корэ ва карэ но хон дэс ка) - Это его книга?

彼は抜け目がない (карэ ва нукэмэ га най) - Ему палец в рот не клади (у него оплошности не будет, он оплошности не допустит, он своего не упустит).

彼とは太刀打ちができない (карэ то ва татиути га дэкинай) - Я ему не чета (с ним мериться силами не могу):

太刀打ちする (татиути суру) - мериться (с кем-нибудь) силами (ударить мечами - совсем как наше скрестить шпаги);

...と太刀打ちができない (...то татиути га дэкинай) - не идти в сравнение с ...;

できる (дэкиру) - мочь, уметь;

できない (дэкинай) - не мочь, не уметь.

ピアノができますか (пиано га дэкимас ка) - Вы умеете играть на фортепиано?

できません (дэкимасэн) - Не умею (не могу).

Ещё один «ХИ» в ряду продолжателей кожаной линии:

[被 - Одевать ХИ_кабуру 10 (衤 (145) одежда)]

Слева от кожи 皮 расположен знак 衤[380], происходящий от иероглифа 衣 (И_коромо) - одежда[381], что свидетельствует о достаточно конкретном смысловом (в плане одевания) предназначении кандзи 被. Абсолютное запоминание: голова - основное наше «оружие», которое, как и всякий «голый пистолет», требует хранения в специальной одежде из чистой кожи 皮 - в кобуре.

У кандзи 被 (ХИ_кабуру) достаточно широкий спектр значений (что-нибудь на свою голову):

被る (кабуру) - одевать (на голову), брать на себя (вину и так далее), обливаться, быть обсыпанным;

被つ (ооу) - покрывать, закрывать, скрывать;

被る (ко:муру) - подвергаться, навлекать на себя.

Но надевать что-либо можно не только на свою, но и на чужую голову: 被せる (кабусэру) - надевать на (чью-то) голову покрывать, взваливать, сваливать на кого-нибудь (вину, ответственность), обливать.

Здесь обращает на себя внимание одна закономерность:

被る (кабуру) - надевать (на себя) → 被せる (кабусэру) - надевать (на другого);

止まる (томару) - останавливаться → 止める (томэру) - останавливать;

泊まる (томару) - останавливаться (на ночлег) → 泊める (томэру) - впускать (на ночлег);

立つ (тацу) - стоять → 立てる (татэру) - ставить.

Неужели мы только что через замену «а» (...ару) в конце глаголов на «э» (...эру) открыли закон образования глагольных форм, выражающих направленность действия на других лиц? Конечно же нет, ибо в одних случаях, действительно, так оно вроде бы и получается, а в других - всё совсем наоборот: 抜く (нуку) - вынимать, а 抜ける (нукэру) выниматься, выпадать, проходить насквозь, пронизывать; 枯れる (карэру), засыхать, а 枯らす (карасу) - засушивать.

Уже было отмечено, что с точки зрения японской лингвистики есть нечто общее между кожей (кава) и речкой (кава). Усилим эту общность, добавив к коже 皮 (ХИ_кава) немного водички 氵 (水). В результате получим иероглиф 波:

[波 - Волна ХА_нами 8 (氵, 水 (85) вода)]

波風が立つ (намикадзэ га тацу) - возникают раздоры, нелады, неприятности (ветер и волны встают).

Почему «волна» - это «вода» и «кожа»? Возможно, это собранные волнами складки отсыревшей кожи или олицетворение «кожного» покрова океана или реки, а, может, это просто мурашки на мокрой коже? Сейчас, впрочем, это уже не имеет большого значения - главное, чтобы «сырая кожа» (水+皮) навечно закрепилась у нас как «волна» или «волны» и не важно, какой мы выберем ключик для закрепления этой ассоциации. А то, что ОН кандзи 波 сменился с «ХИ» (от фонетика 皮) на «ХА», нам только на руку. «ХА!» - и волна с грохотом обрушивается на берег (если бы она обрушивалась с «ХИ», то это звучало бы несколько странно). «ХА-А-А-А....» - и медленно откатывается назад по пологому песчаному берегу, оставляя на мокром песке волнистые линии (波線, хасэн) исчезающей пены.

Итак, «нами». Вы ещё не прочувствовали глубокую поэтичность этого слова? На НАМЫтом волНАМИ песке шевелятся выброшенные НА берег МИдии. ВолНАМИ накатывается ностальгическая грусть по проведённому на морском берегу лету, и память о счастливых каникулах навсегда остаётся с НАМИ.[382]

Ностальгия! Так и хочется пустить слёзы, которые тоже, знаете ли, имеют привычку накатываться волНАМИ. «Намида» - слеза, слёзы на РУИнах былых чувств.

[涙 - Слёзы, слеза РУЙ_намида 10 (氵, 水 (85) вода)]

Иероглиф 涙 мог бы показаться сложным и тяжеловесным, если бы не наличие в нём таких простых элементов как 水 (вода) и 大 (большой). Остается только разобраться с неизвестным пока символом 戸, в котором откровенно просматривается чем-то сверху прикрытый знак 尸, в своё время вызвавший у нас некоторые противоречивые ощущения: то ли «труп», то ли «зад», то ли просто сидящий человек. 戸 - человек (по какой-то надобности) присел и прикрылся дверцей от посторонних глаз. 戸 - положили покойника, куда надлежит его положить, и захлопнули над ним крышку, как дверцу, ведущую отсюда туда...

Таким образом, 戸 - это дверь или ставни у оКОшечка:

戸口 (тогути) - дверь, вход[383];

戸口に立つ (тогути ни тацу) - стоять в дверях, стоять у входа;

井戸 (идо) - колодец[384];

吹き井戸 (фукиидо) - артезианский колодец.

[戸 - Дверь КО_то^* 4 (戸 (63) дверь)]

^*) В именах собственных нередко можно встретить совсем древнее звучание (хэ) кандзи 戸: 神戸 (ко:бэ) - г. Кобэ, 一戸 (итинохэ) - Итинохэ (имя).

Вот и получается, что любое большое (大) человеческое чувство, запертое на большую (大) дверь (戸), рано или поздно вызовет обильную влагу (水) на наших - глазах, то есть слёзы (涙). Заперли ребёнка за 大 (большой) 戸 (дверью) - он и в 涙 (слезы). Версий много, однако самые точные ассоциации появляются сами собой, если знать, что элементы «дверь» и «большой» составляют отдельный иероглиф:

[戻 - Вернуться, пойти назад РЭЙ_модору 7 (戸 (63) дверь)]

Представляете, пройти столько километров, достигнуть заветного места, а оно заперто за большой дверью! Муж вернулся домой, а в дверях (戸) его встречает большой (大) незнакомец. Какая жестокость![385] Волей-неволей приходится поворачивать назад и возвращаться 戻る (модору), а слёзы 淚 (намида) волнами 波 (нами) так и накатываются на глаза 目 (мэ) от большой 大 обиды.

戻る (модору) - возвращаться, идти назад.

戻り (модори) - возвращение, обратный путь.

戻す (модосу) - повернуть назад, возвращать, стошнить.

Попробуем при помощи ударно-волнового «ХА» определиться ещё с одним «кожаным» явлением. Для начала возьмём обыкновенный камень (石). В его графике было бы полезно суметь увидеть плечевой сустав, под которым расположен круглый (как рот ⼝) камень. В результате получается не просто камень, а камень за пазухой.[386] Здесь полезно сделать акцент именно на плечевом суставе (хорошо просматривается плечевая кость, направленная вниз от ключицы). Это незатейливое допущение (камень за пазухой) позволит каждому безошибочно идентифицировать кандзи «Камень» в достаточно длинном ряду графически подобных иероглифов: 石, 右, 左, ... (камень, право, лево, ...).

[石 - Камень СЭКИ_иси 5 (石 (112) камень)]

Орешек знаний твёрд, но мы не привыкли отступать... Так вот, чтобы расколоть кожуру 皮 этого самого ореха, берём в правую 右 руку камень 石, набираем полную грудь воздуха, концентрируемся и с криком «ХА!» наносим камнем 石 могучий удар по крепкому орешку, кожура которого 皮 с треском разламывается.

[破 - Ломать^* ХА_ябуру 10 (石 (112) камень)]

^*) У глагола 破る довольно широкий спектр значений - это и рвать, и ломать, и разбивать, и наносить поражение (разбить врага), и нарушать (например, обещание), и так далее.

Сходные по значению слова: 打破する (даха суру) - разбить, разрушить, уничтожить; 打ち破る (утиябуру)[387] - разрушить, разбить, прошибить, проломить.

朝石戸さんは石田さんの戸を石に打ち破った (аса исидо сан ва исида сан но то о иси ни утиябутта[388]) - Утром господин Исидо проломил камнем дверь господина Исиды.

破れ, образованное от глагола 破れる (ябурэру - сломаться, быть нарушенным), переводится как пролом, дыра, прореха, щель, крах. Очень близко, но более выразительно: 破れ目 (ябурэмэ) - дыра, прореха, щель, пролом.

Оставим на совести господина Исидо проломленную дверь господина Исиды. Для нас с вами куда важней то, что мы сегодня (今日), следуя старой японской поговорке, одним выстрелом убили двух зайцев (двух птиц):

И вот когда эссе подошло к своему логическому завершению, позволим себе бросить маленький камешек (小石, коиси) в японский (日本の, нихон но) огород (畑, хата/хатакэ): волнистая линия - 波線 (хасэн), но и штриховая, прерывистая линия - тоже «хасэн» (破線). Как быть японцу в том случае, если он не может увидеть, какими именно иероглифами написано то или иное слово, ведь если говорить о «хасэн», то это могут быть две совершенно разные линии, и непонимание (например, при разговоре по телефону) может привести к очень серьёзным последствиям.

А ситуация эта, надо признать, рядовая для Японии, и чтобы быть правильно понятым в тех случаях, когда невозможно сказать, каким именно кандзи записано то или иное слово, японцы либо называют кун «сомнительного» кандзи, либо в качестве примера приводят другое слово, по которому можно будет легко сориентироваться, о каком именно кандзи идёт речь.

Вот характерный и любопытный пример. Есть в Японии очень распространённая фамилия 松本 (мацумото). Мацумоты со всей Японии пишут свою фамилию через кандзи 本, и только обладатели этой фамилии из префектуры Кагосима записывают её через 元. Это приводит к тому, что жителю Кагосимы каждый раз при встрече или знакомстве приходится пояснять, что записывается он не через 本, а через 元 (松元). Если бы пришлось перед каждым встречным записывать свою фамилию (кстати, это одна из причин огромной популярности у японцев визиток), то никакой бы бумаги не хватило. Вот и поясняет Мацумото из Кагосимы всем и каждому, что второй кандзи в его фамилии это «гэнки но гэн» (元気の元) - тот кандзи «ГЭН», который в слове «гэнки» (погода). Но при этом любой Мацумото приехавший из Осаки или Токио в Кагосиму, также будет вынужден на каждом углу объяснять удивлённым кагосимцам, что его фамилия пишется отнюдь не через тот кандзи, к которому они привыкли видеть в фамилии Мацумото.

Что же касается слова «хасэн», то в этом случае японец японцу может уточнить, какой же именно «хасэн» он имел в виду - тот которой «нами сэн», или который «ябурэру сэн».

[川 - Река SEN_kawa 3 (川 (47) река)]

[楊 - Ива YOU_kawa, yanagi 13 (木 (75) дерево)]

[柳 - Ива RYUU_yanagi 9 (木 (75) дерево)]

[皮 - Кожа HI_kawa 5 (皮 (107) кожа)]

[友 - Друг YUU_tomo 4 (又 (29))]

[達 - Множ. число TATSU_(-) 12 (⻌ (162) дорога)]

[達 - Достигать TATSU_tassuru 12 (⻌ (162) дорога)]

[撻 - Хлестать, стегать TATSU_(-) 16 (手 (64) рука)]

[抜 - Вытаскивать BATSU_nuku 7 (手 (64) рука)]

[齧 - Грызть, отгрызать GETSU_kajiru 21 (歯 (211) зуб)]

[刀 - Меч TOU_katana 2 (刀 (18) меч)]

[刃 - Лезвие JIN_ha 3 (刀 (18) меч)]

[彼 - Он HI_kare 8 (彳 (60) идущий человек)]

[被 - Одевать HI_kaburu 10 (衤 (145) одежда)]

[波 - Волна HA_nami 8 (氵, 水 (85) вода)]

[很 - Слёзы RUI_namida 10 (氵, 水 (85) вода)]

[戸 - Дверь КО_to 4 (戸 (63) дверь)]

[戻 - Вернуться, пойти назад REI_modoru 7 (戸 (63) дверь)]

[石 - Камень SEKI_ishi 5 (石 (112) камень)]

[破 - Ломать НА_yaburu 10 (石 (112) камень)]

HI - 被, 皮, 披, 彼 (kaburu, kawa, nuku, kare)

HA - 波, 破 (nami, yaburu)

YOU - 楊, 陽, 洋, 羊 (kawa, you, (-), hitsuji)

SEKI - 夕, 石 (yuube, ishi)

kawa - 川, 皮 [SEN, HI]

hi - 日, 火 [NICHI, КА]

ha - 歯, 刃 [SHI, JIN]

川 - река (kawa)

山川 - горы и реки, пейзаж (sansen)

立川 - г.Татикава (tachikawa)

川口 - устье (kawaguchi)

楊枝 - зубочистка (youji)

楊柳 - ива (youryuu)

柳 - ива (yanagi)

白楊 - серебристый тополь (hakuyou)

皮 - кожа, шкура, кожура (kawa)

毛皮 - мех, шкура (kegawa)

友 - друг, приятель (tomo)

友達 - друг, приятель (tomodachi)

友人 - друг (yuujin)

知友 - близкий друг (chiyuu)

人知 - человеческий ум (jinchi)

達する - достигать (tassuru)

口達 - устное уведомление (koutatsu)

達人 - знаток, мастер (tatsujin)

達見 - обширные знания (takken)

抜く - вытаскивать (nuku)

口抜き - штопор (kuchinuki)

抜ける - выниматься (nukeru)

抜毛 - выпавший волос (nukege)

抜け道 - обходная дорога (nukemichi)

抜け目 - оплошность (nukeme)

抜け出す - вырваться (nukedasu)

抜き出す - выбирать, отбирать (nukidasu)

打ち抜く - пробивать, прострелить (uchinuku)

齧る - грызть (kajiru)

齧歯目 - отряд грызунов (gesshimoku)

刀 - меч катана (katana)

短刀 - меч танто (tantou)

太刀 - меч тати (tachi)

小刀 - перочинный нож (kogatana)

木刀 - деревянный меч (bokutou)

刃 - лезвие (ha)

白刃 - обнажённый клинок (hakujin)

刃物 - холодное оружие (hamono)

抜刀する - обнажать меч (battou suru)

彼 - он (kare)

被る - надевать на голову (kaburu)

被せる - кому-то надевать (kabuseru)

波 - волна (nami)

涙 - слезы (namida)

戸 - дверь (to)

戻る - пойти назад (modoru)

戻り - путь назад (modori)

戻す - возвращать назад (modosu)

井戸 - колодец (ido)

吹き井戸 - артезианский колодец (fukiido)

戸口 - дверь, вход (toguchi)

戸口 - дома и жители (kokou)

戸口の 戸口のベル - дверной замок (toguchi no beru)

波風 - ветер и волны (namikaze)

石 - камень (ishi)

破る - ломать (yaburu)

破れる - сломаться (yabureru)

打破する - разбивать, разрушать (daha suru)

打ち破る - разрушить, проломить (uchiyaburu)

破れ - дыра, пролом (yabure)

破れ目 - дыра, пролом (yabureme)

石戸 - Исидо (ishido)

石田 - Исида (ishida)

小石 - камешек, щебень (koishi)

波線 - волнистая линия (hasen)

破線 - прерывистая линия (hasen)

手口 (тэгути) - стиль работы.

白波 (сиранами) - пенные (белые) волны.

大物 (oomoho) - важная персона, «шишка».

見物 (кэнбуцу) - экскурсия.

物見 (мономи) - осмотр, наблюдатель, разведчик (эссе 8).

見物 (мимоно) - интересное зрелище; картина, стоящая того, чтобы на неё посмотреть.

虫千し (мусибоси) - проветривание (вещей)[390].

毛虫 (кэмуси) - гусеница (шерстяной червяк).

上皮 (увакава) - эпидермис, корка (у хлеба), тонкий слой, плёнкa (на жидкости), накипь, пенка (верхняя кожа).

新皮 (синпи[391]) - эпителий (слой живой кожи, лежащий под наружным слоем ороговевшей кожи - эпидермисом).

上達 (дзё:тацу) - прогресс, успехи.

上達する (дзе:тацу суру) - сделать успехи (достигнуть верхов).

彼はロシア語が上達しました (карэ ва росиаго га дзё:тацу симасита) - Он сделал успехи в русском языке[392].

涙に暮れる (намида ни курэру)[393] - погрузиться в слезы.

火打石 (хиутииси) - кремень.

見破る (миябуру)[394] - видеть что-то насквозь.

半破れの傘 (хан'ябурэ но каса) - наполовину сломанный зонтик[395].

破れ笠 (ябурэгаса) - сломанная (порванная) шляпа.

В двух последних примерах используется слово «каса», которым называют и зонтик, и характерную для народов дальневосточной Азии широкую конусообразную соломенную шляпу в форме гриба или зонтика. Для записи каса-шляпы применяется иероглиф 笠 в котором легко распознать стоящего (立) человека, на голову которого надет (被る, кабуру) описываемый головной убор. Вот только саму шапочку древние каллиграфы в деталях решили не прорисовывать, ограничившись только изображением материала (бамбук), из которого обычно эти шляпы и делают.[396]

[笠 - Соломенная шляпа РЮ:_каса 11 (竹 (118) бамбук)]

Что же касается зонтика, то ему в культуре Востока отведено особое почётное место. Именно это, возможно, стало причиной того, что для обозначения зонта, вопреки откровенной общности форм каса-зонта и каса-шляпы[397], был придуман особый знак: под большим куполом воткнутого в землю зонтика, совсем как под крышей дома, укрылись четыре маленьких человечка.[398] Не исключено, что ассоциация зонтичного купола с домом поможет кому-то более надёжно зафиксировать в памяти слово «каса». Так, например, асиенда плантатора Вудли Пойндекстера, из романа Майн Рида «Всадник без головы», называлась «Каса-дель-Корво», что в переводе с испанского означает «Дом (каса) на излучине (корво)» (каса - дом - зонт - каса).

[傘 - Зонтик САН_каса 12 (人 (9) человек)]

Нетрудно предположить, что в древние времена носить зонт полагалось только обладателям высоких государственных чинов. И вышагивали под такими вот САНами (зонтиками) высокие САНы (например, чиновники) - гуляли они себе под палящим солнцем или под проливным дождём, размышляя о том, не потому ли у «зонтика» и «горы» одинаковые оны (САН), что у них схожая коническая форма?

Кожа не только важнейший индикатор усталости или нездоровья, но и показатель возраста человека, что, как известно, особенно актуально для женщин. Но прежде пару слов о самих женщинах: О, женщина! О, нимфа! О, Женщина с большой буквы! Это Она! ОНА! Я бы сказал, ОННА!

Онна - женщина (по-японски). Великолепные формы, потрясающая воображение графика - и это всё об иероглифе «Женщина». Женщина, сидящая на коленях, женщина в интересном положении (имеется в виду беременная женщина), просто, если хотите, изящно скрестившая ноги женщина - в каждой из этих красочных и выразительных версий пусть небольшая, но доля правды и исторического смысла.

[女 - Женщина ДЗЁ_онна 3 (女 (38) женщина)]

Японская женщина не подлежит скорому забвению ни в плане графики, ни в плане звучания. Кому-то может показаться, что ОН кандзи «Женщина» достаточно проблематичен для запоминания, но это до тех пор, пока мы не познакомимся с каким-нибудь полезным словечком, которое и поможет раз и навсегда «разобраться» с ОНом кандзи «Женщина». Такой палочкой-выручалочкой может послужить слово 女中 (дзётю:) - служанка.

女中 (служанка) - 女 (женщина) + 中 (внутри). Что-то внутри женщины? Или, может быть, прислуживание считалось внутренним предназначением женщины? Конечно же, нет - просто эта женщина, которая внутри дома, как, например, у нас дом-работница (девушка в доме), горничная (девушка в горнице) и так далее.

А теперь, наконец-то, о женском возрасте. Обратим свои взоры на обыкновенную японскую или какую другую старушку, которой сколько бы ни было лет, а она была, есть и всегда будет оставаться женщиной, а это значит, что в основу знака «старушка» наряду с другими непременно должен быть заложен элемент 女. Что бросается в глаза в первую очередь, когда смотришь на старушку? Конечно же, ряды морщинок, волнами 波 (ХА_нами) разбегающиеся по коже 皮 (ХИ_кава). Соединим это всё в одном символе и получим иероглиф 婆, который звучит совсем по-русски: «баба». Только ударение будет падать не на первый слог, а на второй: баБААААААА.

[婆 - Бабушка, старуха БА_баба, бабаа 11 (女 (11) женщина)]

Однако баба по отношению к человеку, прожившему большую жизнь, тем более, если этот человек ещё и женщина, будет звучать довольно грубо, ведь мало кто из нас, если он, конечно, уже не ребёнок, сможет знакомую или незнакомую пожилую женщину ни с того ни с сего обозвать старухой или бабой. Обычно мы говорим бабушка или что-нибудь в этом роде. Так и у японцев, когда не только обращаются, но и упоминают какую-нибудь старушку (типа, жили были дед да баба), используют вежливое お婆さん (о-баасан), в котором применены два элемента вежливости: и уважительный суффикс «-сан», и распространённый префикс вежливости «о-», который настолько породнился с некоторыми словами, что без него многие из этих слов давно уже перестали употребляться.

В своем пристрастии к этикету японцы дошли до того, что даже такую, простите за выражение, извергиню рода человеческого, как Старуха Шапокляк (героиню мультфильма про любимого японцами Чебурашку), и ту в переводе именуют, соблюдая все положенные в данном случае каноны учтивости: お婆さんシャパクリャク (о-баасан сяпакуряку).

Очень уж «онна» созвучна с русскоязычным местоимением «она», которое мы сейчас попробуем записать по-японски. Добавим к кандзи 彼 (он) иероглиф 女 (женщина) и в результате получим «он женского рода», то есть, 彼女 (канодзё) - она.

В том, что в данном сочетании кандзи 彼 (ХИ_карэ) озвучен несколько непривычно (кано), ничего странного нет, поскольку «кано» (тот, этот) - ещё одно из японских чтений кандзи 彼. На практике иероглиф 彼 в этом амплуа употребляется крайне редко, поэтому и не было какой-либо нужды упоминать о нём раньше. Зато теперь в сочетании 彼女 у кандзи 彼 легко запоминается и дополнительное чтение (кано), и дополнительный смысл (тот, этот): она → та женщина (канодзё).

Поиграем немного иероглифами 女（жешцина) и 子 (ребёнок), постепенно располагая их как можно ближе друг к другу:

1. 女の子 (онна но ко) - девочка.

2. 女子 (дзёси) - тоже девочка, как и в предыдущем случае, но ещё и женщина.

3. А теперь вообще женщину и ребёнка «сольём» в одном символе. В результате получим кандзи 好, первоначально, по всей видимости, символизирующий либо чувства матери к ребёнку (любить), либо чувство, которое испытывают по отношению к женщинам и детям (нравиться), и со временем приобретший более широкий смысл: нравиться, любить (в общем смысле).

[好 - Нравиться, любить КО:_суку 6 (女 (38) женщина)]

好く (суку), 好む（коному) - любить, нравиться, предпочитать.

好かない (суканай) - неприятный, отвратительный, гадкий, противный.

私は彼女を好かない (ватаси ва канодзё о суканай) - она мне не нравится; я её не люблю.

Ещё чаще «суку» можно встретить в несколько видоизменённой форме: суки, суки дэс. Такое вот, с позволения сказать, 好き (суки) при желании можно перевести как любовь, вкус, влечение, склонность, хотя в переводческой практике всё оказывается значительно проще:

被は彼女が好きでした (карэ ва канодзё га суки дэсита) - Она ему понравилась.

田中さんはビールが大好きです (танака сан ва бииру га дайсуки дэс) - Танака сан - большой любитель пива.

Небольшое уточнение по поводу «любителей» пива, спорта и всего прочего:

本好き (хонсуки) - библиофил, книголюб (по этой же формуле Можно образовать любителя чего угодно и от чего угодно: «что-то» + «суки»).

И ещё:

好き好きだ (сукидзуки да) - О вкусах не спорят.

それは好き好きだ (сорэ ва сукидзуки да) - Это дело вкуса[402].

Ко всему сказанному остаётся добавить, что, как уже неоднократно упоминалось в предыдущих эссе, если «у» и «и» расположены между глухими согласными звуками, то они обычно редуцируются и почти не произносятся. Поэтому не столько «суки», сколько «ски» или «с'ки».

И снова занятный пример. Что получится, если собрать в одном месте несколько женщин? Конечно же, болтовня, шум и перебранки: 姦 (КАН_касимасий) - шумный, шумливый, крикливый (姦しい).

И какую только напраслину не возводили древние китайцы и японцы на женщин, вкладывая в этот иероглиф ещё и смысл разврата, неверности, прелюбодеяния: блуд, прелюбодеяние по-японски будет 和姦 (вакан) - чуть ли не «гармония с развратом». Может, поэтому 姦する («кансуру» - делать КАН) переводится как совращать, соблазнять, обольщать, насиловать.

[姦 - Шумливый, крикливый КАН_касимасий 9 (女 (38) женщина)]

И насчёт запоминания «КАН»: когда так много женщин, и все они закидывают ноги одна выше другой то это уже настоящий КАНКАН!

В японской письменности существует множество имеющих одинаковый смысл, но совершенно непохожих друг на друга иероглифов. Познакомимся с новым для нас кандзи «Человек» (некто). Имеется в виду не тот привычный нам 人 (ДЗИН/НИН_хито), а другой, неведомый пока «некто» с помощью которого могут образовываться разные замечательные слова, как, например, 学者 (гакуся)[403] - учёный или, 芸者 (гэйся) - гейша. Что касается последнего примера, то, чтобы избежать кривотолков и непроизвольных ухмылок на лицах определённой части читателей, следует пояснить, что гейша в прямом и переносном смысле совсем не то, о чём многие сейчас подумали: во-первых, основное значение иероглифа 芸 (ГЭЙ) - искусство, а, во-вторых, в старые-престарые времена гейшами (людьми искусства) называли искусных мастеров всех направлений и видов искусства. Это только во второй половине так называемого периода Эдо[404] (где-то в середине 18 века)[405] гейшами всё больше стали называть женщин, обслуживающих богатых клиентов (обслуживающих в плане высокого искуства, а не чего-либо другого[406]).

芸者 (гэйся) - это гэйша, а вот 芸人 (гэйдзин) - чувствуете разину в написании и в смыслах? - эстрадный артист. Или вот: 知者 (тися) - не что иное как «человек знаний», то есть мудрец (супротив просто знакомого - 知人 (тидзин)).

Анализ графики обоих иероглифов (и 芸, и 者) не столь прост, как может показаться на первый взгляд. Вот кандзи 芸 (ГЭЙ_искусство). Казалось бы, чего проще: «трава» ⺾ плюс слегка устаревшее «говорить» 云. В результате получается «говорение цветами» - смысл очевиден и запоминаем, а, самое главное, вполне согласуется со всем нашим предыдущим опытом[407]. Однако здесь не вызывает сомнений только происхождение элемента «трава», в то время как элемент 云 чрезвычайно неоднозначен в своей трактовке.[408] Согласно материалам предыдущих эссе, знак 厶 (на примере иероглифа 私) символизировал что-то частное, своё (зерно 禾 + частный ム). При толковании знака 厶 мы опирались не только на внешнее сходство с конкретной частью лица, но также и на то, что китайцы и японцы, указывая на себя, обычно показывают на свой нос. Именно отсюда в своё время нами и была установлена вполне устойчивая связь: 厶 - нос - я - свой - частный.

Но если быть совсем уж дотошным исследователем и пойти, как говорится, на принцип, то можно докопаться и до одной из самых древних трактовок иероглифа 云, согласно которой данным знаком, как ни странно, обозначались облака, причём на нижнюю часть рисунка возлагалось обозначение восходящих потоков (паров и испарений).

Напрашивается сравнение иероглифа 云 с изображением взрыва атомной бомбы, где на знак ム возложена задача изображать устремляющуюся вверх ножку ядерного гриба. Автор просит японцев простить его за допущенное сравнение, тем более, что древняя символика этого знака позволяет раз и навсегда отказаться от столь тяжёлой и неприятной ассоциации. Все дело в том, что за направление «вверх» в символе 云 отвечает не элемент ム, как это можно было бы ожидать, а знак ニ, который только с виду похож на современную «двойку» и который на самом деле является древней формой иероглифа 上 (верх).

Каким немыслимым образом «облака» (云) в ходе эволюции языка превратились в «говорильню» (云) - это нам неведомо, зато сегодня в кандзи 芸 (искусство) каждый может по своему желанию усмотреть либо умение «говорить 云 цветами ⺾», либо поэтический дар видения в обыкновенных облаках (云) россыпи небесных цветов (⺾).[409]

[芸 - Искусство ГЭЙ_(-) 7 (⺾ (140) трава)]

С не меньшей детективностью сюжета можно столкнуться при попытке проследить происхождение знака 者. Ни у кого не вызывает сомнения, что 日 - это солнце, однако считается, что данный элемент происходит от иероглифа 白 (в том смысле, что белый или чистый). Просто при написании таких непростых иероглифов, как 者, частенько в элементе 白 верхнюю точку не прорисовывали или она сливалась с другими элементами иероглифа, и писцы, дабы понапрасну не мучиться, попросту её игнорировали. Им облегчение, а для нас очередная головоломка на предмет того, что же в своё время послужило толчком для создания такого странного образа при обозначении человека. Наверху расположен знак 土 (земля), а косая линия, указывающая в направлении сверху вниз, символизирует, может быть, неминуемый переход от дел земных к подземным (небесным), с намёком на просветление и очищение (白), которые, возможно, ждут некоторых из нас в конце жизненного пути. Но существует версия, согласно которой верхний знак (⺹ - перечёркнутая «земля») есть один из древнейших символов зерна или тростникового стебля. Но тогда перед нами человек 者 как воплощение чистой белизны 白, свойственной сахару или зёрнышку риса. А ещё косую черту в иероглифе 者 можно рассматривать как гипертрофированно увеличенную точку над элементом 白.

На самом деле, если нет на то особой необходимости, то лучше и не перегружать себя подобного рода историческими изысканиями, а вместо этого лучше постараться разложить тот или иной иероглиф на максимально понятные составляющие, тяготеющие к хорошо известным нам графическим элементам. Исходя из этих соображений, представим, что внизу всё-таки расположено «солнце» (там ведь и вправду просматривается именно знак 日), а наверху... Все дело в том, что в таблице иероглифических ключей, которая приводится в конце любого иероглифического словаря, знак располагающийся под номером 125 и не являющийся самостоятельным иероглифом, в большинстве случаев определяется как «старик»[410]. Где тут, правда, старик, японским богам только и ведомо. Вполне возможно, это человек, который по возрасту находится одной ногой на этой грешной земле 土, а другой ногой уже под ней ⺹. Для нас же самое главное состоит в том, что значение «старик» (старость) проявляет себя вполне работоспособно при анализе большинства иероглифов, в которых так или иначе используется элемент ⺹: да, счастлив тот (者), кто к старости (⺹) смог достичь такого состояния просветления, когда человек начинает излучать свет и добро, подобно нашему солнышку (日). Можно считать, что 者 - не просто какой-то конкретный человек, а некая обезличенная персона, личность, другими словами, некто.

[者 - Человек, некто СЯ_моно 8 (考 (125) старик)]

Кун «моно» находит наиболее частое употребление в таких грамматических оборотах, в которых на него выпадает смысловая нагрузка «тот, кто»:

私はここの者ではありません (ватаси ва коко но моно дэва аримасэн) - я не здешний (я не тот, кто здешний)[411].

«Моно» 者 (некто) и «моно» 物 (нечто) звучат одинаково совсем не случайно. 物 участвует в образовании грамматических конструкций, подобных тем, которые мы только что описали для кандзи 者, только исключительно по отношению к неживым предметам:

新しい物はありますか (атарасий моно ва аримас ка) - Есть (что- нибудь) новое?

彼女が歌った物は日本の歌ではありません (канодзё га утатта моно ва нихон но ута дэ ва аримасэн) - Она спела не японскую песню (спетое ею не есть японская песня)[412].

Иероглиф 芸 (искусство) сам по себе для обозначения слова «искусство» не применяется. Для этих целей в качестве постоянных партнёров ему требуются либо иероглиф 術 (ДЗЮЦУ), либо 道 (ДО:), что позволяет создать слова 芸術 (гэйдзюцу) и 芸道 (гэйдо:).

[術 - Мастерство, умение ДЗЮЦУ_(-) 11 (行 (144) идти)]

Здесь мы сознательно не акцентируем внимание на существующем у кандзи 術 куне «субэ» (способ, метод), который не вошёл в нормативный список кандзи и их чтений, рекомендованный для изучения в учебных заведениях Министерством образования Японии.

Кандзи 術 состоит из двух элементов, один из которых (朮) оказался втиснутым в элемент 行 (идти, осуществлять). Знак 朮 представляет собой дерево (растение), на котором созревает плод. Этот знак в период формирования китайской письменности обозначал просо. Сегодня данное значение, похоже, уже в диковинку даже для Китая. Для нас же самое важное здесь то, что 術 символизирует движение 行 (идти, осуществлять), в процессе которого выращивается плодоносное дерево 朮. А уж если чья-то деятельность начинает приносить достойные плоды (не зря ведь именно плод обращает на себя внимание в знаке 朮), то иначе как мастерством такую деятельность (術) не назвать.

При добавлении 術 к другим кандзи можно получить всякого рода искусства, в частности 美術 (бидзюцу) - изобразительное искусство. Если же к иероглифу 術 приставить иероглиф 手 (рука), то в итоге получится... А что же, действительно, может получиться в результате сочетания 手 и 術? Мастерство рук? Ловкость рук? Более точного сравнения для хода хирургической операции, пожалуй, придумать трудно. 手術 (сюдзюцу) - хирургическая операция. От неё легко образуется «хирург»: 手術者 (сюдзюцуся).

Полезный пример: 技術 (гидзюцу) - техника, технология, мастерствo, искусство. Здесь 技 (ГИ_вадза)[413] - искусство, мастерство. Если вспомнить, что первоначальное значение знака 支 - ветка, то, видимо, рука в сочетании с веткой олицетворяет процесс плетения корзин, кресел, беседок, заборов, то есть всего того, с чего когда-то и зарождалось инженерное мастерство или, другими словами, инженерное искусство[414].

В пословице 上手の手から水が漏る (дзё:дзу но тэ кара мидзу га мору) «кара» - почти полный аналог русского предлога «из». Одно из немногочисленных отличий японского «кара» от русского «из» заключается в том, что у нас это ПРЕДлог, то есть ставится перед словом (из Токио, из машины, с работы), а у них такие вещи располагаются после значимого слова (из Токио - Токио из - то:кё: кара). Таким образом, 手から (тэкара) - из рук, 手から水が... (тэ кара мидзу га...) - вода из рук... А вот дальше начинаются некоторые сложности.

上手 (дзё:дзу) - умелый. В противовес ему «неумелый» - 下手 (хэта)[415]. Нет смысла в очередной раз задумываться над тем, почему в этих словах практически всем иероглифам соответствуют какие-то несвойственные им звучания. Это ещё не самая большая проблема, с которой нам рано или поздно придётся столкнуться при знакомстве с «хэта», «дзё:дзу» и другими подобными им лексическими единицами. Поэтому сейчас надо во что бы то ни стало постараться запомнить эти два слова такими, какие они есть, причём запомнить прямо сейчас и на всю жизнь.

彼女はピアノが上手です (канодзё ва пиано га дзё:дзу дэс) - Она хорошо играет на пианино.

私は日本語が下手です (ватаси ва нихонго[416] га хэта дэс) - Мой японский крайне плох (я плохо владею японским языком).

上手の手から水が... - из умелых рук вода... Чтобы понять, что же вода делает (хотя, конечно же, интуитивно уже и так понятно, что она вытекает), необходимо подробно рассмотреть кандзи 漏, в котором хорошо просматриваются три составляющие: 氵 (вода), 尸 (сидящий человек) и 雨 (дождь). Иероглиф, которым записывается слово дождь, графически понятен и довольно «прозрачен»: перед нами небесная сфера, с которой падают капельки воды.

[雨 - Дождь У_амэ 8 (雨 (173) дождь)]

雨戸 (амадо) - ставни.

雨水 (амамидзу) - дождевая вода.

雨傘 (амагаса) - дождевой зонтик[417].

大雨 (ооамэ) - проливной дождь, ливень.

雨の中を行く (амэ но нака о ику) - идти под дождём[418].

雨蛙 (амагаэру) - древесная (зелёная) лягушка.

По жизни дождь напрямую связан с облаками. Добавим к «дождю» то, что раньше само по себе когда-то было облаком...

... и получим настоящее японское облако:

[雲 - Облако УН_кумо 12 (雨 (173) дождь)]

雨雲 (амагумо) - туча.

黒雲 (кокуун, курокумо) - чёрные (грозовые) тучи.

烏雲 (уун) - чёрное облако[419].

雲行き (кумоюки) - движение облаков, ход событий.

Но если говорить об облаках, то от существительного «кумо» (облако) образуется глагол «кумору» - становиться облачным, тускнеть, заволакиваться облаками. Здесь самое интересное заключается в том, что для обозначения глагола «кумору», явно происходящего от «кумо» (облако), был придуман отдельный иероглиф, более точно отражающий процесс заволакивания облаками (солнце, закрытое облаком)[420].

[曇 - Становиться облачным ДОН_кумору 16 (日 (72) солнце)]

Солнце заволакивается облаками. «ДОН-ДОН» - начинают постукивать по крыше робкие капли. Надвигается 曇り (кумори) - облачность, пасмурность.

今日は曇りです (кё: ва кумори дэс) - Сегодня пасмурно.

曇る (кумору) - становиться облачным.[421]

曇らす (куморасу) - затуманить, сделать тусклым.

Теперь, будучи обогащенными новыми знаниями, можно вернуться к кандзи 漏: вода 水 из-под сидящего человека 尸 дождём 雨... вытекает 漏.

漏らす (морасу)[422] - давать просочиться (вытечь), выбалтывать, выдавать (секреты).

漏水 (ро:суй) - утечка (воды).

雨漏り (амамори) - течь в крыше.

雨漏りがする (амамори га суру) - крыша течёт, дождь протекает сквозь потолок.

И чтобы красиво и на надлежащем уровне завершить данное эссе, потрудимся немного над литературным переводом пословицы 上手の手から水が漏る (дзё:дзу но тэ кара мидзу га мору):

Из умелых рук вода вытекает. И из умелых рук вода вытекает. КОНЬ О ЧЕТЫРЁХ НОГАХ, ДА И ТО СПОТЫКАЕТСЯ!

[笠 - Соломенная шляпа RYUU_kasa 11 (竹 (118) бамбук)]

[傘 - Зонтик SAN_kasa 12 (人 (9) человек)]

[疲 - Уставать HI_tsukareru 10 (疒 (104) болезнь)]

[痴 - Слабоумие, глупость CHI_(-) 13 (疒 (104) болезнь)]

[痒 - Чесаться, зудеть YOU_kayugaru 11 (疒 (104) болезнь)]

[女 - Женщина JO_onna 3 (女 (38) женщина)]

[婆 - Бабушка, старуха BA_baba, babaa 11 (女 (11) женщина)]

[好 - Нравиться, любить KOU_suku, konomu 6 (女 (38) женщина)]

[姦 - Шумливый, крикливый KAN_kashimashii 9 (女 (38) женщина)]

[芸 - Искусство GEI_(-) 7 (⺾ (140) трава)]

[者 - Человек, некто SHA_mono 8 (⺹ (125) старик)]

[術 - Мастерство, умение JYUTSU_(-) 11 (行 (144) идти)]

[雨 - Дождь U_ame 8 (雨 (173) дождь)]

[云 - Говорить UN_iu (yu) 4 (二 (7) два)]

[雲 - Облако UN_kumo 12 (雨 (173) дождь)]

[曇 - Становиться облачным DON_kumoru 16 (日 (72) солнце)]

[漏 - Вытекать ROU_moru 14 (氵 (85) вода)]

HI - 疲, 皮, 被, 披, 彼 (tsukareru, kawa, kaburu, -, kare)

SAN - 傘, 山 (kasa, yama)

RYUU - 柳, 笠 (yanagi, kasa)

CHI - 痴, 知, 遅 (-, shiru, okureru)

YOU - 痒, 羊, 洋, 陽, 楊 (kayugaru, hitsuji, -, you, kawa/yanagi)

KOU - 好, 口, 行 (suku/konomu/suki, kuchi, iku/okonau)

UN - 雲, 云 (kumo, iu)

KAN - 姦, 干, 汗, 刊, 幹 (kashimashii, hiru/hosu, ase, -, miki)

JO - 女 (onna)

JOU - 上 (ue)

моно - 者, 物 [SHA, BUTSU]

каса - 笠, 傘 [RYUU, SAN]

Онна - Жена в Японии вольна - Пока что замужем она, То мужу кланяться должна, А нет - Так больше не нужна.

新皮 - эпителий (shimpi)

手口 - стиль работы (teguchi)

白波 - пенные волны (shiranami)

大物 - важная персона (oomono)

見物 - интересное зрелище (mimono)

見破る - увидеть что-то насквозь (miyaburu)

虫干し - проветривание (вещей) (mushiboshi)

毛虫 - гусеница (kemushi)

上皮 - эпидерма (uwakawa)

上達 - прогресс, успехи (joutatsu)

笠 - соломенная шляпа (kasa)

傘 - зонтик (kasa)

疲れる - уставать (tsukareru)

疲らす - утомлять (tsukarasu)

痴人 - идиот, глупец (chijin)

白痴 - идиотизм, идиот (hakuchi)

痒がる - зудеть (kayugaru)

痒い - зудящий, зудит (kayui)

歯痒い - выводящий из себя, досадный (hagayui)

女 - женщина (onna)

女中 - служанка (jochuu)

お婆さん - бабушка (obaasan)

彼女 - она (kanojo)

女の子 - девочка (onna no kо)

女子 - девочка, женщина (joshi)

好く - любить, нравиться (suku)

好む - любить, нравиться (konomu)

好き - любовь, влечение (suki)

本好き - библиофил (honsuki)

姦しい - шумливый (kashimashii)

姦する - совращать (kan suru)

和姦 - блуд, прелюбодеяние (wakan)

芸者 - гейша (geisha)

芸人 - эстрадный артист (geijin)

知者 - мудрец (chisha)

芸術 - искусство (geijutsu)

美術 - изобразительное искусство (bijutsu)

手術 - хирургическая операция (shujutsu)

手術者 - хирург (shujutsusha)

技術 - технология (gijutsu)

上手 - умелый (jouzu)

下手 - неумелый (heta)

ピアノ- пианино (piano)

雨 - дождь (ame)

雨水 - дождевая вода (amamizu)

大雨 - ливень (ooame)

雨尸 - ставни (amado)

雨傘 - дождевой зонтик (amagasa)

日傘 - зонт от солнца (higasa)

雨蛙 - древесная лягушка (аmаgaeru)

云う - говорить (iu)

雲 - облако (kumo)

雨雲 - туча (amagumo)

黒雲 - чёрные (грозовые) тучи (kokuun, kurokumo)

烏雲 - чёрное облако (uun)

雲行き - движение облаков (kumoyuki)

曇り - пасмурность (kumori)

曇る - становиться облачным (kumoru)

曇らす - затуманить (kumorasu)

漏る - вытекать (moru)

漏らす - давать просочиться (morasu)

漏水 - утечка (воды) (rousui)

雨漏り - течь в крыше (amamori)

田口 (тагути) - Тагути (фамилия).

下線 (касэн) - линия, подчёркивающая слово.

本術 (хондзюцу) - книга по искусству.

歌人 (кадзин) - поэт, поэтесса.

本山 (хондзан) - собор, главный храм.

古今に (кокон ни) - и в старину и теперь, во все времена.

上水道 (дзё:суйдо:) - водопроводная сеть.

下水道 (касуйдо:) - сеть водостоков и канав.

風道 (фу:до:) - воздуховод, вентиляционная труба.

道中 (до:тю:) - путешествие. 途中 (тотю:) - в пути.

中道 (тю:до:) - полпути, золотая середина, умеренность.

幹線 (кансэн) - главная магистраль, главная линия.

手探り (тэсагури) - ощупь.

手探りで (тэсагури дэ) - наощупь, ощупью.[423]

半白の (ханпаку но ...) - беловатый, седой, седеющий (наполовину белый).

手下 (тэсита) - подчинённый.

手近に (тэдика ни) - под рукой, вблизи.

深手 (фукадэ) - глубокая рана, тяжёлое ранение.

達者 (тасся) - крепкий, здоровый; искусный, умелый.

彼女は口の達者です (канодзё ва кути но тасся дэс) - Она красноречива.

В пятом эссе мы в меру наших сил исследовали кандзи 出 (выходить) - кандзи простой с виду, но с непростым для запоминания ОНом. В этом эссе закрепить в памяти ОН «СЮЦУ» нам может помочь слово 出発 (сюппацу) - отъезд. Познакомимся с новым для нас кандзи 発 (ХАЦУ/ХОЦУ_хассуру) - испускать (свет), издавать (звук), опубликовывать, отправляться, начинаться, проистекать и так далее и тому подобное.[424] Очевидно, что иероглиф 発 в любое образованное с его помощью слово вносит значение появления или распространения какого-то явления или движения, и если постоянно «прислушиваться» к этой его особенности, можно достаточно легко предугадывать смысл многих даже незнакомых слов:

出発 (сюппацу) - отъезд.

発出する (хассюцу суру) - испускать, исходить, распространяться.

発破 (хаппа) - взрыв.

発達 (хаттацу) - прогресс, развитие.

発火 (хакка) - воспламенение, зажигание, выстрел, стрельба.

一発 (ипацу) - (один) выстрел (発 используется также в качестве счётного слова для зарядов).

発行 (хакко:) - издание выпуск.

発行する (хакко: суру) - издавать, опубликовать.

発行者 (хакко:ся) - издатель.

発利 (хаккан) - публикация, издание.

発利する (хаккан суру) - издавать.

発汗 (хаккан) - потение.

発汗する (хаккан суру) - вспотеть.

発見 (хаккэн) - открытие, обнажение.

発見する (хаккэн суру) - открыть, сделать открытие, обнаружить.

Все слова, упомянутые выше, образованы по «китайскому» принципу, то есть они либо напрямую заимствованы из китайского языка, либо образованы тщательным подбором иероглифов, наиболее подходящих для выражения того или иного смысла. Хорошо видно, что иногда довольно сложно определить, к какой части речи такие слова, собственно говоря, относятся. Скорее всего, конечно, к существительным, но чисто по-человечески их хочется больше воспринимать как некоторые полуфабрикаты, из которых можно легко получить и существительное (発汗, «хаккан» - потение), и глагол (発汗する, «хаккан суру» - вспотеть), и, что будет рассмотрено в ближайших эссе, даже прилагательное.

Что касается символики иероглифа 発, то в его верхней части (癶) без особого труда можно распознать склон священной 富士山, из-за которого испускаются лучи восходящего солнца. Нижняя же часть иероглифа тоже достаточно легко ложится на наше испорченное западными примитивами и шаблонами восприятие. Не человечек ли внизу, душа которого открыта нараспашку? Он весь раскрыт изнутри и встречает нас с распростёртыми объятиями[425], всем своим видом испуская радушие и доброжелательность.[426]

[発 - Испускать ХАЦУ, ХОЦУ_хассуру 9 (癶 (105) испускать)]

Как-то уже упоминалось, что изучение японских иероглифов в чём-то сродни захватывающей воображение игре, напоминающей конструирование образов из элементарных заготовок. Но это сравнение мало о чём говорит, ведь каждый иероглиф - это та ниточка, взявшись за которую, никогда не знаешь, куда она выведет. Мифическая нить Ариадны[427] меркнет по сравнению с этим удивительным клубком.

Игру в кандзи осилить может каждый. Начнём очередную партию с иероглифа 雨 (У_амэ) - дождь. С небес, образуя струи дождя, падают капли, и вдруг, представьте себе, мороз! Капельки превращаются в снежинки, собирающиеся в толстые пласты снега. Не эта ли живописная картина столь наглядно отражена в иероглифе 雪 (снег)?

[雪 - Снег СЭЦУ_юки 11 (雨 (173) дождь)]

大雪 (ооюки) - большой снегопад.

雪白の (сэппаку но) - белоснежный.[428]

吹雪 (фубуки) - метель, вьюга.

大雪 приводит к появлению глубокого снега (深い雪, фукай юки). 深い雪 демонстрирует европейскому сознанию вполне привычный и понятный способ взаимодействия прилагательных и существительных. Тем не менее глубокий снег можно образовать и более «японским» способом, который уже не так легко укладывается в «прямолинейные» рамки западной логики: 深雪 (миюки) - глубокий снег[429].

Всё это только начало увлекательнейшей игры, и сейчас крайне важно определиться с тем, за какую «ниточку» потянуть дальше. Можно, например, пойти по пути исследования многочисленной группы слов, в образовании которых активно участвует иероглиф «Снег» - прекрасный путь, который может любого привести к удивительным открытиям. Но мы выберем другую дорогу, причем не просто дорогу, а дорогу российскую - колдобистую и ухабистую. Но в начале пути уделим особое внимание ногам, ведь как важно, чтобы про того, кто готовится к дальнему переходу, можно было сказать следующее:

彼は足が達者です (карэ ва аси га тасся дэс) - У него крепкие ноги.

[足 - Нога, лапа, ножка (меб.) СОКУ_аси 7 (足 (7) нога)]

足 - это не только нога, но также и шаг: 小足 (коаси) - шажок.

«Нога» состоит из двух кандзиподобных частей: 口 (КО:_кути_рот) и 止 (СИ_томэру_останавливать). Только вот какая связь может быть между ногами, ртом и остановкой? Какой изначальный смысл таится в столь хитроумном сочетании? В том-то и дело, что никакого! Но при сильно развитом воображении и значительной ассоциативной гибкости в графике иероглифа 足 можно увидеть согнутую в колене ногу. Здесь знак 口 символически изображает коленный сустав (а вовсе не «рот»), a 止 - человеческую стопу. Когда-то в глубокой древности всё это было значительно больше похоже на согнутую в колене ногу, но неумолимое время сделало своё дело, придав тщательно выводимому рисунку условность схемы. Косвенным доказательством того, что в данном иероглифе ни о каком «рте» и ни о какой «остановке» речи никогда не велось, служит тот факт, что ключом этого иероглифа является не «рот», не «остановка», а сама «нога» 足.

Смотря на кандзи 足, куда полезней не угадывать, что там было, а чего не было, а просто видеть то, что, собственно, в нём и изображено, а именно элементы 口 (рот) и 止 (останавливать). Только при этом желательно как-то суметь всё это связать с «ногой». Это, например, может быть выражение «волка ноги кормят» - прямая связь между процессом питания (рот) и способностью к передвижению как основной функции ног (останавливать бег ног). Или... Впрочем, как говорится, каждому своё, ибо каждый из нас несёт свой пласт культуры, уровень образования, степень образованности, интеллектуальные и художественные способности. Но самым, пожалуй, замечательным восприятием этой картинки поделился в своей книге Адиль Талышханов[430]: «Глядя на него (иероглиф 足), я вспоминаю двухгодовалую дочку в маминых туфлях, в восхищении протягивающую руки к своему изображению в зеркале. Приглядитесь к иероглифу, «туфли» явно мамины, поскольку на высоких каблуках...».

足

Честно говоря, после Адиля Талышханова добавить больше нечего. Вернее, было бы нечего, если бы у кандзи 足 (нога) имелось только одно значение, но такая «скромная» однозначность не очень-то свойственна японским иероглифам, и кандзи 足 в этом плане не исключение. Иероглиф 足 употребляется ещё в одном значении, которое можно выразить глаголами «хватать», «быть достаточным». Припомним одну японскую сказку, в которой старик, возвращающийся домой в новогоднюю ночь, увидел статуи Бодхисатв Дзидзо, стоящие (立っている)[431] посреди глубокого снега (深い雪の中に). Пожалев замерзающих божков[432], он надел на голову каждого из них по новой соломенной шляпе (新しい笠を被った)[433], но одной статуе 笠が一つ足りなかった (каса га хитоцу таринакатта) - шляпы не хватило.

Здесь: 笠 - знакомая нам уже соломенная шляпа (каса), 一つ - японское чтение иероглифа «Один» (хигоцу)[434]. Для нас же наибольший интерес представляет 足りなかった (не хватало), где 足りる (тариру)[435] - хватать, быть достаточным (более редкий вариант - «тару»), 足りない (таринай) - не хватать, 足りなかった (таринакатта) - не хватило[436].

Не хватать может много чего, например, денег[437] или ума:

彼は少し足りない (карэ ва сукоси таринай) - он слабоумный, «он ограниченный (у него немного не хватает)[438]».

[少 - Немного, слегка СЁ:_сукоси 4 (小 (42) маленький)]

Знак 少 чрезвычайно прост для восприятия: отмерить ладошкой или лопаткой (ノ) совсем немного - маааленький (小さい) кусочек.

少し (сукоси) - немного, слегка.

少ない (сукунай) - мало, незначительный, немногочисленный, быть в малом количестве.

雨が少ないです (амэ га сукунай дэс) - Мало дождей.

鳴いている鳥は少なかったです (найтэиру тори ва сукунакатта дэс) - Поющих птиц было мало.

А теперь немного примеров с 足:

足首 (асикуби) - лодыжка (аналогично с 手首).

足下に (сока ни) - под ногами, у ног.

一足 (иссоку) - одна пара (обуви, носков), один (шаг, прыжок).

抜さ足で (нукиаси дэ) - крадучись, осторожно ступая, украдкой.[439]

Настала пора нашу «ногу» 足 к чему-нибудь приставить. А приставить, надо признать, есть к чему - хотя бы к «коже» 皮 (ХИ_кава). Из этого странного сочетания получается «хромота» - натёртая на ноге кожа и слона хромать заставит:

[跋 - Хромота, хромой ХА_бикко 12 (足 (157) нога)]

テーブルは跋です (тэ:буру ва бикко дэс) - У стола ножки неровные (стол хромой).

Однако останавливаться на этом кандзи не хочется, ибо нас на «дороге» ждёт ещё много сюрпризов, и проблемами с ногами здесь лучше себя не загружать. Вместо этого попробуем приставить знак 足 к не совсем пока понятному для нас символу 各 (не путать с 名[440]).

Знак 各 при всей его внешней простоте довольно запутан, причём различные источники зачастую дают совершенно разные толкования его графики и объяснения происхождения. Чтобы окончательно не завязнуть в болоте древнекитайской символики, посмотрим на это изображение русским взглядом (в данном эссе нам ещё не один раз придётся прибегнуть к этому приёму). Посмотрите на эту картинку-иероглиф слегка отрешённо: сидит птичка на раскладном стульчике 夂 (наверное, отдыхает на природе) или на высоком гребне китайского домика 各 и что-то там чирикает 口 на тему того, что «всякий кулик своё болото хвалит, а чужое хает». И, действительно, в японском языке, как, впрочем, и в китайском, иероглиф 各 в определённых случаях несёт значение «каждый», точнее, «все»: 各国 (каккоку) - каждая страна, 各々 (онооно) - каждый, все[441].

[各 - Каждый КАКУ_онооно 6 (口 (30) рот)]

Когда занимаешься японским языком и пытаешься ставить перед собой вполне конкретные цели, крайне трудно избежать напирающих друг на друга соблазнов и не уйти куда-нибудь в сторону от основной линии «исследования». Так и сейчас, стоило только в наше повествование ввести новый иероглиф (各), как тут же вне всякого плана потребовал быть упомянутым ещё один, хоть и похожий, но совершенно выпадающий из сюжета повествования иероглиф. Нравится нам это или нет, но каждый (各), кто вошёл под крышу (宀) дома, - это прежде всего гость (в современном смысле ещё и посетитель, и клиент, и покупатель, и пассажир, и так далее).

[客 - Гость КЯКУ, КАКУ_кяку 9 (宀 (40) крыша)]

客好きの (кякудзуки но ...) - гостеприимный.

客足 (кякуаси) - посетители, клиентура.

上客 (дзё:кяку) - почётный гость, хороший клиент (покупать и т. д.).

今日は客足が居ません (кё: ва кякуаси га имасэн) - Сегодня покупателей нет.

お客さまです (о-кяку сама дэс)[442] - К вам кто-то пришёл.

Отсюда можно получить несколько сходных с русскими выражений:

お客さまをする (о-кяку сама о суру) - принять гостей, сделать приём (делать гостей);

お客さまになっている (о-кяку сама ни наттэиру[443]) - быть в гостях у кого-либо (стать гостями);

お客さまに行く (о-кяку сама ни ику) - пойти в гости.

Но вернёмся к нашим 羊 (хицудзи), вернее, к элементу 各 (каждый), который нас сейчас интересует только в сочетании с элементом «нога» (足): 足 + 各 → 路. Сохранились на земле места, где еще не ступала нога человека, но при этом есть участки земли, специально подготовленные для того, чтобы по ним мог пройти на своих ногах (足) каждый (各) желающий. Речь идёт о дорогах. Иероглиф 路 как раз такую дорогу и обозначает.

[路 - Дорога РО_мити, дзи 13 (足 (157) нога)]

Кандзи 路 настолько близок по своему значению к кандзи 道, что у них даже кунные чтения одинаковые. Однако сегодня 路 отдельно не употребляется, а только в сочетании с другими кандзи, поэтому в чистом виде слово «мити» может быть записано только иероглифом 道.

小路 (комити) - дорожка, улочка, тропа, тропинка.

出路 (дэмити) - выход.

枝路 (эдамити) - ответвление дороги.

山路 (ямадзи) - горная дорога.

線路 (сэнро) - рельсовый путь, трамвайная линия.

路線 (росэн) - путь, трасса.

А теперь самое поразительное! Тот самый наш «Великий Путь» 道 в сочетании с «дорогой» 路 создаёт новое слово, значение которого, как ни странно, тоже «дорога» - та самая обыкновенная дорога, которую прокладывают, строят, перекапывают, перекрывают; та самая улица, проспект, шоссе и так далее и тому подобное.

А теперь, внимание! В целях безопасности и сохранения вашей жизни, постарайтесь перед прочтением следующей фразы куда-нибудь присесть или, в крайнем случае, к чему-нибудь прислониться:

Что это, просто игра слов или неведающая временных и пространственных границ магия Великого ДАО? А, может, это тонкая шутка - эдакая мина, заложенная под тропу истории великим древнекитайским мудрецом? Или это братья-славяне, следуя своей глубокой традиции, «умыкнули» у японцев слово «дорога», если их, конечно, не опередили шустрые японцы - не меньшие любители что-нибудь позаимствовать у своих соседей? Собственно говоря, обогатили ли мы взаимно друг друга или нет - это и не важно, а важно для нас лишь то, что любые утверждения об имеющей якобы место языковой изолированности и исключительности японского языка - это всего лишь не в меру раздутый миф, необоснованность которого отмечали и отмечают многие российские учёные прошлого и настоящего[444].

В свете вышесказанного хочется задаться вопросом, а не могла ли бескрайняя по своим культурным и географическим просторам Россия хоть как-нибудь повлиять на формирование языка соседней Японии? Естественно, ответ будет утвердительным: влияла и пусть незначительно, но продолжает влиять. Вот несколько самых простых примеров: после известных событий 1957 года, когда (Советский Союз запуском первого искусственного спутника Земли проложил человечеству дорогу в космос, в мире практически не осталось языка, в котором в значении «искусственный спутник земли» не закрепилось русское слово «спутник».[445] Не избежала этой участи и Япония: スプートニク (супу:тонику) - искусственный спутник земли. Не обошли также Японию стороной ни русское «национальное блюдо» ピローシキ - (пиро:сики), ни, скажем так, «традиционное» для России средство передвижения トロイカ (торойка).

Правду говорят или нет, но якобы даже из космоса можно наблюдать размытые дождями 雨 российские дороги 路, да и мастерами мировой литературы неоднократно отмечалось, что Россия - страна плохих дорог. Не поэтому ли в Японии символом России стал знак 露 изображающий дорогу немилосердно размываемую дождём雨:

Если же говорить более серьёзно, то такое «пророссийское» значение иероглифа 露 происходит от попытки записать слово «Россия» созвучными с ним иероглифами: 露西亜 (росиа)[446]. Для того же, чтобы всё время не писать столь мудрёно, обычно ограничиваются упоминанием только первого из этих трёх иероглифов[447]. Например, такое длинное словосочетание, как «японско-русский словарь», по-японски будет записано предельно коротко:　和露辞典 (вародзитэн)[448]. Впрочем, в качестве полного аналога 和露 (варо) может выступать равнозначное ему 日露 (нитиро). Здесь также важно отметить, что само по себе слово «Россия» в разных своих применениях может быть записано ещё как ロシア (росиа), а также 露国 (рококу).

Разумеется, «Россия» - не единственное значение кандзи 露. Исконные его значения - это «цую» (роса) и «арава» (открытый). Получается, что при желании иероглифическую запись России всё-таки можно расшифровать и расшифровать весьма даже поэтично.

[露 - Роса РО_цую 21 (雨 (173) дождь)]

[露 - Открытый РО_арава 21 (雨 (173) дождь)]

[露 - Россия РО_ро 21 (雨 (173) дождь)]

露 (цую) - роса.

雨露 (уро) - дождь и роса.

露 (арава) - открытый.

露台 (родай)[449] - балкон.

露出する (росюцу суру) - выставлять напоказ, обнажать (в геологическом плане - выходить на поверхность).

発露 (хацуро) - выражение.

発露する (хацуро суру) - выражать, проявлять.

露見 (рокэн) - разоблачение.

露見する (рокэн суру) - открыться, быть разоблачённым.

披露 (хиро:)[450] - оповещение, объявление, извещение.

披露する (хиро: суру) - объявить, сообщить, известить.

Что же касается прилагательного «арава» (открытый)[451], то в случае, если это определение к какому-нибудь слову, после него ставится знак азбуки Хирагана な (на): 露な (арава-на) - «открытый», «откровенный». А если это наречие, то после него обязателен знак に (ни): 露に (арава-ни) - открыто, откровенно, чистосердечно.

Словом «цую» обозначается ещё одно характерное явление японской природы, упомянуть которое будет сейчас как нельзя кстати. Речь идет о так называемом «сезоне дождей» или, другими словами, о «сливовых дождях»[452] (梅雨).

[梅 - Слива БАЙ_умэ 10 (木 (75) дерево)]

Иероглиф 梅 (слива) запоминается очень легко, надо только у моря 海 (КАЙ_уми) где только возможно заменить что-нибудь хоть на что-нибудь: в иероглифе 海 меняем воду 氵 на дерево 木, в ОНе - «К» на «Б», в КУНе - «и» на «э» и в результате получаем 梅 (БАЙ_умэ) - слива. Соединив в одном слове кандзи «Слива» с кандзи «Дождь», получим (сливовые дожди), называемые в Японии «цую» или, что более естественно с точки зрения японского словообразования, «байу».

На примере облака 雲 (УН_кумо) мы уже имели возможность убедиться в плодотворности иероглифа 雨 (У_амэ_дождь) в плане создания новых иероглифов. Исследуем эту способность дальше. Заставал ли вас когда-нибудь дождь 雨 в поле 田? Но не терзайте себя воспоминаниями, поскольку... неожиданно грянул гром 雷!

[雷 - Гром РАЙ_каминари 13 (雨 (173) дождь)]

雷雨 (райу) - гроза.

雷火 (райка) - пожар, причинённый молнией.

雷鳴 (раймэй) - удар (раскат) грома.

水雷 (суйрай) - морская мина.

Откуда такое странное название «каминари»? Попробуем вслушаться и всмотреться:

雷 → каминари → ками + нари → 神 (ками) + 鳴り (нари) → звук богов → гром 雷.

雷に打つ (каминари ни уцу) - поразить (ударить) молнией (громом).

雷に打たれたように (рай ни утарэта ё:ни) - как громом поражённый[453].

Над полем 田 (ДЭН_та) разразилась гроза 雷雨 (райу), немилосердно хлещет дождь 雨 (У_амэ), и пелену дождя яркими вспышками разрывают приходящие из дождя молнии, выбивая при ударе о землю комья грязи, - пейзаж и явление, запечатлённые с точностью до мельчайших подробностей, и все это в одной маленькой миниатюре под общим названием «Молния».

Настало время повторить слова, произнесённые ещё в четвёртом эссе при знакомстве с иероглифом «Поле»:

Парадокс состоит в том, что кандзи 電 при всех его исключительных достоинствах отдельно не употребляется ни для обозначения молнии, ни для обозначения электричества. Связь его с молнией только в физической общности таких явлений как молния и электричество. Основная же его функция сегодня - в сочетании с другими иероглифами образовывать слова со значением «электрический», отсюда и такое «обильное» его применение в составе слов, относящихся к тем или иным природным явлениям или предметам, созданным руками человека и имеющим какое-либо отношение к электричеству.

[電 - Электричество ДЭН_(-) 13 (雨 (173) дождь)]

電線 (дэнсэн) - электрический кабель.

電波 (дэнпа) - электромагнитная (радио-) волна.

電子 (дэнси) - электрон.

陽電子 (ё:дэнси) - позитрон.

電子メール (дэнси мэ:ру)[454] - электронная почта (письмо).

電子メールアドレス - адрес электронной почты (или просто メール).

漏電 (ро:дэн) - утечка, короткое замыкание.

電火 (дэнка) - электрическая искра.

発電 (хацудэн) - выработка электроэнергии.

Зная, как будет по-японски «выработка энергии», упомянем и место её выработки: 発電所 (хацудэнсё) - электростанция.

[所 - Место СЁ_токоро 8 (戸 (63) дверь)]

Кстати, «кстати» по-японски будет 所で (токоро дэ) - к месту, мол, будет сказано.

所 (Место) → 戸 (дверь) + 斤 (топор) - довольно разумное сочетание, в том смысле, что в дом с топором не входят, у топора, как и у собаки, есть своё место и это место в приличном доме у дверей, дабы в дом не вносить и домочадцев не пугать.

近所 (киндзё) - близлежащая местность.

近所の (киндзё но ...) - соседний.

近所に (киндзё ни) - неподалеку, поблизости, по соседству.

発行所 (хакко:сё) - издательство.

台所 (дайдокоро) - кухня (место на фундаменте).

出所 (дэдокоро) - источник, место происхождения.

各所に (какусё ни) - повсюду, во всех местах.

В плане демонстрации принципов японского фразообразования очень наглядно выражение «на мой взгляд...»: 私の見る所では... (ватаси но миру токоро дэ ва...). В буквальном переводе получается что-то вроде «согласно (дэ) того места (токоро), с которого смотрю (миру) я (ватаси)». Здесь именительная частица «ва» усиливает значение фразы, а появление в придаточном предложении (ватаси но миру) притяжательной частицы «но» вместо показателя именительного падежа «ГА» определено законами японской грамматики[455].

Познакомившись с «электричеством», интересно было бы разобраться и с «электрической лампочкой», но сначала чуточку воображения: представим закреплённую поперёк вертикальной стоечки лучину, на конце которой тлеет огонёк. Возможно, именно этот классический осветительный «прибор» и послужил прообразом для иероглифа 灯 (ТО:) - и свет, и лампа, и фонарь[456] (возможные для употребления куны: то:, хи, тобоси).

[灯 - Лампа ТО:_то:, хи, тобоси 6 (火 (86) огонь)]

灯台 (то:дай) - маяк (подставка, возвышение для огня).

灯下に (то:ка ни) - при свете, при лампе (под лампой).

灯火 (то:ка) - искусственное освещение, свет (огонь лампы).

電灯 (дэнто:) - электрическая лампа, фонарь, электрическое освещение.

С иероглифом 電 (молния) хочется сопоставить знак 竜, изображающий дракона. Обращает на себя внимание как визуальная, так и смысловая схожесть обеих этих картинок: оба знака по смыслу «огнеопасны» и стоят 立つ (тацу) над полем 田 (та). Иероглиф «Дракон» красив сам по себе и может вызвать множество ассоциаций, причём лишённых каких-либо оглядок на «историческую достоверность» (его происхождение), ведь если бы не реформаторская деятельность со стороны соответствующих японских инстанций, то нам пришлось бы запомнить значительно более сложное с точки зрения графики изображение (龍). Тем не менее устаревший иероглиф 龍 встречается сегодня довольно часто, особенно в японских фамилиях. Так, фамилия знаменитого японского писателя Акутагава Рюноскэ[457] записывается следующим образом: 芥川龍之介 (акутагава рю:носукэ)[458]. Более того, сегодня сложилась такая ситуация, что оба иероглифа (и модернизированный, и устаревший) даже могут встретиться в одной фразе: 芥川寵之介「竜」- Акугатава Рюноскэ «Дракон» (фамилия-имя автора и название рассказа).

[竜 - Дракон РЮ:_тацу 10 (立 (117) стоять)]

Для нас «Дракон» интересен ещё и своим оном «РЮ:». Все дело в том, что таким же оном обладает и кандзи 笠 (шляпа), что позволяет создать яркий образ китайского дракона, голову которого украшает широкополая конусообразная соломенная каса. Представили? Вот это и есть ключ к запоминанию онов «дракона» и «шляпы»[459]. А кун у «дракона» запоминается элементарно, поскольку трудно не заметить фонетическое влияние кандзи 立 (РИЦУ_тацу_стоять), который определяет и графическое, и смысловое, и образное наполнение кандзи 竜 (дракон).

Метод пар (если это всё, конечно, можно назвать методом) крайне эффективен для запоминания японских иероглифов. Суть его состоит в том, что японские символы значительно легче запоминать не по одиночке, а в паре с какими-нибудь другими иероглифами. Это не обязательно должна быть именно пара, вполне сгодится и триада, и какая-нибудь другая большая по численности группа. Главное, чтобы «компаньоны» были чем-то схожи между собой: графически, по смыслу, по звучанию. Лучше всего, когда два кандзи «вытаскивают» друг друга по графической ассоциативности, ведь японская письменность - это прежде всего образ, а уж потом всё остальное.

Таких пар, кстати, нам известно уже немало. Самые последние из них это 電 (молния) и 竜 (дракон), основу которых составляет графическая общность, а также 笠 (шляпа) и 竜 (дракон) - графика плюс звучание (РЮ:). Ещё сам по себе образуется тандемчик из иероглифов 立 (стоять) и 竜 (дракон). И чем больше будет образовано такого рода пар, тем более прочно осядет в памяти вся эта группа иероглифов, а поскольку пары работают по образному принципу (основа биологического мышления на нашей планете), то надёжность хранения и быстрота нахождения иероглифов в памяти приобретает практически стопроцентный характер. При этом, как видно, все эти пары не замкнуты друг на друге, наоборот, каждый иероглиф постоянно находится в поиске партнёров «на стороне», что позволяет со временем охватить чувствительной ассоциативной паутиной практически весь набор японских иероглифов.

Так, в прошлом эссе мы познакомились с кандзи 漏 (РО:_мору) - вытекать, который состоит из хорошо известных и понятных нам частей. Может показаться, что из-за самодостаточности этого иероглифа вообще нет смысла что-либо противопоставлять ему при запоминании, однако парность может реализовываться порой по самым неожиданным принципам. Вот, например, новый для нас иероглиф 編. На первый взгляд между знаками 編 и 漏 нет ничего общего. Однако при этом они настолько похожи друг на друга, что стоит только в каком-нибудь тексте встретить один из них, как тут же наступает определённое замешательство при его идентификации.

[編 - Плести, вязать ХЭН_аму 15 (糸 (120) нить)]

Чуть ли не по Пушкину Александру Сергеевичу получается: «три девицы под окном пряли пряжу вечерком»: нить (пряжа) - есть, окно - если не «окно», то, по крайней мере, «дверь» или «ставни» (戸) имеются, и, конечно же, не пряли, а «плели» или «вязали», о чём и свидетельствует изображение переплетённых под «дверью» линий.

編物 (амимоно) - вязание, плетение.

編み目 (амимэ) - петля.

編笠 (амигаса) - плетёная шляпа (более полный вариант названия шляпы каса).

Кроме того, у кандзи 編 (ХЭН) есть ещё одно широкоупотребимое значение, логично вытекающее из «плести», и это значение - «составлять».

編者 (хэнся) - составитель, редактор, издатель.

新編 (синпэн) - новое издание.

短編 (танпэн) - небольшое произведение.[460]

Часто в оформлении японских книг можно обнаружить приписку: чьё-то имя и иероглиф 編 - составлено таким-то. Открываем японско-русский учебный словарь Н. И. Фельдман-Конрад[461] и на первой же странице обнаруживаем фразу: N. フェルドマン ‧ コンラド編 (н. фэрудоман конрадо хэн) - составлено Н.Фельдман-Конрад.

共編 (кё:хэн)[462] - сотрудничество (плетение вместе) и, соответственно, 共編者 (кё:хэнся) - сотрудник. И ещё: 編入 (хэнню:) - зачисление, включение; 編入する (хэнню: суру) - зачислять или включать (кого-либо или что-либо во что-либо), вносить в состав, объединять, инкорпорировать.

[扁 - Плоский ХЭН_(-) 9 (⼾ (63) дверь)]

То, что знак 扁 (ХЭН), от которого и берёт своё название иероглиф 編 (ХЭН), обозначает «плоский», особенного недоумения не вызывает (плоская дверь, плоская плетеная циновка под дверью). Если же использовать два «плоских» иероглифа 扁 (ХЭН) и 平 (ХЭЙ)[463] вместе, то получим настоящую «плоскость» - 扁平 (хэмпэй). Это хорошо известный и прекрасно зарекомендовавший себя приём, когда два пересекающихся по смыслу кандзи в сочетании друг с другом создают новое слово, значение которого является абсолютным и однозначным выражением общности значений обоих кандзи. Отсюда 扁平 (хэмпей) через добавление な (на) превращается в полупредикативное прилагательное 扁平な (хэнпэй на)[464] - плоский. Ну и, естественно, «хэнпэй» может применяться и как составная часть сложных слов без образования прилагательного: 扁平足 (хэмпэйаси) - плоскостопие.

Можно привести ещё пять-шесть разных кандзи, основу которых будет составлять элемент 扁[465], однако задача эссе не состоит в полном освещении всего запаса японских иероглифов, хотя осуществить такое было бы более чем заманчиво. Тем не менее упомянем ещё один пример, интересный тем, что следующий иероглиф (вернее два иероглифа) вряд ли где-нибудь можно встретить, за исключением одного единственного слова, и это слово - 蝙蝠 («ко:мори» - летучая мышь).

蝙 и 蝠 - та ещё парочка! Парочка как раз в том смысле, о котором говорилось выше. Парочка, которую просто необходимо запомнить вместе, ибо трудно сказать, что же эти иероглифы обозначают по отдельности[466]. Нам только остается припомнить, что означают составляющие их элементы: 虫 (ТЮ:_муси) - насекомое, червяк, 扁 (ХЭН) - плоский, 畐 - элемент, который встречался в составе кандзи 富 (ФУ_тому) - быть богатым[467].

[蝙 - (-) хэн_(-) 15 (虫 (142) насекомое)]

[蝠 - (-) ФУКУ_(-) 15 (虫 (142) насекомое)]

Итак, 蝙蝠 (ко:мори) - и летучая мышь, и одно из названий складывающихся зонтиков: 蝙蝠 (ко:мори) или, если более полно, 蝙蝠傘 (ко:моригаса). А почему бы и нет? Разве не напоминает купол раскрытого чёрного зонта перепончатые крылья летучей мыши? А то, что в японском языке существует несколько названий для зонтиков: 傘 (каса), 雨傘 (амагаса), 日傘 (хигаса), 蝙蝠傘 - (ко:моригаса) и так далее - так ведь и мы, независимо от того, какой подразумеваем зонт (складной зонтик, большой зонт, дождевик, зонтик от солнца, пляжный зонт, зонт продавца мороженого и тому подобное), в большинстве случаев всё это разнообразие называем одним единственным словом «зонт».

То, что сегодня принято называть японскими пословицами, зачастую пословицами в привычном смысле этого слова вовсе не являются. С нашей неяпонской точки зрения некоторые из них было бы более естественно отнести либо к фразеологическим оборотам, либо к поговоркам, либо к афоризмам. Например, выражение 足下を見る («асимото[468] о миру» - смотреть под ноги) применяется, когда хотят сказать, что кто-то хочет воспользоваться чей-то беспомощностью[469]. А вот фраза 足下から鳥が立つ («асимото кара тори га тацу» - птица встаёт из-под ног) находит своё применение, когда что-то происходит неожиданно, в спешке (как гром средь ясного неба). Основная задача этой фразы - подчеркнуть спешность или неожиданность чьих-то действий. В разговоре и в текстах её частенько применяют в следующем виде: 足下から鳥が立つように (подобно встающей из-под ног птице), что по смыслу можно перевести на русский, в зависимости от контекста всего высказывания, «как на пожар», «как угорелый», «как снег на голову» и так далее.

Но если это только фразеологические обороты, что же тогда заставляет нас относить их к разряду пословиц (котоваза)[470]? Ответ до невозможности прост - к этому вынуждают сами японцы, ведь обе эти фразы были взяты не откуда-нибудь, а из сборника японских котоваза[471].

Нередко роль пословицы-поговорки-котоваза (эдакой короткой народной мудрости) играют различные выражения или фразы, взятые из известных буддийских или даоских текстов. Нынешний среднестатистический японец порой не только не в состоянии сказать, какой смысл несут в себе такие котоваза (сказывается оторванность фраз от древнего контекста), но и правильно воспроизвести их при чтении (в котоваза часто используются безнадёжно устаревшие грамматические конструкции и чтения кандзи)[472].

В этом плане характерным и при этом не самым «запущенным» случаем является пословица 足るを知る者は富む (тару о сиру моно ва тому). Обращает на себя внимание тот факт, что здесь, с одной стороны, использована более редкая форма глагола «быть достаточным» (тару, а не тариру), а с другой стороны, видно, что показатель винительного падежа を[473] относится не к существительному, как это должно было бы быть, а непосредственно к глаголу[474].

Но прежде чем продолжить размышления над этой пословицей, обратимся к личности автора первоисточника, из которого и процитировано это выражение, - выдающегося мыслителя древности, основоположника Даосизма, автора «трактата о Пути и Добродетели»[475], к самому Лао-Цзы. Для нас особый интерес представляет имя великого старца, ведь, если уж на то пошло, Лао-Цзы - это всего лишь дошедшая до нас из глубины веков транскрибированная запись его имени с китайского или даже, может быть, с древнекитайского языка.

На письме Лао-Цзы (Лаоси) записывается двумя иероглифами 老 (старик)[476] и 子 (ребёнок), что вместе, как вариант, может означать «старик-ребёнок» и по-японски звучит как «ро:си» (老子). Часто в переводах Лао-Цзы так и называют: «Старик-Младенец». Согласно одной из многочисленных легенд Лао-Цзы был рождён спустя 81 год (согласно другой - спустя 72, согласно третьей - спустя 62 года) после чудесного непорочного зачатия, причём уже при рождении его голову украшали белые, как у старца, волосы[477].

[老 - Старость, старик РО:_ро:, ои 6 (老 (125) старик)]

老人 (ро:дзин) -старик, старуха.

老婆 (ро:ба) - старуха, старушка.

老いる (оиру) - стать (сделаться) старым, постареть, достигнуть старости.

老ける (фукэру)[478] - постареть, состариться, выглядеть старым.

Но какой же всё-таки изначальный смысл заложил Старик- Младенец в выражение 足るを知る者は富む？ На ум приходит что-то вроде того, что «богат не тот, у кого много, а тот, кому хватает». В какой-то степени, наверное, данное выражение заключает в себе и этот смысл. Однако чтобы совершенно точно сказать, какая же именно мысль заключена в этой фразе, необходимо не только внимательно прочитать сам упомянутый труд, причём прочитать его в оригинале на древнекитайском, но ещё и понять, о чём, собственно, там говорится.

Учитывая сложность перевода с древнекитайского и осознавая многомерность непостижимой мудрости автора знаменитых строк, можно смело утверждать, что истинное значение данной пословицы если кому и известно, то только избранным единицам, к числу которых вряд ли кому-то из нас удастся когда-нибудь себя причислить. А для пущего подтверждения этих слов предлагается познакомиться с несколькими профессиональными переводами[479] на русский язык 33-ей главы «Дао Дэ Цзын», в которой как раз и встречается фраза о достаточности и богатстве. Читателю же предоставляется право и возможность все надлежащие выводы сделать самому.

Знающий людей разумен, а знающий себя самого прозорлив. Побеждающий других силен, а побеждающий самого себя могуществен. Довольствующийся самим собой - богач. Твёрдый в своих действиях имеет твёрдую волю. Не отступающий от своего назначения долговечен. Неуничтожимый после смерти вечен.

1894 г. Первый перевод с китайского на русский

Д. П. Конисси (под редакцией Л. Н. Толстого).

Знающий других - умён; знающий себя - мудр. Побеждающий других силён, побеждающий себя - могуществен. Кто знает, когда остановиться, богат. Кто достаточно силён, чтобы осуществить задуманное, - обладает волей. Кто не покидает своего места - долголетен. Кто не исчезает после смерти - долговечен.

Перевод с китайского Г. А. Ткаченко.

Тот, кто знает людей - благоразумен. Знающий себя - просвещён. Побеждающий людей - силён. Побеждающий самого себя - могущественен. Знающий достаток - богат. Кто действует с упорством - обладает волей. Кто не теряет свою природу - долговечен. Кто умер, но не забыт, тот бессмертен.

1950 г. Перевод с китайского Ян Хин Шун.

Познавший людей умён. Познавший себя просветлён. Побеждающий людей силён. Побеждающий себя могуществен. Наделённый достатком богат. Наделённый волей упорен. Верный своей природе долговечен. Умерший, но не забытый - бессмертен.

1994 г. Перевод с китайского Н. и Т. Доброхотовых.

Знающий людей умён, знающий себя находится в просвете. Одолевающий других обладает силой, одолевающий себя становится могучим. Кто знает то, что для него достаточно, - богат; кто действует с настойчивостью, когда могуч, тот обладает волей. Кто не утрачивает своего места, долговечен; кто не уходит, когда умирает, продолжает жить вечно.

Перевод с китайского И. И. Семеиенко.

Мудрость - в знании ближних и дальних, Просветление - в знании себя самого. Велико могущество властелина, Но могущество подлинное - у властвующего над собой. С радостью в сердце живущий - во всём преуспеет, Своенравный - навязывает волю другим. Находиться на месте своём - вот исток долговечности, Долгая жизнь - это загробная жизнь.

Перевод с английского и поэтическое переложение С. В. Батонова.[480]

[発 - Испускать HATSU, HOTSU_hassuru 9 (癶 (105) испускать)]

[雪 - Снег SETSU_yuki 11 (雨 (173) дождь)]

[足 - Нога, лапа, ножка (меб.) SOKU_ashi 7 (足 (7) нога)]

[少 - Немного, слегка SHOU_sukoshi 4 (小 (42) маленький)]

[跋 - Хромота, хромой HA_bikko 12 (足 (157) нога)]

[各 - Каждый KAKU_onoono 6 (口 (30) рот)]

[客 - Гость KYAKU, KAKU_kyaku 9 (宀 (40) крыша)]

[路 - Дорога RO_miti, ji 13 (足 (157) нога)]

[露 - Роса RO_tsuyu 21 (雨 (173) дождь)]

[露 - Открытый RO_arawa 21 (雨 (173) дождь)]

[露 - Россия RO_ro 21 (雨 (173) дождь)]

[梅 - Слива BAI_ume 10 (木 (75) дерево)]

[雷 - Гром RAI_kaminari 13 (雨 (173) дождь)]

[電 - Электричество DEN_(-) 13 (雨 (173) дождь)]

[所 - Место SHO_tokoro 8 (戸 (63) дверь)]

[灯 - Лампа TOU_tou, hi, toboshi 6 (火 (86) огонь)]

[竜 - Дракон RYUU_tatsu 10 (立 (117) стоять)]

[編 - Плести, вязать HEN_amu 15 (糸 (120) нить)]

[扁 - Плоский HEN_(-) 9 (⼾ (63) дверь)]

[蝙 - (-) HEN_(-) 15 (虫 (142) насекомое)]

[蝠 - (-) FUKU_(-) 15 (虫 (142) насекомое)]

[老 - Старость, старик ROU_rou, oi 6 (老 (125) старик)]

НА - 跋, 波, 破 (bikko, nami, yaburu)

SHOU - 少, 小 (sukoshi, chiisai)

KAKU - 客, 各 (kyaku, onoono)

RO - 露, 路 (tsuyu, michi)

DEN - 電, 田 ((-), ta)

RYUU - 柳, 竜, 笠 (yanagi, tatsu, kasa)

HEN - 編, 扁, 蝙 (amu, (-), (-))

Рю - Герой, перечивший царю, Был жестковат порою. Ядрён, Жирён, Благодарю, Но с твёрдой кожурою.

発する - испускать (hassuru)

出発 - отъезд (shuppatsu)

発出する - испускать (hasshutsu suru)

発破 - взрыв (happa)

発達 - развитие (hattatsu)

発火 - воспламенение (hakka)

発刊 - публикация (hakkan)

発行 - издание, выпуск (hakkou)

発行者 - издатель (hakkosha)

発汗 - потение (hakkan)

発見 - открытие, обнажение (hakken)

田口 - Тагути (taguchi)

下線 - подчёркивающая линия (kasen)

本術 - книга по искусству (honjutsu)

歌人 - поэт, поэтесса (kajin)

本山 - главный храм (honzan)

古今に - и в старину и теперь (kokon ni)

上水道 - водопроводная сеть (jousuidou)

下水道 - сеть водостоков (kasuidou)

風道 - вентиляционная труба (fuudou)

道中 - путешествие (douchuu)

中道 - полпути (chuudou)

手探り - ощупь (tesaguri)

手探りで - ощупью (tesaguri de)

半白の - беловатый, седой, седеющий (hampaku no)

手下 - подчинённый (teshita)

手近に - под рукой (tedika ni)

達者 - крепкий (tassha)

大雪 - большой снегопад (ooyuki)

深い雪 - глубокий снег (fukai yuki)

深雪 - глубокий снег (miyuki)

雪白の - белоснежный (seppaku no)

吹雪 - метель, вьюга (fubuki)

足 - нога (ashi)

足りる - быть достаточным (tariru)

少し - немного, слегка (sukoshi)

少ない - быть в малом количестве (sukunai)

足首 - лодыжка (ashikubi)

足下に - под ногами, у ног (soka ni)

抜き足で - крадучись (nukiashi de)

跋 - хромота, хромой (bikko)

各々 - каждый, все (оnооnо)

各国 - каждая страна (kakkoku)

客 - гость, посетитель (kyaku)

上客 - почётный гость (joukyaku)

客足 - клиентура (kyakuashi)

客好きの - гостеприимный (kyakusuki no)

小路 - дорожка, улочка (koji)

小路 - дорожка, тропа (komichi)

枝路 - ответвление дороги (edamichi)

出路 - выход (demichi)

山路 - горная дорога (yamaji)

線路 - рельсовый путь (senro)

路線 - путь, трасса (rosen)

道路 - дорога (douro)

スプートニク - искусственный спутник земли (supuutoniku)

ピローシキ - пирожки (piroushiki)

トロイカ - тройка (toroika)

和露 - японско-русский (waro)

日露 - японско-русский (nichiro)

露国 - Россия (rokoku)

ロシア - Россия (roshia)

露 - роса (tsuyu)

雨露 - дождь и роса (uro)

露 - открытый (arawa)

露台 - балкон (rodai)

露出する - выставлять напоказ, обнажать (roshutsu suru)

発露 - выражение (hatsuro)

披露 - оповещение, объявление (hirou)

露見 - разоблачение (roken)

梅 - слива (ume)

梅雨 - сезон дождей (tsuyu, baiu)

雷 - гром (kaminari)

雷雨 - гроза (raiu)

電火 - пожар от молнии (raika)

水雷 - морская мина (suirai)

雷鳴 - удар грома (raimei)

電線 - кабель (densen)

電波 - электромагнитная (радио-) волна (dempa)

電子 - электрон (denshi)

陽電子 - позитрон (youdenshi)

電子メール - электронная почта (denshi me:ru)

発電 - выработка электроэнергии (hatsuden)

発電所 - электростанция (hatsudensho)

発行所 - издательство (hakkousho)

所 - место (tokoro)

所で - кстати (tokoro de)

近所 - близлежащая местность (kinjo)

近所の - соседний (kinjo no ...）

台所 - кухня (daidokoro)

出所 - источник, место происхождения (dedokoro)

各所に - повсюду (kakusho ni)

灯 - лампа, свет, фонарь (tou, hi, toboshi)

灯下に - при свете, при лампе (touka ni)

灯台 - маяк (toudai)

灯火 - искусственное освещение, свет (touka)

電灯 - электрическая лампа (dentou)

竜 - дракон (tatsu)

編む - плести, вязать (amu)

編笠 - плетёная шляпа (amigasa)

編物 - вязание, плетение (aimmono)

編者 - составитель, редактор (hensha)

新編 - новое издание (shimpen)

短編 - короткое произведение (tampen)

共編 - сотрудничество (kyouhen)

共編者 - сотрудник (kyouhensha)

扁平 - плоскость (hempei)

扁平な - плоский (hempei na)

扁平足 - плоскостопие (hempeiashi)

編入 - зачисление (hennyuu)

編み目 - петля (amime)

蝙蝠 - летучая мышь (koumori)

蝙蝠傘 - складывающийся зонт (koumorigasa)

老 - старик, старуха (oi)

老いる - постареть (oiru)

老ける - стареть (fukeru)

老人 - старик (roujin)

風戸 (кадзато) - Кадзато (фамилия).

半日 (ханнити) - полдня.

陽子 (ё:си) - протон.

二子 (футаго)[481] - близнецы, двойня.

鳴物 (наримоно) - музыкальный инструмент.

毛深い (кэбукай) - волосатый, лохматый, косматый.

烏口 (карасугути) - рейсфедер[482].

小枝 (коэда) - веточка, сучок.

休火山 (кю:кадзан) - недействующий вулкан.

干上がる (хиагару) - высыхать.

干物 (химоно) - сушёная рыба.

干し物 (хосимоно) - вывешенное для просушки бельё.

物干し (монохоси) - рамы для сушки вещей.

短波 (танпа) - короткие волны.

短波の (танпа но...) - коротковолновый.

水発電所 (суйхацудэнсё) - гидроэлектростанция.

風雪 (фу:сэцу) - буран, метель.

首尾 (сюби) - голова и хвост, начало и конец, исход.

上首尾 (дзё:сюби) - удача, успех, успешный результат (верх + головa + хвост → не столько нос кверху и хвост трубой, сколько верхний исход).

Материалы предыдущего эссе были показательны в плане демонстрации влияния, оказываемого на японский язык различными культурами (в том числе русской) и религий (в том числе буддизма). Сегодня с определённой степенью уверенности можно утверждать, что без владения самыми элементарными познаниями в области того же буддизма и его истории затруднительно разбираться не только в прописных истинах, с младенчества известных каждому японцу, но и довольно сложно ориентироваться в самых обыденных японских словах и выражениях.

Вот, казалось бы, что может означать такое на первый взгляд простое слово, как 雲水 (унсуй)? Облако и вода? Круговорот воды в природе? Пейзаж? Ни то, ни другое, ни третье! Так, оказывается, называются странствующие буддийские монахи, жизнь которых подобна плавному движению облаков и спокойному течению воды.

Пример с монахами интересный, но при всей своей оригинальности не совсем показательный, и нам следует поискать какие-нибудь более тонкие влияния буддизма, оказывающие воздействие как на повседневную жизнь японцев, так и на современный японский язык. 雪達磨 (юкидарума) или, другими словами, обыкновенная снежная баба - пример, интересный по всем показателям, даже потому, что буддийские корни этого интереснейшего лингво-исторического феномена отчасти касаются и жителей России.

達磨 (дарума) - это деревянная[483] кукла, которая изображает буддийского священника по имени Бодхидхарма[484] (если по-японски, то Бодай Дарума или просто Дарума), родившегося в V веке в Индии, который принёс в Китаи медитацию, практикуемую в сидячем положении с поджатыми ногами и прижатыми к туловищу руками (этот факт и нашёл своё отражение в отсутствии у куклы рук и ног[485]). Кукла закрашена преимущественно в красный цвет, подчёркивающий отношение к духовному сану (цвет одежды священника).

Обычно «безглазого» Даруму покупают в новогодние дни. В его пустой глазнице прорисовывают краской один зрачок и загадывают желание. Дарума в надежде, что в случае исполнения желания ему «откроют» (нарисуют) второй глаз, старается выполнить просьбу. Если же пожелание не сбывается, то спустя год Даруму выбрасывают в новогодний костёр.

Считается, что форма куклы сложилась приблизительно 200 лет назад, а сто лет назад (на рубеже XIX и XX веков) кукла «прорвавшись» в Россию и пройдя определённого рода реинкарнацию, приобрела образ прославившейся на весь мир русской матрёшки[486].

Матрёшка стала воплощением нескольких направлений народно-религиозного искусства: это и вкладывающиеся одно в другое русские пасхальные деревянные яйца, и существовавшая до этого в Японии раскладывающаяся по такому же принципу предшественница Дарумы, и кукла-неваляшка, и так далее и тому подобное.

Иероглиф 達, первый из пары 達磨, нам уже хорошо знаком по 11-му эссе: 達 (ТАЦУ/ТАТИ_тассуру) - достигать. Второй же кандзи указывает на то, что именно Бодхидхарма достиг:

[磨 - Шлифовать, совершенствовать МА_мигаку 16 (石 (112) камень)]

С графической точки зрения знак 磨 дocтaтoчнo cтpoгo cooтветствует своему смысловому «наполнению»: сидеть под навесом (广) и чем-нибудь, имеющим отношение к растительному миру (林), полировать или шлифовать камень (石), доводя его до совершенства. Учитывая всё вышесказанное, получается, что Бодхидхарма - это тот, кто достиг совершенства.

磨く (мигаку) - шлифовать, полировать, чистить (через натирание), совершенствовать, развивать. Отсюда 磨き (мигаки) - полировка, совершенствование. С фонетической точки зрения немного в стороне стоит глагол 磨ぐ (тогу) - точить (нож), править (бритву), шлифовать, полировать. Причём «тогу» в этих же смыслах практически равноправно может быть записан через иероглиф 研 (研ぐ, тогу).

Обращает на себя внимание определённое сходство правой части иероглифа 研 с лезвием (刃): 石 + 刃 → 研.

石で刃を研ぐ (иси дэ ха о тогу) - затачивать лезвие камнем.

Но у глагола 研ぐ есть ещё одно довольно оригинальное употребление: 米を研ぐ (комэ о тогу) - промывать рис. В данном значении глагола 研ぐ ничего удивительного нет, поскольку и заточка ножа и промывка риса - суть зачищение поверхностей (лезвия и рисовых зёрен).

歯磨さ (хамигаки) - зубной порошок, зубная паста. Ну как тут не придумать что-то вроде:

歯ブラシに歯磨きが少しありました (хабураси ни хамигаки га сукоси аримасита) - На зубной щётке имелось немного зубной пасты.

毎朝私は古い歯ブラシで歯を磨く (майаса ватаси ва фуруй хабураси дэ ха о мигаку) - Каждое утро я чищу зубы старой зубной щёткой.

小刀を磨石で磨ぐ (когатана о тогииси дэ тогу) - Точить бруском перочинный ножик.

磨石 (тогииси) - точильный камень, брусок.

А теперь снова коронный японский приёмчик - применение двух максимально близких по смыслу иероглифов для образования нового слова, которое в результате совместного действия этих двух иероглифов приобретает значение, пересекающееся со значением каждого из них: 研磨する (кэмма суру) - полировать, шлифовать, совершенствоваться в чём-либо, ревностно заниматься (изучать).

Созидать, складывая кандзи в слова и выкристаллизовывая их общий смысл, - довольно интересное занятие, не менее интересное и поучительное, чем мысленное расщепление иероглифов на части с последующим анализом полученного графического материала. В этом плане кандзи «Шлифовать» любопытен весьма и весьма: 磨 → 麻 (МА_аса_пенька) + 石 (СЭКИ_иси_камень).

А чем же ещё полировать ценные камни, если не материалом вроде пеньки[487]? Кандзи 麻 тоже можно разложить на составляющие, но только одна из них представляет собой полноценный иероглиф: 林 (РИН_хаяси_лес). Значение же второй части (广), которая не является независимым иероглифом, определяется или как навес, или как утёс. По большому счёту символ 广 похож и на то, и на другое. Такая многозначность в восприятии того или иного элемента для нас с вами не является каким-то недостатком, а, наоборот, служит большим подспорьем при запоминании кандзи, поскольку позволяет достаточно свободно подстраивать значения компонентов иероглифа под его общий смысл. Так, в случае с кандзи 麻 (конопля) для его образного восприятия и понимания в знаке 广 лучше всего видеть не навес, а утёс, который под своими крутыми склонами скрывает от посторонних глаз посевы запрещённой к разведению растительности (в данном случае «лес» олицетворяет не деревья, а некие растения). И только хозяин ранним утром (аса), чтобы никто его не заметил, осторожно навещает свою несущую вырождение и смерть плантацию, которая, кстати, может находиться далеко за лесом 林 под утесом 广, а может быть просто скрыта от посторонних глаз маскирующим навесом 广.

Если же говорить об иероглифе 磨 (МА_мигаку), то в этом случае в знаке 广, как уже было отмечено ранее, предпочтительнее было бы видеть именно навес, день и ночь сидя под которым, шлифует свои камни неутомимый труженик.

Для нас ещё очень важно то, что «конопля-пенька» щедро делится своим прокитайским названием (МА) с теми кандзи, в состав которых она включена: 麻 (МА), 磨 (МА), 摩 (МА).

磨く (МА_мигаку) - шлифовать;

摩する (МА_сасуру) - гладить (рукой), тереть, массировать;

摩する (МА_масуру) - скрести, скоблить.

[摩 - Тереть, гладить МА_сасуру 15 (手 (64) рука)]

雪達磨のように大きくなる (юкидарума но ё: ни оокику нару) - расти как снежный ком (становиться большим подобно снеговику)[488].

風戸さん芸人になりました (кадзито сан гэйдзин ни наримасита) - Господин Кадзато стал эстрадным артистом.

木が黒くなりました (ки га куроку наримасита) - Дерево почернело (стало чёрным).

大人になる (отона ни нару) - стать взрослым.

В упомянутых примерах глагол «нару» традиционно записан знаками азбуки Хирагана (なる), однако не будет ошибкой записывать его и с помощью иероглифа 成 (成る). Следует принять к сведению, что с глаголом «нару» обязательно употребляется частица «ни», если «нару» относится к существительному:

秋に成った (аки ни натта) - осень наступила;

達者に成る (тасся ни нару) - поздороветь.

Кроме того имеется маленькая особенность в употреблении «нару» с предикативными прилагательными:

黒い (куро-й) - чёрный, 黒く成る (куро-ку нару) - стать чёрным, почернеть;

白い (сиро-й) - белый, 白く成る (сиро-ку нару) - стать белым, побелеть;

大きい (ооки-й) - большой, 大きく成る (ооки-ку нару) - стать большим, увеличиться.

Глагол «нару» относится к глаголам первого спряжения (годан-глаголам) - к глаголам, у которых в зависимости от формы и времени изменяется корневая основа: нару (наст.-буд. время, просторечная форма), наримас (наст.-буд. время, нейтр.-вежл. форма), натта (прош. время, просторечная форма).[489]

Европейцу, в частности русскоязычному европейцу, иногда бывает довольно трудно осознать различные случаи употребления глагола «нару», причина чего кроется в непроизвольном стремлении к сужению смысла самого понятия «становиться».

Рассмотрим самый простой случай: 日本は島からなる (нихон ва сима кара нару) - Япония состоит из островов. Чтобы понять, где здесь «становиться», необходимо отрешиться от конкретно-прямолинейного значения этого глагола и прислушаться к возможным смысловым оттенкам: стать, оказаться, сделаться, вырасти, превратиться, получиться, образоваться. Для нас важно прочувствовать то основное значение, которое выражено всеми этими глаголами вместе, а именно возникновение нового состояния или переход в него. Да, Япония состоит из островов, образована из островов, возникла из островов и так далее.

[成 - Становиться СЭЙ, ДЗЁ:_нару 6 (戈 (62) копьё)]

То, что глагол «нару» сегодня чаще записывается каной, характерно для многих японских слов, принимающих активное участие в образовании наиболее часто «эксплуатируемых» грамматических конструкций.[490] При этом факт редкого использования какого-то кандзи в том или ином употреблении вовсе не означает его «вымирания». В этом плане кандзи 成 активно участвует в образовании очень многих слов (в том числе и самого глагола 成る) и вовсе не собирается сдавать своих позиций:

平成 (хэйсэй) - Хэйсэй[491].

達成 (тассэй) - достижение.

達成する (тассэй суру) - достичь, добиться (чего-либо).

成り上がる (нариагару) - внезапно выдвинуться, внезапно выскочить, внезапно разбогатеть.

威り上がり (нариагари), 成り上がり者 (нариагаримоно) - выскочка.

減り立つ (наритацу) - состоять (из), осуществиться, завершиться.

成り立ち (наритати) - происхождение, история, составление.

Ещё один интересный пример «самоотставки» иероглифа:

昔々[492]或る所にお婆さんが居ました (мукасимукаси ару токоро ни обаасан га имасита) - Давным-давно в одном месте жила-была старушка.

Всё это предложение можно совершенно безболезненно и без какого-либо ущерба для передачи смысла записать каной: («ару» - некий, некоторый) и 居ました («имасита» - был, жил) - как довольно часто встречающиеся конструкции, お婆さん - как с детства знакомое каждому японцу доброе и хорошее слово, а уж 所 и 昔 - заодно с ними:

むかしむかしあるところにおばあさんがいました.

Теперь остаётся только сравнить несколько форм записи одного и того же предложения, чтобы сделать вывод о том, нужны ли всё-таки иероглифы или японцам давно уже пора от них отказаться;

昔々或る所にお婆さんが居ました。

むかしむかしあるところにおばあさんがいました。

Mukashimukashi arutokoro ni obaasan ga imashita.

Каждый сам должен прийти к своему выводу, но хочется обратить внимание на тот знаменательный факт, что для понимания написанного достаточно только взглянуть на первое предложение, а в остальные два надо вчитываться. Комментарии, как говорится, излишни.

[昔 - Старина, древность СЭКИ_мукаси 8 (日 (72) солнце)]

昔風の (мукасифу: но...) - старомодный, старинный.

一昔 (хитомукаси) - много лет назад, довольно давнее время.

昔日 (сэкидзицу)[493] - былые дни, былое.

もう一昔に成る (мо: хитомукаси ни нару) - Это довольно давно (уже давним стало).

Что же касается формы, то в знаке 昔 видно как за покрытый травой (⺾) горизонт (一) садится утомлённое солнце (日) - давно это было: солнце (日) сто (百) раз уже садилось за горизонт (一), и вообще всё давно уже (昔) травой (⺾) поросло.

По мере продвижения вглубь terra incognita[494], которой для многих является японский язык, неискушенному взору открываются неведомые горизонты, но при этом и проблемы растут как ком (雪達磨のように大きく成る - увеличиваются подобно снеговику). Не нравится такое сравнение? Эту же мысль можно выразить и по-другому: 尾に尾が付く (о ни о га цуку) - к хвосту хвост прикрепляется (тоже «расти как снежный ком»).

[付 - Прикрепляться ФУ_цуку 5 (人 (9) человек)]

付ける (цукэру) - прикреплять.

付く (цуку) - быть прикреплённым, присоединённым, прицепленным; прикрепляться, прилипнуть, пристать, сопровождать и даже везти кому-нибудь[495].

私は付いていない (ватаси ва цуйтэинай)[496] - мне не везёт.

付いていないな (цуйтэинай на) - Ну не везёт![497]

肉は付く (нику га цуку) - пополнеть.

付近 (фукин) - окрестности.

付き物 (цукимоно) - постоянная принадлежность, неотъемлемый атрибут.

手付け (тэцукэ) - задаток.

手付けを打つ (тэцукэ о уцу) - давать задаток.

米に虫が付いた (комэ ни муси га цуйта) - В рисе завелись насекомые.

Интересно применение глагола 付く (пристать, прикрепляться) в случае, когда он сам «прикрепляется» к другим глаголам:

齧り付く (кадзирицуку) - вцепиться зубами; уцепиться, ухватиться, держаться (за кого-либо).

Есть ещё одно полезное устойчивое сочетание, смысл которого определяется его дословным переводом «присоединение хорошее» (хорошо пристать): 付が好い (цуки га ёй) - хорошо сидеть (об одежде), хорошо ложиться (о краске), легко схватываться (о топливе) и так далее. Здесь мы знакомимся с новыми для нас значением (хороший) и чтением (ёй) кандзи 好[498].

Кроме всего прочего, глагол «прикреплять» можно образовать просто соединением «ФУ» и «суру»: 付する (фусуру).

Иероглиф 付 - это 人 (человек) и знак 寸, который в самостоятельной «кандзявой» жизни представляет сун - японскую меру длины (3,03 см)[499]. Зубастому крокодилу палец в рот ни клади, ведь достаточно всего на три сантиметра (буквально на один СУН) СУНуть палец ему в пасть, как он тут же всю руку оттяпает.

寸が足りない (сун га таринай) - слишком коротко (трёх сантиметров не хватает).

一寸 (иссун, тётто) - немножко, минуточку, на минуточку[500].

[寸 - Сун СУН_сун 3 (寸 (41) сун)]

Частенько в литературе, в том числе и в словарях, знак 寸, когда речь идёт о нём не как об иероглифе, а как о ключе, называют «дюймом». Названия ключей - это вообще тема для отдельного разговора. Здесь, можно сказать, царит произвол, но это касается только большинства неяпонских изданий, в самой же Японии каждый ключ имеет своё официально признанное конкретное название. Во многих российских источниках (словарях и прочее), к сожалению, эта система не прижилась, хотя, кто знает, может оно и к лучшему, ведь запомнить двести с лишним чужеземных названий иероглифических элементов, многие из которых не являются самостоятельными иероглифами, - задача не из шуточных. В этом плане для новичка куда полезней, когда в названиях ключей отражена информация, позволяющая ему опираться на какие-то свои ассоциативные предпочтения. Так, например, сделано в некоторых японско-русских словарях иероглифов, где каждый ключ довольно смело назван, исходя из некоторых (не всегда, правда, исторически оправданных) соображений, опирающихся то на внешний вид ключа, то на его происхождение, то на что-нибудь ещё.

Но наиболее корректно поступают те авторы пособий, которые вообще никак не называют ключи, но при этом где-нибудь (хотя бы во введении) знакомят с японской системой их названий, как это, например, сделано в «Японско-русском учебном словаре иероглифов» Наталии Исаевны Фельдман-Конрад.[501]

В самой Японии названия ключей строятся по разным принципам: если ключ происходит от какого-то иероглифа, то он может называться по японскому значению (куну) этого иероглифа (人 - «хитокаммури»), либо по его ону (イ - «нимбэн»), также название ключа может происходить от она какого-то смыслообразующего иероглифа, в состав которого входит этот ключ (⼝ - «кунигамаэ» от кандзи 国). На название ключа могут также влиять элементы, из которых состоит сам ключ (禾 - это не «рис» и не «колос», а «ногихэн»: ノ - знак азбуки Катакана «но» и иероглиф 木 «ки») и так далее и тому подобное. Дополнения к названиям (хэн, каммури и прочие) уточняют положение, которое ключ обычно занимает в иероглифе: «...хэн» - слева, «...каммури» - сверху, «...камаэ» - со всех сторон и так далее.

Спор о том, какой системы названий ключей придерживаться, вообще неуместен. Бесспорно, в идеале надо бы стремиться к японской, но нужно учитывать, что краеугольный камень японской системы образования - обыкновенная зубрёжка, которая многим европейцам либо не по зубам, либо не по вкусу[502]. Российские трактовки ключей не так уж и плохи, но очень уж сильно различаются названия, которые дают одним и тем же ключам различные авторы, а, как известно, отсутствие единой хорошо продуманной системы никогда и никому не приносило ещё пользы, что особенно актуально при обучении.

Это мы с вами, чтобы облегчить себе процесс запоминания японских иероглифов, можем придумывать свои версии их происхождения, разрабатывать свой подход к их запоминанию, применять собственные трактовки иероглифической графики, потому что все наши частные изыскания никак не смогут повлиять как на систему японской письменности, так и на сам японский язык, но подобного рода вольность обращения с материалом совершенно недопустима для серьёзных научных изданий, к которым можно отнести и словари. Поэтому, когда мы говорим о терминологии, следует достаточно чётко понимать, что одно дело - название ключа (禾 - ногихэн) и совсем другое дело - его вполне допустимая трактовка (禾 - стебель, птичка на дереве и т. д. и т. п.), одно дело - строгая классификация (наука) и другое дело - сопутствующая успешному запоминанию ассоциативная гибкость (искусство), и менять местами эти два подхода и понятия не следует.

Посудите сами, оправданно ли китайско-японский символ 寸, имеющий в Японии конкретное значение, которое даже можно измерить линейкой (3,03 сантиметра), наделять названием и значением западного происхождения (дюйм)? Конечно, близость числовых значений (2,54 и 3,03 сантиметра) и очевидная графическая трактовка знака 寸, который воспринимается как рука (три «растопырки» сверху - это пальцы), на которой точкой отмечено место, где прослушивается пульс, позволяют назвать этот ключ «дюймом», однако если уж на то пошло, «прослушивание пульса» более точно отражено в специально придуманном для этого случая знаке. Кокудзи 吋 (дюйм) можно трактовать, как «говорящее место на руке», которое располагается на расстоянии 2,5 сантиметра от кисти. Однако применимость этого иероглифа крайне ограничена, поскольку дюйм-inch (инти, inchi) обычно записывается знаками каны (インチ).

[吋 - Дюйм (-)_инти 6 (口 (30) рот)]

Рассмотрим ещё один интересный иероглиф: 村 (СОН_мура) - деревня. Деревня, погруженная в сон? Как тут не вспомнить пребывающую в состоянии беспробудного сна фамильную усадьбу помещиков Обломовых[503]. В общем, мура какая-то в голову лезет, вроде того, что деревенские жители 村人 (мурабито), проживающие в этой самой деревне (村), - это крепостные, пожизненно прикреплённые (付) к миру природы, к миру растений (木).

[村 - Деревня СОН_мура 7 (木 (75) дерево)]

村人 (мурабито) - деревенский житель.

山村 (сансон) - горное селение.

村雨 (мурасамэ) - короткий ливень.

村上 (мураками) - Мураками (Харуки Мураками[504] - писатель, по каким-то причинам подаваемый в России как культовый), слово «мураками» интересно прежде всего тем, что для его образования используется ещё один кун кандзи 上 (ДЗЁ:_уэ_верх) - ками. Что же касается значения иероглифического сочетания 村上, то, похоже, в современном японском языке этого слова попросту нет и оно употребляется только как имя собственное, но, возможно, когда-то 村上 обозначало или верхнюю деревню, или верх (верхнюю часть) деревни, или, что вполне возможно, старейшину деревни[505].

Но это было когда-то, сейчас же мы перейдём к современности, прочитав фамилию и имя действующего на момент написания данного эссе посла Японии в Российской Федерации:

野村一成 (номура иссэй) - Иссэй Номура[506].

[野 - Равнина, невозделанное поле Я_но 11 (里 (166) деревня)]

野 (хэйя) - равнина, открытое поле.

野道 (номити) - дорожка через поле, тропинка.

В смысловом плане в иероглифе 野 акцент ставится не столько на поле, сколько на его дикости, неодомашненности, нецивилизованности (необработанное поле):

野牛 (ягю:) - бизон, зубр (牛 (ГЮ:_уси) - корова, бык);

野犬 (якэн) - бродячая собака (犬 (КЭН_ину) - собака);

野人 (ядзин) - грубый (неотёсанный) человек, дикарь;

野暮 (ябо) - дикость, грубость;

野暮な人 (ябо на хито) - грубый, невоспитанный человек.

Ещё важно отметить роль кандзи 野 в образовании географических названий (всё-таки географическое значение обязывает) и прочих имён собственных.

На этой почтовой наклейке отчетливо видна надпись:

日野下田

HINO SHIMODA.

下田 (симода) - район города 日野 (хино), из отделения связи которого и было выслано данное почтовое отправление (на более привычном нам языке получается что-то вроде «симодского отделения связи города Хино»). 日野 (хино), в свою очередь, входит в состав столицы Японии. В том, что в состав одного города входит еще какой-то город ничего удивительного нет, поскольку Токио, один из крупнейших мегаполисов мира, в административном отношении является столичной префектурой, которая состоит из 23 специальных районов, 26 отдельных городов, 7 посёлков и 8 деревень (村, мура). Также в его состав входят несколько островов (島, сима).

Теперь заострим внимание на компонентах иероглифа 野. 里 (ри) - японская мера длины. Один ри составляет почти четыре километра (3,927 км)[507]. А ещё 里 (но уже как «сато») - это и деревня, и родные места, и дом родителей жены. То, что 里 - это именно «родные места» забыть будет трудно, поскольку известна традиция брать в дорогу немного родной земли 土 (ТО_цути) со своего поля 田 (ДЭН_та).

[里 - Ри РИ_ри 7 (里 (166) деревня)]

[里 - Деревня РИ_сато 7 (里 (166) деревня)]

里人 (сатобито) - сельский житель.

山里 (ямадзато) - горная деревня.

里子 (сатого) - ребёнок, отданный на воспитание.

里美 (сатоми) - Сатоми (женское имя).[508]

Со вторым элементом (予) иероглифа 野 разобраться будет сложнее. Сразу же сопоставим его с кандзи 子 (СИ_ко) - ребёнок. Видно, что это совершенно разные знаки, но опять же из-за определённого сходства их следует воспринимать как очередную пару «взаимовытаскивающих» иероглифов: японцы заранее (予) беспокоятся о своей старости и дети (子) для них - предварительное (予) вложение сил и средств в обеспечение своего существования в 老年 (ро:нэн) - престарелом возрасте.

[予 - Заранее, предварительно Ё_аракадзимэ 4 (亅 (6))]

予 - это тот нередкий случай, когда хочется закрыть глаза на наличие у кандзи кунного чтения. Как его запомнить?[509] Часто ли он в таком виде будет встречаться в текстах и в разговоре? В остальном же кандзи просто безупречен, потому что в составе других слов встречается часто и в смысловом плане трактуется однозначно:

予知 (ёти) - предвидение, прогноз.

予知する (ёти суру) - предвидеть, предположить, предугадать.

予見する (ёкэн суру) - предусматривать, предвидеть.

予行 (ёко:) - репетиция.

卞行の (ёко: но ...) - предварительный.

Теперь, возвращаясь к графическим особенностям иероглифа 野 (поле, равнина), каждый сможет придумать для него какое-нибудь своё незамысловатое толкование, построенное на знании значений входящих в него иероглифических элементов 里 (деревня, ри) и 予 (заранее, предварительно). Мы же будем двигаться дальше, и если уж у нас пошла речь о кандзи 予 (предварительно), и нами был упомянут прогноз как предвидение 予知 (ёти), то мы не можем не упомянуть слово, которое для современной Японии имеет жизненно важное значение, поскольку благодаря ему японцы узнают о приближении ураганов, цунами и прочей природной напасти, регулярно испытывающей японцев на прочность. Речь идёт о прогнозе, в том числе и погоды.

予報 (ёхо:) - прогноз, предварительное извещение, предсказание[510].

予報する (ёхо: cypу) - предварительно известить, предсказать.

[報 - Известие ХО:_хо: 12 (土 (32) земля)]

Чтобы не выходить за рамки, установленные логикой Кандзявых эссе, мы сознательно обходим стороной блок значений иероглифа 報 с общим смысловым направлением «воздаяние»: 報いる (мукуиру) - отплатить, вознаградить, отомстить; 報い (мукуи) - воздаяние, вознаграждение, возмездие, отмщение.

報 (хо:) - сообщение, известие, информация.

報ずる (хо:дзуру) - сообщать, информировать (отплатить).

報道 (хо:до:), 報知 (хо:ти) - сообщение, информация.

報道する (хо:до: суру), 報知する (хо:ти суру) - сообщать.

電報 (дэнпо:) - телеграмма.

«Телеграмма» - то ключевое слово, которое позволяет надёжно зафиксировать в памяти изображение иероглифа 報: 電報 (телеграмма) - это бумажная лента, на которой пропечатываются буквы. Рука 又 телеграфиста перебирает сворачивающуюся на ходу телетайпную ленту 卩, информирующую о том, что кому-то привалило 幸 (сайвай, сати) - счастье, благополучие. Да уж, опять подвезло кому-то...

幸いする (сайвай суру) - везти (кому-то).

[幸 - Счастье, благополучие КО:_сайвай, сати 8 (干 (51) сухой)]

«Сати» - это ещё и «дары»: 海の幸山の幸 (уми но сати яма но сати) - дары моря и суши. Правда, эту фразу часто переводят как «дары моря и леса», что для нас с вами совершенно непринципиально, поскольку свыше 80-ти процентов японского архипелага составляют горы, а для японца где горы, там лес и суша, а всё остальное - море.

У кандзи 幸 (счастье) на первый взгляд очень сложный он «КО:», который совершенно не согласуется со всем нашим предыдущим опытом. Конечно, мы можем выписать все кандзи, имеющие такой же ОН, и с их участием придумать незатейливую историю, в которой своё место и роль будут отведены и кандзи 幸, но вместо того, чтобы перегружать свою память посторонней информацией, мы лучше познакомимся ещё с одним кандзи и его оном. Как говорится, было бы счастье, да несчастье помогло: 幸い (сайвай) или 幸 (сати) - счастье, а 不幸 (фуко:) - несчастье. Вспомним судьбу маятника Фуко, которого в век просвещения постигло настоящее «фуко:»[511].

[不 - Не... Бес... Без... ФУ_(-) 4 (一 (1) один)]

Основное предназначение данного кандзи - отрицать то, что следует за ним:

辛 (сати) - счастье → 幸不 (фуко:) - несчастье;

和 (ва) - согласие → 不和 (фува) - нелады;

足りる (тариру) - хватать → 不足 (фусоку) - недостаток, нехватка, дефицит;

上首尾 (дзё:сюби) - удача, успех → 不首尾 (фусюби) - неудача, провал;

調和 (тё:ва) - гармония → 不調和 (футё:ва) - дисгармония;

服する (фукусуру) - подчиняться → 不服 (фуфуку) - несогласие, неодобрение;

平らな (тайрана) - спокойный, ровный → 不平 (фухэй) - недовольство, ропот, жалоба[512];

発 (хацу) - счёт выстрелов → 不発 (фухацу) - осечка;

抜く (нуку) - вытаскивать → 不抜の (фубацу но ...）- несокрушимый, непоколебимый, неустрашимый;

日 (хи) - день → 不日 (фудзицу) - на днях.

Внешне иероглиф 不 достаточно прост: перед нами похожая на маленькую птичку стрелка, которая упирается в какое-то препятствие, останавливающее её движение (отрицающее её направление). Самое же интересное состоит в том, что с этим кандзи мы заочно уже знакомы по тем эссе, в которых говорилось о способе отрицания глаголов через «-дзу». Оказывается, давным-давно этим символом как раз и отмечалось то самое «-дзу», но поскольку этот кандзи по своей природе всегда должен стоять в начале слова, а не в конце, то поэтому и запись была довольно-таки оригинальной: 不知 - именно так выглядело когда-то на письме знакомое нам «сирадзу» (не зная). В какой-то степени это был пик иероглифической условности, ибо не верь глазам своим. Мы уже как-то привыкли к тому, что при взгляде на записанное иероглифами слово не всегда знаешь как его прочитать, но в этом случае надо было не только воспроизвести увиденное, но воспроизвести, предварительно переставив в уме местами прочитанные кандзи (不知 → 知不 → 知らず). К счастью, японские боги смилостивились и исправили откровенную нелепость. Сегодня иероглиф 不 для записи глаголов в отрицательной форме уже не используется, а пресловутое «-дзу» записывается исключительно знаками каны (知らず).

Примеры из предыдущих глав показали, что в области смысловой идентификации тех или иных иероглифических элементов и ключей сложилась непростая и зачастую запутанная ситуация. Мало того, что мы не всегда в состоянии определиться с точным значением того или иного компонента иероглифа, так ведь ещё и не всегда известно, чем некоторые из них отличаются один от другого.

Насколько мала и, казалось бы, несущественна разница, например, между символами 寸 и 弋. Как только не называют в литературе элемент 弋: и копьё, и алебарда, и рогатина, и топор, и церемония. А если к знаку 弋 добавить ещё одну чёрточку, то получится нечто (戈), что тоже называют то копьём, то алебардой, то ещё чем-то эдаким колюще-рубящим. Становится непонятно, чему верить и на что, собственно, опираться при запоминании. Где, спрашивается, искать истину?

Такое разночтение имеет место из-за попытки классификаторов учесть прошлое каждого из этих элементов, с одной стороны, и, с другой стороны, привязать эти знаки к наиболее значимым в смысловом отношении иероглифам, в которые эти компоненты входят. Именно так и происходит с ключом 弋, которому даже японская система названии ключей присваивает заимствованное у кандзи 式[513] значение «церемония».

Для нас на данный момент важно только то, что является очевидным фактом: все эти и прочие подобные элементы (弋, 戈, 戊, 式, 武 и так далее) - суть производные одного знака 弋. Даже если довериться аналогии со знаком 寸, который напоминает руку, то в знаке 弋 видна та же самая рука, только запечатлённая в движении. Не вызывает сомнения, что здесь мы имеем дело с броском некоего метательного оружия, вернее, с великолепно выполненной графической стилизацией на заданную тему.

Даже не имея перед собой умных (желательно японских или китайских) источников, которые могли бы подтвердить или опровергнуть это предположение, трудно усомниться в пружинящей стремительности самого знака 弋, не вызывающей сомнения в его изначальной военной символике[514]. При этом стоит обратить внимание и на тот факт, что фиксация на значении «оружие» (копьё или что-то в этом роде) не противоречит более широкому возможному смыслу - «церемонии», поскольку с древнейших времён до самых последних дней даже мало-мальски приличная церемония редко обходится без демонстрации оружия.

Мы уже не раз имели возможность убедиться, что при решении спорных иероглифических вопросов самой надежной «судебной» инстанцией являются сами иероглифы, поэтому, чтобы удостовериться в боевых качествах знака 弋, есть смысл к этим самым иероглифам и обратиться. Разложим довольно сложный иероглиф 武 на легко выделяемые взглядом компоненты.

Нетрудно заметить, что этот знак похож на выраженную скудными графическими средствами попытку остановить (止) копьё или какое-то другое оружие агрессора (弋)[515].

[武 - Военное дело БУ_бу 8 (止 (77) останавливать)]

武術 (будзюцу) - военное (боевое) искусство.

武士 (буси) - самурай, воин.

武士道 (бусидо:) - Путь воина (кодекс самурайской чести).

武者 (муся) - самурай (устаревшее). К радости тех мужей, которых жены в семейном кругу называют Мусями, ибо подтекст получается нетривиальный и неожиданный: «Муся, Мусенька, самурайчик ты мой миленький».

Имеется ещё одно внутрииероглифическое доказательство боевого назначения знака 弋, зафиксированное с документальной точностью в иероглифе «Коршун»: 鳶 птица (鳥), атакующая подобно пущенной стреле или копью (弋).

[鳶 - Коршун ЭН_тоби 14 (鳥 (196) птица)]

Хищное слово «тоби» интересно ещё тем, что так раньше называли пожарных. Известно, что в японских городах в условиях тесного расположения домов, которые к тому же состояли из легковоспламеняющихся дерева и бумаги, пожары являли собой постоянную угрозу. Пожарные же, вооружённые баграми и прочей разрушительной техникой, как стая коршунов (鳶のように) налетала на горящий дом и вмиг разбирали его, а чтобы предотвратить дальнейшее распространение огня на соседние домики, заодно разбирали и их. Ходила даже поговорка, что ещё неизвестно, кто больше бед приносил при пожаре - сам ли пожар или пожарники, его тушившие[516]. Пожарный (человек-коршун) - тот, который подобен коршуну - 鳶の者 (тоби но моно), а основным его орудием тушения пожара был 鳶口 (тобигути) - пожарный багор.

Что касается знака 戈, то это тоже некое оружие, а пририсованная снизу планочка символизирует ещё одно поперечно установленное лезвие, что может служить намёком либо на копьё, либо на пику, либо на алебарду[517].

[戈 - Пика, алебарда КА_хоко 4 (戈 (62) копьё)]

Как уже отмечалось, знак 弋, имеющий непосредственное отношение либо к копью, либо к процессу броска этого самого копья или какого-то другого метательного оружия, в качестве ключа перенял название «церемония» от ближайшего соседа по иероглифическому словарю (式), а копьём стал называться ключ 戈, который, в свою очередь, в качестве иероглифа обозначает алебарду (хоко).

[式 - Церемония, обряд, акт СИКИ_сики 6 (弋 (62) церемония)]

Несмотря на то, что в иероглифе 式 хорошо просматриваются выстроившиеся как по линейке (工)[518] стройные ряды вооружённых пиками или копьями (弋) людей, автору Кандзявых эссе в этом иероглифе отчётливо видится профиль головы самурая, облачённой в шлем (или сам по себе шлем). То же самое, впрочем, можно сказать и об иероглифе 武 (военное дело). При столь нетрадиционной трактовке ключом для различения иероглифов 式 и 武 может послужить тот факт, что шлем сам по себе (式) есть неотъемлемый атрибут (付き物, цукимоно) церемонии, если же под шлемом видны маска или опущенное на лицо забрало (武), то это уже боевая обстановка, требующая знания военного дела, а не просто повод побряцать от нечего делать оружием.

神式 (синсики) - синтоистский ритуал.

式を行う (сики о оконау) - совершать церемонию, праздновать.

У кандзи 式 кроме «церемонии» есть и другие значения, одно из которых дублирует кандзи 風 (ФУ:_кадзэ_ветер) в значении «стиль»: 日本式 (нихонсики) - японский стиль.

Что же касается знака 戊, то по сравнению со знаками 弋 и 戈 он прямо-таки весь увешан режущими частями. Имея откровенный вид алебарды (топора, имеющего рубящие лезвия по обе стороны от рукояти), иероглиф 戊, как это ни странно, в качестве боевого оружия практически не упоминается, зато именно ему выпало быть пятым циклическим знаком - старшим братом «земли» (цути но э)[519]. Обращает внимание явная схожесть этого самого «старшего брата» с плугом, но если так, то почему бы ему, действительно, не быть «братом земли»?

От 弋 и 戈 через 式 и 戊 снова возвращаемся к кандзи 成 (СЭЙ_нару) - становиться, но сначала пару слов о кандзи 或 (ВАКУ_ару) - некий, некоторый: кВАКУшка кВАКает (口 - рот, пасть) в болоте и держит в лапках что-то вроде стрелы или копья (линия подо ртом). Почему именно стрелу или копьё? А зачем же тогда сюда помещён знак 弋? Да и разве не Иван-царевич выпустил свою стрелу по приказу царя-батюшки, которую потом нашла некая лягушка-кВАКУшка?

[或 - Один, некий ВАКУ_ару 8 (戈 (62) копьё)]

А что же 成? Можно по-разному трактовать этот символ, но есть смысл остановиться на каком-нибудь одном из его значений, образно привязав его к графике. Основным значением иероглифа 成 является некоторое изменение свойств, становление. Если применить это к жизни человека, то речь может идти прежде всего о становлении характера, возмужании, совершеннолетии, то есть о переходе от одной формы существования (детской) к другой (взрослой). Что же во все времена считалось непременным признаком взрослой жизни мужчины? Мальчику доверяли оружие (копьё). А что обозначало и обозначает для женщины достижение зрелого возраста? Конечно же, возможность деторождения. И если в иероглифе 成 не вызывает сомнения наличие боевого оружия, то почему бы не представить (только представить), что левая часть этого знака символизирует острый животик беременной женщины. Налицо два основных признака совершеннолетия как атрибутики взрослой жизни: возможность созидания жизни и нелепое право на её уничтожение.[520]

成人 (сэйдзин) - взрослый.

成人する (сэйдзин суру) - возмужать, повзрослеть, стать взрослым, вырасти.

青年 (сэйнэн) - совершеннолетие, возмужалость.

成年に達する (сэйнэн ни тассуру) - достигнуть совершеннолетия.

旗年に達した人々 (сэйнэн ни тассита хито бито) - люди, достигшие совершеннолетия (совершеннолетние люди)[521].

老成 (ро:сэй) - достижение зрелости (о ком-либо).

成人の日 (сэйдзин но хи) - День совершеннолетия (2-й понедельник января).

[年 - Год НЭН_тоси 6 (干 (51) сухой)]

Почему иероглиф 年 (год) основывается на ключе, имеющем непосредственное отношение к кандзи 干 (КАН), которым записываются глаголы 干す (хосу) - сушить, осушать и 干る (хиру) - сохнуть? Может быть, потому, что годы высушивают слезы и осушают моря. А, может, и не по этой причине. Да нас это не очень-то и интересует, поскольку перед нами удивительный образ, от которого мы и попытаемся оттолкнуться при запоминании этого кандзи.

Прежде всего следует вспомнить о том, что говорилось в 10-ом эссе по поводу знака 干. Не напомнил ли он нам в своё время высохщий ствол дерева, у которого в разные стороны торчат безжизненные ветки-сучья? Или не лежащее ли это на поперечинах сохнущее бревно? Не столб ли это для просушивания белья с прибитыми поперечными планками (物干し - рамы для просушки вещей)? А если так, то ещё усилие и в знаке 干 можно будет увидеть не просто столб, а столб телеграфный. Неведомо откуда и неизвестно в какую даль подобно телеграфным проводам бежит время, и только годы, совсем как телеграфные столбы, размечают на равные промежутки бесконечность его бега.

Бесспорно, при запоминании иероглифов очень хочется опереться на некую забытую истину, на перемешавшийся в ходе времени бисер событий, на знания прежних веков, но это, к сожалению, или не всегда уже возможно, или в силу неоднократно описанных выше причин не всегда помогает, поэтому так важно, опираясь на собственное видение, научиться создавать свою реальность, распознавая в каждом новом иероглифе скрытую от невнимательных глаз связь времён.

今年 (котоси) - этот год.

毎年 (майнэн) - каждый год.

半年 (ханнэн) - полгода.

年々 (нэннэн) - с каждым годом, год от года, каждый год.

太陽年 (тайё:нэн) - астрономический (солнечный) год.

年月 (нэнгэцу/тосицуки) - годы (и месяцы), время.

年月日 (нэнгаппи) - дата.

年月日を入れる (нэнгаппи о ирэру) - поставить дату.

年中 (нэндзю:) - круглый год, весь год.

年報 (нэнпо:) - годовой отчёт, ежегодник.

老年 (ро:нэн) - преклонный возраст, старость.

老年になって (ро:нэн ни наттэ)[522] - в старости, на старости лет.

年少 (нэнсё:) - юность.

年少の (нэнсё: но ...) - юный, малолетний, молодой.

年少者 (нэнсё:ся) - молодой человек, младший по возрасту (年下の人, тосисита но хито).

少年 (сё:нэн) - мальчик (подросток 12-17 лет), парень.

美少年 (бисё:нэн) - красивый парень.

少年団 (сё:нэндан) - подростковый коллектив (может быть применён по отношению к бойскаутам или пионерам).

[団 - Коллектив, группа ДАН_(-) 6 (囗 (31) ограда)]

В 7-ом эссе уже отмечалось, что в японских справочных системах ключ 囗 называется, «куни» от кандзи 国 (КОКУ_куни) - страна.

Кандзи 団 (группа) - это не «пульс во рту», а «пульс за оградой», ибо ключ его не рот (30), а ограда (31). Что такое коллектив для японца? Это для англичанина «дом - его крепость», а для японца такой крепостью, внушающей уверенность в сегодняшнем дне и веру в будущее, является коллектив. Коллектив японцу ДАН самим господом Богом и всеми японскими богами вместе взятыми. Коллектив - это то, что подобно крепостным стенам (囗) ограждает (囗) каждого присоединившегося (付). У сплотившихся за оградой (囗) пульс в суне (寸) от запястья бьётся в одном общем ритме «ДАН-ДАН, ДАН-ДАН»[523].

Глава закончена, но вопреки привычной логике хочется в дополнение к чуть ранее упомянутому 少年 (парню) привести ещё парочку слов:

少女 (сё:дзё) - девочка-подросток, молоденькая девушка.

美少女 (бисё:дзё) - красивая девушка.

Если совершеннолетие по-японски 成年 (сэйнэн), то несовершеннолетие, соответственно, 未成年 (мисэйнэн), а несовершеннолетний - 未成年者 (мисэйнэнся).

[未 - Ещё не... МИ_мада 5 (木 (75) дерево)]

А ещё восточно-календарный знак «Хицудзи» (Овен).

未成の (мисэй но ...) - незаконченный.

未刊の (микан но ...) - ещё не изданный.

未払いの (михараи но ...) - неуплаченный, невыплаченный.

Перед нами иероглиф 木 (дерево) в качестве символа чего-нибудь деревянного - эдакой мерной палки 未, на которую нанесена риска. Садовник ходит по своему саду и измеряет этой меркой высоту молодых всходов, определяя, достигли ли они нужной высоты или ещё не достигли. Не нравятся саженцы? Тогда вспомните тот дверной косяк, на котором вы сами или ваши родители оставляли горизонтальные метки 未 для измерения роста растущего ребёнка: «Ты здорово вырос за эти дни, но всё ещё не (未) дорос (например, до своего старшего брата)».

- 彼女はもう成年に達しましたか (канодзё ва мо: сэйнэн ни тассимасита[524] ка) - Она уже (мо:) достигла совершеннолетия?

- 未だです (мада дэс) - Ещё нет.

Сколько человеку лет, по-японски можно выразить несколькими способами. Как правило, это соответствующее числительное плюс счётный суффикс годов. В качестве счётного суффикса кандзи 年 не применяется. В этой роли выступает его аналог - кандзи 歳 (САЙ_тоси_возраст), который хоть и сложен для восприятия, зато состоит из знакомых нам элементов.

[歳 - Возраст, год САЙ, СЭЙ_тоси 13 (止 (77) останавливать)]

歳月 (сайгэцу) - годы и месяцы, время.

歳出 (сайсюцу) - годовой расход.

歳暮 (сэйбо) - конец года; подарок к концу года.

Автор Кандзявых эссе никогда не стремился к запоминанию данного иероглифа. Это, с одной стороны, обусловлено тем, что на практике при обозначении возраста его всё чаще (только не в официальных документах) заменяют значительно более простым иероглифом 才 (не путать с 戈), с другой же стороны, при каждом взгляде на хорошо узнаваемую символьную композицию иероглифа 歳, ему (автору) всякий раз непроизвольно вспоминается самая главная дзэн-буддийская формула нашей жизни, уже много лет успешно настраивающая население России и бывшего Советского Союза на философское отношение к жизни благодаря замечательной песне из не менее замечательного кинофильма:

Итак, сколько же вам лет? 何歳ですか (нан[526] сай дэс ка).

Система образования японских числительных сродни европейской, а посему научиться японскому счёту особого труда не составляет - надо только систематически в этом практиковаться[527]. Мы же на примере четырёх японских цифр коснёмся только некоторых значимых для нас аспектов. Для начала возьмём римские цифры I (один), II (два), III (три) и, повернув набок, получим их японские аналоги: 一 (ИТИ), ニ (НИ), 三 (САН). Ещё воспользуемся римской десяткой X, которая после поворота на небольшой угол легко превращается в свою японскую «близняшку»: 十 (ДЗЮ:)[528].

ИТИ, НИ, САН, ДЗЮ: - суть онные чтения кандзи, изображающих данные числа. Благодаря им мы можем легко получить примеры чисел до тысячи[529]:

ニ (ни) - два;

三十ニ (сан дзю: ни) - тридцать два;

二百二十一 (ни хяку ни дзю: ити) - двести двадцать один и так далее.

Но в жизни всё оказывается совсем не так просто. Японская самобытность не могла не вмешаться в естественную для нас логику счёта. Здесь, например, не обошлось без фонетического преобразования некоторых числовых сочетаний: —百 («иппяку», а не «ити хяку»), 三百 («самбяку», а не «сан хяку»). Но это, пожалуй, самая незначительная из всех проблем, связанных с числительными, поскольку здесь, по крайней мере, более-менее понятны причины этих искажений. Куда сложнее привыкнуть к тому, что в некоторых случаях необходимо пользоваться онными чтениями числительных, а в некоторых - кунными. Сами посудите:

私は三十三歳です (ватаси ва сан дзю: сан сай дэс) - Мне тридцать три года.

二十三歳の芸者はとても美しかったです (ни дзю: сан сай но гэйся ва тотэмо уцукусикатта дэс) - Двадцатитрехлетняя гейша была очень красива.

この女の子は三つです (коно онна но ко ва миццу дэс) - Этой девочке три годика.

Так уж повелось, что возраст детишек до десяти лет обычно произносится по-кунному, по-кунному же считаются небольшие предметы (мячи, фрукты и так далее, страны и некоторые другие предметы и понятия: ここはテーブルが三つあります (коко ва тэ:буру га миццу аримас) - Здесь имеется три стола.

[一 - Один ИТИ_хитоцу 1 (一 (1) один)]

[二 - Два НИ_футацу 2 (二 (7) два)]

[三 - Три САН_мицу, миццу 3 (一 (1) один)]

[十 - Десять ДЗЮ:_тоо 2 (十 (24) десять)]

Следующая трудность заключается в том, что числительные крайне редко используются сами по себе. В большинстве случаев они требуют обязательного сопровождения в виде так называемых счётных суффиксов, аналогичных нашим штукам, разам, бутылкам и так далее:

或る山の上に木が一本ありました (ару яма но уэ ни ки га иппон аримасита) - На одной (некой) горе стояло одно дерево.

傘がニ本あります (каса га нихон аримас) - Имеется два зонтика.

ぺんを三本ください (пэн[530] о самбон кудасай) - Дайте, пожалуйста, три ручки.

テーブルの上にテレビが一台ありました (тэ:буру но уэ ни тэрэби га итидай аримасита) - На столе стоял один телевизор[531].

或る所には八十歳のお婆さんが一人で居ました (ару токоро ни ва хатидзю:сай но обаасан га хиторидэ имасита) - В одном месте жила в одиночестве восьмидесятилетняя старушка.

Но и это не такая уж проблема. Куда сложнее привыкнуть к тому, что некоторые из чисел в определённых случаях своего употребления могут называться совершенно по-особенному. Таких случаев не так уж и много, поэтому их надо знать «в лицо». Приведём некоторые примеры, каждый из которых необходимо запомнить с этого момента на всю оставшуюся жизнь, поскольку это может сильно облегчить жизнь в будущем.

Обычно для счёта людей применяется формула «число + 人 (НИН)»: 三人 (саннин), 十人 (дзю:нин) и так далее[532]. И только «один человек» и «два человека» ведут себя «не по-людски»: 一人 (хитори), 二人 (футари)[533] - читаются не столько по-онному, сколько по-кунному.[534] Кто знает, может, причина выделения двух этих числительных в отдельную фонетическую категорию кроется в традиционном духе коллективизма японцев, ведь быть одному или только вдвоём - это, как бы помягче сказать, немного неестественно с точки зрения коллектива.

Та же проблема и с днями. Обычно количество дней или дни месяца образуются по простой формуле «число + день», причём до десяти включительно дни читаются через куны (за исключением первого числа[535]), а после десяти - через оны: ニ日, фуцука[536]; 三日, микка; 十日, тоока; 十—日, дзю:итинити; 三十日, садзю:нити[537] и так далее. Но есть одно принципиальное исключение: «двадцать дней» или «двадцатое число» (二十日) читается как «хацука».

暮れの二十日 (курэ но хацука) - двадцатое декабря (двадцатое число конца года).

И, наконец, то, ради чего всё это было нами только что упомянуто. Итак, возраст до десяти включительно чаще всего озвучивается через куны числительных:

一つ (хитоцу) - один год;

二つ (футацу) - два года;

三つ (миццу) - три года;

....... ........... - ....... .....;

十 (too) - десять лет.

А после десяти - через оны:

十一歳 (дзю:иссай) - одиннадцать лет;

二十二威 (нидзю:нисай) - двадцать два года;

三十三威 (сандзю:хансай) - тридцать три года и так далее.

Но только не «двадцать лет», ибо не верь глазам своим:

私は二十歳です (ватаси ва хатати дэс) - Мне двадцать лет (не «ни дзю: сай», а «хатати»).

Как видим, «двадцать» - число не простое и следует запомнить некоторые из его употреблений:

二十歳 (хатати) - двадцать лет;

二十日 (хацука) - двадцать дней, двадцатое число.

Самое важное при запоминании числительных - выявить и запомнить в первую очередь исключения (итинити/цуйтати, хитори, футари, хатати, хацука и подобные им), ибо они не укладываются в стройную систему, а все остальные числа, не являющиеся исключением, даже запоминать не надо, поскольку они легко образуются по вполне логичным и закономерным правилам.

Произнесём фразу «двадцатого числа мне исполнилось двадцать лет»:

二十日に私は二十歳に成りました (хацука ни ватаси ва хатати ни наримасита).

Или для сравнения:

二十三日に彼は二十三歳になりました (нидзю:хан нити ни карэ ва нидзюхан сай ни наримасита) - Двадцать третьего ему исполнилось двадцать три года.

А сейчас немножечко усложним задачу. Не просто двадцатого числа неизвестно какого месяца, а, допустим, двадцатого февраля:

二月二十日に私は二十歳になりました (нигацу хацука ни ватаси ва хатати ни наримасита) - Двадцатого февраля мне исполнилось двадцать лет.

И уж совсем «сложно»:

今年の二月二十日に私は二十歳になりました (котоси но нигацу хацука ни ватаси ва хатати ни наримасита) - Двадцатого февраля этого года мне исполнилось двадцать лет.

Следует иметь в виду, что во всех этих примерах кандзи 歳 без каких-либо опасений можно заменить на кандзи 才:

今年の二月二十日に私は二十三才に成りました (котоси но нигацу хацука ни ватаси ва нидзю:сан сай ни наримасита) - Двадцатого февраля этого года мне исполнилось двадцать три года.

[才 - Талант, одарённость САЙ_сай 3 (手, 扌 (64) рука)]

才人 (сайдзин) - одарённый человек, талант.

才のある人 (сай но ару хито) - талант (человек, у которого имеется талант).

才知 (сайти) - сообразительность, способность, талант, ум.

短才 (тансай) - недостаток таланта, слабые способности.

Каким образом «талант» стал вдруг употребляться для обозначения возраста? Скорее всего, имела место некая подмена иероглифа 歳 на более простой, но аналогичный по звучанию иероглиф 才. Да нам это, в общем-то, и не нужно знать. Самое важное для нас, что при записи возраста теперь необязательно вырисовывать витиевато-заковыристый иероглиф 歳, а достаточно лишь поставить эдакий крестик 才, на мгновение ощутив себя безграмотным крестьянином, не способным вывести на документе полноценную подпись.

平成17年1月20日 20.01.2005

(хэйсэй дзю:ситинэн итигацу хацука)

Двадцатого января семнадцатого года эпохи Хэйсэй

[磨 - Шлифовать, совершенствовать MA_migaku 16 (石 (112) камень)]

[研 - Точить, шлифовать KEN_togu 9 (石 (112) камень)]

[麻 - Конопля, пенька MA_asa 11 (麻 (200) конопля)]

[摩 - Тереть, гладить MA_sasuru 15 (手 (64) рука)]

[成 - Становиться SEI, JOU_naru 6 (戈 (62) копьё)]

[昔 - Старина, древность SEKI_mukashi 8 (日 (72) солнце)]

[付 - Прикрепляться FU_tsuku 5 (人 (9) человек)]

[寸 - Сун SUN_sun 3 (寸 (41) сун)]

[吋 - Дюйм (-)_inchi 6 (⼝ (30) рот)]

[村 - Деревня SON_mura 7 (木 (75) дерево)]

[野 - Равнина, невозделанное поле YA_no 11 (里 (166) деревня)]

[里 - Ри RI_ri 7 (里 (166) деревня)]

[里 - Деревня RI_sato 7 (里 (166) деревня)]

[予 - Заранее, предварительно YO_arakajime 4 (亅 (6))]

[報 - Известие HOU_hou 12 (土 (32) земля)]

[幸 - Счастье, благополучие KOU_saiwai, sachi 8 (干 (51) сухой)]

[不 - Не... Бес... Без... FU_(-) 4 (一 (1) один)]

[武 - Военное дело BU_bu 8 (止 (77) останавливать)]

[鳶 - Коршун EN_tobi 14 (鳥 (196) птица)]

[戈 - Пика, алебарда KA_hoko 4 (戈 (62) копьё)]

[式 - Церемония, обряд, акт SHIKI_shiki 6 (弋 (62) церемония)]

[或 - Один, некий WAKU_aru 8 (戈 (62) копьё)]

[年 - Год NEN_toshi 6 (干 (51) сухой)]

[歳 - Возраст, год SAI_toshi 13 (止 (77) останавливать)]

[未 - Ещё не... MI_mada 5 (木 (75) дерево)]

[一 - Один ICHI_hitotsu 1 (一 (1) один)]

[二 - Два NI_futatsu 2 (二 (7) два)]

[三 - Три SAN_mitsu, mittsu 3 (一 (1) один)]

[十 - Десять JUU_too 2 (十 (24) десять)]

[才 - Талант, одарённость SAI_sai 3 (手, 扌 (64) рука)]

[団 - Коллектив, группа DAN_(-) 6 (囗 (31) ограда)]

МА - 磨, 麻, 摩 (migaku, asa, sasuru)

KEN - 研, 見, 剣 (togu, miru, tsurugi)

SEI - 成, 井 (naru, i)

SEKI - 昔, 夕, 石 (imikashi, yuube, ishi)

FU - 付, 不, 富 (tsuku, -, tomi)

FUU - 風 (kaze)

BU - 武 (bu)

YOU - 痒, 羊, 洋, 陽, 楊 (kayugaru, hitsuji, -, you, yanagi)

KA - 戈, 火, 歌, 下, 何 (hoko, hi, uta, shita, nan)

SAI - 歳, 才 (toshi, sai)

SAN - 三, 山, 傘 (mitsu, yama, kasa)

JUU - 十, 中 (too, naka)

KOU - 幸, 口, 好, 行 (sachi, kuchi, suku, iku)

КО - 湖, 戸, 古, 枯 (mizuumi, to, furui, kareru)

(-) - 吋, 畑 (inchi, hatake)

Нэн - У нас? Да всё без перемен... Который год сидит на проводах Ворона И держит сыр в зубах, И на столбе Висят противовесы из фарфора, Как на весёлой ёлке...

風戸 - Кадзато (фамилия)

半日 - полдня (hannichi)

陽子 - протон (youshi)

二子 - близнецы (futago)

鳴物 - музыкальный инструмент (narimono)

毛深い - волосатый, лохматый, косматый (kebukai)

烏口 - рейсфедер (karasuguchi)

小枝 - веточка, сучок (koeda)

休火山 - недействующий вулкан (kyuukazan)

干上がる - высыхать (hiagaru)

干物 - сушёная рыба (himono)

干し物 - вывешенное для просушки бельё (hoshimono)

物干し - рамы для вывешивания белья (monohoshi)

短波 - короткие волны (tampa)

短波の - коротковолновый (tampa no ...)

水発電所 - гидроэлектростанция (suihatsudensho)

風雪 - буран, метель (fuusetsu)

首尾 - голова и хвост, начало и конец, исход (shubi)

雲水 - странствующий монах (unsui)

達磨 - Дарума, Бодхидхарма (daruma)

雪達磨 - снежная баба (yukidaruma)

磨く - шлифовать (migaku)

磨ぐ, 研ぐ - точить (togu)

歯磨き - зубная паста (hamigaki)

磨石 - точильный камень (togiishi)

研磨する - шлифовать (kemma suru)

麻 - конопля (asa)

摩する - тереть, гладить (sasuru)

摩する - скрести (masuru)

成る - становиться (naru)

達成 - достижение (tassei)

平成 - эпоха Хэйсэй (heisei)

成り上がる - внезапно выдвинуться (nariagaru)

成り上がり物 - выскочка (nariagarimono)

成り立ち - происхождение (naritachi)

成り立つ - состоять (из) (naritatsu)

昔 - старина, древность (mukashi)

昔日 - былое, былые дни (sekijitsu)

昔風の - старомодный, старинный (mukashifuu no ...)

付く - прикрепляться (tsuku)

付ける - прикреплять (tsukeru)

付近 - окрестности (fukin)

付き物 - неотъемлемый атрибут (tsukimono)

手付け - задаток (tetsuke)

寸 - 3,03 см (sun)

吋 - дюйм (inchi)

村 - деревня (mura)

村人 - деревенский житель (murabito)

山村 - горное селение (sanson)

村雨 - короткий ливень (murasame)

村上 - Мураками (murakami)

野 - равнина, поле (no)

平野 - равнина, открытое поле (heiya)

野道 - тропинка через поле (nomichi)

野牛 - бизон (yagyuu)

野人 - грубый человек (yajin)

野暮 - дикость, грубость (yabo)

日野 - Хино (hino)

里 - 3,927 км (ri)

里 - деревня (родная) (sato)

里人 - сельский житель (satobito)

山里 - горная деревня (yamazato)

里子 - ребёнок на воспитании (satogo)

予め - заранее, предварительно (arakajime)

予知 - предвидение, прогноз (уоchi)

予行 - репетиция (yokou)

報 - известие, сообщение (hou)

予報 - предсказание (уohou)

報道 - сообщение, информация (houdou)

報知 - сообщение, информация (houchi)

電報 - телеграмма (dempou)

幸 - счастье, благополучие (saiwai, sachi)

不幸 - несчастье (fukou)

不和 - нелады (fuwa)

不足 - недостаток (fusoku)

不首尾 - неудача, провал (fushubi)

不調和 - дисгармония (fuchouwa)

不服 - неодобрение (fufuku)

不発 - осечка (fuhatsu)

不抜の - несокрушимый (fubatsu no ...)

不平 - недовольство, ропот (fuhei)

不日 - на днях (fujitsu)

武術 - боевое искусство (bujutsu)

武士 - самурай, воин (bushi)

武者 - самурай (устаревшее) (musha)

鳶 - коршун (tobi)

鳶口 - пожарный багор (tobiguchi)

戈 - алебарда, копьё (hoko)

式 - церемония (shiki)

神式 - синтоистский ритуал (shinshiki)

日本式 - японский стиль (nihonshiki)

或 - некий, один (aru)

成人 - взрослый (seijin)

成年 - совершеннолетие (seinen)

老成 - достижение зрелости (rousei)

年 - год (toshi)

今年 - этот год (kotoshi)

毎年 - каждый год (mainen)

太陽年 - астрономический год (taiyounen)

年月 - годы, время (nengetsu)

年月日 - дата (nengappi)

年中 - круглый год (nenjuu)

年報 - годовой отчёт, ежегодник (nempou)

老年 - преклонный возраст (rounen)

年少 - юность (nenshou)

少年 - подросток, парень (shounen)

美少年 - красивый парень (bishounen)

美少女 - красивая девушка (bishoujo)

少年団 - бойскаут (shounendan)

未成年者 - несовершеннолетний (miseinensha)

未成の - незаконченный (miseino)

未刊の - еще не изданный (mikan no ...)

未払いの - неуплаченный, невыплаченный (miharai no ...)

歳月 - годы, время (saigetsu)

歳暮 - конец года (seibo)

一 - один (ichi, hitotsu)

二 - два, ni, futatsu)

三 - три (san, mittsu)

十 - десять (juu, too)

一人 - один человек (hitori)

二人 - два человека (futari)

二十日 - двадцатое число (hatsuka)

二十歳 - двадцать лет (hatachi)

才 - талант (sai)

才人 - одарённый человек (saijin)

才知 - способности, талант (saichi)

短才 - слабые способности (tansai)

囚衣 (сю:и) - тюремная одежда.

水枯れ (мидзугарэ) - засуха (枯 (КО_карэру) - засыхать).

古物 (кобуцу) - антикварная вещь, старая вещь.

古物 (фурумоно) - старая, подержанная вещь.

水物 (мидзумоно) - спекуляция, ненадёжное дело, ненадежное предприятие (вещь из воды → вилами на воде написано).

立ち上る (татинобору) - подняться, взойти.

立ち所に (татидокоро ни) - немедленно, тут же, на месте, сразу же (прямо на том месте, где стоишь).

立ち遅れる (татиокурэру) - отставать (от ...).

立ち遅れた (татиокурэта) - отсталый.

彼 (фу:ха) - ветер и волны, шторм, буря.

深入りする (фукаири суру) - далеко зайти, пристраститься.

水路 (суйро) - водный путь, фарватер.

行路 (ко:ро) - путь, курс[539].

古老 (коро:) - старожил, старожилка.

行き止まり (юкидомари) - конец дороги, тупик.

行雲 (ко:ун) - бегущие облака.

被服 (хифуку) - одежда, обмундирование.

平年 (хэйнэн) - обычный год (не високосный).

見ず知らずの (мидзу сирадзу но ...) - совершенно незнакомый (которого не видел, не знаю).

水虫 (мидзумуси) - грибковое заболевание ног.

採知する (тантисуру) - выведывать, разузнавать, разведывать.

立ち行く (татиюку) - держаться, существовать.

やっと暮らしが立ち行く (ятто кураси га татиюку) - едва (еле-еле) сводить концы с концами.

海路 (кайро) - морской путь.

海路を (кайро о) - морем.

泉水 (сэнсуй) - прудик, ключ.

古池や (фуруикэ я) - Старый пруд! (Что за старый пруд!)

古 (фуру), 古い (фуруй) - старый. や (я) - устаревший аналог глагола-связки «быть» и «по совместительству» эмоциональная частица, как в случае с хайку про старую дорогу и ворону на ветке[540]. Остаётся только разобраться с кандзи 池.

[池 - Пруд ТИ_икэ 6 (氵 (85) вода)]

古池 (фуруикэ) - старый пруд.

電池 (дэнти) - электрическая батарея.[541]

Пруд (池) - это не естественный природный объект, а достаточно большой водонакопительный резервуар, созданный руками человека, что принципиально отличает его от прочих известных нам природных водоносных протоков и разного рода натуральных водоёмов: 川 (СЭН_кава) - река, 海 (КАЙ_уми) - море, 太洋 (тайё:) - океан, 湖 (мидзууми) - озеро.

[湖 - Озеро КО_мидзууми 12 (氵 (85) вода)]

Мидзууми (море воды) - озеро не совсем как бы и море, но мидзу (пресной воды) в нём, как в уми (в море).

Для понимания иероглифа 湖 мы, можем разложить его на две части[542], но куда более продуктивным будет вместо этого обратить внимание на потрясающую поэтичность иероглифа 湖: на водной 水 (氵) глади древнего 古 озера 湖 отражается стареющий 古 месяц 月 - остановилось мгновение и мир замер, затаив дыхание (水 + 古 + 月 → 湖).

Полные названия озёр в Японии складываются из названия самого озера и добавленного к нему иероглифа 湖:

バイカル湖 (байкаруко) - озеро Байкал.

スコットランドのネス湖 (сукотторандо но нэсуко) - озеро Лох-Несс в Шотландии.

«Ко - ко - озер-ко» - это к тому, что если говорить именно о маленьком озере, то озерко по-японски - 小湖 (сё:ко).

Для Кандзявых эссе иероглиф 池 сам по себе малоинтересен. Куда важнее увидеть в нём проводника во всё ещё достаточно тёмном, но уже совсем не страшном массиве безбрежной японской письменности, поэтому сейчас как раз самое время познакомиться ещё с одним замечательным иероглифом, и если 池 - это пруд, то 地 - земля (ocoбoe внимание обращает на себя использование уточняющих в обоих иероглифах смысловых элементов 氵 и 土).

[地 - Земля, почва ТИ, ДЗИ_ти 6 (土 (32) земля)]

地上 (тидзё:) - наземный.

地下 (тика) - подземный[543], а также подземелье, фундамент.

地中の (титю: но) - подземный (внутри земли).

地中に (титю: ни) - под землёй.

地中海 (титю:кай) - Средиземное море (море cpeди земель).

団地 (данти) - микрорайон.

地所 (дзисё) - участок земли.

台地 (даити) - плато, плоскогорье, терраса.

地平 (тихэй) - уровень земли, горизонтальность.

地平線 (тихэйсэн) - горизонт.

平地 (хэйти) - равнина, ровная местность, открытое поле.

水平 (суйхэй) - уровень воды.

水平に (суйхэй ни) - на одном уровне, горизонтально.

各地 (какути) - каждое место, разные места[544].

各地で (какути дэ) - повсюду, везде, во всех местах.

寸地 (сунти) - пядь земли.

山地 (санти) - горная местность.

地雷 (дзирай) - мина (сухопутная).

地衣 (тии) - лишайник (одежда земли).

路地 (родзи) - дорожка, аллейка.

地鳴り (дзинари) - подземный гул.

地鳴りがする (дзинари га суру) - земля гудит.

В сочетаниях с другими кандзи на 地 ещё возложена функция обозначать ткань, а также быть признаком необработанности материала:

服地 (фукудзи) - ткань, материал, материя (на костюм).

木地 (кидзи) - простое (неокрашенное) дерево, древесина.

白地 (сиродзи) - белая ткань, белый фон.

白地 (сирадзи) - необожжённая глина, неисписанная бумага, неокрашенная ткань.

大地 (дайти) - сырая земля.

Сам по себе кандзи 地 (ти) - это земля, грунт, почва, участок земли, местность. Область его значений сильно пересекается с областью значений кандзи 土 («цути» - земля, почва)[545], который в сочетании с другими кандзи может ещё быть выразителем значений «местность», «местный»:

土人 (додзин) - туземец, туземка.

寸土 (сундо) - клочок земли, крошечный участок.

風土 (фу:до) - климат местности, её природные особенности.

本土 (хондо) - основная территория страны (без учета территорий её колоний).

Интересно использование этого кандзи в качестве сокращённого обозначения Турции (по аналогии с 露 (Россией), 米 (Америкой) и так далее) от её полного иероглифического названия 土耳古 (торуко)[546] или 土国 (дококу).

[土 - Земля, почва ДО_цути 3 (土 (32) земля)]

土 (цути) - земля, почва.

土手 (дотэ) - насыпь, вал, дамба, плотина.

土台 (додай) - основание, базис, фундамент, подставка.

黒土 (кокудо) - чернозём.

国土 (кокудо) - государственная территория, страна.

土竜 (могура) - крот (земляной дракон).

土地 (тоти) - земельный участок.

Иероглифы 土 и 地, будучи объединёнными в слове 土地 (тоти), выражают вполне конкретные значения: земля, земельный участок, почва, местность, то есть полностью соответствует русскому значению слова «земля» (и как почва-грунт, и как участок). Чтобы не заблудиться в двух японских словах, обозначающих «землю» (цути и тоти), на первых порах совершенно условно можно разграничить для себя следующие значения: за словом 土 (цути) закрепить понятие земли как почвы (из земли произрастает растение), а за словом 土地 (тоти) - земли как участка, земельной территории. Но это только на самых первых порах.

Близость значении иероглифов 土 и 地 не должна пугать, поскольку с их помощью образуется много слов, смысл которых предельно точен и конкретен. В сложных словах (словах, состоящих из нескольких иероглифов) конкретизация значений кандзи 土 и 地 достигается за счёт других кандзи, участвующих в образовании этих слов. Что-то очень похожее есть и во всех других языках, в том числе и в русском, что хорошо видно на примере сочетания «земной шар», в котором каждый из нас улавливает всего лишь одно единственное значение - не шарик, не глобус, не комок грязи, а именно тот объект, который мы рассматриваем не как космический объект (планету), не как уникальную персонализированную единицу во вселенной, имеющую своё название (планету Земля), а только в качестве сферического образования, на котором мы все обитаем.[547] В отличие от русского (и любого другого европейского языка) в японском языке роль единиц, конкретизирующих смысл образуемых слов, играют китайские иероглифы, как это происходит, например, в слове 陸地 («рикути» - земля, суша), в котором иероглиф 地 (земля, участок) совместно с иероглифом 陸 (земля, суша) создаёт слово «суша», имеющее одно единственное, предельно конкретное значение, определяемое пересечением области значений обоих этих иероглифов.

[陸 - Суша, земля РИКУ_рику 11 (阝 (170) холм)]

上陸 (дзё:рику) - высадка на берег, десант (вверх на сушу).

上陸する (дзё:рику суру) - сходить на берег.

陸上 (рикудзё:) - наземный, береговой (наверху суши).

大陸 (тайрику) - материк.

陸行する (рикко: суру) - путешествие по суше.

Иероглиф 陸 предельно прост в плане его графической образности: раз речь идёт о суше (материке, земле и так далее), то, конечно же, в первую очередь речь идёт о земле 土. Более того, это именно холм 阝 или какая-то там возвышенность. В противном случае всё это было бы не сушей, а давно бы уже находилось под водой. И на этом самом холме приплясывает человечек 圥, после долгих скитании по морям-океанам оказавшийся на суше. И нас здесь совершенно не волнует, означает ли «по жизни» элемент 圥 пляшущего человечка или нет, главное, что этот придуманный нами образ ярко и достаточно гармонично вписывается в только что разработанный нами сюжет.

То, что кандзи 陸 озвучивается как «рику», для нас тоже не проблема. «Рику» можно сопоставить со словом «року» (шесть), и хотя японская шестёрка - это 六, тем не менее 陸 - это тоже цифра шесть, но только во всякого рода деловых документах и облигациях (в этом случае 陸 озвучивается уже как «року»). Остаётся как-то суметь увязать цифру 6 (шесть) с кандзи 陸. А об этом даже думать не надо, поскольку цифра шесть как раз соответствует числу материков на нашей планете в ту геологическую эпоху, когда и были написаны Кандзявые эссе.

Обращает на себя внимание различие в символике и в значениях иероглифов 池 и 地: пруд (池) основан на символе 氵 (вода), а земля (地) - на символе 土 (земля). Теперь, казалось бы, остается только один шаг до того, чтобы в красивом знаке 也 увидеть то общее, что объединяет такие противоположные по смыслу понятия как пруд и земля.

[也 - Быть (глагол-связка) Я_нари 3 (乙, 乚 (5) второй^*)]

^*) Иероглиф 乙 является обозначением второго циклического знака «киното» - младшего брата дерева (см. приложение к 10-му эссе).

也 - символ крайне любопытный: даже простое визуальное сравнение иероглифа 也 (Я) со знаком азбуки Хирагана や (я) наводит на определённые мысли о происхождении знаков японских азбук. Но и это еще не всё - не этим ли кандзи в своё время вместо азбучного символа や мог на бумаге завершать фразы своих знаменитых хайку 松尾芭蕉 (Мацуо Басё:)?

Вполне возможно, что и так. По крайней мере этому не противоречит ни роль, которую в качестве глагола-связки «быть» может исполнять кандзи 也, ни эмоциональная направленность, которую он вносит во фразу, вызывая в зависимости от контекста либо иронию, либо восторг, либо сомнение. Следует лишь помнить, что время этого иероглифа давно уже прошло, как ушло в далёкое прошлое время высоких литературных стилей, и встречается он в современных японских текстах довольно-таки редко.

Впрочем, кандзи 也 до сих пор активно участвует в образовании мужских имён: 道也 (мития), 達也 (тацуя), 史也 (фумия)[548]. Здесь самое время упомянуть господ 山本史也 (Ямамото Фумия) и 白川静 (Сиракава Сидзука)[549] - ученика и учителя, двух авторитетнейших исследователей кандзи, авторов ряда крайне интересных и полезных книг, раскрывающих простым смертным тайны японских иероглифов[550].

水の音 (мидзу но ото) - звук воды. В графическом плане иероглиф 音 (звук) является воплощением изысканной выразительности звукового и визуального кода. Достаточно сопоставить его со словом 日立 (хитати), чтобы понять, что иероглиф 音 имеет непосредственное отношение к восходу солнца и к тому, что с ним связано: солнце (日) ещё за горизонтом, оно вот-вот встанет (立) над 地平線 (линией горизонта) и всё поднебесье, дождавшись этого момента, наполнится звуками кишащего, ползающего, ходящего, ухающего, говорящего, работающего и ещё много какого мира: запоют птицы, зашелестит под дуновением ветра листва, колыхнутся травы, послышится ржание лошади, заскрипит телега и резкие окрики погонщика провозгласят о начале трудового дня. Мир проснётся и... зашумит.[551]

[音 - Звук ОН_ото 9 (音 (180) звук)]

Каждому будет небезынтересно узнать, что именно от кандзи «Звук» и берёт своё название японский алфавит: 五十音 (годзю:он) - «пятьдесят звуков» (а, и, у, э, о; ка, ки, ку, кэ, ко и так далее)[552].

水音 (мидзуото) - плеск, всплеск.

物音 (моноото) - шум, звук (звук вещей).

音波 (онпа) - звуковая волна (омпа).

和音 (ваон) - созвучие (не путать с 共鳴 (кё:мэй) - резонанс).

足音 (асиото) - шум шагов, шаги.

半'音 (ханон) - полутон.

音を出す (ото о дасу) - издать, произвести, испустить звук.

発音 (хацуон) - произношение.

雷の音 (каминари но ото) - раскаты грома.

みしみし/きいきい/ぎいぎい音を立てる (мисимиси/киикии/гиигии ото о татэру) - скрипеть.

音楽 (онгаку)[553] - музыка.

Прислушивались ли вы к тому, какие именно звуки чаще всего производят (音を出す) маленькие дети? В основном это набор слогов на основе некоторых согласных: ба-ба-ба, па-па-па, ма-ма-ма и так далее. Отсюда японский «согласный звук»: 子音 (детский звук). Проблема только с его хацуон'ом (発音). Дело в том, что у кандзи 音 есть ещё один ОН, «работающий» только в нескольких словах, в том числе и в слове 子音, которое может озвучиваться как «сион», а может и как «сиин».

Мы уже знаем, как говорят детишки, а вот мамы для общения со своими грудничками выбирают в основном гласные звуки: «А-а-А, А-а-А, У-у, У-у». Отсюда и получается японский «гласный звук» - 母音 (боин)[554].

И наконец, самое главное: 音 (ОН) - это тот самый «он», о котором с самого начала так много говорилось в Кандзявых эссе. Это то самое онное чтение[555] (на страницах эссе зачастую называемое онным звучанием) кандзи (китайского иероглифа). Но в таком случае не пришла ли пора узнать, что такое кун?

[訓 - Наставление, поучение, кун КУН_кун 10 (言 (149) слово)]

Получается, что ОН - это то, как «звучит» китайский иероглиф, а КУН - эдакое японское пояснение к этому самому иероглифу, наставление и инструкция по его использованию в иноязычной для него среде. Другими словами, «он» - это (китайское) название иероглифа, а кун - его (японское) значение[556].

音訓 (онкун) - онное и кунное чтения иероглифа.

訓電 (кундэн) - инструкция, переданная по телеграфу.

訓電する (кундэн суру) - давать инструкцию по телеграфу.

Разложим кандзи 訓 по его элементам: поучать (訓) - это как слова (言) лить рекой (川).

[言 - Говорить ГЭН_иу 7 (言 (149) слово)]

В знаке 言 отчётливо выделяется рот (口), из которого вылетают чёрточки-слова. То, что в приведённой таблице значение иероглифа 言 (говорить) не совпадает со значением ключа 言 (слово), никого не должно смущать. Просто в качестве куна данного кандзи нами сознательно был выбран именно глагол 言つ (иу) - говорить (аналог глагола 云う). Вероятность встречи с прочими его чтениями (гэн и кото), значение которых «слово», вне сочетаний с другими кандзи достаточно низка, хотя, конечно же, словообразовательная роль иероглифа 言 в значении «слово» ни у кого не должна вызывать каких-либо сомнений;

言行 (гэнко:) - слова и дела.

言い足す (иитасу) - добавить к сказанному[557].

言い出す (иидасу) - начать говорить.

泣き言 (накигото) - жалоба, жалобы, плач, нытьё.

小言を言う (когото о иу) - делать выговор.

発言 (хацугэн) - выступление, высказывание.

発言する (хацугэн суру) - сказать, выступить, взять слово.

予言 (ёгэн) - предсказание, пророчество.

予言者 (ёгэнся) - пророк, предсказатель.

Глагол 言う (иу) очень хорош для выражения чьей-либо речи:

きいきいと言う (киикии то иу) - пищать (говорить «кий кий»).

彼女は「物はそれぞれの所がある」と言いました (канодзё ва «моно ва сорэдзорэ но токоро га ару» то иимасита) - Она сказала: «Всему своё место» (Вещи имеют соответствующее место).[558]

彼は人にはそれぞれの好みがあると言いました (карэ ва хито ни ва сорэдзорэ но кономи га ару то иимасита) - Он сказал, что у каждого свой вкус (У человека свои предпочтения).

Отсюда частный случай:

美しいはロシア語で何と言いますか (уцукусий ва росиаго дэ нан то иимас ка) - Как по-русски сказать «уцукусий»? («Уцукусий» посредством русского языка как говорят?).

美しいはロシア語で красивый と言います (уцукусий ва росиаго дэ красивый то иимас) - «Уцукусий» по-русски - красивый.

Во многих выражениях японский язык сохранил ещё более редкие старинные чтения кандзи 言:

二言はない (ни гон ва най) - не изменять своему слову; сказать то, что думаешь (двух слов нет). Выражение восходит к старой самурайской пословице 武士に二言はない («буси ни ни гон ва най» - у самурая двух слов не бывает), напоминающей о тех временах, когда самураи ещё свято блюли свою честь.

Одно дело, когда кто-то что-то лопочет в одиночестве, но когда собирается несколько говорящих 言 ртов 口, например, пять 五[559], то обладателям этих ртов, чтобы быть понятыми, надо подумать об общем языке. 語 (язык) - это и есть то, благодаря чему даже пять (五) говорящих (言) ртов (口) могут понять друг друга.

日本語 (нихонго) - японский язык.

ロシア語 (росиаго) - русский язык.

フランス語 (фурансуго) - французский язык.

ドイツ語 (дойцуго) - немецкий язык.

中国語 (тю:гокуго) - китайский язык.

スラブ語 (сурабуго) - славянские языки.[560]

口語 (ко:го) - разговорный язык, устная речь.

語学 (гогаку) - знание языков, изучение языков.

国語 (кокуго) - национальный язык, родной язык, родная речь.

英語 (эйго) - английский язык.[561]

[語 - Язык ГО_(-) 14 (言 (149) слово)]

[語 - Рассказывать ГО_катару 14 (言 (149) слово)]

語 - это только в сочетаниях язык (русский язык и так далее), а язык в виде отдельного слова - это уже 言語 (гэнго).

На кандзи 語 также возложена миссия записывать глагол «говорить», «рассказывать».

語る (катару) - рассказывать.

語らない (катаранай) - не рассказывать.

語らず (катарадзу) - не рассказывая.

言う (иу) - говорить.

言わない (иванай) - не говорить.

言わず (ивадзу) - не говоря.

В итоге получаем устойчивое словосочетание:

言わず語らず (ивадзу катарадзу) - молчаливо, без (лишних) слов (не говоря, не рассказывая).

И, конечно же, в различных сочетаниях кандзи 語 ещё может обозначать и «слово», и «речь»:

成語 (сэйго) - устойчивое словосочетание.

語尾 (гоби) - окончание (слова или предложения).

新語 (синго) - неологизм.

古語 (кого) - устаревшее слово.

土語 (дого) - местный говор, местный язык.

和語 (ваго) - слова японского происхождения[562].

術語 (дзюцуго) - термин, терминология.

私語 (сиго) - шёпот (личные слова не для посторонних).

Что ещё важно знать про кандзи 語? Основная проблема для нас заключается в том, что значение «рассказывать» более полно выражается совершенно другим глаголом, который и пишется другим иероглифом, и звучит по-другому (話す, ханасу). Глагол «катару» встречается реже, а это означает, что запомнить его звучание будет труднее.

Положение спасает одно знаменитое японское слово, которое раз в жизни слышал каждый, кто хоть мало-мальски интересуется японской культурой, и которое идеально подходит нам для оказания помощи в запоминании глагола «катару». Это слово - 物語 (моногатари), имеющее значение «рассказ» (повествование, легенда, повесть). Например, знаменитый моногатари, дошедший до нас из глубины веков, называется 大和物語 (яматогатари) - Повесть о Ямато[563]. Соответственно от 物語 (моногатари) образуется глагол 物語る (моногатару) - повествовать, свидетельствовать.

На этом в рассказе об иероглифе 語 можно было бы поставить точку, если б не совсем понятная ситуация с двумя, казалось бы, совершенно «прозрачными» иероглифами 大 и 和, которые в названии упомянутого моногатари читаются абсолютно «непрозрачно». Но вместо традиционных туманных рассуждений мы ограничимся небольшой исторической справкой, которую оформим в виде отдельной главы.

大和 (ямато → большой + гармония) - старинное название Японии, берущее своё начало от названия небольшой равнины (30 на 15 километров) на западе 本州 (хонсю:) - главного острова Японского архипелага. В силу выгодности своего расположения и крайне благоприятных природных условий именно на Ямато в своё время зародилось государство Япония[564].

В 660 году нашей эры Император Дзимму, который считается непосредственным потомком богини Аматэрасу, провозгласил равнину Ямато «Центром Вселенной». Нетрудно догадаться, из каких именно соображений пришёл к такому решению император: маленькая уютная долина посреди сплошной гористой местности в кого угодно могла вселить ощущение Великой Гармонии (大和) и показаться раем по сравнению с условиями обитания во всей остальной Японии, климат которой (летняя жара, повышенная влажность, частые землетрясения, обильные снегопады, свирепые ураганы) и природный ландшафт (сплошные горы и реки) можно отнести к разряду неблагоприятных.

«Великая Гармония», думается, было вторичным, неродным значением слова «ямато». Это самое Ямато («яма» (гора) + некое «то») вдруг объявляется «центром вселенной» и воплощением «Великой Гармонии». Удивительный и прямо-таки эволюционный случай - старая звуковая форма, оставшаяся неизменной с древнейших времён, наполнилась совершенно новым смыслом и содержанием. И это все удалось сделать только посредством иероглифической письменности: «Великая Гармония (大和), имя которой Ямато».

Кстати, если уж речь зашла об обороте «который называют» (которая называется, имя которым), то он чрезвычайно распространён в Японии, особенно, когда какой-то человек, географический объект или предмет упоминается в разговоре или на письме в первый раз. Так, для всех нас река Волга - это просто Волга. Но для того, чтобы избежать непонимания, мы в некоторых случаях делаем уточнение: «река Волга» или даже «река под названием Волга». В Японии всё происходит аналогично: ボルガという川 (боруга то иу кава), причём это самое «то иу» принято сегодня записывать только знаками каны (という), а не с помощью знакомого нам уже иероглифа 言, от которого и происходит «то иу» (と言う).

В рассказе о сорока семи самураях было использовано слово «ханаси» (рассказ) - производное от глагола 話す (ханасу). На этом глаголе важно сделать некоторый акцент, поскольку именно он сегодня в основном и отвечает за процесс «рассказывания».

日本語で話しますか (нихонго дэ ханасимас ка) - Вы говорите (разговариваете) по-японски?

В этой простой фразе скрыто сразу несколько существенных моментов, один из которых - это использование частицы «дэ». На самом деле фразу «Вы говорите по-японски?» можно оформить и так: 日本語を話しますか (нихонго о ханасимас ка). Разницы между этими фразами в плане передачи смысла нет никакой. «Дэ» - это частица, позволяющая, как правило, отвечать на вопрос «Посредством чего?», «Чем?»[566]: 日未語で言ってください (нихонго да иттэ кудасай) - Скажите (это), пожалуйста, посредством японского языка (на японском языке, по-японски). То же самое и во фразе 日本語で話しますか (нихонго дэ ханасимас ка) - если быть совершенно точным при переводе, то пришлось бы передать эту мысль следующим образом: Вы разговариваете (говорите) посредством (дэ) японского языка? Фраза же 日本語を話しますか (нихон го о ханасимас ка) наиболее точно может быть переведена как «Вы говорите (разговариваете) по-японски?», хотя как бы мы не перевели эту фразу, смысл остаётся одним и тем же.

[話 - Рассказывать ВА_ханасу 13 (言 (149) слово)]

話 (ханаси) - разговор, рассказ.

昔話 (мукасибанаси) - сказка (древний рассказ).

話好きの (ханасидзуки но) - разговорчивый.

電話 (дэнва) - телефон.[567]

電話線 (дэнвасэн) - телефонная линия.

神話 (синва) - миф.

道話 (до:ва) - поучительный рассказ.

訓話 (кунва) - наставление, увещевание.

話術 (вадзюцу) - искусство (умение) рассказывать.

Область значений глагола 話す немного шире, чем просто «рассказывать». Это и «сказать», и «говорить», и «разговаривать» и так далее. Поэтому не помешает принять к сведению несколько разговорных (и письменных, конечно же) вариантов применения этого глагола:

友達に話すような日本語を知っていますか (томодати ни ханасу ё:на нихонго о ситтэимас ка) - Знаете ли вы японский язык так, чтобы (подобно тому, чтобы) разговаривать с друзьями?

彼女と日本語で話していますか (канодзё то нихонго дэ ханаситэ имас ка) - Вы разговариваете с ней на японском?

日本語しか上手に話しません (нихонго сика дзё:дзу ни ханасимасэн) - (Она) хорошо говорит только по-японски.[568]

朝は日本人の友達と電話で日本語で話しました (аса ва нихондзин но томодати то дэнва дэ нихонго дэ ханасимасита) - Утром разговаривал по телефону с другом-японцем на японском языке.

母と父と話すように日本に電話した (хаха то тити то ханасу ё:ни нихон ни дэнва сита) - Позвонил в Японию, чтобы поговорить с папой и мамой.

今日は日本のことを話しませんか (кё: ва нихон но кото о ханасимасэн ка) - Не расскажете сегодня о Японии?

ロシアのことを日本語で話してください (росиа но кото о нихонго дэ ханаситэ кудасай) - Расскажите, пожалуйста, о России на японском языке.

В последних двух примерах мы сталкиваемся ещё с двумя нюансами, о которых тоже не будет лишним рассказать. «Рассказать о...» - в данной формулировке роль привычного для нас предлога «о» играет конструкция «но кото о», которую можно перевести как «о фактах, касающихся... (России)». Здесь: を (wo) - показатель винительного падежа (кого, что); こと (koto) - дело, обстоятельство, факт, случай; の (no) - показатель родительного падежа. Что же касается «на каком языке рассказать», то, как уже отмечалось выше, в данном случае почти с одинаковым успехом могут быть применены как показатель を (винительный падеж), так и で (творительный падеж): ロシア話を - по-русски, на русском; ロシア話で - на русском, посредством русского языка.

И в завершение «говорильной» темы пару слов о графических особенностях иероглифа 話: слева - 言 (говорить), справа - 舌 (язык). Только не тот язык, на котором общаемся, а тот, который у людей бывает иногда слишком длинным, или тот, который у собак безвольно свисает изо рта вниз (сита[569]).

[舌 - Язык ДЗЭЦУ_сита 6 (舌 (135) язык)]

古足らじの (ситатарадзу но ...) - шепелявящий, картавящий, невнятно говорящий (с недостаточным языком).

Две версии из множества возможных для запоминания иероглифа 舌:

1. Язык - это то нечто, что высовывается изо рта и двигается во всех направлениях (крестик над ртом как символ четырёх направлений), причём настолько подвижное и длинное, что может достать до носа (наклонная линия вверху).

2. Доживёт ли до старости (古い, «фуруй» - старый) тот, у кого язык 舌 слишком длинный (верхнюю черту в знаке 舌 можно воспринимать как символ укорачивания языка)? Одним словом, сплошное memento mori[570].

[池 - Пруд CHI_ike 6 (氵 (85) вода)]

[湖 - Озеро KO_mizuumi 12 (氵 (85) вода)]

[地 - Земля, почва CHI, JI_chi 6 (土 (32) земля)]

[土 - Земля, почва DO_tsuti 3 (土 (32) земля)]

[陸 - Суша, земля RIKU_riku 11 (阝 (170) холм)]

[也 - Быть (глагол-связка) YA_nari 3 (乙, 乚 (5) второй)]

[音 - Звук ON_oto 9 (音 (180) звук)]

[訓 - Наставление, поучение, кун KUN_kun 10 (言 (149) слово)]

[言 - Говорить GEN_iu 7 (言 (149) слово)]

[語 - Язык GO_(-) 14 (言 (149) слово)]

[語 - Рассказывать GO_kataru 14 (言 (149) слово)]

[話 - Рассказывать WA_hanasu 13 (言 (149) слово)]

[舌 - Язык ZETSU_shita 6 (舌 (135) язык)]

[飛 - Летать HI_tobu 9 (飛 (183) летать)]

[込 - Быть людным (-)_komu 5 (⻌ (162) дорога)]

CHI - 池, 地, 知, 遅, 痴 (ike, chi, shiru, osoi/okureru, -)

WA - 話, 和 (hanasu, wa/yawaragu)

КО - 湖, 戸, 古, 枯 (mizuumi, to, furui, kareru)

KOU - 幸, 口, 好, 行 (sachi, kuchi, suku, iku)

HI - 飛, 皮, 彼, 疲, 被, 披 (tobu, kawa, kare, tsukareru, kaburu, -)

YA - 也, 野 (nari, no)

DO - 土 (tsuchi)

DOU - 道 (michi)

(-) - 込, 吋, 畑 (komu, inchi, hata)

shita - 舌, 下 [ZETSU, KA]

nari - 成り, 鳴り, 也 [SEI, MEI, YA]

囚衣 - тюремная одежда (shuui)

水枯れ - засуха (mizugare)

古物 - антикварная вещь, старая вещь (kobutsu)

古物 - старая вещь (furumono)

水物 - ненадёжное дело (mizumono)

立ち上る - подняться, взойти (tachinoboru)

立ち所に - немедленно, тут же, на месте, сразу же (tachidokoro ni)

立ち遅れる - отставать (tachiokureru)

風波 - шторм, буря (fuuha)

深入りする - далеко зайти, пристраститься (fukairi suru)

水路 - фарватер (suiro)

行路 - путь, куpc (kouro)

古老 - старожил (korou)

行き止まり - тупик (yukidomari)

行雲- бегущие облака (kouun)

被服 - обмундирование (hifuku)

平年 - обычный год (heinen)

見ず知らずの - совершенно незнакомый (mizu shirazu no)

水虫 - грибковое заболевание ног (mizumushi)

探知する - выведывать, разведывать (tanchi suru)

立ち行く - держаться, существовать (tachiyuku)

海路 - морской путь (kairo)

泉水 - прудик, ключ (sensui)

池 - пруд (ike)

電池 - эл. батарея (denchi)

湖 - озеро (mizuumi)

バイカル湖 - Байкал (baikaruko)

ネス湖 - Лох-Нэсс (nesuko)

小湖 - Озерко (shouko)

地 - земля, почва (chi)

地上 - наземный (chijou)

地下 - подземный (chika)

地中の - подземный (chichuu no)

地中に - под землёй (chichuu ni)

地中海 - Средиземное море (chichuukai)

地所 - участок земли (jisho)

台地 - плато (daichi)

地平 - горизонтальность (chihei)

地平線 - горизонт (chiheisen)

水平 - горизонт (suihei)

平地 - равнина (heichi)

各地で - повсюду (kakuchi de)

寸地 - пядь земли (sunchi)

山地 - горная местность (sanchi)

地雷 - мина (jirai)

地衣 - лишайник (chii)

路地 - дорожка (roji)

地鳴り - подземный гул (jinari)

服地 - материал, ткань (fukuji)

白地 - белый фон, ткань (shiroji)

白地 - чистая бумага (shiraji)

木地 - неокрашенное дерево (kiji)

大地 - сырая земля (daichi)

土人 - туземец (dojin)

寸土 - крошечный участок (sundo)

風土 - климат местности (fuudo)

本土 - территория страны без колоний (hondo)

土耳古 - Турция (toruko)

土 - земля (tsuchi)

土手 - насыпь (dote)

土台 - основание, базис (dodai)

土地 - земельный участок (tochi)

黑土 - чернозём (kokudo)

国土 - гос. территория (kokudo)

土竜 - крот (mogura)

陸地 - суша (rikuchi)

上陸 - высадка на берег (jouriku)

陸上 - наземный, береговой (rikujou)

大陸 - материк (tairiku)

陸行 - путешествие по суше (rikkou)

音 - звук (oto)

五十音 - японский алфавит (gojuuon)

水音 - всплеск (mizuoto)

物音 - шум, звук (monooto)

音波 - звуковая волна (ompa)

和音 - созвучие (waon)

足音 - звук шагов (ashioto)

半音 - полутон (hanon)

発音 - произношение (hatsuon)

子音 - согласный звук (shion, shiin)

母音 - гласный звук (boin)

音訓 - кун и он (onkun)

訓電 - инструкция по телеграфу (kunden)

言う - говорить (iu)

言行 - слова и дела (genkou)

言い足す - добавить к сказанному (iitasu)

言い出す - начать говорить (iidasu)

泣き言 - жалобы (nakigoto)

小言 - выговор (kogoto)

予言 - предсказание (yogen)

矛言者 - пророк (yogensha)

発言 - выступление, высказывание (hatsugen)

語る - говорить (kataru)

日本語 - японский язык (nihongo)

スラブ人 - славянин (surabujin)

口語 - разговорный язык (kougо)

語学 - изучение языков (gogaku)

成語 - устойчивое словосочетание (seigo)

語尾 - окончание (gobi)

新語 - неологизм (shingo)

古語 - устаревшее слово (kogo)

和語 - слова японского происхождения (wago)

私語 - шёпот (shigo)

術語 - терминология (jutsugo)

大和 - Ямато (yamato)

話す - рассказывать (hanasu)

話 - рассказ (hanashi)

神話 - миф (shinwa)

昔話 - сказка (mukashibanashi)

話好きの - разговорчивый (hanashizuki no ...)

電話 - телефон (denwa)

電話線 - телефонная линия (denwasen)

話術 - искусство рассказа (wajutsu)

道話 - поучительный рассказ (douwa)

訓站 - наставление (kunwa)

舌 - язык (shita)

舌足らずの - картавящий (shitatarazu no ...)

飛ぶ - летать, прыгать (tobu)

飛ばす - пускать по воздуху (tobasu)

飛行 - полёт (hikou)

飛行士 - лётчик (hikoushi)

パイロット - лётчик (pairotto)

飛行服 - лётный костюм (hikoufuku)

飛報 - срочное сообщение (bihou)

飛び火 - искры пожара (tobihi)

飛語 - ложный слух (higo)

飛鳥 - летящая птица (hichou)

飛び石 - переход из каменных плит, выложенных в ряд (tobiishi)

飛び飛びに - то там то сям (tobitobi ni)

飛び地 - отдельный участок (tobichi)

飛び抜けて - особенно, исключительно (tobinukete)

デマ - ложные слухи (dema)

飛び立つ - взлететь, вскочить (tobitatsu)

飛び上がる - взлететь, вспорхнуть (tobiagaru)

飛び出す - выпорхнуть, вылететь (tobidasu)

飛び込む - впрыгнуть, нырнуть (tobikomu)

打ち込む - вбивать (uchikomu)

話し込む - заговориться (hanashikomu)

込む - быть людным (komu)

人込み - толпа, толчея (hitogomi)

В этом эссе мы отойдём от правил и вместо традиционного набора новых слов, образованных известными нам иероглифами, устроим себе разминку несколько другого рода - попрактикуемся не в словообразовании, а в кандзиобразовании. Попробуем сделать это на основе кандзи 肉 (НИКУ_нику), напоминающего раскрытую грудную клетку только что освежёванной бараньей туши.

[肉 - Мясо НИКУ_нику 6 (肉, ⺼ (130) мясо)]

牛肉 (гю:нику) - говядина.

羊肉 (хицудзинику) - баранина.

肉付く (никудзуку) - полнеть.

鳥肉 (торинику) - курятина, куриное мясо.

肉太の (никубуто но ...) - жирный (о шрифте).

皮肉 (хинику) - ирония, насмешка, колкость.

В данной главе будет продемонстрировано несколько новых иероглифов со всеми полагающимися расшифровками (оны, куны, значения), а также некоторые ассоциативно-этимологические толкования графических особенностей знаков. Задачей читателя будет согласиться или не согласиться с представленными объяснениями, по возможности или по необходимости создать свои, а также постараться обозначить для себя некоторые ключевые моменты, если не для запоминания, то, по крайней мере, для понимания этих иероглифов.

腺 (СЭН_сэн) - железа (источник в мясе)[577].

汗腺 (кансэн) - потовая железа.

涙腺 (руйсэн) - слёзная железа.

肌 (КИ_хада) - кожа, кожный покров, тело (покрытие мяса).

肝 (КАН_кимо) - печень (сухое мясо).

肩 (КЭН_ката) - плечо (та часть тела, которой упираемся в дверь).

肢 (СИ) - конечности: 上肢 (дзё:си) - верхние конечности, 下肢 (каси) - нижние конечности.

肘 (ТЮ:_хидзи) - локоть (сгиб руки 寸 с мяcиcтой 肉 частью).

股 (КО_момо, мата) - бедро (мясистая 肉 часть ног 几, которую хочется погладить ладонью 又).

大股に (оомата ни) - большими шагами.

二股 (футамата) - разветвление.

胡 (КО) - варварский: 胡人 (кодзин) - варвар, варвары (люди, которые едят несвежее мясо).

胎 (ТАЙ_тай) - утроба матери.

母胎 (ботай) - материнское чрево[578].

Отдельно рассмотрим весьма симпатичный иероглиф «Спина»:

[背 - Спина, хребет, тыл ХАЙ_сэ 9 (肉, ⺼ (130) мясо)]

Спина (背) - это та часть тела (肉), которой поворачиваются друг к другу во время конфликтов (北) или которой поворачиваются во время холодов в сторону севера (北).[579]

背中 (сэнака) - спина, задняя сторона.

背を見せる (сэ о мисэру) - обратиться в бегство (показать спину).

背 (сэй) - рост.

田中さんの背はいくらありますか (танака сан но сэй ва икура аримас ка) - У Танака какой рост?

彼女は背が高くないですか (канодзё ва сэй га такакунай дэс ка) - Она невысокая?

彼女は背があまり高くないです (канодзё ва сэй га амари[580] такакунай дэс) - Она не очень высокая.[581]

Кстати, именно два последних примера - ключик к запоминанию ОНа «Спины», поскольку «спина высокая», а «высокий» - high (хай) по-английски (по-английски, а не по-японски!).

[高 - Высокий, дорогой КО:_такай 10 (高 (189) высокий)]

高まる (такамару) - повышаться.

高める (такамэру) - повышать.

高年 (ко:нэн) - преклонный возраст.

高風 (ко:фу:) - благородные манеры, возвышенный характер.

高言 (ко:гэн) - громкие слова, хвастовство.

局台 (такадай) - возвышенность.

中高 (накадака) - выпуклость.

高鳴る (таканару) - громко звенеть, стучать, реветь.

上がり高 (агаридака) - доход, выручка, урожай, сбор.

К особенностям прилагательного 高い (такай) можно отнести то, что это не только «высокий», но и «дорогой» (высокая цена), что же касается самого знака 高, то достаточно представить китайскую пагоду или любое другое высокое здание, и все становится абсолютно понятным.

Уже с самого начала знакомства с японскими иероглифами замечается, что некоторые из них в том или ином виде содержат в себе знаки японских азбук. Характерный тому пример - иероглиф 私 (СИ_ватакуси_я), в структуре которого определенно просматривается элемент ム, имеющий явное сходство со знаком азбуки Катакана ム (му). Кроме того, мы уже неоднократно имели возможность убедиться, что существуют иероглифы, которые не только частично включают в себя те или иные знаки обеих японских азбук, но и сами являются точной копией некоторых из них:

口 (КО:_кути_рот) - ロ (ро);

木 (БОКУ/МОКУ_ки_дерево) - ホ (хо);

也 (Я_нари_быть) - や (я).

Нетрудно догадаться, что не столько иероглифы похожи на те или иные знаки японской каны, сколько, наоборот, сами знаки являются упрощённой и творчески переработанной копией некоторых иероглифов, и что именно от них берёт своё начало слоговая азбука. Сами посудите, откуда ещё могли быть заимствованы элементы японской письменности, как не из попытки адаптировать под фонетические принципы японского языка единственный вид письма, который и только который был доступен японцам в те далёкие времена.

Всем хороши китайские иероглифы, только одно они не способны были делать - отражать те изменения, которым в японском языке подвергаются слова при всякого рода склонениях и спряжениях. Китайцы потому и используют для записи своих слов рисунки, что их слова не меняются во время их употребления, тогда как в японском языке, так же как и в русском, дела обстоят значительно сложнее. Вот японцы и вынуждены были, переняв китайскую систему письма, задуматься о том, как сделать так, чтобы и чужеземную письменность сохранить, и свою речь с её помощью увековечить.

Если дорогой читатель наивно полагает, что сия участь (необходимость использования в повседневной практике иероглифической письменности) его миновала, то он сильно заблуждается, ибо все мы со школьных лет тоже вынуждены пользоваться иероглифами. Делаем мы это, правда, не в том масштабе, что японцы, зато во многом следуем их многострадальному опыту.

№ $ ? 1 2 3 + - % и так далее - разве это не иероглифы? Мы настолько привыкли воспринимать эти и подобные им идеографические символы как нечто само собой разумеющееся, что не только уже не обращаем на них внимания, но даже, начав заниматься японским языком, возмущаемся сложностью его письменных принципов, хотя сами, как это ни странно, хорошо с ними знакомы и особенно-то по этому поводу не ропщем. Трудно в это поверить? Тогда произнесите вслух записанный ниже в составе некоего предложения знак «1» (предполагается, что возможное словесное сопровождение сокрыто звёздочками):

*** *** *****, ****** 1 ** *** **** *******.

Что символизирует знак 1 в данном конкретном случае и как его надо озвучить? Один? Одна? Одно? Единица? Раз? Первый? Первая? Первое? Первого? Вопервых? Знак этот в той или иной ситуации может быть и тем, и другим, и третьим, и четвертым, и так далее в зависимости от контекста, который мы зачастую не способны оценить до тех пор, пока не прочтём всё предложение до конца. Иногда же (совсем не обязательно), чтобы прояснить ситуацию, мы используем дополнительно один, два, три символа родного нам языка (буквы), уточняющие правильность прочтения того или иного «иероглифа»: 1-ый (первый), 1-ая (первая). Мы не записываем всё слово полностью буквами, и тем не менее каких-либо неудобств от этого не испытываем. То же самое, как мы уже не раз имели возможность убедиться, со своими иероглифами делают и японцы, только вместо привычных нам букв они используют более родные им знаки японских азбук: 立つ (тацу), 立ちます (татимас), 立ちました (татимасита), 立っています (таттэимас), 日立 (хитати).

Любопытно было бы познакомиться с прототипом ещё какого-нибудь знака азбуки. По логике, которая диктуется Кандзявыми эссе, нам сейчас особенно интересен знак азбуки Хирагана せ (сэ) или похожий на него знак азбуки Катакана セ (сэ).

[世 - Мир, свет, общество, жизнь, эпоха СЭ, СЭЙ_ё 5 (一 (1) один)]

Кандзи 世 ёмок в смысловом плане и характеризуется весьма широким спектром употреблений. Рассмотрим хотя бы некоторые из них. Это прежде всего «свет» или, другими словами, «общество» - то есть та среда, в которую многие из нас во что бы то ни стало жаждут «выйти»: 出世する (сюссэ суру) - выйти в люди, выбиться в свет или просто «выйти на дорогу».

世上に (сэдзё: ни) - в мире, на свете (в мире вот какое чудо).

人世 (дзинсэй) - человеческое общество, мир людей (понятие буддийского толка, которое можно сравнить с христианскими «в миру», «мирское» и так далее).

世人 (сэдзин) - люди, публика, свет.

三世 (сандзэ) - тоже буддийское понятие: три мира - прошлое, настоящее и будущее существования.

世知 (сэти) - житейская мудрость (знание жизни).

一世 (иссэй) - люди одного поколения, современники; продолжительность жизни.

二世 (нисэй) - японец американского происхождения (второе поколение).

ピョートル一世 (пё:тору иссэй) - Пётр Первый[582] Великий (1672- 1725). Российский царь с 1682 года и первый российский император с 1721 года.

エ力テリナ二世 (экатэрина нисэй) - Екатерина Вторая Великая (1729-1796). Немецкая принцесса Софья Фредерика Августа Анхальт-Цербстская. Российская императрица с 1762 года.

ピョートル三世 (пё:тору сансэй) - Пётр Третий Фёдорович (1728-1762). Внук Петра Первого. Немецкий принц Карл Пётр Ульрих. Российский император с 1761 года.

イヴァン四世 (ибан ёсэй) - Иван Четвёртый Грозный (1530- 1584). Первый русский царь (с 1547 года), до этого великий князь «всея Руси» (с 1533 года).

ナポレオン三世 (напорэон сансэй) - Наполеон Третий, Луи Наполеон Бонапарт (1808-1873). Племянник Наполеона Первого (напорэон иссэй, 1769-1821). Император Франции с 1852 по 1870 годы.

ルパン三世、カリオストロの城 (рупан сансэй, кариосуторо-но сиро[583]) - «Люпен III, замок Калиостро»[584].

世子 (сэйси) - наследник.

上世 (дзё:сэй) - древние века.

中世 (тю:сэй) - средние века, средневековье.

中世の (тю:сэй но...) - средневековый.

近世 (кинсэй) - новое время.

あの世 (ано ё) - тот свет. あの世で (ано ё дэ) - на том свете.

Если рассматривать иероглиф 世 с практической точки зрения, то есть ставить во главу угла его значимость в наиболее общеупотребимых словообразованиях, то в первую очередь полезно, а, может быть, и достаточно будет запомнить всего два образованных с его участием слова: 世話 (сэва) и 世界 (сэкай).

Начнём с 世話 (сэва). Слово не простое, ходовое, сильное, полезное и не всегда понятное для неяпонца в плане места его употребления, хотя значение его весьма и весьма незамысловатое - это и забота, и уход, и попечение, и беспокойство, и хлопоты. Непонятно, правда, какое отношение к доставленным беспокойству и заботе имеет сочетание общества 世 и рассказа 話, но тем не менее факт остаётся фактом.

世話する (сэва суру) - заботиться о ком-либо, хлопотать за кого-либо.

世話に成 (о сэва ни нару) - быть обязанным.

たいへんお世話に成りました (тaйxэн[585] о cэвa ни нapимacитa) - Спасибо за Ваше содействие. Благодарю за Вашу услугу. Очень Вам обязан.

お世話に成ってありがとうございます (о сэва ни наттэ аригато: годзаимас) - Спасибо за Ваши заботы.[586]

世話好き (сэвасуки) - услужливый человек.

世話人 (сэвадзин) - распорядитель, организатор (человек, на котором все хлопоты и беспокойства).

大きなお世話だ (оокина о сэва да) - Не твоё дело! (большая твоя забота - не стоит беспокоиться - не твоё дело).

Но чаще всего в практике чтения начинающему японоведу и японофилу иероглиф 世 попадается на глаза в сочетании с иероглифом 界.

[界 - Сфера, зона, мир, круги КАЙ_(-) 9 (田 (102) поле)]

Именно сфера, именно круги:

学界 (гаккай) - учёный мир.

下界 (гэкай) - земля, этот свет.

動物界 (до:буцукай) - мир животных.

電界 (дэнкай) - электрическое поле.

Что полезного даёт нам этот кандзи? Можно сказать, что ничего. Перефразируя строчку знаменитого произведения Николая Алексеевича Некрасова[587], можно сказать, что «всё, что мог, он уже совершил» - в том плане, что для нас с вами вполне достаточно уже того, что он образует столь популярное и полезное слово как 世界 (сэкай) - мир, свет: 世界の (сэкай но) - мировой, всемирный, особенно становящееся актуальным, когда речь заходит о всякого рода фестивалях, съездах и прочих собраниях представителей разных государств, съехавшихся 世界の各地 (со всех концов света).

Вполне возможно, что 世界 (сэкай) - первый претендент на то, чтобы изменить вторую часть названия романа Льва Николаевича Толстого «Война и Мир» (戦争と平和, сэнсо: то хэйва) в том случае, если название романа воспринимать не как сопоставление двух взаимоисключающих состояний межгосударственных отношений (войны и мира), а как отношение общественности (мир, свет) России и других стран начала 19-го века к войне 1812-го года[588].

Для неискушённого человека, только-только приступившего к изучению японской письменности, знак 界 (зона, сфера, рубеж) напоминает план-схему боевых действий: на карте отчётливо видны рубежи противника на поле 田, где он (противник) разместил свои силы. Стрелка 介 указывает направление основного удара, который не просто побеспокоит врага, но и позволит вторгнуться в самый центр его группировки и, вмешавшись в его стройные ряды, разбить на две изолированные части. И как только наши войска окажутся между разорванными флангами, сразу же перегруппируются и основательно побеспокоят этих мерзавцев, что поможет нашим резервам, с нетерпением дожидающихся своего выхода на поле брани, вступить в бой и спокойно довершить начатое ударной группировкой дело, разметав войска условного противника по полю.

Такое хитроумное описание как-то само собой приходит в голову, стоит только посмотреть на иероглиф 介 и прислушаться к значениям, которые возлагаются на него в сочетаниях с другими кандзи: находиться между, вмешиваться, беспокоиться, помогать, посредничать.

[介 - Находиться между, посредничать КАЙ_(-) 4 (人 (9) человек)]

Автору уже казалось, что для кандзи 介 не удалось подыскать каких-то ярких примеров его употребления и словообразования, кроме выражений 介して (кайситэ) - с помощью, через посредство (кого-либо) и 介入する (кайню: суру) - вмешиваться, и уже было решено не акцентировать на этом иероглифе внимание, а вместо этого предложить познакомиться ещё с одним кандзи, основывающемся на символе 介 (речь о нём пойдёт в следующей главе), как тут же вспомнилась замечательная фраза, так необходимая для представления себя или своих друзей при знакомстве.

紹介する (сё:кай суру) - представлять, знакомить, рекомендовать (как результат сочетания иероглифов 紹 - представлять, знакомить и 介 - посредничать).

島田さんに野村さんを紹介する (симада сан ни номура сан о сё:кай суру) - познакомить господина Симада с господином Номура (представить господина Номура господину Симада).

石并さんを紹介します (исии сан о сё:кай симас) - Позвольте представить госпожу Исии.

[紹 - Представлять, знакомить СЁ:_(-) 11 (糸 (120) нить)]

Если о кандзи 介 почти нечего было рассказывать, то в случае с кандзи 紹 дела обстоят ещё хуже, но стоит только попытаться разобрать его по «косточкам», чтобы он стал узнаваемым и легко воспроизводимым, как тут же перед нами откроются новые горизонты. Иероглиф 紹 (представлять, знакомить) состоит из кандзи «Нить» 糸 (СИ_ито) и кандзи 召 (СЁ:_мэсу) - звать, посылать (紹 → 糸 + 召 → позвать 召, чтобы соединить нитью 糸 знакомства → представить, познакомить → 紹). Вот здесь-то и можно найти основные ключевые моменты для понимания кандзи 紹.

Иерофоглиф 召, в свою очередь, состоит из рта 口 (КО:_кути) и меча 刀 (ТО:_катана) - сочетание, которое удивления не вызывает, ибо обычно призывают «под ружьё» или под этим же самым ружьём (мечом) вызывают[589], поэтому запомнить кандзи 召 какого-либо труда не составляет: 召し (мэси) - приглашение, вызов, что с точки зрения графики обозначает не больше, чем сказанные слова (口), подкреплённые силой оружия (刀). Также не вызывает затруднений ОН «СЁ:», поскольку именно он определяет звучание кандзи 紹, откуда и происходит замечательный глагол 紹介する (знакомить). И кун кандзи 召 тоже прост для запоминания, особенно, если подключить фантазию и создать какую-нибудь межъязыковую игру слов, типа «мэсу попа на мессу» (позвать священнослужителя на совершение службы).

[召 - Приглашение, вызов СЁ:^*_мэси 5 (口 (30) рот)]

^*) И ещё один «СЁ:» из названия эпохи 昭和 (сё:ва), упоминаемой нами в 7-ом эссе: 昭 (светлый, ясный).

Глагол 召す (мэсу), когда он употребляется в значении «позвать», «посылать» и даже «одевать», применяется только в отношении действий второго или третьего лица. Мы сейчас непроизвольно коснулись темы учтивости в японском языке - темы сложной, но тем не менее достаточно прозрачной, и глагол 召す (мэсу) здесь играет свою определённую роль. Всё дело в том, что в сочетании с глаголом 上がる («агару» - подниматься) он образует крайне вежливую формулировку глаголов «кушать», «есть» и «пить»[590], которая употребляется по отношению к лицам, отношения с которыми выходят за рамки панибратских, и выражает очень высокую степень уважения и почтения:

辻さん、ジュ一スを召し上がりますか (цудзи сан, дзю:су о мэси агаримас ка)[591] - Господин Цудзи, не изволите ли выпить сок?

Глаголы, предназначенные для выражения почтения, заслуживают отдельного разговора, с нас же пока достаточно хотя бы того, что каждый, кто дочитал книгу до этих строк, уже никогда в жизни не забудет ни как произносится, ни как пишется, ни как употребляется глагол 召し上がる.

[芥 - Мусор, сор, пыль, грязь КАЙ_гоми, акута 7 (⺾ (140) трава)]

Интересно, что знак 芥 можно воспринимать как стрелку 介, указывающую на траву ⺾, вернее, на места между 介 травинками ⺾, где скапливается всякая грязь и прочий мусор, или, наоборот, указывающую на траву как на основной источник засорения, а также напоминающую, что именно с помощью и посредством (介して) пучка травы ⺾ можно вытирать грязь 芥.

Любопытной особенностью слова «мусор» является не то, что под одним иероглифом скрываются два японских слова (гоми и акута), а то, что по неким причинам слово «мусор» сегодня чаще принято записывать не иероглифом 芥, а знаками азбук, о чём документально свидетельствует рисунок, скопированный с плаката, размещённого в одном из центральных парков Токио.[592] Под рисунком, изображающем человека, выбрасывающего мусор в урну (мусорную корзину, ящик, коробку), написано: ゴミはボックスへ (гоми ва боккусу э) - мусор в бак (бросайте). Нетрудно заметить, что упомянутый здесь ボックス (боккусу) происходит от английского box (коробка, ящик), поэтому и не вызывает вопросов способ, которым записано это слово.

Но почему Катаканой записан также и «мусор»? Это, вполне возможно, объясняется патологической нетерпимостью со стороны современных японцев ко всякого рода грязи, которой в Японии объявлена настоящая война. Дело дошло до того, что грязь и переносимая ею инфекция, похоже, вынесены за черту некоего «внутрияпонского» круга, что, по всей видимости, и нашло своё отражение в способе записи слова «мусор» на данном плакате, в способе, которым обычно подчёркивается «инородность» (мусор-то выбрасывается) и генетическая чужеродность записываемых явлений, предметов или понятий[593].

Но самое главное заключается в том, что теперь уже ни для кого не секрет, что может означать фамилия японского писателя 芥川龍之介 (акутагава рю:носукэ). Здесь только следует напомнить, что согласно заведённому в Японии порядку, фамилия всегда ставится перед именем, поэтому фамилия писателя не 龍之介, а 芥川.

Имя 龍之介 (рю:носукэ) заставляет нас снова вернуться к иероглифу 介 - яркой демонстрации того, что в японском языке никогда не бывает кандзи, для которых якобы «не удалось подыскать каких-то ярких примеров». Японский язык не позволяет относиться к себе надменно и пренебрежительно. Иногда он подкупает иллюзорностью чрезвычайной простоты и элементарности, но чаще всего, посулив лакомый и доступный с виду кусочек, всё глубже заманивает нас в свои таинственные чащи.

В имени 龍之介 мы имеем дело с тремя иероглифами, каждый из которых представлен своей либо уходящей, либо уже ставшей достоянием истории стороной. Кандзи 龍 упоминался уже в 13-ом эссе как устаревшая форма иероглифа 竜 (РЮ:_тацу) - дракон. Иероглиф 之 по своей значимости тоже представляет собой уходящее поколение кандзи[594], и его основное значение сегодня - местоимение «это»[595], а также обозначение показателя родительного падежа «но», но только в так называемых китаизмах (заимствованных из Китая устойчивых выражениях, фразах, пословицах, буддийских изречениях и так далее). Всё дело в том, что в былые времена в Китае на этот иероглиф также возлагалось обозначать родительный падеж, хотя сегодня он для этого уже используется редко[596].

[之 - Показатель родительного падежа в китаизмах СИ_но 4 (ノ (4) «но»)]

Если учесть, что у кандзи 介 есть одно почти забытое чтение (сукэ), когда-то используемое для образования названий должностей, то можно предположить, что все эти три изрядно подустаревших иероглифа (龍, 之, 介), образующих имя писателя, обозначают некоторое лицо, имеющее непосредственное отношение к дракону, на чём в литературе об Агутагава Рюноске в основном и строится объяснение происхождения его имени, небезосновательно связывая иероглиф 龍 с датой рождения писателя, появившегося на свет в год Дракона. Нас тоже могло бы удовлетворить такое объяснение, если бы мы не знали ещё об одной особенности иероглифа 介. Всё дело в том, что в Китае 介 - это латы, кольчуга, что позволяет нам сделать возможный перевод имени 龍之介 как, например, «чешуя дракона».

Наверняка в этом словосочетании кроется какой-то глубокий исторический или мифологический смысл, но у автора эссе, к сожалению, не хватило ни времени, ни знании, ни образованности, ни образования, чтобы до него «докопаться».

И вот, разобрав и отбросив в сторону всякий «сор» и «мусор», мы снова возвращаемся к тому, ради чего затеяли весь сегодняшний 話 (ханаси), а именно к кандзи 世 (мир, свет, общество), который нам крайне необходим в качестве недостающего компонента для понимания и запоминания другого, более сложного кандзи.

[葉 - Листья, листва, хвоя Ё:_ха 12 (⺾ (140) трава)]

Листва или хвоя[597] 葉 - это та же самая трава ⺾, только принадлежащая миру 世 деревьев 木.

枯葉 (карэха) - сухая листва.

子葉 (сиё:) - семядоля (первый листочек зародыша семенных растений).

枝葉 (сиё:, эдаха) - ветки и листья.

枝葉の (сиё: но ...) - несущественный.

葉を出す (ха о дасу) - распуститься, зазеленеть.

葉のない (ха но най...) - безлиственный.

葉のない木枝に烏が止まっています (ха но най киэда ни карасу га томаттэимас) - На голой (на которой нет листьев) ветке сидит ворона.

葉のない木枝 - вот та голая ветка, на которой должен был сидеть ворон из знаменитого хайку Мацуо Басё, если бы мы, доверившись поэтической трактовке переводчика, попробовали сделать обратный перевод хайку с русского языка на японский. А ворон, вернее, ворона по задумке автора сидела всё-таки на сухой ветке (枯枝).

Иероглиф 葉 (лист) вновь заставляет обратиться к недалёкому японскому прошлому. Нынешняя система названий месяцев (число + месяц), сложилась сравнительно недавно, одновременно с отменой в Японии лунного (восточного) календаря и переходом к солнечному (григорианскому) календарю[598]. До этого знаменательного события названия месяцев в Японии строились по исключительно японской системе, согласно которой август, например, назывался не 八月 (хатигацу)[599], а 葉月 (хадзуки) - месяц листьев.

Япония не была бы Японией, если бы когда-то в ней не обитали самураи. Человеческая глупость, усиленная волной пустопорожней романтики, снова и снова заставляет отряды восторженных любителей чего-нибудь эдакого «японского» обращать свои взоры к самурайскому прошлому Японии. Лучшим лекарством, отрезвляющим от этой не совсем здоровой забавы, может послужить чтение оригинальных источников о предмете такого рода мечтаний, и если любовь к самураям и гейшам приведёт кого-нибудь к желанию выучить японский язык, чтобы с помощью его разобраться со своим заблудшим «я», то «ура!» самураям и да здравствуют гейши.

Ho что же почитать такого фундаментального о самураях? Можно начать со знакомства с каким-нибудь основополагающим трактатом, в котором освещены принципы 武士道 (бусидо:) - самурайской морали, ярчайшим и, возможно, самым главным письменным воплощением которого является «самурайский устав всех времён и народов», называемый 葉隠れ (хагакурэ) - Сокрытое в листве[600].

Ни содержание данного труда, ни его философско-историческая подоплёка, ни национальный японский колорит для Кандзявых эссе не представляет какого-либо интереса, чего нельзя сказать о названии этого труда, полный вариант которого звучал когда-то как «Собрание изречений мастера Хагакурэ».

Первый иероглиф в имени Хагакурэ (葉) нам уже известен, поэтому сразу же перейдем ко второму, но сначала несколько слов о высочайшей поэтике, замешанной на потрясающей образности иероглифа 隠: спрятаться 隠 от чьих-то когтей 爫 подальше за неосвещённым склоном 陰 (ИН) холма 阝 и сидеть там, прикрывая рукой ヨ (этот символ можно рассматривать как кисть руки, направленную пальцами влево) колотящееся от страха сердце 心, чтобы хоть как-то приглушить его предательский стук.

[隠 - Прятаться, скрываться ИН_какурэру 14 (阝 (170) холм)]

隠れる (какурэру) - прятаться, скрываться, удаляться на покой, скончаться.

隠す (какусу) - прятать, скрывать, укрывать.

年を隠す (тоси о какусу) - скрывать свои года.

何を隠そう (нани о какусо:) - Что греха таить.

雲隠れする (кумогакурэ суру) - скрыться в облаках.

隠し立てをする (какусидатэ о суру) - скрытничать.

隠し立てのない (какусидатэ но най) - откровенный (не имеющий скрытности).

目隠し (мэкакуси) - повязка на газа, наглазник (у лошадей), ширма, жалюзи.

隠し子 (какусиго) - внебрачный ребёнок.

隠し戸 (какусидо) - потайная дверь.

隠れ笠 (какурэгаса) - шапка-невидимка.

隠居 (инкё) - удаление на покой, отход от деятельной жизни, передача другому прав главы семьи.

隠語 (инго) - условный язык, код, жаргон.

Отдельного упоминания заслуживают слова 雪隠 (сэттин) и 隠れ雪 (какурэюки) - два синонима японской уборной. Вообще-то за «уборную» в современном японском языке отвечают несколько слов, одни из которых более приличны для употребления в обществе, другие - менее[601]. Что же касается именно этих двух «сортирных» названий, то они употреблялись ещё в те далёкие времена, когда о современных канализациях и речи быть не могло, а японцы ещё не были избалованы туалетами, оборудованными по последнему слову техники. По смыслу же иероглифов, входящих в слова 雪隠 и 隠れ雪, «сэттин» и «какурэюки» (сокрытое в снегу) наиболее верно будет соотнести с русскими «отхожими местами», ибо размещались они, как это следует из перевода, на достаточно удалённом расстоянии от дома.

Чтобы плавно перейти к финалу этого эссе, нам надо прояснить некоторые неопределённости предыдущих глав и ознакомиться с кое-какой недостающей информацией. К неопределённостям отнесём два СИНа: СИН (сердце) и СИН (божество). Не случайно два китайских иероглифа, обозначающих сердце и божество, звучат одинаково, ибо эти два понятия неразделимы ни в чисто человеческом плане, ни в теологическом смысле, тем более, что японское «сердце» - это не просто сердце, а ещё и душа.

[心 - Сердце, душа СИН_кокоро 4 (心 (61) сердце)]

Не надо обладать богатым воображением, чтобы в символе 心 суметь распознать схематический набросок настоящего человеческого сердца. Где-то до VIII века нашей эры этот символ и был основным выразителем идеи сердца как органа или в более общем смысле - груди. Со временем на этот знак всё больше стала возлагаться задача выражения проявления человеческой воли как результата тесного взаимодействия телесных и душевных движений, вследствие чего иероглиф 心 всё чаще стал символизировать человеческую сущность, к одному из воплощений которой можно отнести такое понятие, как личность.

心にもない (кокоро ни мо най) - не иметь в виду, не собираться делать (не иметь даже в сердце): это у нас «мысли (в голове) даже не было», а у японцев, похоже, всё идёт от сердца.

心ない (кокоронай) - беспечный, безрассудный, необдуманный, невнимательный к другим, неосмотрительный.

心から (кокоро кара) - от всего сердца, сердечно, искренне.

心からの (кокоро кара но ...) - сердечный, искренний.

心の大きい (кокоро но оокий) - великодушный.

心中で (кокоро нака дэ) - в душе, в уме, про себя.

心入れる (кокоро ирэру) - вкладывать душу.

二心 (футагокоро) - двуличие, двоедушие, измена.

二心ある人 (футагокоро ару хито) - двуличный (двоедушный, двуликий) человек (человек, у которого есть две души).

心の美しい (кокоро но уцукусий) - чистый сердцем.

小心 (сё:син) - малодушие, робость; скрупулезность, тщательность.

心入れ (кокороирэ) - забота, совет.

心付く (кокородзуку) - обратить внимание (на кого-то или на что-то), заметить, прийти на ум.

心付け (кокородзукэ) - чаевые[602], напоминание.

ウエートレスを心付けする (уэ:торэсу[603] о кокородзукэ суру) - дать официантке на чай.

心中に (синтю: ни) - в глубине души.

心中 (синдзю:) - самоубийство по сговору (влюблённых, всей семьи, секты и так далее).

中心 (тю:син) - центр, середина, средоточие.

灯心 (то:син) - фитиль.

人心 (дзинсин) - настроение общества.

心服 (синпуку) - преданность, уважение, послушание.

心服する (синпуку суру) - уважать, быть преданным[604].

一心に (иссин ни) - сосредоточено, внимательно, всей душой.

道心 (до:син) - моральное чувство, чувство долга, благочестие, набожность.

野心 (ясин) - честолюбие, амбиция, расчёт (дикое сердце).

老婆心 (ро:басин) - лишняя забота (сердце старушки).

地心 (тисин) - центр земли.

地心の (тисин но ...) - геоцентрический.

И, наконец, «СИН», который больше, чем душа и сердце, потому что это уже «ками». Перед нами неоднократно упоминаемый ранее кандзи 神, который мы уже в состоянии рассмотреть чуть более подробно.

[神 - Бог, божество СИН_ками 9 (示, 礻 (113) указывать)]

Кандзи 神 достоин того, чтобы рассказ о нём стал началом отдельной книги о японской мифологии, но переложим эту миссию на соответствующих специалистов, сами же ограничимся рамками, которые определяются замыслом Кандзявых эссе. Да, основное значение кандзи 神 - божество, бог, Бог: 山の神 (яма но ками), 川の神 (кава но ками), 海の神 (уми но ками), 木の神 (ки но ками), 田の神 (та но ками). Здесь, правда, тоже не обходится без некоторых японских хитростей, поскольку японское представление о богах и о божественном несколько отличается от нашего. Что говорить, если в Японии богов и божков больше, чем самих японцев, и это не шутка, а самая что ни на есть правда. Чуть ли не каждый предмет, чуть ли не каждый камешек в Японии наделён божественным началом и имеет свое божество. Согласно постулатам 神道 (синто:), одной из трёх основных религий Японии, богами становятся практически все, кто покидает бренный мир, и богом можно стать даже при жизни, обретя высшее божественное проявление. А о том, что это проявление именно высшее, нам подсказывает совпадение кунных чтений кандзи 神 и 上[605].

Можно сказать, что японские божества в некотором смысле родственники по духу нашим языческим духам (духу леса, духу горы и всяким там пещерным и прочим духам, а также духам умерших). Почитание этих духов-богов носит более естественный человеческий характер, чем то почитание, которым пропитано наше с вами отношение к нашему христианскому Богу, поэтому адекватная передача особенностей понятия японского ками на русский язык вызывает большие затруднения для тех, кто пытается осуществлять перевод. Простая замена слова 神 (ками) на слово «бог» читателя больше вводит в заблуждение, чем что-либо ему проясняет относительно природы и характера взаимоотношений японца и божества, при этом сам читатель о своём заблуждении нередко даже не догадывается. Использование же при переводе слова «дух» в какой-то степени искажает саму «физическую» природу такого явления, как японское божество.

Какая же основа заложена в графику «божественного» знака? В первую очередь обращает на себя внимание левая часть (ключ) иероглифа 神, которая, с одной стороны, чрезвычайно похожа на знак азбуки Катакана ネ (нэ), а, с другой стороны, имеет много общего с элементом 衤 (одежда). Формальная близость знаков 礻 и 衤 не замешана на какой-либо серьёзной основе: если знак ネ является производной от кандзи 衣 (И_коромо) - одежда, то 礻 происходит от иероглифа 示, современное значение которого - «показывать», «указывать», и который, как считается, берёт своё начало от стилизованного изображения жертвенного алтаря (в знаке 示 легко распознаётся подобие столика на трёх ножках, на котором, возможно, покоится приносимый в жертву богам кусочек мяса или какое-нибудь животное).

Отдельного разбора заслуживает правая часть (申) - эдакий гибрид иероглифов 中 (ТЮ:_нака) - внутри и 田 (ДЭН_та) - поле. Исходя из этой общности, мы могли бы придумать какой-нибудь простенький сюжетец, позволивший бы определённым образом связать друг с другом знаки 中, 田 и 申, но мы этого делать не будем. Причина отказа от очевидного заключается в том, что в основе обоих графических элементов при всей их внешней схожести лежат принципиально различные исходные образы, после знакомства с которыми приходится совершенно по другому смотреть на элементы 中, 田 и 申.

Что касается символа 中, то это что-то вроде стрелы, попавшей в центр мишени, или, скажем, какого-то прутика, засунутого в некоторое отверстие. 田 - поле оно и есть поле. А вот знак 申 - это, как ни странно, две руки, опоясывающие тело верёвкой, в чём можно удостовериться, посмотрев на рисунок, который мог бы быть древним пра-пра-прародителем знака 申.

神風 (камикадзэ) - божественный ветер, камикадзе.

神話 (синва) - миф.

神話の (синва но...) - мифический.

神式 (синсики) - синтоистские обряды.

神木 (синбоку) - священное дерево.

Итак, в знаке 神 (СИН_ками_божество) соединились вместе верёвка в руках (申) и алтарь (示). Есть в Японии древняя традиция обносить соломенной верёвкой места, в которых наиболее вероятен контакт с божеством. Святилище, обнесённое соломенной верёвкой, - не это ли и есть яркий и, в общем-то, имеющий небезосновательное право на существование код для понимания иероглифа 神?

Вас устроила та жертва, которую мы только что возложили на алтарь иероглифа «Бог»? И ваши боги приняли её? Неужели вы, кто всей душой жаждет открытия Своего Востока, наивно полагаете, что китайская цивилизация, изобретшая порох, причём отнюдь не ради разработки средств массового уничтожения, что цивилизация, давшая миру шёлк и бумагу, что культура, раскрывшая перед западным человеком понятия микро- и макрокосмоса, в основу символьного воплощения Божественности положила газовую или какую-то там другую горелку с коптящимся на ней жертвенным цыпленком? Действительно, при желании в иероглифе 神, на котором зиждется вся история дальневосточной культуры с наполняющей её религиозной мистикой и практической астрологией, определяющей судьбы людей и богов, можно увидеть и это, но неужели Вам пришлось по душе такое объяснение?

Благая весть приходит нам свыше, и шёпот звёзд извещает нас о великих событиях на земле. Тот маленьких хвостик в ключевом элементе 示, что так похож на маленькую птичку или символ 小, не суть ли это три небесных элемента (солнце, луна и звёзды), несущие нам предначертанное свыше? Именно «свыше», а не «снизу», за что отвечает знак 二, представляющий собой более древнюю форму иероглифа 上. Звёзды указывают, и Небеса диктуют свою волю. Вот вам и глагол 示す (симэсу) - указывать (на что-либо), показывать, обозначать.

[示 - Указывать, показывать СИ_симэсу 5 (示 (113) указывать)]

予示 (ёдзи) - предсказание.

訓示 (кундзи) - указание, инструкция, наставление.

Указание (示) в сочетании с верёвочкой, за которую тянут руками (申), дают нам ниспосланные (протянутые сверху) указания богов (神). Не нравится образ верёвки в качестве символа передачи информации? Тогда пусть это будет пояс, подпоясывающий «спецодежду» для совершения ритуальных действий, совершаемых каким-нибудь монахом-астрологом из шаолиньского монастыря[606], в котором, кстати, когда-то практиковал свой дзэн великий Бодхидхарма (Дарума).

В том случае, когда символ 申 сам выступает в роли отдельного иероглифа, он является прекрасным дополнением к нашему повествованию, ибо, с одной стороны, ОН этого кандзи «СИН», что сразу выдаёт в нем фонетика кандзи 神, а с другой стороны, этот кандзи продолжает длинный ряд «говорящих» иероглифов, поскольку его основное значение - «говорить».

Есть здесь, правда, одна существенная особенность. Всё дело в том, что, как уже упоминалось ранее, в Японии имеет огромное значение тот оттенок вежливости, которым надлежит сопровождать свою речь в зависимости от того, какое социальное положение занимает говорящий, а также в зависимости от той компании, в которой происходит общение, или просто в зависимости от ситуации.

Способов выражения социальной статусности достаточно много (впрочем, как и в русском языке) и одним из них является наличие нескольких выражающих одно и то же действие глаголов-синонимов, употребление которых зависит от конкретной ситуации и окружения. Наряду с упомянутым уже глаголом 召し上がる (мэсиагару) глагол 申す (мо:су) - как раз такой случай. Использование этого глагола в речи говорящего о себе (я говорю, меня зовут) подчёркивает повышенную скромность, поэтому его необходимо применять только по отношению к себе и в кругу, в котором от говорящего требуется употребление максимально скромных речевых оборотов.

Исходя из сказанного, попробуем несколькими способами по-японски произнести фразу «Меня зовут...»:

野村 (номура) - Меня зовут Номура.

村神です (мураками дэс) - Меня зовут Мураками.

小野と言います (оно то иимас) - Меня зовут Оно.

池田と申します (икэда то мо:симас) - Меня зовут Икэда.

Хорошо видно, что все четыре предложения на русский язык могут быть переведены одним и тем же способом, хотя оттенок скромности возрастает при этом от фразы к фразе. Если при переводе попробовать отразить степень вежливости, заложенную в каждую из этих фраз, то первый пример будет звучать просто как «Номура», в то время как последний пример прозвучит уже более изощрённо: «Позвольте представиться - меня зовут Икэда».

Приведённые примеры позволяют акцентировать внимание ещё на одном нюансе. В Японии важно знать не только то, как звучит та или иная японская фамилия, но и как она пишется. Более того, чтобы во всякого рода деловых бумагах и документах на корню устранить возможные разночтения фамилий и имён, «именные» иероглифы обязательно сопровождаются фуриганой[607]. В том же случае, если фуриганы рядом с иероглифами не окажется, то документ не только не рассматривается - он вообще не будет принят на рассмотрение ни одним японским ведомством[608].

Мураками 村上, 村神

Тамура 多村, 田村

Кояма 小山, 古山

Ооно 大野, 太野

Каваками 川上, 川神

Мацуда 松田, 松多

Танака 田中, 多中

Огава 小川, 尾川

Оно 小野, 尾野

Уэда 上田, 上多

Исида 石田, 石多

Курода 黒田, 黒多

А теперь итоговая табличка-досье по кандзи 甲:

[甲 - Говорить, называться СИН_мо:су 5 (田 (102) поле)]

申す (мо:су) - говорить, называться (о первом лице).

申し入れる (мо:сиирэру) - предложить, внести предложение.

申し出る (мо:сидэру) - предложить, представить, доложить, сообщить, заявить, подать заявление.

申し遅れる (мо:сиокурэру) - забыть сказать.

申し遅れましたが... (мо:сиокурэмасита га...) - Я должен был прежде всего сказать вам, что...

申し込む (мо:сикому) - заявить, предложить, дать заявку.

申し込み (мо:сикоми) - предложение, заявка, требование.

申し込み人 (мо:сикомидзин) - податель заявления.

申し付け (мо:сицукэ) - приказ, указание.

申し付ける (мо:сицукэру) - приказывать, давать указания.

申し立て (мо:ситатэ) - показание, заявление.

申し立てる (мо:ситатэру) - сделать показание, заявить, утверждать.

上申 (дзё:син) - донесение, рапорт.

И ещё одна особенность знака 申 заключается в том, что именно он является тем символом, которым обозначается обезьяна, но только не настоящая, а «календарно-космогоническая»[609].

Уж если зашла речь о проявлении вежливости, то нельзя не упомянуть еще одно замечательное и крайне полезное слово, без которого невозможно представить полноценную жизнь в японском обществе. Каждый, кто изучает японский язык, практически с самого начала знакомится с несколькими способами извинения: «гомэн насай», «сицурэй», «сумимасэн» и так далее. Каждое из этих выражений имеет свою смысловую направленность и свои области употребления, которые зачастую заметно перекрываются. В то же время нередко за рамками рассмотрения оказывается фраза, позволяющая достаточно глубоко выражать просьбу о прощении.

申し訳ありません (мо:сивакэ аримасэн) - Извините; Прошу простить меня; Прошу у Вас прощения; Виноват перед Вами. Весь указанный спектр значений вытекает из дословного перевода: «нет оправданий (мне и моему поступку)».

Это выражение необходимо запомнить, ибо нет лучше способа извиниться в том случае, если вы что-то забыли сделать, или чего-то там у нас не получилось из обещанного, или мы сделали что-то не так.

申し訳 (мо:сивакэ) - извинение, оправдание.

申し訳をする (мо:сивакэ о суру) - извиняться, оправдываться.

申し訳のない (мо:сивакэ но най) - непростительный.

申し訳に (мо:сивакэ ни) - в знак извинения, в оправдание.

И то же самое, но, может быть, чуть с менее ярко выраженным оттенком учтивости:

言訳 (иивакэ) - извинение, оправдание.

言訳に (иивакэ ни) - в извинение.

Нам остаётся только посмотреть, что это за иероглиф такой 訳.

[訳 - Перевод ЯКУ_яку 11 (言 (149) слово)]

[訳 - Смысл, значение ЯКУ_ваку 11 (言 (149) слово)]

Как ни странно, основное значение иероглифа 訳 - переводить с одного языка на другой: 訳する (яку суру), 訳す (якусу). Это значение можно легко увязать с графикой иероглифа 訳. Согласитесь, что элемент 尺 немного похож на человека, роющего лопатой землю. Но если это так, то не получается ли в целом, что знак 訳 - это человек докапывающийся до смысла слов 言 (эдакий чернорабочий словесного труда).

訳語 (якуго) - перевод слова, эквивалент.

訳者 (якуся) - переводчик.

Что же касается 申し訳 (мо:сивакэ), то здесь используется ещё чтение кандзи 訳 - вакэ (смысл, значение, причина), знакомство с которым есть смысл ограничить пока только рамками 申し訳. Это ограничение связано с тем, что если использование кандзи 訳 в качестве внесения «переводческого» смысла, основанного на «яку», вполне очевидно и на нём строится множество соответствующих слов, то в случае с «вакэ» кроме 申し訳 (мо:сивакэ) кандзи 訳 образует большое число идиоматических (устойчивых) выражений и словосочетаний, которые можно запомнить не столько методом тщательного смыслового разбора, сколько посредством постоянной языковой практики. В этом плане выражение これはどういつ訳ですか («корэ ва до: иу вакэ дэс ка» - Что это значит?) - самое простое из имеющихся употреблений.

Начало есть начало, многоликое и неоднозначное, поэтому надо быть готовым к тому, что оно будет не только по-разному звучать, но и по-разному записываться. Познакомимся с одним из таких японских «начал».

[初 - Начало СЁ_хадзимэ, хацу 7 (刀 (18) меч)]

Начало всех начал (初) - это то впечатление, которым люди ошеломляют друг друга при первой встрече, и нередко в чести бывает больше тот, кто сумеет большим петухом вырядиться (衤) или громче всех побряцать оружием (刀).

初め (хадзимэ) - начало.

初めて (хадзимэтэ) - впервые.

初めに (хадзимэ ни) - сначала, сперва.

...の初めに (...но хадзимэ ни) - в начале (чего-то там):

私は今年の三月の初めに初めてサンクトペテルブルクに行きます (ватаси ва котоси но сангацу но хадзимэ ни хадзимэтэ санкуто-пэтэрубуруку ни икимас) - В начале марта этого года я впервые поеду в Санкт-Петербург.

Или вот ещё пример. Автору Кандзявых не раз доводилось рассказывать японцам и японкам о тех местах, в которых он родился, после чего в ответ он выслушивал разные вариации одной и той же мысли, смысл которой сводился к следующему:

私は、コミ共和国のことを初めて知りました (ватаси ва коми кё:вакоку но кото о хадзимэтэ сиримасита) - О республике Коми я (благодаря вам) узнал впервые.

В последнем выражении снова используется слово «кото» (факт, дело, случай, обстоятельство), о котором уже шла речь в 15-ом эссе. Именно благодаря этому самому «кото», имеющему широчайшее применение в грамматике японского языка, мы можем о чём-то рассказывать, спрашивать, а также о чём-то узнавать:

モスクワとペテルブルクのことを話しました (мосукува то петерубуруку но кото о ханасимасита) - Рассказал о Москве и Петербурге.

Но продолжим тему начала. 初めまして (хадзимэмаситэ) - рад с вами познакомиться, очень рад вас видеть - замечательная фраза, которая каждому потребуется при первом знакомстве с каким-нибудь японцем или японкой. Эту же фразу вы услышите от первого попавшегося вам лица японской национальности, которое познакомится или которого познакомят с вами (употребляется при самой первой встрече):

初めまして、道也です (хадзимэмаситэ, мития дэс) - Рад с вами познакомиться. Меня зовут Мития.

На что вы можете ответить практически теми же словами (допустим, вас зовут Дмитрий):

初めまして、ミーチャです (хадзимэмаситэ, ми:тя дэс) - И я рад с вами познакомиться. Меня зовут Митя.

«Хадзимэмаситэ» можно не только услышать, но и прочитать, например, в письме, которое вы неожиданно получили:

アラさん、初めまして。松田さんの友達の道子です。

«Ара сан, хадзимэмаситэ. Мацуда сан но томодати но митико дэс» - Уважаемая госпожа Алла. Рада с вами познакомиться. (Я) подруга господина Мацуды. (Меня) зовут Митико.[611]

Здесь закономерно может возникнуть вопрос о корректности перевода слова 初めまして на русский язык, ибо если и есть что-то общее между «хадзимэмаситэ» и «рад с вами познакомиться», так это только некоторый смысловой намёк на начало (хадзимэ) во взаимоотношениях двух человек. На самом деле здесь затрагивается очень серьёзная и чрезвычайно глубокая проблема, характерная для любого перевода с одного языка на другой, независимо от того, какой это язык: японский, английский, французский, немецкий, русский или любой другой. Но когда речь заходит о японском языке, то проблема дословного перевода усугубляется особенностями, к которым можно отнести и его исторически обусловленную изолированность, и его образность, и обобщённость, и многое-многое-многое другое. Чтобы не быть излишне многословными и голословными, приведём интересное описание всего одного японского слова, взятое из книги «Эти странные японцы»:

А что же «ёросику» при всей своей многозначности означает буквально? «Ёросику» - это производная от прилагательного «ёй» (хороший): ёй - ёросий - ёросику. Бессмысленно искать у этого слова какое-то изначальное смысловое воплощение в его частных применениях, вместо этого попробуем выслушать «полное» приветствие японца при первом знакомстве:

- Хадзимэмаситэ. Танака дэс. До:зо ёросику.

А теперь дословно:

Хадзимэмаситэ (Рад с вами познакомиться).

Танака дэс (Меня зовут Танака).

До:зо (пожалуйста) ёросику (...).

Опять это самое «ёросику». Видно, что его не перевести даже способом, охарактеризованным авторами столь замечательной книжки. Нередко можно встретить перевод фразы «до:зо ёросику» как «пожалуйста, располагайте мной» или «прошу любить и жаловать». Понятно, что ни о какой дословности ни в слове «хадзимэмаситэ», ни в слове «ёросику» говорить нельзя. Во многих случаях необходимо научиться принимать японский язык таким, какой он есть со всем его строем, со всей его лексикой, со всей его грамматикой и образностью.

Европейские языки - это языки частностей, японский язык - язык обобщений и целостности, и если мы и пытаемся анализировать его, раскладывая по полочкам и по чёрточкам, то только потому, что без этого не обойтись на начальной стадии изучения, и чем понятней станет эта стадия, тем более успешно можно будет перейти к следующей фазе - к изучению японского языка не по «западному» принципу, не через понимание каждой закорючки, не через анализ нюансов, а через восприятие, более близкое к созерцанию.

Это сложнейший этап ломки привычных стереотипов и штампов, самый тяжёлый психологический рубеж, который должен преодолеть каждый, кто хочет овладеть японским языком, осваивая его не так, как юный американец изучает природу, на уроках естествознания препарируя лягушек, а изучать, наслаждаясь объектом своего изучения в естественных для него проявлениях.

Каждый подходит к этому этапу по-своему, и здесь уже бесполезны словари, книги, учебные пособия, написанные, по крайней мере, на родном языке изучающего, а уже требуется чтение книг, пособий, словарей, журналов на языке оригинала, постоянное общение с носителями японского языка, причём не с теми, кто его выучил в совершенстве в российских или зарубежных ВУЗах, а только с самими обитателями японского архипелага и желательно на самом архипелаге. А уж эту проблему каждый должен решать в меру своих возможностей. Честно говоря, игра стоит свеч.

Начало для японцев - это больше, чем понятие. Начало оно и есть начало, и прелесть всякого начала в том и заключается, что оно вовсе не начало, а лишь хорошо забытое или совсем даже незабытое старое, то есть очередное проявление какого-то циклически повторяющегося явления, будь то начало нового дня, или начало долгожданного цветения сакуры, или появление первого снега, или рождение ребёнка (и так далее и тому подобное). Искренне радоваться тому, что уже было и год, и два, и десять лет назад, да так, будто это происходит впервые в жизни, не есть ли это одно из самых главных проявлений японского характера? Радуйся тому, что жив, цени то, что имеешь, не желай большего, чем тебе нужно, и всегда помни о том, что всё это, в том числе и ты сам, временно на белом свете, хотя и не в первый и, дайте боги, не в последний раз.

初秋 (сёсю:) - ранняя осень, начало осени.

初秋に (сёсю: ни) - ранней осенью.

初心の (сёсин но ...） - начинающий.

初心者 (сёсинся) - новичок.

初日 (сёнити) - первый день (состязаний), день открытия (театра), премьера.

初七日 (сёнанока) - седьмой день со дня смерти (первые семь дней).

初編 (сёхэн) - первая редакция книги.

初年 (сёнэн) - первый год (например, службы).

初老の (сёро: но ...) - пожилой.

初太刀 (сёдати) - первый удар меча.

初発の (сёхацу но ...) - зарождающийся, первичный.

А теперь о том же, но по-другому:

初 (хацу) - начало.

初の (хацу но ...) - первый.

初子 (хацуго) - первый ребёнок.

初雪 (хацуюки) - первый снег.

初飛行 (хацухико:) - первый полёт.

初物 (хацумоно) - ранние вещи: ранние (первые) ягоды, фрукты и так далее.

初日 (хацухи) - утро первого января, восход в новом году.

初キス (хацукису) - первый поцелуй (от английского kiss).

Информация о «начале» будет неполной, если не сказать о том, что «хадзимэ» - не единственное «начало» в японском языке.

[始 - Начинать, приступать СИ_хадзимеру 8 (女 (38) женщина)]

日本語を始める (нихонго о хадзимэру) - начать учиться японскому языку.

始めは (хадзимэ ва) - поначалу.

手始めに (тэхадзимэ ни) - для начала, во-первых, прежде всего.

По-японски «начало» - и 初め, и 始め; «впервые» - и 初めて, и 始めて, поэтому, чтобы в последующем избежать проблем с тем, какой же в тех или иных случаях нужно употребить иероглиф, надо бы хоть как-то определиться с областью применения обоих кандзи. И вот это как раз сделать довольно трудно, поскольку начал в японском языке много и каждому из них соответствует своя запись. Это та нередкая для японского языка ситуация, когда каждый учитель имеет полное право признаться ученикам в своём бессилии словами: «Дети, это нельзя объяснить. Это нужно запомнить!».

Проблема усугубляется ещё тем, что в японском языке даже не два «хадзимэ», а, минимум, три (始め, 初め и 創め). Конечно же, кое-какие правила, регулирующие использование того или иного «хадзимэ»-шного кандзи есть, но нельзя сказать, что они носят абсолютный характер. Тем не менее мы попробуем сформулировать их (не для запоминания, а только в качестве пояснения):

初め (хадзимэ) - в большинстве случаев имеет отношение ко времени: началу дня, месяца и так далее;

始め (хадзимэ) - чаще всего имеет отношение к событиям: начало работы и прочее;

創め (хадзимэ) - преимущественно употребляется для начинаний каких-то дел, предприятий и тому подобное.

Что же касается графики иероглифа 始, то она, очевидно, опирается на значение элемента 台 (ДАЙ) - основа, опора: всё в этом мире начинается с женщины и ею же заканчивается, женщина (女) - базис и основа (台) всей нашей жизни, что подтверждают не только японцы с китайцами через свою письменность, но и французы, изобретшие самую знаменитую фразу всех времён и народов: Cherchez la femme[613].

«Листик» 葉 образует довольно оригинальную композицию с «говорением» 言. В результате этого «говорения листьями» получается «слово» - 言葉 (котоба). Вот уж, действительно, говорить - что слова ронять, как роняют листву деревья. Как не вспомнить то слово, которое не воробей, и которое, если уж вылетит, не поймаешь. Только не воробей это, а всего лишь листочек, причём листочек не маленький и не слабенький, ибо «слово» - не самое последнее слово в языке... По крайней мере, так сказано в Библии:

初めに言葉があり、言葉は神と共にあり、言葉はであった。

Хадзимэ ни котоба га ари[614], котоба ва ками то томо ни ари, котоба ва дэ атта[615].

[肉 - Мясо NIKU_niku 6 (肉, ⺼ (130) мясо)]

[背 - Спина, хребет, тыл HAI_se 9 (肉, ⺼ (130) мясо)]

[高 - Высокий, дорогой KOU_takai 10 (高 (189) высокий)]

[世 - Мир, свет, общество, жизнь, эпоха SE, SEI_yo 5 (一 (1) один)]

[界 - Сфера, зона, мир, круги KAI_(-) 9 (田 (102) поле)]

[介 - Находиться между, посредничать KAI_(-) 4 (人 (9) человек)]

[紹 - Представлять, знакомить SHOU_(-) 11 (糸 (120) нить)]

[召 - Приглашение, вызов SHOU_meshi 5 (口 (30) рот)]

[芥 - Мусор, сор, пыль, грязь KAI_gomi, akuta 7 (⺾ (140) трава)]

[之 - Показатель родительного падежа в китаизмах SHI_no 4 (ノ (4) «но»)]

[葉 - Листья, листва, хвоя YOU_ha 12 (⺾ (140) трава)]

[隠 - Прятаться, скрываться IN_kakureru 14 (阝 (170) холм)]

[心 - Сердце, душа SHIN_kokoro 4 (心 (61) сердце)]

[神 - Бог, божество SHIN_kami 9 (示, 礻 (113) указывать)]

[示 - Указывать, показывать SHI_shimesu 5 (示 (113) указывать)]

[甲 - Говорить, называться SHIN_mousu 5 (田 (102) поле)]

[訳 - Перевод YAKU_yaku 11 (言 (149) слово)]

[訳 - Смысл, значение YAKU_waku 11 (言 (149) слово)]

[初 - Начало SHO_hajime, hatsu 7 (刀 (18) меч)]

[始 - Начинать, приступать SHI_hajimeru 8 (女 (38) женщина)]

SEI - 世, 成, 并 (yo, naru, i)

YOU - 葉, 痒, 羊, 洋, 陽, 楊 (ha, kayugaru, hitsuji, -, you, kawa/yanagi)

SHOU - 紹, 召, 小, 少 (-, meshi, chiisai, sukoshi)

SHO - 初, 所 (hajime, tokoro)

KAI - 界, 介, 芥, 海 (-, -, gomi/akuta, umi)

SHI - 肢, 之, 示, 始, 士, 子, 歯, 四, 私, 支, 枝, 止, 糸 (-, no, shimesu, hazime, shi, ko, ha, etsu, watashi, sasaeru, eda, tomaru, ito)

SHIN - 心, 神, 申, 新, 深, 森 (kokoro, kami, mousu, atarashii, fukai, mori)

KOU - 高, 幸, 口, 好, 行 (takai, sachi/saiwai, kuchi, suku, iku)

KO - 湖, 戸, 古, 枯 (mizuumi, to, furui, kareru)

IN - 隠, 陰, 音 (kakureru, in, oto)

鳥肉 - курятина (toriniku)

牛肉 - говядина (gyuuniku)

羊肉 - баранина (hitsujiniku)

肉付く - полнеть (nikuzuku)

肉太の - жирный (шрифт) (nikubuto no ...)

皮肉 - ирония, насмешка (hiniku)

背 - спина, хребет (se)

背中 - спина (senaka)

背 - рост (sei)

高い - высокий, дорогой (takai)

髙まる - повышаться (takamaru)

商める - повышать (takameru)

高年 - преклонный возраст (kounen)

髙風 - благородные манеры (koufuu)

尚言 - громкие слова (kougen)

高台 - возвышенность (takadai)

中高 - выпуклость (nakadaka)

高鳴る - громко звучать (takanaru)

上がり高 - доход, урожай (agaridaka)

出世する - выйти в люди (shusse suru)

世上に - в мире, на свете (seijou ni)

人世 - мир людей (jinsei)

世人 - люди, публика, свет (sejin)

世知 - три мира (seichi)

あの世 - тот свет (ano уо)

一世 - современники (issei)

ピョトル一世 - Пётр Первый (руоtoru issei)

世子 - наследник (seiki)

上世 - Древние века (jousei)

中世 - Средние века (chuusei)

近世 - Новое время (kinsei)

世話する - заботиться (sewa suru)

世話に成る - быть обязанным (sewa ni naru)

世話好き - услужливый человек (sewasuki)

世話人 - распорядитель (sewajin)

学界 - мир науки (gakkai)

下界 - земля, этот свет (gekai)

動物界 - мир животных (doubutsukai)

電界 - электрическое поле (denkai)

世界 - мир, свет (sekai)

介して - с помощью (kaishite)

介入する - вмешиваться (kainyuu suru)

紹介する - знакомить (shoukai suru)

召す - позвать, посылать (mesu)

召し上がる - кушать (о 2-ом лице) (meshiagaru)

芥 - мусор, сор, пыль (gomi, akuta)

葉 - листва, хвоя, лист (ha)

枯葉 - сухая листва (kareha)

子葉 - семядоля (shiyou)

枝葉 - ветки и листья (shiyou)

葉を出す - распуститься, зазеленеть (ha о dasu)

葉のない - безлиственный (ha о nai)

葉隠れ - «Сокрытое в листве» (hagakure)

隠れる - прятаться, скрываться (kakureru)

隠す - прятать, скрывать (kakusu)

隠し子 - внебрачный ребёнок (kakushigo)

隠れ金 - шапка-невидимка (kakuregasa)

雲隠れする - скрыться в облаках (kumogakure suru)

隠し立てをする - скрытничать (kakushidate wo suru)

隠し立てのない - откровенный (gakushidate no nai)

隠語 - условный язык (ingo)

隠居 - удаление на покой (inkyo)

雪隠 - уборная (setchin)

隠れ雪 - уборная (kakureyuki)

心 - душа (kokoru)

心から - от всего сердца (kokoro kara)

心の大きい - великодушный (kokoro no ookii)

心中で - в уме, в душе (kokoro naka de)

心ない - беспечный, безрассудный (kokoronai)

心にもない - не иметь в виду (kokoro ni mo nai)

心入れる - вкладывать душу (koroireru)

心入れ - забота, совет (kokoroire)

心付く - обратить внимание (kokozuku)

心付け - чаевые, напоминание (kokorozuke)

二心 - двуличие, двоедушие (futagokoro)

小心 - малодушие, робость (shoushin)

心中に - в глубине души (shinchuu ni)

心甲 - самоубийство по сговору (shinjuu)

中心 - центр, середина (chuushin)

灯心 - фитиль (toushin)

人心 - настроение общества (jinshin)

心服 - преданность, уважение (shimpuku)

一心に - сосредоточенно (isshin ni)

道心 - благочестие, чувство долга (doushin)

野心 - честолюбие, амбиция (уаshin)

老婆心 - лишняя забота (roubashin)

地心 - центр земли (chishin)

地心の - геоцентрический (chishin no)

神 - бог, божество (kami)

神風 - камикадзе (kamikaze)

神話 - миф (shinwa)

神式 - синтоистские обряды (shinshiki)

神木 - священное дерево (shimboku)

示す - указывать, показывать (shimesu)

予示 - предсказание (yoji)

訓示 - наставление (kunji)

申す - я говорю, меня зовут (mousu)

申し入れる - внести предложение (moushiireru)

申し出る - доложить, заявить (moushideru)

申し遅れる - забыть сказать (moushiokureru)

申し込む - дать заявку (moushikomu)

申し込み - заявка, требование, предложение (moushikomi)

申し込み人 - податель заявления (moushikomijn)

申付け - приказ, указание (moushitsuke)

申し付ける - приказывать, давать указания (moushitsukeru)

申し立て - показание, заявление (moushitate)

申し立てる - сделать показание, заявить (moushitateru)

上申 - донесение (joushin)

申 - обезьяна (гороскоп.) (saru)

申し訳 - извинение, оправдание (moushiwake)

申し訳をする - извиняться, оправдываться (moushiwake wo suru)

申し訳のない - непростительный (moushiwake no nai)

申し訳に - в знак извинения (moushiwake ni)

言訳 - извинение, оправдание (iiwake)

言訳に - в извинение (iiwake ni)

言訳をする - извиняться, оправдываться (iiwake wo suru)

訳する - переводить (yaku suru)

訳す - переводить (yakusu)

訳語 - перевод слова, эквивалент (yakugo)

訳者 - переводчик (yakusha)

初め - начало (hajime)

初めて - впервые (hajimete)

初めに - сначала (hajime ni)

初めまして - рад с вами познакомиться (hajimemashite)

初秋 - ранняя осень, начало осени (shoshuu)

初心の - начинающий (shoshin no ...)

初心者 - новичок (shoshinsha)

初日 - день открытия (shonichi)

初七日 - семь дней (shonanoka)

初編 - первая редакция книги (shohen)

初年 - первый год (shonen)

初老の - пожилой (shorou no ...)

初太刀 - первый удар меча (shodachi)

初発の - зарождающийся (shohatsu no ...)

初 - начало (hatsu)

初の - первый (hatsu no ...)

初子 - первый ребёнок (hatsugo)

初雪 - первый снег (hatsuyuki)

初飛行 - первый полёт (hatsuhikou)

初物 - ранние вещи (hatsumono)

初日 - восход солнца в новом году (hatsuhi)

初キス - первый поцелуй (hatsukisu)

始め - начало (hajime)

始めて - впервые (hajimete)

始める - начинать (hajimeru)

И снова недетская игра в иероглифический конструктор. Сегодня в центре нашего внимания иероглиф «Дракон», причем «Дракон» в устаревшей редакции. Несмотря на наличие упрощённой версии (竜), старый вариант (龍) нет-нет да и проскочит в том или ином тексте или контексте[616], а уж в качестве «иероглифообразующего» компонента его вообще никто ещё не отменял.

[籠 - Корзина, клетка РО:_каго 22 (竹 (118) бамбук)]

籠居する (ро:кё суру) - безвыходно сидеть дома.

籠る (комору) - сидеть взаперти, уединяться.[617]

Кандзи 籠, несмотря на всю свою видимую сложность, прост до невозможности. Раз на дракона (龍) сверху опустили что-то бамбуковое (竹), то это значит, что его поймали и посадили в крепкую бамбуковую клетку. Пленённый дракон сидит в огромной корзине и кровь стынет от его рычания: «ро-о-о-о-о». И клетка с драконом (каго), и корзина с котёнком (каго) - груз, который можно погрузить на корабль и отправить в другие страны, а груз по-английски - cargo (крайне неплохая находка для запоминания слова «каго»).

Сидит дракон взаперти (комору), как будто уединился в своей каморке посреди Комор-ских островов. Правда, у «комору» есть ещё одно значение, которое не ложится в выстроенный нами смысловой ряд: быть заполненным, быть преисполненным чем-либо. По всей видимости, если уж есть корзина, то она должна быть чем-то заполнена.

籠る (комору) - быть заполненным, быть преисполненным.

心の籠った (кокоро но комотта) - сердечный, задушевный.

籠手 (котэ) - рукавица (заполняемое рукой).

[竹 - Бамбук ТИКУ_такэ 6 (竹 (118) бамбук)]

竹 (тику) - бамбук.

竹林 (тикурин) - бамбуковая роща.

В культуре и искусстве Китая и Японии бамбук занимает особое положение. О нем можно рассказывать долго, много и интересно. Узкими остроконечными бамбуковыми листьями мы любуемся на гравюрах великих мастеров, и по этим же листьям в любой увиденной нами картине легко узнаём японский или китайский пейзаж. Но бамбук - это не только священное растение, формирующее характерный японский и китайский стиль, не только деликатес и великолепный строительный и поделочный материал, но и орудие пыток[618], а также грозное оружие: на тренировочных занятиях в 剣道 (кэндо:) используется 竹刀 (синай) - бамбуковый меч.

籠に籠る龍 (дракон, который сидит взаперти в клетке) громко рычит: «Ро-о-о-о-о». Любого постигнет глухота (聾), если на его ухо (耳) наступит своим рыком дракон (龍): 聾する (ро: суру) - (о)глохнуть. Любой сделает ро: (聲する), если над его ухом 耳 своё громкое «ро:» сделает дракон (龍).

[聾 - Глухота, глухой РО:_цунбо 22 (耳 (128) ухо)]

聾に成る (цунбо ни нару) - оглохнуть, быть оглушённым (стать глухим).[619]

聾 (цунбо) - глухота.

聾の (цунбо но ...) - глухой.

[耳 - Ухо ДЗИ_мими 6 (耳 (128) ухо)]

中耳 (тю:дзи) - среднее ухо.

耳目 (дзимоку) - уши и глаза.

初耳 (хацумими) - новость (для кого-либо).

初耳だ (хацумими да) - в первый раз слышу.

耳打ちする (мимиути суру) - шепнуть на ухо.

耳鳴り (миминари) - звон в ушах.

耳鳴りがする (миминари га суру) - в ухе звенит.

Замышлявший нападение воинственный агрессор обычно одевал своих воинов во что-нибудь устрашающее, причём в костюме завоевателей, а также на их флагах и стягах, как правило, присутствовали какие-нибудь драконьи элементы или соответствующая зубасто-когтисто-крылатая символика. Оделся a la dragon? Значит, готовишься напасть!

[襲 - Нападать, вторгаться СЮ:_осоу 22 (衣 (145) одежда)]

襲う (осоу) - нападать, вторгаться, атаковать.

襲われる (осоварэру) - подвергнуться нападению.

Наследники тоже похожи на свору свирепых и злых драконов, особенно когда они вторгаются на территорию того, кто им завещал или не завещал свои имения:

世襲 (сэсю:) - передача по наследству.

世襲する (сэссю: суру) - наследовать.

世襲の (сэсю: но) - родовой, наследственный.

А вот если подобно дракону зарычит вода (ро-о-о), то это уже водопад.

[瀧 - Водопад РО:_таки 19 (氵 (85) вода)]

滝のような涙 (таки но ё:на намида) - поток слёз.

Древние китайцы, определённо считавшие себя потомками какого-нибудь пра-пра-пра-дракона, чуть ли не все явления природы стремились объяснить действиями какого-нибудь из населявших Китай многочисленных драконов: образовался в реке или в море водоворот - дракон проплыл, поднялся ветер - дракон пролетел, наводнение - дракон разбушевался, облака закрыли месяц - опять дракон шалит. Разумеется, этот знаменательный факт не мог не отразиться в построении некоторых иероглифов.

[朧 - Неясный, смутный РО:_оборо 20 (月 (74) месяц)]

朧な (оборо на) - туманный, неясный, смутный, зыбкий. Тот, кого заботит только оборона, обрекает себя на смутные (оборо на) перспективы и неясное (оборо на) будущее.

朧月 (обородзуки) - луна в дымке. Это мы наивно полагаем, что луна в дымке, а китайцу-то, в отличие от нас, хорошо известно, что за такая напасть луну прикрыла (月 + 龍).

Вся вышеупомянутая группа «драконовских» примеров хороша прежде всего тем, что все эти иероглифы (кроме 襲) не только имеют одинаковое китайское «драконоподобное» звучание, но и объединены одним графическим элементом (дракон). Такое достаточно редкое стечение обстоятельств было бы грех не обратить в свою пользу и не попытаться запомнить всю эту группу замечательных и, самое главное, выразительных иероглифов вместе.

Но как уже было отмечено на примере кандзи 襲 (СЮ:), не все иероглифы, включающие в себя элемент «дракон», делают вслух «РО:».

[寵 - Расположение, покровительство, благоволение ТЁ:_(-) 19 (宀 (40) крыша)]

Отсутствие куна говорит о том, что это кандзи применяется только в сочетании с другими кандзи[620], а понять и запомнить его «легенду» может каждый, кто примет во внимание значение его ключевого элемента 宀.

Наконец-то подошла очередь познакомиться с одним из самых эффектных и предельно выразительных иероглифов. Это как пойти в какой-нибудь заштатный театришко, в котором исполняется балет на музыку Петра Ильича Чайковского. Даже если труппа танцует из ряда вон плохо, и музыканты по своему уровню не соответствуют требованиям гениальной партитуры, музыка Великого Композитора вопреки мерзкому исполнению всё равно пробьётся к сердцу слушателя. В такой же степени было бы странно, если бы в китайском иероглифе «Лошадь» не нашла своего отражения захватывающая дух красота великолепного животного.

Иероглиф 馬 (лошадь) больше похож на небрежный набросок гения, подталкивающий воображение зрителя: это и беснующаяся на ветру грива мчащегося во весь опор скакуна, и богато убранный хвост придворной лошади, и мощная жилистая шея коня-землепашца, вены которого вздуты от безмерно тяжёлой работы, и даже что-то от полёта «птицы» (鳥). Каждому, кого не оставляют равнодушным японско-китайские иероглифы, желательно научиться в любом иероглифе видеть немного больше, чем, возможно, в нём видели древние. Так, при взгляде на иероглиф 馬 постарайтесь отрешиться от конкретики грациозного прообраза, с которого, возможно, когда-то писалась эта миниатюра, и увидеть, например, коня железного, пришедшего ему на смену в XX веке.

[馬 - Лошадь БА_ума 10 (馬 (187) лошадь)]

馬上で (бадзё: дэ) - верхом.

馬上の (бадзё: но...) - конный.

馬術 (бадзюцу) - искусство верховой езды.

出馬する (сюцуба суру) - выехать верхом, выехать на войну.

馬の足音 (ума но асиото) - конский топот, звук копыт.

牛馬 (гю:ба) - быки и лошади, скот.

馬肉 (банику) - конина.

海馬 (кайба) - морской конёк.

馬子 (маго) - погонщик вьючной лошади.[621]

竹馬の友 (тикуба но томо) - друг детства. Как тут не вспомнить про тяжёлое детство и деревянные игрушки, только с поправкой на японскую самобытность, ибо игрушки у японцев не в столь далёкие времена были, как правило, не деревянные, а бамбуковые. Так и представляется папа-самурай, при свете лучины или японского бумажного фонарика мастеривший из стеблей и листьев бамбука что-то похожее на детскую лошадку. Однако 竹馬 - это не «деревянная лошадка», а ходули, причём вариант озвучивания «тикуба» уже достаточно устарел и его можно встретить лишь в некоторых устойчивых сочетаниях, вроде «тикуба но томо», современные же ходули - это «такэума».

Если уж речь зашла о лошади, то мы просто обязаны упомянуть и 馬力 (барики) - лошадиную силу.

Не каждый ценитель японской мультипликации знает, что знаменитая студия «Ghibli» (Дзибури)[622], была образована в 1985 году на основе компании «Нибарики», название которой (ни-ба-рики - Две лошадиные силы) - намёк на нелёгкий труд двух её создателей (господ Миядзаки и Такахаты).

[力^* - Сила РЁКУ, РИКИ_тикара 2 (力 (19) сила)]

^*) В научной литературе иероглиф «Сила» напрямую соотносится с изображением руки... Но вместо того, чтобы гадать, о какой именно части руки может идти речь, лучше постараться увидеть в этом символе могучий торс атлета, демонстрирующего мощь своих бицепсов.

電力 (дэнрёку) - электроэнергия.

火力 (карёку) - тепловая энергия.

国力 (кокурёку) - могущество страны.

才力 (сайрёку) - способности, дарование, талант.

知力 (тирёку) - интеллект, умственные способности.

カが抜ける (тикара га нукэру) - выбиться из сил (сила выпадает).

出カ (сюцурёку) - мощность, производительность (выходная сила).

力線 (рикисэн) - магнитные силовые линии.

カ士 (рикиси) - борец (в сумо).

カ行 (рикко:) - старание.

カ行する (рикко: суру) - постараться.

Иероглиф 力 (сила) даёт ещё один ключ к пониманию иероглифа 成 (становление, совершеннолетие), рассмотренному нами в 14-ом эссе. В этом плане иероглиф 成 можно рассматривать как результат объединения силы 力 и оружия 弋: 力 + 弋 → 成.

Когда мы говорим о силе, мы не можем не сказать о мужчине, ибo сила есть мужской атрибут, который, не будучи предметом бахвальства и пустопорожнего хвастовства, должен быть приложен к полезному и значимому делу. Ничего более значимого не было в прошлом и нет сейчас для человека, чем земля и культура земледелия - на том стояли и будут стоять и Русь Beликая, и Древний Китай, и свято оберегающая свои традиции Япония, а, значит, быть этой силе мужской к полю приложенной.

[男 - Мужчина ДАН_отоко 7 (田 (102) поле)]

男 (отоко) - мужчина.

男の子 (отоко но ко) - мальчик.

男子 (данси) - мужчина.

男子服 (дансифуку) - мужской костюм.

美男子 (биданси) - красавец.

人力 (дзинрёку) - человеческая сила.

Отсюда получаем знаменитого рикшу:

人力車 (дзинрикися) - рикша.

Видно, что в русский язык японский дзинрикися вошёл в урезанном варианте, в то время как в европейских языках рикша представлен более разнообразно: jinricksha, ricksha, rickshaw, rickshaw driver.

Совершенно нетрудно в символе 車 распознать телегу или повозку (вид сверху). Перед нами (вернее, под нами) поперечная ось с насаженными по концам колесами, а на оси располагается некое сооружение, которое может быть и коробом телеги, и салоном кареты, и кузовом современного автомобиля.

[車 - Телега СЯ_курума 7 (車 (159) телега)]

車 (курума) - повозка, телега, автомобиль, фургон, вагон, ...

人力車 (дзинрикися) - рикша.

馬車 (бася) - повозка, экипаж, карета.

牛車 (гю:ся) - телега, запряжённая волами.

客車 (кякуся) - пассажирский вагон.

雪上車 (сэцудзё:ся) - снегоход.

電車 (дэнся) - трамвай, электричка.

発車 (хасся) - отправление (поезда и т. д.).

Многочисленный ряд примеров свидетельствует о том, что «курума» может быть не только транспортным средством, но и тем, благодаря чему это средство ездит, - колесом:

歯車 (хагурума) - зубчатое колесо.

車台 (сядай) - шасси, вагонная рама (опора для колёс).

風車 (кадзагурума, фу:ся) - ветряная мельница.

水車 (суйся, мидзугурума) - водяное колесо.

糸車 (итогурума) - прялка.

拍車 (хакуся) - шпоры.

轡

И в завершение темы упражнение на сообразительность: внимательно изучив изображение данного иероглифа, попробуйте сами прийти к выводу о его значении. Не торопитесь подсмотреть правильный ответ, и только когда исчерпаете все версии, воспользуйтесь подсказкой внизу страницы.[623]

Иероглиф 車 удивительно продуктивен в плане создания на его основе других иероглифов. Обыкновенным добавлением к нему всё новых и новых элементов можно выстроить целый ряд иероглифических символов, рассмотрению которых пришлось бы посвятить не одно эссе. Мы же познакомимся лишь с некоторыми образцами, а дорогому читателю предоставим возможность и право воспользоваться любым подручным иероглифическим словарём и самому поиграть в эту удивительную игру.

Начнём с того, что в целях увеличения грузоподъёмности нашей машины попробуем, как это принято в тяжёлых грузовиках, усилить колёсную ось, подвесив на неё дополнительную пару колёс. В результате получится иероглиф «Тяжёлый».

[重 - Тяжёлый ДЗЮ:_омой 9 (里 (166) деревня)]

重い (омой) - тяжёлый (отсюда и сопутствующие значения: обременительный, важный).

重訳 (дзю:яку) - двойной перевод (перевод с перевода).

重心 (дзю:син) - центр тяжести.

Впрочем, иероглиф 重 не имеет никакого отношения к иероглифу 車. Если исходить из его ключа, то можно предположить, что 重 - это тяжёлое бремя непосильных налогов, нагромождённых на какую-нибудь японскую деревню 里, или, может быть, тяжесть снежных пластов, которыми горную деревушку подмял под себя обильный снегопад. Нагромождать, класть одно на другое (поэтому-то и «тяжёлый») - 重ねる (касанэру); слой, груда - 重ね (касанэ). А сложенные друг на друга предметы надо как-то ещё и сосчитать, для чего на помощь приходит тот же самый кандзи 重, но уже с новым для нас чтением «Э»: 一重 (хитоэ), 二重 (футаэ), 三重 (миэ) и так далее...[624] Идею многослойного пресса подтверждает также следующее употребление: 三重の (сандзю: но) - тройной, утроенный; 三重にする (сандзю: ни суру) - утроить.

Тем не менее мы «постарались» в этом знаке увидеть связь с «машиной», чтобы легче и проще было провести дальнейшую ассоциативную нить. Приложим к тяжёлой 重 тележке 車 силу カ и... «э-эй, у-ухнем» - сдвинем её с места!

[動 - Двигаться, перемещаться ДО:_угоку 11 (カ (19) сила)]

動く (угоку) - двигаться (о живых и неживых объектах), работать (о механизмах).

動かない葉 (угоканай ха) - неподвижные листья.

動かす (угокасу) - двигать.

手も足も動かなかった (тэ мо аси мо угоканакатта) - Не двигались ни руки, ни ноги.

エレべ一夕一は今日も動かないです (эрэбэ:та: ва кё: мо угоканай дэс) - Лифт сегодня тоже не будет работать.

動物 (до:буцу) - животные (двигающиеся предметы).

動力 (до:рёку) - движущая сила.

始動 (сидо:) - пуск, запуск.

言動 (гэндо:) - слова и дела.

不動の (фудо: но ...) - неподвижный, недвижимый, непоколебимый.

出動 (сюцудо:) - выход в море, выступление в поход, введение в бой.

陽動 (ё:до:) - демонстрация.

陽動を行う (ё:до: о оконау) - демонстрировать, произвести демонстративное перемещение войск.

А вот когда японскому полицейскому понадобится остановить преступника, он, возможно, крикнет: 動くな (угоку на) - Не двигаться! 手を上げろ (тэ о агэро) - Руки вверх![625]

Нам осталось к кандзи 動 (двигаться) добавить элемент 人 (человек), в результате чего получится иероглиф 働 (работать), который из-за своего японского происхождения по большому счёту к кандзи не относится. Парадокс заключается в том, что иероглиф 働, несмотря на то, что был создан непосредственно в Японии, обладает своим ОНом (китайским чтением), который передан был ему компонентом 動. Мы уже сталкивались со случаями, когда какой-либо кандзи обладал куном, который куном назвать было нельзя, поскольку он образовывался из она, или наоборот (у кандзи 本 он и кун - хон), теперь же мы познакомились с удивительным случаем, когда чисто японскому иероглифу довольно искусственно привязано «китайское чтение».

[働 - Работать ДО:_хатараку 13 (亻 (9) человек)]

働く (хатараку) - работать.

馬車馬のように働く (басяума но ё: ни хатараку) - упорно работать (работать, как ломовая лошадь).

働かす (хатаракасу) - чему-нибудь задать работу. Чему именно? Например, голове:

頭を働かす (атама о хатаракасу) - пошевелить мозгами (задать работу голове).

頭の働く人 (атама но хатараку хито) - остроумный человек (человек, у которого работает голова).

頭の働かない人 (атама но хатараканай хито) - тупой человек (человек, у которого не работает голова).

[頭 - Голова ТО:, ДЗУ_атама 16 (頁 (181) голова)]

頭が上がらない (aтaмa гa aгapaнaй) - повиноваться, нaxoдиться под чьим-то влиянием или давлением (голова не поднимается).

頭が下がる (атама га сагару) - преклоняться, снимать шляпу, относиться с глубоким уважением (голова опускается).

頭を下げる (атама о сагэру)[626] - склонить голову, поклониться.

頭がある (атама га ару) - сообразительный, с головой (имеющий голову).

頭がない (атама га най) - безмозглый (головы нет).

頭が足りない (атама га таринай) - в голове не хватает (не хватает головы).

彼は頭が古いです (карэ ва атама га фуруй дэс) - Он человек старого закала. Он отстал от жизни.

出頭 (сютто:) - присутствие, явка.

出頭する (сютто: суру) - присутствовать, явиться.

Голова - атама - атаман! Чувствуете, откуда опять ветер подул? Это все по поводу размышления о таких странных совпадениях как, например, японская дорога (道路が, до:рога).

Для нас важно не забыть, что у кандзи 頭 есть ещё один ОН - «ДЗУ», а также ещё один кун - «касира» (голова, глава, вожак). Сам же иероглиф «Голова» устроен довольно просто. Слева - тот самый «Боб» (豆), который определяет звучание как кандзи «Голова», так и давно уже известного нам кандзи 登 (ТО:_нобору) - подниматься, взбираться[627]. Справа же виден знак 頁, который в российской литературе нередко называется «большой раковиной». Это название ни к чему не обязывает, поскольку придумано оно по аналогии с кандзи 貝 (БАЙ_кай) - раковина, моллюск. Нас, впрочем, такое название элемента 頁 вполне устраивает, так как мы получаем незатейливую возможность трактовать иероглиф 頭 как аллегорическое сравнение с детской игрушкой, у которой вместо головы насажен большой боб или горошина, увенчанная головным убором в виде ракушки. Данная ассоциация достаточно хороша для того, чтобы прочно закрепить в памяти изображение иероглифа 頭 (голова), но будет значительно полезнее зафиксировать другой образ «головы»: 頭 - это круглая, как боб, голова, читающая страничку газеты. Где здесь страница? Всё дело в том, что кандзи 頁 нередко используется для обозначения страницы. Более того, ради такого случая он даже был наделён звучанием ペーン (пэ:дзи), созданным на основе заимствованного page (страница)[628].

[豆 - Бобы, горох ТО:_мамэ 7 (豆 (151) боб)]

[貝 - Раковина, моллюск БАЙ_кай 7 (貝 (154) ракушка)]

[頁 - Страница КЭЦУ_пэ:дзи 9 (頁 (181) страница)]

頭隠して尻隠さず (атама какуситэ сири какусадзу) - спрятав голову, не спрятать зад; спрятать голову, не спрятав зад; спрятал голову, не спрятав зад. Другими словами, вести себя подобно страусу. Что же касается кандзи 尻, то мы с ним уже встречались в слове 尻尾 (сиппо) - хвост.

[尻 - Зад, ягодицы КО:_сири 5 (尸 (44) труп)]

人の尻に付く (хито но сири ни цуку) - плясать под чужую дудку, идти на поводу у кого-либо (прицепиться к чужому заду).

尻が重い (сири га омой) - тяжёлый на подъём, неповоротливый, инертный.

尻から抜ける (сири кара нукэру) - пережив что-либо, быстро и легко забыть (выпасть из зада).

尻尾を出す (сиппо о дасу) - показать своё настоящее лицо, быть разоблачённым (высунуть хвост).

尻込みする (сиригоми суру) - идти на попятный, отступаться.

目尻 (мэдзири) - внешний угол глаза (зад у глаза).

目尻を下げる (мэдзири о сагэру) - строить глазки, смотреть влюблённо.

尻目 (сиримэ) - взгляд искоса.

台尻 (дайдзири) - приклад.

Зад - это сидящий (尸) на девятке (九) человек. Почему так? Да кто ж его знает? Это ведь у нас зад - третья точка опоры, а у китайцев, особенно древних, девятка была чуть ли не самым основополагающим числом. Не просто «три», а «три в квадрате» - это уже не цифра или число, а символ, имеющий глубочайший сакральный смысл, берущий своё начало с тех ещё времён, когда, может быть, и Китая-то как такового не было,

Девятка, возведённая в ранг магического числа неба, вошла в обиход китайцев так прочно, как в нашу жизнь входит число 13. Она формирует девятеричную структуру китайского мироздания, разделяя небесную сферу, состоящую из девяти сфер, на девять частей (восемь сторон света и центр), активно участвует в образовании различных названий (Парк Девяти Драконов), определяет законы древнекитайской архитектуры (размеры алтаря пекинского храма Неба кратны девяти, каждый его ярус, сложенный из девяти плит, имеет по девять ступенек), формирует старинные праздники (Девятый День Девятой Луны - Чунъян - Чунъянцзе (Праздник Чунъян) - Праздник Двойной Девятки - праздник сбора урожая), также в Китае есть пословица «у дракона девять сыновей», подчеркивающая многочисленное разнообразие семейства китайских драконов. Да и не кажется ли вам самим, особенно при сравнении иероглифов カ и 九, что 9 - это не просто цифра, а прямо сила какая-то! Надо полагать, японцы, хотя бы из многовекового уважения к культуре авторитетного соседа, тоже не могли запихнуть девятку на задворки своего мировосприятия.

[九 - Девять КУ, КЮ:_коконоцу 2 (乙, 乚 (5) второй)]

九牛の一毛 (кю:гю: но ити мо:) - капля в море (один волосок на девять коров).

九日 (коконока) - девять дней, девятое число.

九々 (куку) - таблица умножения.

九十 (кю:дзю:) - девяносто.

При всей своей простоте ключ у девятки элементарным не назовёшь. В современной учебной литературе он частенько ассоциируется с крючком, что, конечно же, обусловлено его внешним видом. Но нас такая трактовка абсолютно не устраивает. Куда полезней будет запомнить, что сам по себе элемент 乙 образует иероглиф, обозначающий второй циклический знак (младший брат дерева - киното). Слово «второй», надо признать, здесь не с потолка взято, поскольку в китайском языке иероглиф 乙 обозначал и обозначает порядковое числительное «второй»[629].

После всего сказанного остаётся добавить, что девятка со своими оном достаточно активно используется в качестве иероглифообразующего элемента.

[鳩 - Голубь КЮ:_хато 13 (鳥 (196) птица)]

Заглавием данной главы выступает начало японской скороговорки:

Скороговорку эту было бы неплохо вызубрить, поскольку она позволяет запомнить сразу несколько японских слов, одним из которых является «олень» (鹿, сика). За «оленем» следует «антилопа» (камосика). Также мы запомним «морского льва» (асика) и прилагательное «достоверный» (тасика). «Камосика мо сика мо» - и антилопа, и олень. «Да» - просторечный аналог глагола-связки «дэс». «Га» в конце предложения - это наше «но». «Дэ ва най», «дэ ва аримасэн» - отрицание «не». В результате получаем:

[鹿 - Олень РОКУ_сика 11 (鹿 (198) олень)]

Нет смысла раскладывать иероглиф «Олень» на составляющие элементы - его желательно воспринять таким, какой он есть во всей присущей ему красе. Каждый должен постараться увидеть в этом образе своего оленя, воспринять его в целом, прочувствовать его гармонию через неоднократную, может, даже трёхсоткратную прорисовку.

Здесь немного приостановимся, чтобы обсудить одно занятное наблюдение. Многие из тех, кто изучал японский язык, говорят, что после того, как они в своих занятиях дошли до иероглифов, вдруг как-то легко (между делом и почти без усилий) стали запоминаться «на слух» даже очень трудные для восприятия японские слова (в фонетическом исполнении). Если вы тоже заметили у себя схожее обострение памяти, то не торопитесь впадать в приятные заблуждения по поводу ваших 知力 (тирёку), ибо объяснение этого феномена не выходит за рамки обычных особенностей восприятия информации. Сами посудите, ещё бы не легко, ведь мозг изучающего неожиданно был поставлен перед необходимостью запоминать сотни картинок, чего от него раньше никто никогда не требовал. Испытав столь мощный стресс, организм, пытаясь защитить себя от перегрузки, уже перестаёт «смотреть» на запоминание самих слов (их звучания) как на нечто из ряда вон выходящее, бросая все высвободившиеся силы на запоминание графики. Поэтому сразу же следует успокоить тех, кого, возможно, тоже стало «беспокоить» столь неожиданное обострение памяти: стресс рано или поздно пройдёт, мозг адаптируется и всё снова вернётся на круги своя. Ну, может быть, не совсем на круги своя, ведь в одну и ту же реку, как известно, дважды не входят.

馬鹿にする (бака ни суру) - ни во что не ставить, издеваться, высмеивать, водить за нос (делать дураком).

馬鹿に成らない (бака ни наранай) - (с ним) шутки плохи, не приходится шутить (не станет дураком).

馬鹿を見る (бака о миру) - остаться в дураках (видеть дурака).

馬鹿を言え (бака о иэ) - Глупости! Чепуха! (Глупости говоришь! Не пори чушь!)

Олень с лошадью создают удивительный тандем, название которому «дурак». Да, по-японски дурак - 馬鹿 (бака)[631]. Загадка природы? Загиб истории? Кто из них дурак: олень, ухаживающий за лошадью, или конь, который волочится за оленихой? Или не отличается умом тот, кто в одну упряжку пытается запрячь трепетную лань и бьющего копытом коня? А, может, дурак тот, кто не способен отличить лошадь от оленя, или, другими словами, 鹿を馬とする (сика о ума то суру) - принимает оленя за лошадь?

Есть одна древняя пословица, которой уже чуть ли не две тысячи лет. Она восходит к событиям, происходившим в древнем Китае ещё в эпоху правления Династии Цинь (первой феодальной династии Китая)[632], когда после смерти Цинь Ши Хуанди (Первого Императора Империи Цинь)[633] Чжао Гао, наставник малолетнего наследника престола Ху Хая, попытался узурпировать власть. Однажды, находясь практически на вершине власти и удерживая в руках все бразды правления, он в присутствии подданных указал принцу на преподнесённого в подарок оленя и сказал, что это лошадь. Принц не поверил и обратился к окружающим его сановникам за поддержкой, но никто не рискнул пойти против жестокого узурпатора. С тех пор и вошла в обиход китайцев фраза «указывая на оленя говорить, что это лошадь», которая по-китайски записывается так: 指鹿为马. Но не от глупости своей Чжао Гао утверждал, что олень - не олень, а лошадь, а от своего безмерного коварства. Но тогда какой же смысл вложен в эту пословицу? Может, выдавать белое за чёрное? Всё может быть...

Поскольку нас пока больше интересует все-таки язык японский, а не китайский, то попробуем прочитать это выражение в том виде, в каком оно известно в Японии:

鹿を指して、馬となす (сика о саситэ, ума то насу) - Указывая на оленя, принимать его за лошадь. Здесь «насу» - аналог глагола «суру», а «то суру» выражает значение «принимать за», например: Xを出発点[634]とすれば、... - если принимать X за начальную точку, то...

[指 - Палец СИ_юби 9 (扌 (64) рука)]

足の指 (аси но юби) - палец ноги.

小指 (коюби) - мизинец.

中指 (накаюби) - средний палец.

指示 (сидзи) - указание, показ, демонстрация.[635]

指す (сасу) - указывать, а также ходить (в шахматах). 指して (саситэ) - срединно-соединительная (деепричастная) форма глагола 指す, позволяющая в данном случае соединить две части сложного предложения. При этом надо принимать во внимание и тот факт, что «... を指して» ещё и устойчивая грамматическая конструкция, которая может быть переведена как «в направлении (чего-либо)».

Практикой многих изучающих японский язык доказана трудность запоминания иероглифа «Палец». Вроде бы всё просто: рука 扌, человечек сидящий ヒ, солнце 日. Напрашивается простая трактовка: сидит человечек на солнце и указывает пальцем руки на солнышко. Однако что-то не срабатывает, поскольку в этом объяснении отсутствует какая-то внутренняя завершённость, и причем тут палец, и зачем надо на солнце указывать рукой? Может быть, сидящий на пляже (на солнце) человечек ладонью руки прикрывается от солнца и сквозь пальцы всматривается вдаль? Попробуем перевернуть всё с ног на голову и отойти от очевидных вещей - иногда это здорово помогает.

Что же интересного даёт нам иероглиф 指? Смешаем в нём точки зрения древнего и современного человека. Рука - это святое, её трогать не будем. Тем более, что пальцы расположены как раз на руке, и она - необходимое звено в длинной цепи наших представлений о пальцах. Сидящего человечка можно тоже оставить, только представим, будто бы он держит на коленях баночку с вкусным и сладким вареньем. А вот солнышко немножечко доработаем, превратив его в ту самую вареньевую сладость, о которой идёт речь: 日 → 甘 → 甘い (амай) - сладкий.

Возвращаемся к «сидящему человечку». У банки с вареньем очень узкое горлышко, и человечек не может просунуть в неё руку, в результате чего он вынужден прибегнуть к помощи ложки (знаком ヒ в совсем уж древнем Китае обозначалась ложка). Но где здесь палец? Да всё дело в том, что варенье очень быстро кончилось, но на стенках банки ещё остался толстый его слой, и наш человечек, направив кисть руки вниз ヒ (теперь в этом знаке мы уже не видим ни человечка, ни его ложку, а только кисть его руки с оттопыренным в сторону большим пальцем), просовывает самый длинный пальчик в горлышко банки и собирает им со стенок остатки варенья, после чего, наслаждаясь сладким вкусом победы, тщательно его облизывает. А теперь снова посмотрите на иероглиф 指 и попробуйте увидеть в нем что-нибудь другое, кроме того, что здесь только что было описано. Думаю, вам это сделать уже не удастся, ибо перед нами банка со сладостью 甘, в направлении которой тянется рука 扌, кисть которой ヒ вовсю пытается пролезть в эту самую банку, чтобы пальцами собрать остатки варенья.

[甘 - Сладкий КАН_амай 5 (甘 (99) сладкий)]

甘い (амай) - сладкий, недосоленный, мягкий, снисходительный, слабый, падкий на что-либо.

甘やかす (амаякасу) - баловать.

甘える (амаэру) - быть избалованным, ласкаться, кокетничать.

甘言 (кангэн) - сладкие речи, лесть.

甘口 (амакути) - сладкие слова, лесть, сладкость, любовь к сладкому, сладкоежка.

甘口のワイン (амакути но вайн) - слабое вино.

甘口のタバコ (амакути но табако) - слабые сигареты.

甘露 (канро) - сироп, нектар (сладкая роса).

甘心 (кансин) - удовлетворение.

甘皮 (амакава) - кожица (эпидерма) у растении (поверхностный слой листьев, стеблей, корней).

Из созвучности прилагательных «омой» и «амай» можно сделать вывод о том, что древние японцы прекрасно осознавали сладость тяжелых побед и понимали, что истинно сладким (амай) бывает только тот кусок хлеба (рисового пирога), который достаётся тяжёлым (омой) трудом.

И рассказ о кандзи 甘 будет неполным, если не упомянуть ещё одно его чтение и ещё один его смысловой оттенок:

甘い (умай) - вкусный, ловкий, умелый, искусный.

口が甘い (кути га умай) - умно говорить, хорошо говорить.

Но самое интересное, что во всех этих значениях (вкусный, умелый, ловкий, искусный) кандзи 甘 может быть заменён кандзи 旨 (той самой правой частью иероглифа 指, которая так искусно доставала пальцем вкусное варенье из банки):

[旨 - Вкусный, искусный СИ_умай 6 (日 (72) солнце)]

Нет, вы только вслушайтесь в это: umai SHI - вкусные щи!

Что полезного даёт нам этот иероглиф? Единственная причина, по которой он был упомянут нами, заключается в том, что знак 旨 удивительным образом вписывается в небезосновательно придуманную и тщательно разработанную нами версию происхождения иероглифов 指 (показывать, палец) и 甘 (сладкий). Воистину, чтобы сделать сладкое (甘, амай) вкусное (旨, 甘, умай) блюдо надо быть искусным (旨, 甘, умай) мастером своего дела. А ведь нами изначально было сделано предположение о том, что в качестве составного элемента знак 甘 входит в иероглиф 旨. Значит, мы не ошиблись. Но самое удивительное состоит даже не в этом, а в ещё одной группе значений кандзи 旨 (содержание, смысл, суть, цель), которые опять же не противоречат найденным нами образам, поскольку человек, ковыряющийся в банке с вареньем, обладает одновременно и целью, и смыслом, и содержанием.

本旨 (хонси) - подлинный дух, основное, суть, подлинная (основная) цель.

Заканчивая эту главу, хочется снова вернуться к кандзи «Палец», чтобы увидеть в нём ещё одно мнемоническое объяснение: рука (手, 扌) не сама по себе искусна (旨) - таковой её делают пальцы 指.

Есть все основания полагать, что именно так думает каждый японец. Ну, может быть, не каждый, и, может быть, не думает, но... иностранец в переводе на японский - 外国人 (гайкокудзин), а если более сокращённо, то 外人 (гайдзин). Отсюда образуется ставший нарицательным термин, направленный на иностранцев как на людей, в общем-то, недалёких и со странностями. Действительно, практически для каждого японца любой иностранец - это 馬鹿外人 (бакагайдзин) - глупый иностранец. Нравится вам это или не нравится, но японцы всех нас 小馬鹿にする (кобака ни суру) - за дурачков держат. Не будем возмущаться, и останемся на время дурачками хотя бы потому, что с умным выражением лица иероглиф 外 не понять.

Основное значение кандзи 外 - снаружи. Посмотрим, что это нам даёт в плане понимания и запоминания его графики, только вместо тщательной детализации попробуем в очередной раз воспринять иероглиф не как разобранный на части самокат, а как живописную картинку. На дворе ночь или вечер 夕ベ (СЭКИ_ю:бэ), из-за склона горы осторожно выглядывает месяц 月, часть которого всё ещё скрыта за склоном (夕). И что же предстаёт нашему взору? На дворе, освещённом серебряным сиянием подглядывающей из-за горы луны (タ), стоит писающий мальчик (卜): タ + 卜 → 外. А где же ему ещё, спрашивается, справлять малую нужду (尿を出す, нё: о дасу), как не снаружи (во дворе, на открытом воздухе)? На то ведь оно и 雪隠 (сэттин), другими словами, 隠れ雪 (какурэюки), что в снегах сокрытое, то бишь подальше от дома расположенное.

[外 - Снаружи ГАЙ_сото 5 (タ (36) вечер)]

外 (сото) - снаружи, на улице, на открытом воздухе.

外に (хока ни) - кроме, помимо.

外の (хока но) - другой.

外から (хока кара) - извне.

外見 (гайкэн) - внешний (наружный) вид.

外線 (гайсэн) - внешняя линия (обороны, укреплений, телефона).

丸皮 (гайхи) - наружный покров, шелуха, скорлупа.

戸外で (когай дэ) - вне дома.

外界 (гайкай) - внешний мир.

外海 (гайкай) - открытое море.

海外の (кайгай но ...) - заокеанский, заграничный.

外地 (гайти) - территория за пределами страны.

外国 (гайкоку) - заграница, иностранное государство.

国外に (кокугай ни) - за границей, за рубежом, за границу.

外電 (гайдэн) - телеграмма из-за границы.

外報 (гайхо:) - известие из-за границы.

外米 (гаймай) - импортный рис.

外出する (гайсюцу суру) - выходить (из дому), отлучаться.

人外 (нингай) - отверженный (вне людей).

心外な (сингай на) - огорчительный.

心外だ (сингай да) - жаль.

口外する (ко:гай суру) - разгласить, проговориться.

口外しない (ко:гай синай) - не выдавать тайны, скрывать.

口外するな (ко:гай суру на) - Нельзя никому говорить!

А также ряд слов, построенных на 外れ (хадзурэ):

外れ (хадзурэ) - край, окраина, неудача, промах, провал.

外れる (хадзурэру) - соскальзывать, соскакивать, отстёгиваться, сходить (с рельсов), не попадать, не удаваться.

外す (хадзусу) - отцеплять, разъединять, распускать, отстёгивать, расстёгивать, упускать, уклоняться.

村外れ (мурахадзурэ) - окраина деревни.

Нет смысла разубеждать кого-либо в том, что олень - удивительно красивое благородное животное. Красивое настолько, что в древнем Китае именно его изображение легло в основу ещё одного иероглифа «Красивый».

[麗 - Красивый, прекрасный, пышный РЕЙ_урувасий 19 (鹿 (198) олень)]

У японских кандзи нет второстепенных кунов, онов, значений, графических особенностей. Нельзя сказать, что он «рэй» чем-то значимей, чем кун «урувасий», как нельзя сказать, что кун «урувасий» важнее запомнить, чем он «рэй». Говорящий так будет незамедлительно или, в крайнем случае, рано или поздно наказан. Тем не менее сейчас нас в первую очередь интересует графика кандзи 麗 и его он «рэй», поскольку они приведут нас к очень интересным открытиям.

С графической точки зрения 麗 - это олень 鹿, над которым расположен символ 丽. Одни говорят, что когда-то знак 丽 служил выразителем парности, другие утверждают, что это что-то вроде двух красивых, возможно, крашеных шкур. Почему бы и нет? Только такая историческая трактовка опять вступает в некоторое противоречие с пониманием иероглифа 麗 и с его запоминанием. Конечно, два оленя - это значительно более эффектное зрелище, чем один, да и разукрашенная шкура - это тоже красиво, но посмотрим на всё это немного другими глазами.

Итак, элемент снизу - это олень (鹿). Тогда логично будет предположить, что знаком 丽 делается дополнительный акцент либо на шикарные рога (именно рогами, красующимися на гордо посаженной голове, так красивы олени), либо, что ещё лучше, на большие глаза (丽), совсем как у маленького оленёнка Бэмби. Кто-нибудь будет утверждать, что у оленей маленькие глаза? Или, может быть, найдутся те, кто заявит, что большие глаза некрасивы? Вот и всё, вопрос с «надстройкой» решён раз и навсегда. Красота - это когда благородный олень, гордо держа над собой красивые ветвистые рога, смотрит на нас красивыми, умными, влажными, широко раскрытыми глазами: 麗 → 鹿 + 丽. Здесь, кстати, крайне важно не забыть упомянуть, что в современном китайском написании от этого иероглифа остались только «рожки да ножки»: сегодня вместо иероглифа 麗 в Китае чаще используют его упрощенную версию (丽), что подтверждает мысль о том, что именно «надстройка» иероглифа 麗 издревле и отвечала в нём за красоту.

Теперь насчет «рэй». В японском языке в качестве выражения понятий «красивым» или «красивая» чаще всего используются прилагательные 美しい (уцукусий) и 綺麗 (кирэй), причём вероятность встретить в разговоре 綺麗 (кирэй) несколько даже выше, чем 美しい (уцукусий). Вполне возможно, что для среднестатистического японского уха, избалованного всякого рода выразительными тонкостями, 美しい звучит чуть более изысканно, чем 綺麗, а значит и стиль употребления его, может быть, чуточку более возвышенный. Что же касается 綺麗 (кирэй), то он как-то и проще, и лаконичней, да и легче произносится, а это для японской повседневной речи имеет немаловажное значение.

На первый взгляд запоминание слова 綺麗 осложняется замысловатостью графики входящих в него иероглифов. Однако, как уже было продемонстрировано на примере кандзи 麗, многие иероглифы, с виду такие сложные и непонятные, содержат в себе мир, полный красоты и очарования. Кандзи 綺 не сложнее, чем кандзи 麗, и даже обладает таким же значением, но встретить этот кандзи кроме как в слове 綺麗 - большая удача из-за его редкости, хотя, конечно же, 綺麗 - не единственный пример его употребления: 綺語 (киго) - цветистое выражение, удачное словцо.

[綺 - Красивый, цветистый КИ_(-) 14 (糸 (120) нить)]

Что же такого красивого в иероглифе 綺? То, что в качестве его компонента выступает элемент «нить», удивления не вызывает, поскольку одежда, ткань, пряжа, нить - это всё то, что красит человека. Само собой, без элемента 大 (большой) иероглиф, отвечающий за красоту, обойтись тоже не мог, как, впрочем, не обходится без него и другой красивый иероглиф - 美. Остаётся элемент 可. Самое лучшее, что мы можем сейчас сделать, это не вдаваться в детальный графический анализ данного компонента, а просто вспомнить, что отчасти благодаря ему нами в своё время был понят кандзи 歌 (КА_ута) - песня, и что именно его мы в самом начале этой книги окрестили «широко открытым поющим ртом». Такое сравнение нам на этот раз очень даже на руку, поскольку к красоте больших объектов и к красоте ткани мы смело можем добавить красоту пения, в результате чего получим квинтэссенцию всего самого красивого: анатомических параметров, одеяния, голоса. Как тут не вспомнить замечательные слова Антона Павловича Чехова[636], которые, как оказывается, уже давным-давно были зашифрованы китайцами в таком маленьком и даже немного неказистом иероглифе как 綺 - вот уж, действительно, в человеке всё должно быть прекрасно; и внешность («большой» 大 берёт свое начало от изображения человека), и одежда («нить» 糸 как основа любой одежды), и голос (可 - что-то напоминающее широко открытый рот[637]).

А если какой-нибудь из только что перечисленных атрибутов «прекрасности» (ну, например, одежду, символом которой служит нить 糸) сорвать с человека, что же тогда останется? Голая правда? Нет, останется странность, ну, в крайнем случае, оригинальность - пусть голый, пусть большой, зато поющий.

[奇 - Странный, оригинальный КИ_кинару 8 (大 (37) большой)]

奇 (ки) - странность, оригинальность, новинка, новшество, нечётное число.

奇なる (кинару) - странный, оригинальный.

奇仃 (кико:) - эксцентричное поведение.

奇才 (кисай) - гений, талант.

奇人 (кидзин) - оригинал, чудак.

奇術 (кидзюцу) - волшебство, магия.[638]

奇襲 (кисю:) - внезапное нападение, налёт.

奇襲する (кисю: суру) - внезапно налететь, напасть.

Пока не закончилась эта глава, есть смысл упомянуть ещё один занятный, если даже не странный кандзи, который, судя по всякого рода толстым словарям, употребляется только в одном слове. Речь идёт о кандзи 椅 (И) и слове 椅子 (ису) - стул.

[椅 - Стул И_(-) 12 (木 (75) дерево)]

Да, 椅子 (ису) - стул. А что такое стул для японца из недалёкого прошлого? Странно-оригинальная (奇) и по японским меркам большая (大) вещь из дерева (木), которая годится разве что в качестве подставки (可) для ребёнка (子), поскольку взрослые сидят на полу и пользоваться им такой штукой попросту не приличествует. Но если для японцев эта вещь странная (奇), то для китайцев - самое то: эдакая деревянная (木) подставка (可), на которую может сесть не только маленький, но и большой (大) человек, то есть самый натуральный стул (椅).

Только вот иероглиф 子 в сочетании 椅子 к «ребёнку» не имеет абсолютно никакого отношения. Всё дело в том, что слово «стул» было заимствовано из китайского языка именно в виде 椅子, в котором непосредственно за «стул» отвечает иероглиф 椅 (yi, и). Но так как китайский язык, особенно в современных его вариациях, тяготеет к двусложности[639], и по сложившимся грамматическим нормам «стул» не может быть записан только иероглифом 椅 (за исключением некоторых литературных случаев[640]), поэтому к нему и добавляется суффикс 子 (zi, цзы) основная задача которого здесь - быть признаком существительного (указывать на тот факт, что данное слово обозначает предмет). А чтобы понять, почему «ицзы» в Японии трансформировалось в «ису», достаточно вспомнить разговор об уникальности японского «у», являющегося чем-то промежуточным между «у» и «ы».

Итак, 奇 - странный (большой, сидящий на подставке и ещё поющий), 椅 - стул (странная деревянная вещь, на которой сидят большие люди), 綺 - красивый (странный сидящий на подставке большой поющий человек, разодетый в красивые одежды - ну, прямо Евгений Онегин за исполнением арии на сцене Большого театра).

Раз уж мы зашли настолько далеко, что смогли такую необычную для японцев вещь как стул записать иероглифами, то давайте заодно узнаем, как записывается японский стол. Мы уже неоднократно для обозначения стола использовали слово テーブル (тэ:буру), происходящее от английского table (тэйбл). Правда, у этого слова есть определённые ограничения в употреблении, о чём можно догадаться хотя бы потому, что у японцев до появления в их жизни заморского «тэ:буру» были (и свои низенькие столики, за которыми можно было сидеть лишь в традиционной японской позе (на коленях). Речь идёт о так называемом 机 (цукуэ) - эдакой деревянной (木) подставке 几-образной формы с лёгким для запоминания названием: «цукуэ» - предмет, к которому цуку (присоединяются).

Нам только остаётся уточнить, какие именно столы называются «цукуэ», а какие - «тэ:буру». К счастью, здесь всё предельно просто: традиционным японский столик - это всегда 机 (цукуэ), а все остальные столы - テーブル (тэ:буру). Такая дискриминация по отношению к европейскому столу вызвана тем, что, как уже отмечалось, до определённого времени японцам был в диковинку привычный всем нам обыкновенный стол. Когда же в Японию вместе с европейцами была завезена и европейская мебель, то вместе со столом (table) в обиход японцев вошло и иностранное слово (table → テーブル). Впрочем, слово 机 (цукуэ) японец может употребить также и по отношению к письменному столу, и по отношению к парте (наряду с テーブル).

[机 - Стол КИ_цукуэ 6 (木 (75) дерево)]

机上の (кидзё: но ...) - настольный; чисто теоретический, умозрительный, кабинетный, академический, нереальный, оторванный от жизни.

Прилагательное 綺麗 (кирэй) имеет два сильно пересекающихся значения: и «красивый», и «чистый». Понятно, что для древнего человека, тем более для японца, понятия чистый и красивый, в общем-то, синонимы, ибо все красивое, как правило, чистое. Не всегда, правда, чистое, обязательно должно быть красивым, но это уже частности.

Нас же интересует кое-что другое. Очень уж большая разница между словами 美しい и 綺麗, что в первую очередь касается происхождения этих слов: 美しい (уцукусий) - японское слово, записанное при помощи совпадающего по смыслу китайского иероглифа, а 綺麗 (кирэй) - слово китайского происхождения, в том плане, что до появления в Японии китайской письменности не было в японском языке слова «кирэй», и создано оно было исключительно за счёт объединения в одном слове двух близких по смыслу иероглифов, которые своими прокитайскими корнями (ки + рэй) и определили звучание слова «красивый» (кирэй). Уже отмечалось, что такого типа слова называются канго (漢語) - слова китайского происхождения[641], в отличие от кокуго (国語) - слов японского происхождения.

美しい女の子が道を行った (уцукусий онна но ко га мити о итта) - По дороге шла красивая девочка. (Здесь сказуемое - итта.)

女の子は美しかったです (онна но ко ва уцукусикатта дэс) - Девочка была красивой. (Сказуемое - глагол-связка «дэс».)

女の子は美しかった (онна но ко ва уцукусикатта) - Девочка была красивой. (В качестве сказуемого выступает само прилагательное.)

Хорошо видно, что предикативное (японское) прилагательное может, как и положено прилагательному, выступать в качестве определения к существительному (красивая девочка), но также может быть сказуемым (девочка красивая) и даже обходиться без глагола-связки, поскольку само способно принимать временные формы, а, значит, выражать настоящее и прошедшее время. Здесь следует напомнить, что исконно японские прилагательные в научной литературе называются предикативными (predicate - сказуемое).

И всё бы ничего, если бы 綺麗 (кирэй) и подобные ему образования тоже не претендовали на роль прилагательных, что создаёт для нас определённые трудности, обусловленные тем, что нам уже более-менее известно, как обращаться с прилагательными японского происхождения (оканчивающиеся обычно на «й»), а вот как поступать с такого типа образованиями мы пока не знаем.

Прилагательные китайского происхождения, в отличие от исконно японских, по сути своей являются существительными, не имеющими к тому же изменяемых форм. Чтобы такие неповоротливые китайские «слоны» хоть как-то могли адаптироваться к японской «посудной лавке», их дополняют специальными (назовём их так) суффиксами, позволяющими производить достаточно эффективную подстройку этих якобы прилагательных под требования японской грамматики.

綺麗な物ですねえ (кирэй на моно дэс нэ:) - Красивая вещь, не правда ли?

馬鹿な話 (бака на ханаси) - глупость.

馬鹿なことを言う (бака на кото[642] о иу) - нести (говорить, молоть) вздор, чепуху.

川は綺麗でした (кава ва кирэй дэсита) - Река была чистой.

あまり好きではありませんでした (амари суки дэ ва аримасэн дэсита) - Не очень понравилось.

歌の好きな人々 (ута но суки на хитобито) - Люди, которым нравится петь.

達者に成る (тасся ни нару) - поздороветь.

Таким образом, когда мы видим 馬鹿, то понимаем, что это дурак, а если 馬鹿な, то дурной, глупый. Но не всегда и не всё бывает так просто. Посмотрим, как в авторитетном японском издании представлено слово 綺麗:

Как, спрашивается, можно перевести слово 綺麗, если оно, судя по словарной статье, как существительное не употребляется, а чтобы опознать в нем прилагательное в привычном для нас смысле, необходимо, чтобы рядом с ним стояла частица «на»? Та же самая картина и со словом 上手 (дзё:дзу), которое как существительное не переведёшь, а чтобы соотнести его значение с привычными нам понятиями о прилагательном (умелый, искусный, ловкий) в словаре приходится рядом с ним приписывать ~な, хотя тем словом, которое и несёт в себе смысл «умелый» как раз и является 上手 без всяких там приписок, необходимых только в том случае, когда это полупредикативное прилагательное присоединяется к некоторому существительному, которое оно как прилагательное определяет.

Большой проблемы здесь нет, и запоминать, играет ли то или иное слово роль существительного, или прилагательного, или существительного и прилагательного вместе, не требуется. Как правило, практика чтения показывает, что очень многие слова китайского происхождения (канго) можно легко превращать в полупредикативные прилагательные, и при этом не так уж много полупредикативных прилагательных, которые не являются «чистыми» существительными.

小心 (сё:син) - малодушие, робость, скрупулёзность, а рядом с ним приписка: 小心な (се:син на) - малодушный, скрупулёзный. Конечно же, прилагательное здесь (оно же и существительное) слово 小心 (сё:син), а な - всего лишь частица, позволяющая использовать слово 小心 грамматически правильно именно как прилагательное. Поэтому не будет, например, ошибкой назвать слово 下手 (хэта) прилагательным, даже если рядом с ним не окажется знака каны な, поскольку 下手な (неумелый) - это только одна форма употребления (определительная), другая же (в сочетании с глаголом-связкой です) как раз не требует никаких дополнительных знаков (разве что кроме самого глагола-связки です).

Глагол-связка требуется для того, чтобы указывать в каком времени употребляется данное, с позволения сказать, прилагательное.

Принимая во внимание этот факт и все отмеченные выше особенности, прилагательные китайского происхождения назвали полупредикативными - они вроде бы и могут быть сказуемыми, но только с соблюдением определённых условий (наличие глагола-связки).

Предикативные (пр.)

Полупредикативные (ппр.)

Красивая женщина:

(пр.) 美しい女

(ппр.) 綺麗な女

Некрасивая женщина:

(пр.) 美しくない女

(ппр.) 綺麗ではない女

Женщина красивая:

(пр.) 女は美しい（です）

(ппр.) 女は綺麗です

Женщина некрасивая:

(пр.) 女は美しくない（です）

(ппр.) 女は綺麗ではない

Женщина некрасивая:

(пр.) 女は美しくありません

(ппр.) 女は綺麗ではありません

Женщина была красивой:

(пр.) 女は美しかった（です）

(ппр.) 女は綺麗でした

Женщина была некрасивой:

(пр.) 女は美しくなかった（です）

(ппр.) 女は綺麗ではなかった

Женщина была некрасивой:

(пр.) 女は美しくありませんでした

(ппр.) 女は綺麗ではありませんでした

Женщина стала красивой:

(пр.) 女は美しく成りました

(ппр.) 女は綺麗に成りました

В литературе можно встретить разные названия прилагательных китайского происхождения: и квазиприлагательные (как бы прилагательные), и полупредикативные прилагательные (наполовину сказуемые), и именные (образующиеся от существительных). А если образуются от существительных, то и их отрицательная форма должна быть такой же, как и у существительных.

これは傘ではありません (корэ ва каса дэ ва аримасэн) - Это не зонтик.

これは私の傘ではありません (корэ ва ватаси но каса дэ ва аримасэн) - Это не мой зонтик.

この傘は綺麗ではありません (коно каса ва кирэй дэ ва аримасэн) - Этот зонт некрасивый.

Отрицание может быть выражено несколькими стилистически различающимися способами:

綺麗ではありません (кирэй дэ ва аримасэн) - нейтрально-вежливо (достаточно официально).

綺麗ではない (кирэй дэ ва най) - менее официально.

綺鼴じゃありません или 綺麗じゃない (кирэй дзя аримасэн или кирэй дзя най) - более разговорные варианты.

Бросающееся в глаза отличие предикативных прилагательных от полупредикативных - наличие завершающего い (амай, омой, курой, сирой, уцукусий, ...), но, как мы уже могли убедиться, возможны чисто формальные совпадения, как в слове 綺麗 (кирэй), в котором завершающий звук «й» является частью неизменяемой основы «китайского» слова.

Кроме всего прочего надо быть готовым к тому, что некоторые хорошо знакомые предикативные прилагательные могут оказаться и в полу предикативном виде: 小さい (тиисай) - 小さな (тиисана); 大きい (оокий) - 大きな (оокина). Такое происходит, конечно же, не со всеми прилагательными, но необходимо помнить, что если кому-то захочется 大きい превратить в 大きな, то таким образом полученное «предикативно-полупредикативное» прилагательное никогда не может выступать в роли сказуемого, даже в сопровождении глагола-связки «дэс». Почему? Об этом каждому можно будет поразмышлять на досуге.

Мы только на самую малость приподняли покров, за которым хранят свои тайны японские прилагательные. Японские прилагательные (все их виды) весьма непросты и имеют немало тонкостей в употреблении, но чтобы рассказать о них всё, потребуется отдельная, пусть не самая толстая, но всё-таки книжка. Всё дело в том, что прилагательные могут создаваться не только теми способами, с которыми мы с вами уже познакомились. Если уж на то пошло, то и 日本の («нихон но» - японский), и в 聾の («цумбо но» - глухой), и 深海の («синкай но» - глубоководный), и 短才の («тансай но» - неталантливый), и даже 心の籠った («кокоро но комотта» - сердечный, задушевный) - это всё в каком-то смысле тоже прилагательные, и список такого рода прилагательных этими примерами не исчерпывается[644]. Кроме того, не все прилагательные говорящий может применять по отношению к себе, и не все - по отношению к другим. Есть прилагательные, про которые вообще трудно сказать, прилагательные это или глаголы. Короче говоря, нюансов много, но все они не так страшны, как это может показаться, и только непрерывный контакт с японскими материалами (учебниками, текстами, оригинальными материалами и разработками, книгами, газетами и даже короткими надписями на фотографиях, сувенирах, вывесках и прочее) каждому позволит прочувствовать многие особенности японского языка. И вот здесь, как нельзя кстати, вспоминаются слова одного классика, утверждавшего, что читать надо постоянно, везде и всё, что попадёт на глаза, даже если речь идёт об афишах и вывесках над магазином.

В завершение вернёмся к пословице, выставленной в качестве эпиграфа к данному эссе, но сначала (初めに) проясним некоторые «непонятности» в ней.

動けば (угокэба) - если двигаться, когда двигаешься (один из способов выражения условия в японском языке через добавление «эба»[645]):

言えば (иэба) - если говорить, когда говоришь.

詰さなければ (ханасанакэрэба) - если не рассказывать, когда не рассказываешь.

美しければ (уцукусикэрэба) - если (будет) красивый, когда (будет) красивый.

重くなければ (омокунакэрэба) - если (будет) нетяжёлый, когдa (будет) нетяжёлый.

止む (яму) - переставать, прекращаться, исчезать. Здесь мы имеем дело ещё с одним куном кандзи 止, знакомство с которым мы сознательно отложили именно на этот случай (кто-то в яму провалился, исчез и прекратил своё существование - как в воду канул):

雨が止んだ (амэ га янда) - дождь прекратился.

止める (ямэру) - переставать, прекращать, бросать что-либо делать. Очень хороший глагол в том плане, что довольно популярный и часто встречаемый, поскольку благодаря ему можно бросить а) работу, б) пить-курить, в) многое-многое другое.

タバコを止める (табако о ямэру) - бросить курить.

止めろ (ямэро) - Брось(те)! Оставь(те)!

Поскольку видно, что обычно «бросается» существительное, то в случае, если речь идёт о глаголе, в существительное можно превратить и его:

行くのを止める (ику но[646] о ямэру) - не пойти, отказаться от мысли пойти (бросить «идти»).

Попробуем, используя условно-временную форму на «-эба», образовать две новые для нас грамматические конструкции:

止めばいいです (ямэба ий дэс) - Следует бросить (если бросить, то (будет) хорошо).

止めばよかったです (ёмэба ёкатта[647] дэс) - Следовало бы бросить (если бы бросил, было бы хорошо).

止まなければ成らない (яманакэрэба наранай) - Должен (нужно, необходимо) бросить (если не бросить, то не станет).

Итак, вернёмся к 私達の羊 (ватаситати но хицудзи):

口が動けば手が止む (кути га угокэба, тэ га яму) - ...

Почему вместо перевода поставлено многоточие? Да потому, что каждый, кто осилил это эссе, в состоянии сам сделать перевод пословицы и подобрать к ней наиболее подходящий по смыслу российский аналог.

А напоследок, в защиту или опровержение только что упомянутой пословицы, сделаем ещё немного, как говорят французы, bla-bla-bla-bla:

Китай за 200 лет до Рождества Христова представлявший собой множество погрязших в междоусобных войнах разобщённых государств, под предводительством Династии Цинь (221-207 гг. до Рождества Христова) в ходе кровавых битв и жестокого подавления всякого инакомыслия был объединён в огромную могущественную империю.

Именно во времена Династии Цинь была построена «Ваньли Чжанчэнь» (Стена в 10000 ли) - Великая Китайская Стена (万里の長城, бан ри тё:дзё:), необходимость строительства и оборонительная эффективность которой сегодня многими ставятся под сомнение хотя бы потому, что одна только невообразимая протяжённость укрепления требовала для ведения сторожей службы такого числа живой военной силы, которого не мог собрать весь объединённый Китай. Зато во время «всекитайской» стройки стена превратилась в настоящую «мясорубку» («кости умерших не давали друг другу упасть») для всех, кто был неугоден циньской тирании, которая по разгулу и размаху жестокости не уступала, возможно, даже сталинско-ленинскому кровавому режиму. Сходство с упомянутым режимом дополняет ещё то, что после завершения строительства стена стала выполнять роль естественного «железного занавеса», который не столько «не впускал» в страну, сколько «не выпускал» из неё.

Во времена Династии Цинь были сожжены рукописи мыслителей, уничтожены духовные ценности общечеловеческого масштаба, живьем захоронены сотни приверженцев философской древней мысли. На смену взлёту человеческого духа пришли свойственные всякому объединению стандартизация, унификация и реформы, проводимые во всех сферах человеческой и государственной деятельности: от социально-политической жизни до письменности.

[籠 - Корзина, клетка ROU_kago 22 (竹 (118) бамбук)]

[竹 - Бамбук CHIKU_take 6 (竹 (118) бамбук)]

[聾 - Глухота, глухой ROU_tsumbo 22 (耳 (128) ухо)]

[耳 - Ухо JI_mimi 6 (耳 (128) ухо)]

[襲 - Нападать, вторгаться SHUU_osou 22 (衣 (145) одежда)]

[瀧 - Водопад ROU_taki 19 (氵 (85) вода)]

[朧 - Неясный, смутный ROU_oboro 20 (月 (74) месяц)]

[寵 - Расположение, покровительство, благоволение CHOU_(-) 19 (宀 (40) крыша)]

[馬 - Лошадь BA_uma 10 (馬 (187) лошадь)]

[力 - Сила RYOKU, RIKI_chikara 2 (力 (19) сила)]

[男 - Мужчина DAN_otoko 7 (田 (102) поле)]

[車 - Телега SHA_kuruma 7 (車 (159) телега)]

[重 - Тяжёлый JUU_omoi 9 (里 (166) деревня)]

[動 - Двигаться, перемещаться DOU_ugoku 11 (カ (19) сила)]

[働 - Работать DOU_hataraku 13 (亻 (9) человек)]

[頭 - Голова TOU, ZU_atama 16 (頁 (181) голова)]

[豆 - Бобы, горох TOU_mame 7 (豆 (151) боб)]

[貝 - Раковина, моллюск BAI_kai 7 (貝 (154) ракушка)]

[頁 - Страница KETSU_pe:ji 9 (頁 (181) страница)]

[尻 - Зад, ягодицы KOU_shiri 5 (尸 (44) труп)]

[九 - Девять KU, KYUU_kokonotsu 2 (乙, 乚 (5) второй)]

[鳩 - Голубь KYUU_hato 13 (鳥 (196) птица)]

[鹿 - Олень ROKU_shika 11 (鹿 (198) олень)]

[指 - Палец SHI_yubi 9 (扌 (64) рука)]

[甘 - Сладкий KAN_amai 5 (甘 (99) сладкий)]

[旨 - Вкусный, искусный SHI_umai 6 (日 (72) солнце)]

[外 - Снаружи GAI_soto 5 (タ (36) вечер)]

[麗 - Красивый, прекрасный, пышный REI_uruwashii 19 (鹿 (198) олень)]

[綺 - Красивый, цветистый KI_(-) 14 (糸 (120) нить)]

[奇 - Странный, оригинальный KI_kinaru 8 (大 (37) большой)]

[椅 - Стул I_(-) 12 (木 (75) дерево)]

[机 - Стол KI_tsukue 6 (木 (75) дерево)]

ROU - 籠, 襲, 瀧, 朧, 老, 露, 漏 (kago, tsumbo, taki, oboro, oiru, tsuyu, moru)

RO - 露, 路 (tsuyu, ji)

SHUU - 襲, 囚, 秋 (osou, toraware, aki)

SHU - 手, 首 (te, kubi)

JI - 耳, 地, 示 (mimi, chi, shimesu)

DOU - 動, 働, 道 (ugoku, hataraku, michi)

DO - 土 (tsuchi)

TOU - 頭, 豆, 島, 刀, 灯, 吋, 登 (atama, mame, shima, katana, hi, inchi, noboru)

TO - 土, 途 (tsuchi, -)

BA - 馬, 婆 (uma, baba/babaa)

DAN - 団, 男 (dan, otoko)

SHA - 車, 者 (kuruma, mono)

JUU - 重, 中, 十 (omoi, naka, too)

KOU - 尻, 高, 幸, 口, 好, 行 (shiri, takai, sachi/saiwai, kuchi, suku, iku)

КО - 湖, 戸, 古, 枱 (mizuumi, to, furui, kareru)

KAN - 甘, 姦, 干, 汗, 刊, 幹 (amai, kashimashii, hiru/hosu, ase, -, miki)

SHI - 旨, 指, 肢, 之, 示, 始, 士, 子, 歯, 四, 私, 支, 枝, 止, 糸 (umai, yubi, -, no, shimesu, hazime, shi, ko, ha, yotsu, watashi, sasaeru, eda, tomaru, ito)

REI - 麗, 戻 (uruwashii, modoru)

KI - 机, 綺, 奇 (tsukue, -, kinaru)

KYUU - 九, 休, 鳩 (kokonotsu, yasumu, hato)

CHOU - 寵, 朝, 鳥 (-, asa, tori)

I - 椅, 衣 (-, koromo)

籠 - корзина (kago)

籠る - быть заполненным (komoru)

籠居する - сидеть безвылазно дома (roukyo suru)

籠手 - рукавица (kote)

竹 - бамбук (take)

竹刀 - бамбуковый меч (shinai)

耳 - ухо (mimi)

中耳 - среднее ухо (chuuji)

聾する - оглохнуть (rou suru)

聾 - глухота (tsumbo)

耳目 - уши и глаза (jimoku)

耳鳴り - звон в ушах (miminari)

初耳 - новость (hatsumimi)

耳打ちする - шепнуть на ухо (mimiuchi suru)

襲う - вторгаться (osou)

世襲 - передача по наследству (seshuu)

滝 - водопад (taki)

朧な - неясный (oboro na)

朧月 - луна в дымке (oborozuki)

馬 - лошадь (uma)

馬術 - искусство верховой езды (bajutsu)

馬上で - верхом (bajou de)

出馬する - выехать верхом (shutsuba suru)

年馬 - быки и лошади (gyuuba)

馬肉 - конина (baniku)

海馬 - морской конёк (kaiba)

馬子 - погонщик вьючной лошади (mago)

竹馬 - ходули (takeuma)

竹馬の友 - друг детства (chikuba no tomo)

カ - сила (chikara)

馬力 - лошадиная сила (bariki)

電力 - электроэнергия (denryoku)

火力 - тепловая энергия (karyoku)

国力 - государственная мощь (kokuryoku)

出力 - мощность (shutsuryoku)

才力 - способности (sairyoku)

知力 - умственные способности (chiryoku)

力線 - магнитные силовые линии (rikisen)

力士 - борец сумо (rikishi)

カ行 - старание (rikkou)

男 - мужчина (otoko)

男の子 - мальчик (otoko no ko)

男子 - мужчина (danshi)

男子服 - мужской костюм (danshifuku)

美男子 - красавец (bidanshi)

人力 - человеческая сила (jinryoku)

人力車 - рикша (jinrikisha)

車 - машина, телега (kuruma)

馬車 - повозка, карета (basha)

牛車 - телега, запряжённая волами (gyuusha)

客車 - пассажирский вагон (kyakusha)

雪上單 - снегоход (setsujousha)

電車 - трамвай, электричка (densha)

発車 - отправление (поезда) (hassha)

拍車 - шпоры (hakusha)

歯車 - зубчатое колесо (haguruma)

車台 - шасси (shadai)

風車 - ветряная мельница (kazaguruma, fuusha)

水車 - водяное колесо (suisha, mizuguruma)

糸車 - прялка (itoguruma)

重い - тяжёлый (omoi)

重心 - центр тяжести (juushin)

重訳 - двойной перевод (juuyaku)

三重の - утроенный (sanjuu no ...)

三重にする - утроить (sanjuu ni suru)

動く - двигаться (ugoku)

動かす - двигать (ugokasu)

動物 - животные (doubutsu)

動力 - движущая сила (douryoku)

言動 - слова и дела (gendou)

始動 - пуск, запуск (shidou)

不動の - неподвижный (fudou no)

出動 - выход в море (shutsudou)

働く - работать (hataraku)

働かす - задать работу (hatarakasu)

頭 - голова (atama)

出頭 - присутствие (shuttou)

豆 - бобы, горох (mame)

貝 - раковина (kai)

頁 - страница (pe:ji)

尻 - зад, ягодицы (shiri)

尻尾 - хвост (shippou)

尻込みする - идти на попятный (shirigorni suru)

目尻 - внешний угол глаза (mejiri)

尻目 - взгляд искоса (shirime)

台尻 - приклад (daijiri)

九 - девять (kokonotsu)

九々 - таблица умножения (kuku)

鳩 - голубь (hato)

鹿 - олень (shika)

大鹿 - лось (oojika)

馬鹿 - дурак (baka)

指 - палец (yubi)

小指 - мизинец (koyubi)

中指 - средний палец (nakayubi)

指不 - указание, показ (shiji)

指す - указывать (sasu)

甘い - сладкий (amai)

甘やかす - баловать (amayakasu)

甘える - ласкаться (amaeru)

甘口 - лесть, сладкие слова, сладкоежка (amakuchi)

甘言 - сладкие речи (kangen)

甘露 - сироп, нектар (kanro)

甘心 - удовлетворение (kanshin)

甘皮 - кожица растений (amakawa)

甘い - вкусный, искусный (umai)

旨い - вкусный, искусный (umai)

本旨 - основная цель, суть (honshi)

外 - снаружи (soto)

外国 - заграница (gaikoku)

外国人 - иностранец (gaikokujin)

外人 - иностранец (gaijin)

外に - кроме (hoka ni)

外の - другой (hoka no ...)

外れ - окраина, неудача (hazure)

外れる - соскальзывать, соскакивать (hazureru)

外す - расстегивать, разъединять (hazusu)

村外れ - окраина деревни (murahazure)

外見 - внешний вид (gaiken)

外皮 - наружный покров, шелуха, скорлупа (gaihi)

外線 - внешняя линия (gaisen)

戸外で - вне дома (kogai de)

外界 - внешний мир (gaikai)

外海 - открытое море (gaikai)

外地 - территория за пределами страны (gaichi)

外電 - телеграмма из-за рубежа (gaiden)

外報 - известие из-за границы (gaihou)

外米 - импортный рис (gaimai)

外出する - выходить из дома, отлучаться (gaishutsu suru)

人外 - отверженный (ningai)

心外な - огорчительный (shingai na)

口外する - проговориться (kougai suru)

麗 - красивый (uruwashii)

綺麗 - красивый, чистый (kirei)

奇なる - странный, оригинальный (kinaru)

奇行 - эксцентрическое поведение (kinkou)

奇才 - гений, талант (kisai)

奇人 - оригинал, чудак (kijin)

奇襲 - налёт, внезапное нападение (kishuu)

奇術 - волшебство, магия (kijutsu)

椅子 - стул (isu)

机 - стол (tsukue)

止む - переставать, прекращаться (yamu)

止める - прекращать, бросать (yameru)

椅子の背 (ису но сэ) - спинка стула.

口止めする (кутидомэ суру) - заставить замолчать.

止水 (сисуй) - стоячая вода.

中止 (тю:си) - приостановка, перерыв.

休止 (кю:си) - приостановка, перерыв, передышка.

鳥目 (торимэ) - куриная слепота.

出目 (дэмэ) - выпуклые глаза.

短見 (танкэн) - близорукий взгляд (на что-либо).

木石 (бокусэки) - неодушевлённые предметы, бесчувственный человек.

舌頭 (дзэтто:) - кончик языка.

口舌 (ко:дзэцу) - слова.

古風 (кофу:) - старые обычаи, старинный стиль.

古風な (кофу: на) - старомодный, старинный, архаичный.

大風 (оокадзэ) - шторм, буря, ураган.

台風の目 (тайфу: но мэ) - центр тайфуна.

手抜き (тэнуки) - недоделка.

抜きをする (тэнуки о суру) - делать небрежно.

火寸け (хицукэ) - поджог.

下付 (кафу) - выдача.

下付する (кафу суру) - предоставлять, выдавать, жаловать.

手不足 (тэбусоку) - нехватка рабочих рук.

幹線道路 (кансэндо:ро) - главная (большая) дорога, большак.

甘美な (канби на) - сладкий, милый, приятный.

押し葉 (осиба) - засушенные листья и цветы, гербарий,

休火山 (кю:кадзан) - временно потухший вулкан (отдыхающий вулкан).

寄 - оригинально-странные (奇, КИ) под крышей (宀). И что это они там делают? Конечно же, собираются!

[寄 - Заходить, собираться КИ_ёру 11 (宀 (40) крыша)]

寄る (ёру) - заходить, заезжать, приближаться, подходить, собираться.

寄り (ёри) - сбор (людей, денег).

女三人寄れば姦しい (онна саннин ёрэба касимасий) - Когда собираются три женщины, то (становится) шумно.[648]

私の所へお寄りください (ватаси но токоро э о-ёри кудасай) - Зайдите ко мне.

寄り道 (ёримити) - заход, заезд, окольная дорога.

寄り道する (ёримити суру) - заехать (зайти) по пути.

耳寄りな (мимиёри на) - приятный, желанный (о новостях, о словах и так далее).

寄り寄り (ёриёри) - время от времени, изредка.

彼は彼女の足下にも寄れない (карэ ва канодзё но асимото ни мо ёрэнай)[649] - Он ей в подмётки не годится (он даже к ступням её приблизиться не может).

寄せる (ёсэру) - приближать, пододвигать, собирать, отодвигать, откладывать.

寄せ波 (ёсэнами) - прибой.

寄せ手 (ёсэтэ) - наступающие силы (противника).

寄木 (ёсэги) - деревянная мозаика.

寄せ付ける (ёсэцукэру) - допустить близко.

寄せ付けない (ёсэцукэнай) - не допускать.

年寄り (тосиёри) - пожилой человек, старики.

年寄りに成る (тосиёри ни нару) - стареть, становиться старше.

寄付 (кифу) - пожертвование, взнос.

寄り付く (ёрицуку) - приблизиться к кому-либо, подойти к кому-либо.

寄り付かない (ёрицуканай) - избегать кого-либо, сторониться.

Берём простую колесницу или обыкновенный автомобиль (車) и прикрываем его бронированной защитой (冖), в результате чего боевую единицу, способную заменить целую армию.

[軍 - Армия, войско ГУН^*_гун 9 (車 (159) повозка)]

^*) Gun он и в Америке gun (ружьё) - понятие, имеющее к армии самое непосредственное отношение.

軍人 (гундзин) - военный, военнослужащий, воин.

軍服 (гунбуку) - военное обмундирование.

行軍 (ко:гун) - марш, поход, походное движение.

行軍する (ко:гун суру) - маршировать, быть на походе.

軍歌 (гунка) - военная песня.

軍刀 (гунто:) - сабля, клинок.

軍団 (гундан) - корпус (армейский).

陸軍 (рикугун) - сухопутные войска.

地上軍 (тидзё:гун) - наземные войска.

海軍 (кайгун) - военно-морские силы.

海軍力 (кайгунрёку) - военно-морская мощь.

海軍国 (кайгунгоку) - военно-морская держава.

陸毎軍 (рикукайгун) - армия и флот.

А сейчас познакомимся ещё с одним кандзи, в основу которого тоже положен элемент 車 (телега, повозка). Постараемся воочию представить выход богатого вельможи в долгий поход. Вдоль узкой дороги (⻌) выстроилась в ряд пёстрая процессия... Одна за другой, образовав неровную линию, катятся повозки (車) в сопровождении охраны, прислуги и прочей челяди. За путешествующим вельможей следуют высокопоставленные спутники и попутчики, которых он взял с собой, чтобы они разделили с ним трудности перехода. Тянутся длинной цепью чьи-то усталые спины, котомки, зонтики и опахала. Животные и люди, объединённые одной целью, преодолевают высокие горы, речные переправы и бесконечные ри равнинных и горных дорог. И всё это шествие натурально и красочно зафиксировано в одном маленьком иероглифе 連, основные значения которого:

趣なる (цуранару)[650] - (про)тянуться (цепью), стоять в ряд;

連ねる (цуранэру) - ставить в ряд, образовывать вереницу;

連れ (цурэ) - спутник, спутница, компания, попутчик;

連れる (цурэру) - брать (взять) с собой (кого-либо).

[連 - Становиться в ряд РЕН_цуранару 10 (⻌ (162) дорога)]

二人連れで (футарицурэдэ) - вдвоём.

連れ子 (цурэко) - ребёнок от первого брака.

連れ出す (цурэдасу) - вывести, выманить, взять с собой, похитить обманом.

連れ立つ (цурэдацу) - пойти вместе.

を連れて (... о цурэтэ) - в сопровождении (кого-то).

連れに行く (цурэ ни ику) - пойти (за кем-либо).

連日 (рэндзицу) - день за днём, изо дня в день.

連発 (рэнпацу) - непрерывный огонь, беглая стрельба.

連山 (рэндзан) - горная цепь.

一連 (итирэн) - серия, группа, очередь.

一連の (итирэн но ...) - серийный.

連立 (рэнрицу) - коалиция.

埋年 (рэннэн) - из года в год.

国連 (кокурэн) - ООН (Организация Объединённых Наций).

わいわい連 (вайвайрэн) - мелюзга («вайвай» - громко, шумно).

ソ連 (сорэн) - Советский Союз («со» - сокращение от ソビエト, собиэто).

ソ連の少年団 (сорэн но сё:нэндан) - пионеры (советская подростковая организация).

Плавно перейдём от армии к её руководству и к руководству вообще.

首相 (сюсё:) - премьер-министр.

陸相 (рикусё:) - военный министр.

外相 (гайсё:) - министр иностранных дел.

[相 - ... СО:, СЁ:_... 9 (目 (109) глаз)]

相 - иероглиф чрезвычайно сложный для понимая из-за своей многозначности, поэтому и проставлены в табличке-досье в некоторых ячейках многоточия. Самым важным, пожалуй, значением для запоминания (для нас важность определяется тем, насколько часто будет встречаться новичку тот или иной кандзи) является значение «министр» в сочетании с оном «СЁ:». Актуальный пример для тех времён, когда писалась книга:

小泉首相 (коидзуми сюсё:) - премьер-министр Японии Коидзуми.

Другой не менее интересный пример:

ソ連首相 (сорэнсюсё:) - председатель совета министров СССР (ソ連 - Советский Союз).

Вторым по важности можно считать кун «аи» со значениями «взаимный» и «совместный». Можно даже сказать, что это не кун, а нечто, напоминающее кун, поскольку «аи», несмотря на всю свою «кунность», в одиночку практически не употребляется.

相手 (аитэ) - партнёр, собеседник, компаньон, противник, соперник.

人の相手をする (хито но аитэ о суру) - составить компанию.

相手にする (аитэ ни суру) - взять в партнёры (сделать партнёром).

相手に成る (аитэ ни нару) - стать партнёром.

話相手 (ханасиаитэ) - собеседник.

話相手に成る (ханасиаитэ ни нару) - общаться, встречаться (с кем-нибудь).

私は話相手がない (ватаси ва ханасиаитэ га най) - Мне не с кем поговорить (у меня нет собеседников).

相打ち (аиути) - потасовка.

Для физиков и химиков этот иероглиф может оказаться полезным благодаря значению «фаза»: 三相 (сансо:) - трехфазный, три фазы.

Этот же иероглиф может оказаться выразителем значения «вид», «картина»:

世相 (сэсо:) - положение в мире, положение общества, фазы жизни.

皮相 (хисо:) - внешний вид, видимость.

皮相な (хисо: на) - поверхностный.

手相 (тэсо:) - линии руки.

手相を見る (тэсо: о миру) - гадать по линям руки.

手相術 (тэсо:дзюцу) - хиромантия.

手相見 (тэсо:ми) - хиромант.

И, наконец, при том, что в японском языке для обозначения лица как части головы существует специальный иероглиф[651], тем не менее есть еще несколько кандзи, которые в разных конкретных случаях тоже могут обозначать лицо (выражение, черты лица и так далее)[652]. Одним из таких иероглифов является и 相:

人相 (нинсо:) - физиономия, черты лица.

人相を見る (нинсо: о миру) - определять внутреннее состояние человека по чертам и мимике лица.

人相学 (нинсо:гаку) - физиогномика.[653]

人相見 (нинсо:ми) - физиономист.

И это далеко не полный список тех значений, которые может принимать кандзи 相. Достаточно только будет сказать, что именно с этого иероглифа начинается знаменитая японская борьба 相撲 (сумо:)[654]. Так почему же мы в табличке-досье оставили некоторые ячейки незаполненными? Только потому, что вы сами должны решить, вернее, не вы, а ваша память должна за вас решить, какую информацию об этом иероглифе оставить в ней сейчас, а о запоминании какой вы должны будете позаботиться в другой раз. Слов с участием кандзи 相 множество и есть ли смысл запоминать их вне контекста? Поэтому Кандзявые эссе рекомендуют в первую очередь закрепить в памяти роль этого кандзи в премьер-министерской и партнёрской тематиках, остальное же - как получится. Только воспринимайте, пожалуйста, всё, о чём говорится в этой книге, не как немедленное и обязательное руководство к действию, а как добрый совет (相談).

相談 (со:дан) - совет, консультация, беседа, совещание.[655]

相談する (со:дан суру) - посоветоваться, совещаться (с кем- либо), обсудить.

相談に行く (со:дан ни ику) - пойти посоветоваться.

相談相手 (со:данаитэ) - советчик.

相談相手に成る (со:данаитэ ни нару) - дать совет (стать советчиком).

相談所 (со:дансё) - справочное бюро.

[談^* - Разговор, рассказ, история ДАН_дан 15 (言 (149) слово)]

^*) При взгляде на иероглиф 談 вспоминается пушкинское «глаголом жечь сердца людей».

談ずる (дандзуру) - беседовать, обсуждать, вести переговоры.

談話 (данва) - разговор, беседа.

談話する (данва суру) - разговаривать, беседовать.[656]

美談 (бидан) - хороший рассказ, замечательный анекдот.

軍談 (гундан) - военный рассказ.

奇談 (кидан) - странная история, интересный эпизод.

Что же касается кандзи 相, то нам он интересен ещё тем, что стоит только добавить к нему «сердце», как мы тут же получим кандзи, отвечающий за мысль.

[想 - Мысль, идея СО:_... 13 (心 (61) сердце)]

Великий Микеланджело Буонарроти[657] в своё время утверждал, что работа скульптора сводится к очень простой вещи - отсечению от камня всего лишнего. Постараемся и мы представить японского скульптора, который не открывая глаз 目 смотрит на кусок дерева 木, а в его сердце 心 рождаются те же мысли 想 (образы 相 сердца 心), которые в своё время посещали и Микеланджело, сердцем созерцающего глыбу камня.

想見 (со:кэн) - представлять, воображать (мыслью видеть).

連想 (рэнсо:) - ассоциация (выстраивающиеся одна за другой мысли).

連想する (рэнсо: суру) - прийти на память.

予想 (ёсо:) - предположение, ожидание.

予想する (ёсо: суру) - предполагать, предугадывать.

予想外の (ёсо:гай но ...) - непредвиденный, неожиданный.

予想外に (ёсо:гай ни) - неожиданно, вопреки ожиданию.

奇想 (кисо:) - странная, фантастическая идея.

У кандзи 想 есть свой кун («омоу» - думать), хотя в табличке-досье он не указан. Всё дело в том, что сегодня кандзи 想 употребляется, как правило, в сочетании с другими иероглифами, и применение его в виде 想う (омоу) уже выходит за нормативные рамки, зато глагол «омоу» (думать) более чем активно записывают с помощью другого кандзи:

[思 - Думать, полагать СИ_омоу 9 (心 (61) сердце)]

思い (омои) - мысль.

思う (омоу) - думать, полагать.

思わず (омовадзу) - ненамеренно, невзначай (не подумав).

思わしい (омовасий) - желательный, благоприятный, удовлетворительный.

思わしくない (омовасикунай) - неблагоприятный, неудовлетворительный.

Маленькая находка на сопоставлении двух «омои»: 思い (мысль) и 重い (тяжёлый). Как показывает педагогический опыт автора данной книги, самое тяжёлое на свете занятие - это думать. Мы даже не будем гадать, случайно ли совпали характеристики тяжести и процесса мышления или нет, а лишь удивимся и порадуемся этому поразительно точному совпадению.

想い付き (омоицуки) - мысль, идея (пришедшая в голову).

思い思いに (омоиомои ни) - кто как хочет, кому что нравится.

思い入る (омоииру) - задуматься.

思い知る (омоисиру) - понять, постигнуть.

思い出 (омоидэ) - воспоминание.

思い出す (омоидасу) - вспомнить.

思い出させる (омоидасасэру) - напомнить (кому-либо).

思い立つ (омоитацу) - решить, задумать.

思想 (сисо:) - идея, мысль.

相思 (со:си) - взаимная любовь.

Но самое интересное применение кандзи 思 состоит в том, что редкий японец упустит случай даже в самом коротком диалоге или монологе воспользоваться глаголом 思う (омоу), что связано с активным использованием этого глагола в нескольких распространённых грамматических конструкциях, позволяющих выражать своё мнение или своё отношение к чему-либо.

私もそう思います (ватаси мо со: омоимас) - Я согласен с тем, что вы сказали (Я тоже так думаю).

遅れたと思います (окурэта то омоимас) - Думаю, что опоздал.

この車は松田さんのではないと思います (коно курума ва мацуда сан но дэ ва най то омоимас)[658] - Думаю, что эта машина не господина Мацуды.

この車は松田さんのだと思いません (коно курума ва мацуда сан то омоимасэн) - Не думаю, что эта машина господина Мацуды.

日本人は肉は好きではないと思います (нихондзин ва нику ва суки дэ ва най то омоимас) - Думаю, что японцы не любят мясо.

ロシア語は下手だと思います (росиаго ва хэта да то омоимас) - Полагаю, (он) слаб в русском языке.

У глагола 思う в форме と思う (думаю, что), как и у глагола 言う в форме と言う (говорить, что), есть нюанс, на который необходимо обратить внимание, но вместо продолжительного описания просто приведём несколько примеров.

Видно, что в предложениях с конструкцией と思う (то же самое относится и к と言う) порядок слов может быть весьма и весьма произвольным, вплоть до разрыва «то» и «омоу».

И ещё. Мы в Кандзявых эссе до сих пор ни разу не коснулись темы пунктуации в японском языке. Что касается запятых, то их роль на письме довольно расплывчатая, а правила их расстановки нередко настолько субъективны (правила носят скорее рекомендательный характер), что многие предложения, написанные японцами, поражают фантастической произвольностью расположения запятых.

Потихоньку подходит к своему завершению круг, намеченный ещё в первом эссе, и совсем уже скоро мы вернёмся к иероглифу, с которого начинается слово 空手道, послужившее когда-то основной завязкой к данному повествованию. Оглядываясь назад, понимаешь, сколь долгим был выбранный нами путь, но время пролетело быстро и незаметно, и те восемнадцать эссе, что были написаны и прочитаны, сейчас воспринимаются уже совсем легко, ведь как гласит японско-китайская пословица, «даже тысяча ри в прошлом, сейчас - один ри»:

Правда, изначальный смысл этой пословицы совсем не тот, что мы с вами только что в неё вложили. Уже неоднократно отмечалось, насколько надо быть осторожным и аккуратным при работе с материалами китайско-японского происхождения. Многие выражения, стихи и пословицы при всей их кажущейся простоте могут означать совсем не то, что мы порой от них ожидаем. Что же касается изначального смысла именно этой пословицы, то он довольно прост: лошадь, которой когда-то легко давались тысячи ри, с возрастом с трудом преодолевает даже один ри.

[千 - Тысяча СЭН_сэн 3 (十 (24) десять)]

ニ千 (нисэн) - 2000.

三千 (сандзэн) - 3000.

千九百九十九 (сэн кю: хяку кю: дзю: кю:) - 1999 (тысяча девятьсот девяносто девять).

Это же число может быть записано так:

一千九百九十九 (иссэн кю: хяку кю: дзю: кю:) - 1999 (одна тысяча девятьсот девяносто девять).

А вот когда речь идёт о записи года, то всё выглядит значительно проще, хотя произносится также:

一九九九年 (иссэн кю: хяку кю: дзю: кю: нэн) - 1999-ый год.

Но сегодня очень даже часто для записи чисел используются арабские цифры, что особенно актуально при записи дат, но даже в этом случае всё читается так, как и должно читаться согласно правилам японского языка:

2005年 3月28日 (нисэнгонэн сангацу нидзю:хатинити).[659]

Есть у «тысячи» одна маленькая особенность: кандзи 千 в некоторых словах (чаще в составе имён собственных) может произноситься как «ти», что, впрочем, у нас с вами не должно вызывать каких-либо затруднений: тысяча, chisyacha, тисяча.

千島 (тисима) - Курильские острова (тысяча островов). Но это лишь сокращённое название, полное же записывается так:

千鳥列島 (тисима рэтто:) - Курильские острова (列島 - архипелаг, острова).

Снова перед нами иероглиф 列, который совсем недавно встречался нам в качестве синонима глагола 連なる (цуранару) - (про)тянуться (цепью), стоять в ряд (列なる). Надо всегда понимать, что близость значений некоторых иероглифов[660] не является поводом для того, чтобы впадать в панику. Почти каждый из таких кандзи всё-таки имеет чётко разграниченные сферы влияния, и проблемы могут возникнуть только тогда, когда эти кандзи-синонимы образуют совершенно одинаковые по звучанию слова с практически идентичным смыслом. Однако в этом случае, как правило, роль одного из иероглифов становится предельно специфичной, поэтому с определённой степенью уверенности мы можем считать запись 連なる основной формой записи глагола «цуранару», но при этом всегда будем иметь в виду, что есть ещё один «бронепоезд» (列なる), который «стоит на запасном пути».

Но раз уж речь зашла о (броне)поезде, то японский поезд - 列車, (рэсся)[661], совсем как 千鳥列島 (тисима рэтто:) - вытянутые в линию тысяча остров. Понятно, что 列, как и 連, отвечает за линию (ряд), только в отличие от тележек на дороге (連) символика иероглифа 列 уже не так очевидна. Правая его часть - меч, а вот левая? Мы здесь имеем дело с символом 歹, который для многих иероглифов является ключевым и в литературе нередко обозначается как «смерть». Таким значением его обычно наделяют из-за мрачного иероглифа 死 (смерть), в состав которого он входит и вид которого практически и определяет. Возможно, «смерть» не самая корректная трактовка элемента 歹, но в историческом плане она имеет под собой определённую почву, поскольку его изначальное значение - сломанная кость. Всмотритесь внимательно в этот знак и постарайтесь увидеть именно кость, а не какой-нибудь там «вечер под крышей»[662].

Значение «смерть» имеет смысл закрепить за элементом 歹, поскольку им определяется смысл многих иероглифов, в состав которых этот элемент входит. Посудите сами, если 列 - это «ряд», «выстраиваться в ряд», а 刂 - «меч», то мы получаем способ испытания качества меча, посредством нанесения им удара по выстроенным в ряд костям. Довольно скромный, надо признать, способ тестирования сокрушительной мощи холодного оружия (刃物, хамоно), особенно учитывая тот факт, что, если верить слухам, самураи не брезговали проверять качество меча на выстроенных в ряд провинившихся согражданах.

[列 - Ряд, шеренга, вереница РЭЦУ_рэцу 6 (刂 (18) меч)]

列する (рэссуру) - стоять в ряду, занимать место (среди кого- либо), присутствовать.

列なる (цуранару) - тянуться цепью, стоять в ряд, присутствовать.

行列 (гё:рэцу) - шествие, процессия, вереница, очередь.

Итак, смерть. По нашим западным меркам не хотелось бы лишний раз вспоминать о ней, но раз того требует логика повествования, то почему бы и нет. Мы так боимся умереть, а ведь смерть - это единственное, на что наша жизнь даёт более чем стопроцентную гарантию, а вот всё остальное уже от лукавого: сбудется ли в нашей жизни то, о чём мечтается, чего хотим или чего боимся, - это вилами на воде написано. Так и отношение японцев к смерти - это, конечно же, интереснейшая тема для долгого разговора, но лучше всего нам об этом поведает всего лишь одна фраза, взятая из сочинений 葉隠れ (хагакурэ) - кодекса самурайской чести. Там написано:

Разберёмся с незнакомыми словами: «ифу» - более древний вариант глагола «иу» (говорить), а «мицукэру» - искать, найти, обнаружить, приглядеться (見付ける - прикрепить взгяд). Значения слова «мицукэру» позволяют увидеть во фразе «искать смерть» не столько дурное желание при первом удобном случае положить свою голову на рельсы или сдуру сунуть её в печную топку, сколько всегда быть готовым принять смерть и не бояться её. Именно ломка привычных инстинктов, заставляющих нас при первом удобном случае бежать от смерти, приводит самурая к победе. Когда человек идёт в бой с готовностью принять смерть (только не как поросёнок на забой), его мысли и движения не скованы страхом смерти. Оставаясь свободным, настоящий самурай выигрывает бой любой сложности. Смерть отступает перед его прямым взором.

Красиво? Эффектно? Да, но главное - не бессмысленно! Вот только чтобы так принять смерть, надо каждый день в этом тренироваться, присматриваться к ней, примеряться. Не это ли состояние и отражает глагол 見付ける - не столько искать и «нарываться», сколько приглядываться? Примерять на себя смерть, как примеряют дорогую одежду, чтобы привыкнуть к ней и не чувствовать себя скованным? Прикреплять взгляд...

[死 - Умирать СИ_сину 6 (歹 (78) смерть)]

死ぬ (сину) - умирать.

死海 (сикай) - Мёртвое море.

死相 (сисо:) - печать смерти.

死力 (сирёку) - отчаянное усилие.[663]

死火山 (сикадзан) - потухший вулкан.

氷死する (суйси суру) - утонуть.

氷死者 (суйсися) - утопленник.

死者 (сися) - убитый, умерший.

死出の山 (сидэ но яма) - тот свет (гора, на которую уходят умирать).

客死する (какуси суру) - умереть на чужбине (умереть гостем).

Специально для любителей самурайской экзотики следует особо подчеркнуть, что отношение к смерти и владение боевыми искусствами - это чуть ли не самая малая часть самурайской морали. Мы здесь и словом не обмолвились о почтительном отношении к родителям, о необходимости содержать тело своё и мысли в чистоте, о способности поддерживать утонченную беседу, об умении держать себя на людях и дома, о единстве мысли и дела... Так что мечтающие о самурайских подвигах могут не откладывать подготовку к этим подвигам и их осуществление на потом. Приступать к кропотливой работе по их ежесекундному исполнению можно и нужно прямо сейчас (вспомнить о родителях, погладить брюки, вымыть в квартире пол, бросить курить и сквернословить, найти своё дело, вспомнить о своём теле), и никакая Япония для этого не нужна. Настоящий буддизм не там, где стоят пагоды и цветёт сакура, а только там, где стоит каждый из нас. Япония далеко, а Россия, со всеми её богатейшими возможностями для становления истинно «самурайской личности», - в нас самих.

Строчка из Хагакурэ: «Я не знаю, как побеждать других; я знаю, как побеждать себя». Настоящий дзэн «прёт» отовсюду: из вашего холодильника, из-под плуга крестьянина, из книг Льва Николаевича Толстого и даже из уст кровавых тиранов: «Всю свою жизнь прилежно учись. Каждый день становись более искусным, чем ты был за день до этого, а на следующий день - более искусным, чем сегодня. Совершенствование не имеет конца». И это не слова «великого Ленина»[664], а это опять же строчки, взятые из Хагакурэ.[665]

Постоянное влияние смерти на свою жизнь и на свои деяния испытывают японцы не только в прямом, но и в переносном смысле. Какими бы ни были героическими их предки, а никто, знаете ли, не любит дёргать смерть за усы. Говорят, будто бы японцы (да и китайцы еже с ними) даже стараются избегать употребления некоторых слов, так или иначе созвучных со словом «смерть», и в первую очередь, это якобы касается цифры 四 (СИ_ёццу) - четыре. Бытует мнение, что суеверия, связанные с этой цифрой, закрепились в Японии и Китае настолько глубоко, что в некоторых гостиницах даже нет четвёртого этажа. Более того, будто бы на авиалиниях Японии и Китая даже отсутствует цифра 4 в номерах авиарейсов! Что это - досужие вымыслы европейских злопыхателей, или поддерживаемый и тщательно оберегаемый самими же японцами имидж, или, действительно, просто не сдающие свои позиции суеверия?

По-всякому можно относиться к боязни четвёрки со стороны современного сверхкомпьютеризированного японского общества. Более того, можно всю жизнь прожить в Японии и даже не заметить этой странности. Но есть самый главный свидетель, который в течение нескольких веков испытывал на себе влияние этого явления, с документальной точностью протоколируя свидетельства. Этот свидетель - японский язык.

Согласно мнению большинства исследователей основная причина того, что цифра 4 в японском языке имеет больше звучаний, чем остальные цифры, заключается в том, что он четвёрки совпадает с оном кандзи «Смерть», из-за чего «СИ» часто заменяется на кун «ёццу» (или «ёцу») или его производные[666]. Простой, но яркий пример: никогда нельзя озвучивать фразу 私達は四人でした (нас было четыре человека) по правилам (ватаси ва синин дэсита) по той простой причине, что «синин» - покойник, умерший, мертвец (死人). Этот пример наглядно демонстрирует, что дело вовсе не в суевериях, а в весьма зловещем искажении смысла некоторых слов и фраз при неосторожном обращении с четверкой. Вот и вынуждены японцы, чтобы избегать печальных недоразумений и не накликивать понапрасну беду, кое-что изменять в китайском счёте, в результате чего «четыре человека» в устах японца всегда звучало, звучит и будет звучать как «ёнин» или, в крайнем случае, как «ёттари». И это далеко не исключение из правила, а, скорее, само правило, допускающее некоторые исключения.

Так, согласно существующим нормам, когда говорят о количестве дней или о числах месяца, кунные чтения числительных используются только при счёте первых десяти дней, а при счёте всех остальных дней - онные. Однако это правило действует только до тех пор, пока речь снова не зайдёт о цифре 4:

三日 (микка) - 3-е число, три дня (кун);

四日 (ёкка) - 4-е число, четыре дня (кун);

五日 (ицука) - 5-е число, пять дней (кун);

十三日 (дзю: сан нити) - 13-е число, 13 дней (он);

十四日 (дзю: ёкка) - 14-е число, 14 дней (кун);

十五日 (дзю: го нити) - 15-е число, 15 дней (он);

二十三日 (ни дзю: сан нити) - 23-е число, 23 дня (он);

二十四日 (ни дзю: ёкка) - 24-е число, 24 дня (кун);

二十五日 (ни дзю: го нити) - 25-е число, 25 дней (он).

Четвёрка - не единственная проблемная цифирь в японском числовом ряду. Есть ещё семёрка (СИТИ), а также девятка, он которой созвучен с оном кандзи 苦 (КУ) - страдание. Поэтому, чтобы избежать «патологического» созвучия, он семёрки частенько заменяется на её кун (нана), а девятка нередко произносится не как «ку», а как «кю:».

Но как понять и как запомнить, когда надо произносить «си», а когда «ён», когда «ку», а когда «кю»? Всё не так уж и сложно, как может показаться на первый взгляд. Просто нужно немного практики, которой, как правило, нам всем катастрофически не хватает. Что же делать? С чего начать? Прежде всего, чтобы облегчить себе задачу, надо попробовать ограничить сферу действия двойственных цифр, вернее, определить хотя бы некоторые направления, в которых принято эти цифры произносить однозначно и на всю жизнь запомнить эти случаи, постепенно добавляя к ним новые, предельно сужая круг двойственности, а потом оставшуюся часть попросту запомнить или принять интуитивно.

Чем же здесь в состоянии помочь Кандзявые эссе? Мы рекомендуем раз и навсегда запомнить хотя бы вот это правило: числительные всегда[667] произносятся через свои оны (причём без каких-либо фонетических трансформаций) в названиях месяцев:

一月 (итигацу),

二月 (нигацу),

三月 (сангацу),

四月 (сигацу),

五月 (гогацу),

六月 (рокугацу),

七月 (ситигацу),

八月 (хатигацу),

九月 (кугацу),

十月 (дзю:гацу),

十一月 (дзю:итигацу),

十二月 (дзю:нигацу).

Зато при указании количества месяцев в правило вклиниваются некоторые исключения:

一か月 (иккагэцу),

ニか月 (никагэцу),

三か月 (санкагэцу),

四か月 (ёнкагэцу),

五か月 (гокагэцу),

六か月 (роккагэцу),

七か月 (ситикагэцу/нанакагэцу),

八か月 (хаккагэцу),

九か月 (кю:кагэцу),

十か月 (дзюккагэцу/дзиккагэцу),

十—か月 (дзю:иккагэцу),

十か三月 (дзю:никагэцу).

А дальше, как говорится, как бог на душу положит[668].

Связь четвёрки со «смертью» кому-то кажется нелепым домыслом, кто-то это воспринимает как пережиток «тёмного» прошлого, а кто-то, предпочитающий легковерным измышлениям научные факты, ставит эксперименты и... подтверждает глубокую связь между жизнью современных японцев и китайцев и маленьким четырёхугольным окошком (四), через которое японцы ежедневно ощущают дыхание смерти.

Так, согласно исследованиям американского социолога Дэвида Филипса (David Р. Phillips, Ph.D., Professor of Sociology), проанализировавшего несколько сотен свидетельств о смерти американцев японского и китайского происхождения (анализировались свидетельства за 1973-1998 годы), оказалось, что 4-го числа каждого месяца число смертей от сердечного прикупа среди этой категории граждан на 13 процентов превышает аналогичные показатели в другие дни.[669] Фактически Дэвид Филипс подтвердил наличие у нынешних потомков мандаринов и самураев «Баскервиль-эффекта» (эффекта смерти от страха), красочно описанного Артуром Конан Дойлем в его знаменитой детективной истории «Собака Баскервилей».

А сейчас познакомимся с кандзи, из-за которого разворачивается суеверный сыр-бор с девяткой:

[苦 - Страдать КУ_курусиму 8 (⺾ (140) трава)]

苦 (ку) - страдание, мука, беспокойство, забота, горечь, горе.

苦しむ (курусиму) - страдать, мучиться.

苦しみ (курусими) - страдания, мучения.

苦しめる (курусимэру) - замучить, измучить, извести.

心を苦しめる (кокоро о курусимэру) - мучиться.

見苦しい (мигурусий) - неприглядный, безобразный, отвратительный, гадкий, позорный, потрепанный, поношенный.

重苦しい (омокурусий) - тяжёлый, обременительный, гнетущий.

苦い (нигай) - горький.

苦々しい (ниганигасий) - гадкий, гнусный, скандальный.

Что же может означать данный иероглиф, если исходить из его графики? 苦 → ⺾ (трава) + 古 (старый) → наступили такие тяжёлые и горькие 苦 времена, что даже приходится есть старую 古 горькую 苦 траву ⺾.

苦心 (кусин) - тяжкий труд, старания, страдания, заботы.

苦心する (кусин суру) - приложить большие усилия.

苦学する (кугаку суру) - учиться в тяжёлых условиях, зарабатывая на учёбу и на жизнь.

甘苦 (канку) - горе и радость.

А ещё на долю человека иногда выпадает испытать настоящее «сикухакку»:

四苦八苦 (сикухакку) - ужасные страдания, страшные мучения (4 страдания 8 страданий).

四苦八苦する (сикухакку суру) - испытывать ужасные страдания.

Очень много пословиц пришло в Японию вместе с иероглифами из Китая, особенно это касается 四字熟語 (ёдзидзюкуго) - фраз, состоящих из четырёх кандзи. Воды много утекло с тех пор, грамматика довольно значительно изменилась, но тем не менее многие обороты прочно закрепились в разговорной речи. Так, любой японец может сказать что-то вроде «Вот уж, действительно, сикухакку!», но далеко не каждый из них в состоянии объяснить, что это самое «сикухакку» означает. А узнать бы хотелось...

В ходе написания Кандзявых эссе экспериментально было выявлено, что мало кто из ныне живущих японцев в состоянии ответить на этот вопрос. Но если это так, то надо ли нам знать больше, чем известно самим носителям японского языка? Вопрос резонный и ответить однозначно на него нельзя, но мы идём своей дорогой и поэтому можем позволить себе каприз - хоть что-нибудь узнать о «страшных страданиях», после чего снова, как ни в чём не бывало, продолжить своё путешествие.

四苦八苦 (сикухакку) - термин, пришедший в японский язык из буддизма, согласно постулатам которого первые четыре страдания (四苦) - это:

生 - рождение, 老 - старость, 丙 - болезнь, 死 - смерть.

Вторая группа страданий (八苦) включает в себя первые четыре (四苦) и в придачу к ним ещё четыре:

愛別離苦 (あいべつりく) - страдания от разлуки с любимым;

怨憎会苦 (おんぞうえく) - страдания от встречи с ненавидимым;

求不得苦 (ぐぶとくく) - страдания от недостижения желаемого;

五取蘊苦 (こしゅうんく) - страдания, так или иначе связанные с пятью элементами (стихиями) природы: 水, 火, 木, 金, 土.

苦言 (кугэн) - откровенное мнение (горькие слова).

苦手 (нигатэ) - человек, с которым тяжело иметь дело; слабая сторона.

苦行 (кугё:) - аскетизм.

苦行する (кугё: суру) - изнурять себя постом и муками.

苦行者 (кугё:ся) - аскет.

苦にする (ку ни суру) - принимать к сердцу, тревожиться.

苦もなく (ку мо наку) - легко, без усилии (даже без трудностей): здесь «наку» - форма наречия от «нар!» (нет, без, отсутствовать).

苦になる (ку ни нару) - обременять, беспокоить.

雪が苦に成りません (юки га ку ни наримасэн) - Снег (меня) не беспокоит.

苦り切る (нигарикиру) - нахмуриться.

Страдание и состояние счастья - те фигуранты души, которые всех нас делают специалистами в теории относительности. Откуда такие выводы? Да всё оттуда же - из народной китайско-японской мудрости:

Смысл фразы состоит в том, что когда очень чего-то или кого-то ждёшь, то день растягивается на тысячу лет, ведь ожидание, как каждый теперь уже знает, такое же страдание, как и все остальные.

Есть иероглиф, который просто требует быть упомянутым прямо сейчас. Перед нами та самая пара из тех самых взаимовытаскивающих пар, о которых мы говорили в предыдущих эссе.

[草 - Трава СО:_куса 9 (⺾ (140) трава)]

于し草 (хосикуса) - сено.

水草 (мидзукуса) - водоросль.

草本 (кусахон, со:хон) - травы, трава, растение.

草木 (со:моку) - травы и деревья, растительность.

本草 (хондзо:) - ботанический.

野草 (ясо:) - полевые травы.

Сам по себе иероглиф 草 прост чрезвычайно: наверху - трава как символ принадлежности к растительному миру, внизу - растение, тянущееся к солнцу (например, подсолнух). Правда, в нижнем символе можно ещё увидеть и знак 早 (рано).

[早 - Ранний, быстрый СО:_хаяй 6 (日 (72) солнце)]

早い (хаяй) - ранний.

早足で (хаяаси дэ) - быстрым шагом, галопом, рысью.[670]

早口 (хаякути) - скороговорка.

早出 (хаядэ) - ранняя явка (выход) на службу.

早立ち (хаядати) - раннее отправление.

早さ (хаяса) - быстрота, скорость.

早める (хаямэру) - поторопить, ускорить.

足を早める (аси о хаямэру) - идти ускоренным шагом.

早まる (хаямару) - ускориться, поторопиться.

耳が早い (мими га хаяй) - иметь чуткое ухо.

こんなに早く (конна ни хаяку) - так скоро.

早々に (со:со: ни) - скоро, немедленно, сразу.

早世 (со:сэй) - безвременная кончина.[671]

早世する (со:сэй суру) - безвременно скончаться.

早漏 (со:ро:) - преждевременная эякуляция.

Над горизонтом всходит солнце. Рано-рано отправляется в путь человек. Он идёт на восток по уходящей за горизонт дороге, а навстречу ему встаёт солнце. Поэтично? Очень поэтично и крайне реалистично. Тогда поприветствуем нашего раннего путешественника словами:

お早うございます (охаё:годзаимас) - Доброе утро.

お早う (охаё:) - Доброе утро (сокращённый вариант).

Подошёл черёд упомянуть ещё один иероглиф, очень похожий на кандзи 力 (РЁКУ_тикара) - сила.

[万 - Десять тысяч МАН, БАН_ман 3 (一 (1) один)]

万年 (маннэн) - десятки тысяч лет.

万雷の拍手 (банрай но хакусю) - гром аплодисментов.

万世に (бансэй ни) - на все времена, вовеки.

Что для нас значит иероглиф 万? Прежде всего это 万歳 (банзай) - Ура! Нетрудно догадаться, что этот крик в старину мог означать только одно: десятки тысячи лет (и во веки веков пусть здравствует наш горячо любимый император такой-то) - Банзай![672] Правда, 万歳 можно произнести и как «май-зай», но в этом случае уже получим либо колядующих под Новый год ряженых, либо комический диалог на сцене. Чего только не придумают хитроумные японцы для усложнения нашей с вами жизни, а посему, дабы отвлечься и отдохнуть, немного позанимаемся арифметикой.

Перечислим несколько известных нам «круглых» чисел:

一 (1, ити), 十 (10, дзю:), 百 (100, хяку), 千 (1.000, сэн), 万 (10.000, ман).

А как же дальше?

十万 (100.000, дзю: ман), 百万 (1.000.000, хяку ман), 千万 (10.000.000, сэмман).

При внимательном рассмотрении этого числового ряда бросается в глаза одна немаловажная особенность японского счёта. До тысячи наша и японская системы счисления совершенно идентичны (звучат только по-разному): у них и у нас есть единица, десятка, сотня, тысяча; у них и у нас умножается количество вышестоящих порядков с последующим прибавлением нижестоящих:

2345 = 2 * 1000 + 3 * 100 + 4 * 10 + 5

Но это только до тысячи, а дальше начинаются принципиальные расхождения. У нас следующее после тысячи (1.000) «круглое» число только миллион (1.000.000), и до миллиона новые порядки образуются по вышеуказанному способу (10*1000, 100*1000). Только после того, как исчерпывается весь запас чисел, в дело втягивается миллион и всё идёт снова по заведённому порядку, но уже с использованием новой счётной единицы (нового слова) «миллион»:

1234567 = 1 * 1.000.000 + 234 * 1000 + 5 * 100 + 6 * 10 + 7

У японцев же новая счётная единица появляется уже на уровне наших десяти тысяч (万, 10.000), и если мы считаем всё по три ноля, то японцы вынуждены считать по четыре. На практике это выглядит следующим образом (на примере числа 87090603):

у нас:

87.090.603 = 87 * 1.000.000 + 90 * 1000 + 6 * 100 + 0 * 10 + 3 = 87090603

у них:

8709.0603 = 8709 * 10.000 + 0 * 1000 + 6 * 100 + 0 * 10 + 3 = 八千七百九万 + 六百 + 三 = 八千七百九万六百三

хассэн нанахяку кю: ман роппяку сан

Сложно? Да, сложно, но привыкнуть можно. А чтобы дать хоть какую-то опору для наших серых клеточек, сопоставим некоторые числа:

10 十 дзю: 10

100 百 хяку 100

1.000 チ сэн 1000

10.000万 ман 1.0000

100.000 十万 дзю:ман 10.0000

1.000.000 百万 хякуман 100.0000

10.000.000千万 сэмман 1000.0000

100.000.000 億 оку 1.0000.0000

Миллион, миллион, миллион алых роз...

(хякуманбон но бара но хана о...)

Попробуем напеть первую строчку знаменитой песни, которая, попав в своё время в Японию, настолько поразила местных меломанов, что многие из них до сих пор принимают её за «ну, типа, японскую народную»[673].

Миллион - миллион - миллион - а-лых роз...

Хякуман - бонно - барано - ха-на о

百万本のバラの花を (хякуманбон но бара но хана о) - миллион алых роз (цветов роз миллион штук).

本 - штук (однажды уже упоминалось, что кандзи 本 (книга, начало) используется для счёта цилиндрических предметов).

バラ (бара) - роза. Почему написано каной? Не потому ли, что не каждому японцу, возможно, будет под силу прочитать название этого цветка, записанное вот такими иероглифами: 薔薇?

[花 - Цветок КА_хана 7 (⺾ (140) трава)]

花 (хана) - цветок.

草花 (кусабана) - трава и цветы.

花火 (ханаби) - фейерверк.

火花 (хибана) - искра, зажигание, вспышка.

花籠 / 花篭 (ханакаго) - корзинка цветов.

花見 (ханами) - любование цветами.

花道 (ханамити) - узкий помост, ведущий на сцену через зрительный зал (дорога цветов).

花曇 (ханагумори)[674] - весенняя пасмурная погода.

花より団子 (хана ёри данго) - Соловья баснями не кормят (чем цветы, (лучше) рисовая лепёшка данго).

Хорошая, конечно, пословица, но ведь и цветок цветку рознь. Вот, например, роза. Что, вообще, для японцев может значить роза, если её даже знаками азбуки Катакана записывают? Трудно сказать, зато мы можем увидеть в этом факте откровенный намёк на отношение к ней. Конечно же, лепёшка, да ещё рисовая, для японского крестьянина завсегда была более значима, чем какая-то там пришлая роза, но можно ли то же самое будет сказать, если речь пойдёт, скажем, не о розе, а о сакуре? Большинство наших впечатлений о Японии сложены на основе легенд, кем-то когда-то придуманных, но сакура с трепетным отношением к ней японцев - это уже не вымысел и не легенда, а самая настоящая правда, поскольку 日本人は桜が大好きです (нихондзин ва сакура га дайсуки дэс) - Японцы обожают сакуру. И эта любовь сквозит отовсюду, даже из старых-престарых японских пословиц.

花は桜木、人は武士 (хана ва сакураги, хито ва буси) - (Если) цветы, (то) у сакуры, (если) человек, (то) самурай. Чтобы более-менее точно передать смысл записанного, можно будет сказать так: сакура - самый красивый цветок из всех цветов, а самурай - самый лучший из всех людей. На чём же основана такая любовь к цвету растительного и человеческого мира. Как ни странно, то, что роднит самураев и сакуру, - это опять же смерть и отношение к ней японцев. Сакура расцветает красивейшим цветом, но цветение её быстротечно. Мимолётная красота и опадание как символ смерти - совсем как в жизни самураев, полных решимости в любой момент сбросить с себя жизнь, как сбрасывает с себя цветочные лепестки сакура.

[桜 - Сакура О:_сакура 10 (木 (75) дерево)]

О-о-о! Сакура! - вот все нехитрые ключи для запоминания онно-кунных чтений этого красивого иероглифа. Рисунок 桜 можно трактовать как дерево, которое вызывает не меньшее восхищение, чем женщина самой блистательной красоты. Именно ради любования этой красотой тысячи и тысячи паломников отправляются весной на природу, чтобы совершить обряд (ханами) - любование цветами, который сводится в основном к тому, чтобы выпить чашечку-другую сакэ и немножечко перекусить под сенью цветущей сакуры.

櫻

Иероглиф «Сакура» не всегда имел тот вид, с которым мы только что познакомились. В дореформенные времена у «сакуры» над «женщиной» вместо сияния располагались две «раковинки» (貝), что, впрочем, не делало её более громоздкой или менее изящной. Если бы иероглиф «Сакура» и в наши дни оставался таким, то ему тоже можно бы дать какое-нибудь достаточно лёгкое толкование: дерево (木), на красу которого люди ходят смотреть 見（здесь мы обыгрываем схожесть иероглифов 貝 и 見) неоднократно (два знака 貝 как повторяемость событий), как на неземную красоту самой прекрасной на свете женщины (女).

И ещё пару слов о сакуре и самураях. Нам сейчас неинтересны некие общеизвестные истины, граничащие с выдумками и легендами. Куда полезнее было бы узнать что-нибудь такое, о чём мало кто знает. В этом плане, например, не каждому известно, что есть в Японии действующий вулкан 桜島 (остров сакур). 桜島 (сакурадзима) - главная достопримечательность города 鹿児島 (кагосима)[675]. Кагосима - это не только город, но и префектура. Кстати, отчасти для того, чтобы различать города от одноимённых префектур, некоторые географические названия в Японии сопровождаются маленьким придатком: 市 (си) - если речь идёт о городе, и 県 (кэн) - если о префектуре. Поэтому, когда речь идёт о городе, то мы говорим 鹿児島市 (кагосимаси), а когда о префектуре, то 鹿児島県 (кагосимакэн).

Причём тут самураи? 鹿児島 расположен на самом южном острове Японии 九州 (кю:сю:). Нет, не на самом южном - ещё южнее есть остров Окинава (沖縄島). Со слов самих же японцев, Кагосима - единственный островок «настоящей» на сегодняшний день Японии. Но в то же время, беседуя, например, с токийцами, нередко можно услышать, что Кагосима - не Япония, и совсем другое государство. Конечно же, это шутка, но не лишённая определенного смысла. Когда-то в далёкие времена Кагосима славилась местными самураями, которые, чтобы легко можно было выделять чужаков, создали свой уникальный язык, понимаемый только жителями Кагосимы. На этом языке до сих пор разговаривают пожилые кагосимцы, при этом молодое поколение совершенно их не понимает. Однако, несмотря на такое, с позволения сказать, историческое недоверие к чужакам, с точки зрения самих же японцев, кагосимцы отличаются от остальных обитателей архипелага тем, что они очень добродушные, гостеприимные и в то же время гордые люди.

Но завершим мы это эссе не рассказом о жителях Кагосимы, а небольшим разбором иероглифа, входящего в название острова 九州, на котором расположены и Кагосима, и вулкан Сакурадзима.

[州 - Провинция, область, штат^*, страна СЮ:_сю: 6 (木 (75) дерево)]

^*) オハイオ州 (охайосю:) - штат Огайо.

Хорошо видно, что иероглиф 州 представляет собой изображение независимых островков, разделённых рукавами большой реки.

[寄 - Заходить, собираться KI_yoru 11 (宀 (40) крыша)]

[軍 - Армия, войско GUN_gun 9 (車 (159) повозка)]

[連 - Становиться в ряд REN_tsuranaru 10 (⻌ (162) дорога)]

[相 - Министр, партнёр, черты,... SOU_... 9 (目 (109) глаз)]

[談 - Разговор, рассказ, история DAN_dan 15 (言 (149) слово)]

[想 - Мысль, идея SOU_(omou) 13 (心 (61) сердце)]

[思 - Думать, полагать SHI_omou 9 (心 (61) сердце)]

[千 - Тысяча SEN_sen 3 (十 (24) десять)]

[列 - Ряд, шеренга, вереница RETSU_retsu 6 (刂 (18) меч)]

[死 - Умирать SHI_shinu 6 (歹 (78) смерть)]

[苦 - Страдать KU_kurushimi 8 (⺾ (140) трава)]

[草 - Трава SOU_kusa 9 (⺾ (140) трава)]

[早 - Ранний, быстрый SOU_hayai 6 (日 (72) солнце)]

[万 - Десять тысяч MAN, BAN_man 3 (一 (1) один)]

[花 - Цветок KA_hana 7 (⺾ (140) трава)]

[桜 - Сакура OU_sakura 10 (木 (75) дерево)]

[州 - Провинция, область, штат, страна SHUU_shuu 6 (木 (75) дерево)]

SHI - 死, 思, 旨, 指, 肢, 之, 示, 始, 士, 子, 歯, 四, 私, 支, 枝, 止, 糸 (shinu, omou, umai, yubi, -, no, shimesu, hajime, shi, ko, ha, yotsu, watashi, sasaeru, eda, tomaru, ito)

KI - 寄, 机, 綺, 奇 (yoru, tsukue, -, kinaru)

SEN - 千, 線, 泉, 腺, 川 (sen, sen, izumi, -, kawa)

SOU - 想, 相, 草, 早 (omou, ai, kusa, hayai)

KU - 苦, 九 (kurushimu, kokonotsu)

DAN - 談, 団, 男 (dan, dan, otoko)

КА - 花, 何, 下, 歌, 火 (hana, nan/nani, shita, uta, hi)

SHUU - 州, 襲, 囚, 秋 (shuu, osou, toraware, aki)

SHU - 手, 首 (te, kubi)

OU - 王, 桜 (ou, sakura)

omoi - 思, 想, 重 [SHI, SOU, JUU]

SHI - На червя Клюют ерши.

椅子の背 (ису но сэ) - спинка стула

口止めする - заставить замолчать (kuchidome suru)

止水 - стоячая вода (shisui)

中止 - приостановка, перерыв (chuushi)

休止 - приостановка, перерыв, передышка (kyuushi)

鳥目 - куриная слепота (torime)

出目 - выпуклые глаза (deme)

短見 - близорукий взгляд на что-либо (tanken)

火付け - поджог (bitsuke)

木石 - неодушевлённые предметы, бесчувственный человек (bokuseki)

舌頭 - кончик языка (zettou)

口舌 - слова (kouzetsu)

古風 - старые обычаи, старинный стиль (kofuu)

古風な - старомодный, старинный, архаичный (kofuu na)

大風 - шторм, буря, ураган (ookaze)

台風の目 - центр тайфуна (taifuu no me)

手抜き - недоделка (tenuki)

手抜きをする - делать небрежно (tenuki о suru)

下付 - выдача (kafu)

下付する - предоставлять, выдавать, жаловать (kafusuru)

手不足 - нехватка рабочих рук (tebusoku)

幹線道路 - главная дорога, большак (kansendouro)

甘美な - сладкий, милый, приятный (kambi na)

押し葉 - засушенные листья и цветы, гербарий (oshiba)

休火山 - временно потухший вулкан (kyuukazan)

寄る - заходить, собираться (уоru)

寄り - сбор (yori)

寄り道する - заехать по пути (yorimichi suru)

耳寄りな - приятный (о словах) (mimiyori nа)

寄せる - приближать, пододвигать (yoseru)

寄せ波 - прибой (yosenami)

寄せ手 - наступающие силы (yosete)

寄木 - деревянная мозаика (yosegi)

年寄り - пожилой человек, старики (toshiyori)

寄付 - пожертвование (kifu)

寄り付く - приближаться, подойти (yoritsuku)

寄り付かない - избегать (yoritsukanai)

寄せ付ける - допустить близко (yosetsukeru)

寄り寄り - время от времени (yoriyori)

軍手 - рабочие перчатки (gunte)

軍人 - военнослужащий (gunjin)

軍服 - обмундирование (gumbuku)

行軍 - марш, поход (kougun)

軍歌 - военная песня (gunka)

軍刀 - сабля (guntou)

軍団 - армейский корпус (gundan)

陸軍 - сухопутные войска (rikugun)

地上軍 - наземные войска (chijougun)

海軍 - военно-морские силы (kaigun)

海軍国 - военно-морская держава (kaigungoku)

陸海軍 - армия и флот (rikugaigun)

海軍カ - морская мощь (kaigunryoku)

連なる - стоять в ряд (tsuranaru)

列なる - стоять в ряд (tsuranaru)

連ねる - ставить в ряд (tsuraneru)

連れ - спутник, попутчик (tsure)

連れる - брать с собой (кого-либо) (tsureru)

連れ子 - ребёнок от первого брака (tsureko)

連れ出す - выманить, похитить обманом (tsuredasu)

連れ立つ - пойти вместе (tsuredatsu)

...を連れて - в сопровождении (-о tsurete)

連れに行く - пойти за (кем-то) (tsure ni iku)

連日 - день за днём (renjitsu)

連発 - непрерывный огонь (rempatsu)

連山 - горная цепь (renzan)

一連 - серия, группа, очередь (ichiren)

一連の - серийный (ichiren nо ...）

連立 - коалиция (renritsu)

連年 - из года в год (rennen)

国連 - ООН (kokuren)

わいわい連 - мелюзга (waiwairen)

ソ連 - Советский Союз (soren)

ソビエト - Советский Союз (sobieto)

首相 - премьер-министр (shushou)

陸相 - военный министр (rikushou)

外相 - министр иностранных дел (gaishou)

相手 - партнёр, компаньон (aite)

話相手 - собеседник (hanashiaite)

相打ち - потасовка (aiuchi)

世相 - положение в мире (sesou)

皮相 - внешний вид, видимость (hisou)

皮相な - поверхностный (hisou na)

手相 - линии руки (tesou)

手相術 - хиромантия (tesoujutsu)

手相見 - хиромант (tesoumi)

人相 - физиономия, черты лица (ninsou)

人相学 - физиогномика (ninsougaku)

人相見 - физиономист (ninsoumi)

想見 - представлять, воображать (souken)

相談 - совет, консультация (soudan)

相談相手 - советчик (soudaite)

相談所 - справочное бюро (shoudansho)

談ずる - беседовать, обсуждать (danzuru)

談話 - беседа, разговор (danwa)

美談 - хороший рассказ (bidan)

軍談 - военный рассказ (gundan)

奇談 - странная история (kidan)

連想 - ассоциация (rensou)

連想する - прийти на память (rensou suru)

予想 - предположение, ожидание (yosou)

予想する - предполагать, предугадывать (yosou suru)

予想外の - непредвиденный, неожиданный (yosougai no)

奇想な - странная, фантастическая идея (kisou na)

思い - мысль (omoi)

思う - думать, полагать (omou)

思わず - ненамеренно, невольно (omowazu)

思わしい - желательный, благоприятный (omowashii)

想い付き - мысль, идея (omoitsuki)

思い思いに - кому как нравится (omoiomoi ni)

思い入る - задуматься (omoiiru)

思い知る - понять, постигнуть (omoishiru)

思い出 - воспоминание (omoide)

思い出す - вспомнить (omoidasu)

思い出させる - напомнить (omoidasaseru)

思い立つ - решить, задумать (omoitatsu)

思想 - идея, мысль (shisou)

相思 - взаимная любовь (soushi)

千 - тысяча (sen)

千島列島 - Курильские острова (chishimarentou)

列車 - поезд (ressha)

列なる - стоять в ряд (tsuranaru)

列する - стоять в ряду (ressuru)

行列 - шествие, очередь (gyouretsu)

見付ける - искать (mitsukeru)

死ぬ - умирать (shinu)

死海 - Мёртвое море (shikai)

死相 - печать смерти (shisou)

死力 - отчаянное усилие (shiryoku)

死火山 - потухший вулкан (shikazan)

水死する - утонуть (suishi suru)

木死者 - утопленник (suishisha)

死出の山 - тот свет (shide no yama)

客死する - умереть на чужбине (kakushi suru)

死者 - убитый, умерший (shisha)

死人 - покойник, мертвец (shinin)

四 - четыре (shi, yotsu)

四人 - четыре человека (yonin, yottari)

四日 - четыре дня (yokka)

四月 - апрель (shigatsu)

四か月 - четыре месяца (yonkagetsu)

苦しむ - страдать, мучиться (kurushimu)

苦しみ - страдания, мучения (kurushimi)

苦しめる - замучить, извести (kurushimeru)

重苦しい - тяжелый, обременительный, гнетущий (omokurushii)

苦い - горький (nigai)

苦々しい - гадкий, гнусный, скандальный (niganigashii)

苦心 - тяжкий труд, старания (kushin)

苦心する - приложить большие усилия (kushin suru)

苦学する - учиться в тяжёлых условиях (kugaku suru)

甘苦 - горе и радость (kanku)

四苦八苦 - ужасные страдания (shikuhakku)

苦言 - откровенное мнение (kugen)

苦手 - человек, с которым трудно иметь дело (negate)

苦行 - аскетизм (kugyou)

苦行者 - аскет (kugyousha)

苦にする - принимать к сердцу, тревожиться (ku ni suru)

苦もなく - легко, без усилий (ku mo naku)

苦になる - обременять, беспокоить (ku ni naru)

苦り切る - нахмуриться (nigarikiru)

草 - трава (kusa)

干し草 - сено (hoshikusa)

水草 - водоросль (mizukusa)

草本 - трава, растение (kusahon, souhon)

草木 - растительность (soumoku)

本草 - ботанический (honzou)

野草 - полевые цветы (yasou)

草花 - трава и цветы (kusabana)

早い - ранний (hayai)

早々に - скоро, немедленно, сразу (sousou ni)

早世 - безвременная кончина (sousei)

早漏 - преждевременная эякуляция (sourou)

早足 - галоп, быстрый шаг (hayаashi)

早口 - скороговорка (hayakuchi)

早出 - ранняя явка на службу (hayade)

早立ち - раннее отправление (hayadachi)

早さ - быстрота, скорость (hayasa)

早める - поторопить, ускорить (hayameru)

早まる - ускориться, поторопиться (hayamaru)

お早うございます - доброе утро (ohayougozaimasu)

万 - десять тысяч (man)

万年 - десятки тысяч лет (mannen)

万雷の拍手 - гром аплодисментов (banrai no hakushu)

万世に - на все времена, вовеки (bansei ni)

万歳 - Ура! (banzai)

百万 - миллион (hyakuman)

バラ (薔薇) - роза (bara)

花 - цветок (hana)

花籠 - корзинка цветов (hanakago)

花見 - любование цветами (hanami)

花火 - фейерверк (hanabi)

火花 - искры (hibana)

花道 - помост на сцену (hanamichi)

花曇 - весенняя пасмурная погода (hanagumori)

団子 - рисовая лепёшка (dango)

桜 - сакура (sakura)

桜島 - вулкан Сакурадзима (sakurajima)

鹿児鳥 - город Кагосима (kagashima)

九州 - остров Кюсю (kyuushuu)

Так получилось, что в этом эссе будет много говориться о море, путешествиях и кораблях, поэтому ради тренировки в распознавании японских иероглифов рассмотрим несколько слов, так или иначе связанных с морской тематикой.

海女, 海人 (ама) - рыбачка, рыбак, водолаз. Так же назывались люди, жившие в древности на морских побережьях Японии и занимавшиеся мореплаванием и добычей морепродуктов.

海老 (эби) - рак, омар, креветка (морской старик)

海月, 水母 (курагэ) - медуза (морская луна, луна в море; мать воды).

海道 (кайдо:) - дорога, идущая по побережью.

近海 (кинкай) - прибрежные воды.

白海 (хаккай) - Белое море.

黒海 (коккай) - Чёрное море.

日本海 (нихонкай) - Японское море.

深さ (фукаса) - глубина.

深み (фуками) - глубь, пучина, глубина.[676]

深々と (фукабукато) - глубоко-глубоко.

水深 (суйсин) - глубина воды.

深海 (синкай) - глубокое море.

深海の (синкай но ...）- глубоководный.

深海線 (фукамисэн) - глубоководный кабель.

海水 (кайсуй) - морская вода.

海里 (кайри) - морская миля, узел.

四梅 (сикай) - весь мир (образно).

Примеры более чем наглядно демонстрируют, что в японском языке бок о бок со словами китайского происхождения сосуществует немалое количество исконно японских слов (ама, эби, курагэ), которые хоть и записываются с помощью китайских иероглифов, но от них практически не зависят.

Мы уже неоднократно сталкивались с ситуацией, когда вроде бы простые на вид символы после тщательного анализа оказывались совсем не тем, за что мы их принимали поначалу. Так себя ведёт, например, иероглиф 切 (резать), при взгляде на который ни у кого не вызывает сомнения, что он состоит из элементов 七 (семь) и 刀 (меч). Получается очень неплохая смысловая увязка: 切 - семь (七) раз отмерь, а мечом (刀) один раз отруби (切). Если это нехитрое наблюдение поможет кому-то более прочно запомнить данный иероглиф, то ему уже не понадобится знание того, что в данном случае элемент 七 символизирует не семёрку, а изогнутую или надломленную посередине линию (ленту, палку), перерезаемую или перерезанную неким предметом (горизонтальная поперечная линия), а меч (刀) вполне конкретно уточняет природу этого режущего предмета.

[切 - Резать СЭЦУ_киру 4 (刂 (18) меч)]

切る (киру) - резать, рубить.

寸々に切る (сундзун ни киру) - изрубить в мелкие кусочки.

飛び切り (тобикири) - чрезвычайно, в высшей степени.

飛び切りの (тобикири но...) - превосходный, исключительный.

電語を切る (дэнва о киру) - повесить трубку, разъединить (разрезать телефон).

言って電話を切った (иттэ дэнва о китта) - сказав (сказал и), повесил трубку.

抜手を切る (нукитэ о киру) - плавать сажёнками.

白を切る (сира о киру) - прикинуться незнающим, разыгрывать невинность.

切花 (кирибана) - срезанные цветы.

水切り (мидзукири) - форштевень (носовая часть корабля, режущая воду), а также бросание плоских камешков по поверхности воды.

石切 (исикири) - каменотёс.

切石 (кирииси) - блок.

切り抜く (киринуку) - вырезать.

切り抜き (киринуки) - вырезка, выдержка.

口を切る (кута о киру) - открыть, откупорить (банку, бутылку).

切り口 (кирикути) - разрез, пропил, место обреза.

切り立つた (киритатта) - крутой.

切り込む (кирикому) - врезаться, ворваться, вторгнуться, донять, задеть за живое.

首切り (кубикири) - увольнение, обезглавливание (казнь).

皮切り (кавакири) - начало, почин, зачинатель, инициатор.

切り下げ (кирисагэ)[677] - урезание, сокращение.

切り下げる (кирисагэру) - сократить, урезать, снизить,

切り付ける (кирицукэру) - всадить нож, ранить острым оружием, нанести удар.

思い切り (омоикири) - отказ от мысли, решимость, решительно, вволю, что есть мочи.

思い切る (омоикиру) - оставить мысль (о чём-то, о ком-то), выбросить из головы (из сердца, из памяти), решиться, отказаться, оставить (например, надежду).

思い切った (омоикитта) - смелый, отважный, решительный.

手切れ (тэгирэ) - разрыв отношений.

切手 (киттэ) - почтовая марка.

小切手 (когиттэ) - чек.

切地 (кирэдзи) - ткань, кусок ткани (отрез).

古切れ (фурукирэ) - тряпьё, обноски.

木切れ (кигирэ) - лучина, щепка.

寄せ切れ (ёсэгирэ) - лоскутья.

せ切れの (ёсэгирэ но ...) - лоскутный.

寄言する (сэцугэн суру) - горячо убеждать, твёрдо заявлять (сказать, как отрезать).

大切な (тайсэцу на) - важный, серьёзный.

Наконец-то пришло время ударить, понимаете ли, по животу... Вернее, не ударить, а взрезать, ведь согласно японским представлениям душа у человека располагается не в сердце, как у всех нас, а в животе, потому-то и делали себе самураи харакири, чтобы лишний раз продемонстрировать чистоту своей души.

腹切 (харакири) - харакири (резание живота).

Поменяем эти два иероглифа местами и снова получим то же самое «харакири», только более благородное на слух:

腹切 - харакири (резание живота).

切腹 - сэппуку (взрезанный живот).

Какая между 腹切 (харакири) и 切腹 (сэппуку) разница? Для нас с вами - никакой, а для древнеяпонских дворян «сделать харакири» звучало как-то слишком уж по-простолюдински, почти так же, как для нас «вспороть себе брюхо» или «выпустить кишки». Добровольно лишить себя жизни - это верный признак шизофрении, но лишить себя жизни таким способом - это в самурайской среде считалось мужественным актом, на который мог решиться далеко не каждый, а значит, это было делом исключительно благородных господ. Для того же, чтобы подчеркнуть возвышенную исключительность чего-нибудь эдакого «их-благородьского», у японцев всегда был «в кармане» приемчик, позволяющий им делать свою речь более высокопарной: китайский язык, в частности китайские словечки, это вам, знаете ли, не язык черни, его-с не каждому дано было выучить, а тем более научиться писать на нём, вот и появлялись в результате всякого рода исторических перипетий благородно-просторечные пары-синонимы, разницы между которыми сегодня или почти нет, или из пары осталось ходовым только одно слово, или какое-то из двух слов стало более литературным и изысканным, а другое получило более просторечный статус: 登山 (тодзан) и 山登り (яманобори), 歌手 (касю) и 歌う手 (утаутэ), 切腹 (сэппуку) и 腹切 (харакири).

Как правило, более возвышенными или литературными являются слова китайского происхождения, но только «как правило». С этой точки зрения, как уже отмечалось ранее, японское 美しい (уцукусий) и более изящно, и японским ухом воспринимается чуть более утончённо, чем простое почти китайское слово 綺麗な (кирэй на), и уж так повелось, что 綺麗な стало, может быть, чуть более разговорным синонимом японского прилагательного 美しい. С другой стороны, утверждать подобное со стопроцентной уверенностью - это взять на себя слишком большую ответственность, а японский язык такого к себе отношения в большинстве случаев не прощает.

[腹 - Живот ФУКУ_хара 13 (⺼ (130) мясо)]

Следует обратить внимание на роль «живота» в откровенно нефизиологических проявлениях:

腹の中で (хара но нака дэ) - в душе;

腹立つ (харадацу) - рассердиться;

腹立たしい (харадатасий) - раздражающий;

立腹 (риппуку) - гнев, ярость;

立腹る (риппуку суру) - рассердиться, негодовать;

腹の黒い (хара но курой), 腹黒い (харагурой) - злой, хитрый (как у нас человек с чёрным сердцем или с чёрной душой);

腹の大きい (хара но оокий) - великодушный, с широким взглядом на вещи (а не с большим животом);[678]

腹を見せる (хара о мисэру) - показать своё великодушие;

腹を探る (хара о сагуру)[679] - влезть в душу кому-либо.

Физиологических:

大きな腹をした (оокина хара о сита) - брюхастый, пузатый (сделавший большой живот);

腹下し (харакудаси) - понос;

腹下しをする (харакудаси о суру) - болеть поносом.

И абстрактно-ассоциативных:

山腹 (санпуку) - косогор, склон горы;

腹背 (фукухай) - перед и зад, фронт и тыл (живот и спина).

Самое трудное в запоминании кандзи «Живот» - это его изображение. Здесь мы встречаемся с четырьмя элементами, три из которых прекрасно подходят для объяснения его графики (肉 - мясо, 人 - человек, 日 - солнце). В начале стоит «мясо» - ливер он и есть ливер. Потом идёт раскрытый «человечек», внутри которого «солнышко», - весьма меткое замечание, ибо в человеческом теле всё тепло от живота, и солнце здесь как нельзя кстати. Правда, можно предположить, что раньше это было не олицетворением источника солнечного 日 тепла и энергии, а воплощением чистоты (белизны) души человеческой (白). Может быть и так, но нас это уже не должно беспокоить, потому что «солнце в животе» (источник энергии) - это как раз то, что нам нужно.

У нас серьёзные проблемы с нижним знаком (夂), трактовка которого вызывает довольно серьёзные затруднения. Вообще-то это 34-ый ключ, который частенько ассоциируют с зимой, поскольку кандзи 冬 (ТО:_фую_зима)[680] почти весь состоит из элемента 夂. Только ключ у «Зимы» не 夂, а 冫 (лёд), поэтому зиму можно визуально воспринимать как китайскую крышу (夂), с которой свисают ледяные сосульки 冫.

[冬 - Зима ТО:_фую 5 (冫 (15) лёд)]

冬枯れ (фуюкарэ) - зимнее увядание, унылый зимний вид.

立冬 (ритто:) - первый день зимы.

初冬 (сёто:) - начало зимы.

初冬に (сёто: ни) - в начале зимы.

В то же время элемент 夂 очень сильно похож на 35-ый ключ, который является ключом иероглифа 夏 (лето).

[夏 - Лето КА_нацу 10 (夊 (35))]

立夏 (рикка) - первый день лета.

初夏 (сёка) - начало лета.

初夏に (сёка ни) - в начале лета.

夏休み (нацуясуми) - летние каникулы.

夏服 (нацуфуку) - летний костюм.

Возвращаясь к «Животу» (腹) остаётся только добавить, что можно, конечно же, к нему привязать некие характеристики времён года (夏, 冬), но это уже будет выглядеть довольно несуразно. Куда проще, подключив образное восприятие, увидеть на месте не совсем понятного символа 夂 две ритуально скрещенные ноги, над которыми как раз в область живота входит короткий самурайский нож, специально предназначенный для совершения обряда сеппуку. Итак, слева мясо 肉 (как оно и должно быть, раз речь идёт о самой мясисто-ливерной части человеческого тела), справа наверху светлая и тёплая (как солнышко 日) часть человеческого (人) нутра, снизу - воткнутый в это нутро (аккурат над тем местом, откуда ноги растут) ритуальный нож. Вот и всё.

Совершившим сеппуку уготованы разные судьбы, но мы-то с вами знаем, что покойному, ставшему божеством, прямая дорога на небо. За «небо» в японском языке отвечают кандзи 天 и 空. Первый из них, по всей видимости, показывает, что каким бы человек себя большим не считал (大), что бы он о себе не мнил, а есть нечто, что всегда было, есть и будет выше его, и это нечто даже не небо, а небеса.

[天 - Небо ТЭН_тэн 4 (大 (37) большой)]

В четвертом эссе этот кандзи нами был сопоставлен по звучанию с кандзи 田 (ДЭН_та) - поле. ДЭН → ТЭН.

天の川 (тэн но кава) - Млечный путь.

天国 (тэнгоку) - Рай.

天国に行く (тэнгоку ни ику) - отправиться на тот свет.

天上 (тэндзё:) - небеса.

天下 (тэнка) - вся страна, весь мир (поднебесье).

九天 (кю:тэн) - небеса (девять небес)[681].

天山 (тэндзан) - Тянь-Шань.

お天道さま (о-тэнто: сама) - Солнышко.

天馬 (тэнба) - крылатый конь, Пегас.

天才 (тэнсай) - талант, гений.

天才的な (тэнсайтэки на) - гениальный.

痴人の天国 (тидзин но тэнгоку) - страна дураков; страна молочных рек и кисельных берегов (рай для идиотов).

奇想天外な (кисо:тэнгай на) - совершенно неожиданный, фантастический, оригинальный.

天地 (тэнти) - небо и зёмля, верх и низ, вселенная.

天日 (тэнпи) - солнечный свет.

От небесного «тэнпи» можно легко перейти к вполне земным вещам.

天火 (тэнпи) - духовка.

天井 (тэндзё:) - потолок.

露天の (ротэн но) - открытый, некрытый, без перекрытия[682].

雨天 (утэн) - дождливая погода.

天水 (тэнсуй) - дождевая вода.

曇天 (донтэн) - пасмурная погода.

曇天の (донтэн но ...) - пасмурный, облачный.

今日は曇天です (кё:ва донтэн дэс)[683] - Сегодня пасмурно (облачно).

野天で (нотэн дэ) - на открытом воздухе, вне дома.

天道虫 (тэнто:муси) - божья коровка.[684]

Интересное получается совпадение в восприятии маленького пятнистого жучка: в России он называется божьей коровкой, в Англии - птичкой Богоматери (ladybird), во Франции - божьим животным (bête à bon Dieu), жуком Девы Марии (mariankäfer) - в Германии и так далее и тому подобное[685]. Откуда такое единодушие? Возможно, это связано с тем, что жучок, взлетая с пальца или с тростинки, всегда выбирает дорогу в небо[686]. Отсюда и японское название: 天道虫 - насекомое, следующее путём небес. Но означает ли 天道 (тэнто:) именно дорогу в небо? Скорее, путь Небес или, если совсем уж точно, то судьба, провидение. Характерно, что в народных поверьях многих стран божья коровка является символом солнца и способна предсказывать если не судьбу, то, по крайней мере, продолжительность человеческой жизни, и это хороший повод поговорить о судьбе, но уже в более приземлённом плане.

Иероглиф 運 - это не армия 軍, растянувшаяся в ряд (連) по дороге (⻌), а гружённая всяческим скарбом тележка (車), которая катится по дороге (⻌). В японском языке к этому иероглифу привязываются два основных значения, первый из которых напрашивается сам собой: перевозить, переносить, тащить, двигать, передвигать, успешно идти, развиваться. Но во все времена поездка со скарбом (товаром, личным имуществом) всегда была сопряжена с большими опасностями. Каждый купец, отправляясь в дорогу, прекрасно осознавал степень риска, и ему ничего другого не оставалось, как уповать на свою судьбу. Отсюда и второе значение данного иероглифа - судьба.

[運 - Судьба УН_ун 12 (⻌ (162) дорога)]

[運 - Перевозить УН_хакобу 12 (⻌ (162) дорога)]

海連 (кайун) - морские перевозки, транспортировка морем.

水連 (суйун) - морские и речные перевозки.

運動 (ундо:) - движение, моцион, физкультура, деятельность.

運動する (ундо: суру) - двигаться, заниматься спортом.

戸外の運動 (когай но ундо:) - игры на открытом воздухе.

幸運 (ко:ун) - счастье, удача.

武運 (буун) - военная удача.

国運 (кокуун) - судьба страны.

不運 (фуун) - несчастье, несчастная судьба, горькая доля, злополучная судьба, невезение.

不運な (фуун на) - несчастный, злополучный, неудачливый.

運がよい (ун га ёй) - везёт.

運がよければ (ун га ёкэрэба) - если повезет, то ...

足を運ぶ (аси о хакобу) - направляться, ходить.

Слово «хакобу» запоминается очень легко: обычно товар и прочие грузы перевозят в коробках, а коробка по-японски - «хако»:

この箱を運んでください - Передвиньте, пожалуйста, ящик (коно хако о хакондэ кудасай).

[箱 - Коробка СО:_хако 15 (竹 (118) бамбук)]

箱 (хако) - ящик, коробка, футляр, сундук.

タバコ箱 (табакохако) - портсигар.

手箱 (тэбако) - шкатулка, ларец.

芥箱 (гомибако) - мусорный ящик (корзина, урна).

この箱の中に何かありますか (коно хако но нака ни нани ка аримас ка) - В этом ящике есть что-нибудь?

この箱の中に何がありますか (коно хако но нака ни нани га аримас ка) - Что находится в этом ящике?

Кандзи 箱 получает свой он «СО:» от кандзи 相, входящего в него на правах компонента. К сожалению, в своё время кандзи 相 по причине большого количества значений, слабо согласующихся с его графикой, оказался настолько расплывчатым в плане понимания, что его услуги по идентификации кандзи «Ящик» сейчас для нас практически бесполезны, и нам не остаётся ничего другого, как воспринять графический образ ящика таким, какой он есть. Итак, перед нами нечто, сделанное из деревянных (木) досочек (в элементе 目 в данном случае предпочтительнее будет видеть не глаз, а сколоченный из досок ящик) и закрытое сверху сплетенной из бамбука крышкой. Вот и всё, и никаких лингво-этно-семиотических тонкостей.

Обратите внимание, в Кандзявых эссе снова и снова поднимается один и тот же вопрос: можно ли вот так свободно распоряжаться иероглифическими элементами и подэлементами, уходя от общего смысла к игре с частностями, что нередко приводит к фактической подмене изначальных значений? И который раз в той или иной форме звучит один и тот же ответ: не только можно, но и, пожалуй, нужно. Мы уже неоднократно имели возможность убедиться, что многие символы, являясь составными элементами иероглифов, обозначают одно, а будучи самостоятельными иероглифами - совсем другое. Причём нередко они могут ещё и восприниматься не столько по смыслу, сколько по особенностям графического восприятия. Характерным тому примером является новый для нас кандзи 霜 (иней, мороз).

Перебрав все значения кандзи 相 (министр, взаимный, черты, вид), очень трудно увязать их с инеем или морозом. Зато, если разбить графический элемент 相 ещё на более мелкие подэлементы, то станет очевидным тот факт, что иней - это явление, имеющее по своей физической природе непосредственное отношение к дождю (雨), вернее, капелькам воды в атмосфере, которые при низких температурах (морозе) концентрируются на ветках деревьев (木), благодаря чему их можно видеть невооружённым глазом (目)[687].

[霜 - Иней, мороз СО:_симо 17 (雨 (173) дождь)]

霜天 (со:тэн) - морозное небо.

風霜 (фу:со:) - ветер и мороз (в некоторых случаях символизирует трудности и испытания).

Чтобы увидеть то наше голубое небо, которое чуть ближе, чем небеса, нам необходимо познакомиться ещё с одним кандзи.

[穴 - Яма, дыра, пещера КЭЦУ_ана 5 (穴 (116) яма)]

穴 (ана) - дыра, отверстие, углубление, нора, пещера, берлога, щель, трещина, недостача, пробел. Как тут не вспомнить ещё и анальное отверстие... Смех смехом, но в очень просторечном варианте 穴 (ана) - это ещё и зад.

毛穴 (кэана) - пора (в коже).

大穴 (ооана) - большое отверстие (дыра, яма).

衣服の穴 (ифуку но ана) - прореха на платье.

土竜の穴 (могура но ана) - кротовая нора.

穴子 (анаго) - морской угорь.

抜穴 (нукэана) - потайной ход.

施下の抜穴 (тика да нукэана) - подземный ход.

風穴 (кадзаана) - вентиляция.

穴道 (анамити) - штольня, штрек, подземная галерея.

穴居 (кэккё) - пещерная жизнь.

穴居する (кэккё суру) - жить в пещере.

穴居人 (кэккёдзин), 穴居者 (кэккёся) - пещерный человек

Нам кандзи 穴 интересен ещё тем, что при простом добавлении к нему «дерева» и «воды» получается кандзи 深 (СИН_фукай_глубокий), который, как мы и предполагали в самом начале книги, представляет собой прощупывание (простукивание) деревянным шестом некоего заполненного водой пространства для определения его глубины. Но если деревянной палкой ударить, уколоть, толкнуть сильнее обычного, то ненароком можно пробить дыру (穴) довольно больших (大) размеров.

[突 - Ударять(ся), толкать ТОЦУ_цуку 8 (穴 (116) яма)]

Тоцу → тоц-тоц → тук-тук → туку → цуку.

突く (цуку) - ударять, ударяться.

突き (цуки) - толчок, удар, укол.

突破 (топпа) - прорыв, превышение.

突破口 (топпако:) - место прорыва.

突破する (топпа суру) - прорывать, преодолевать, переходить (через горы), превышать, выходить за пределы, побивать (рекорд).

突風 (топпу:) - порыв ветра, шквал, порывистый ветер.

突入 (тоцуню:) - вторжение.

突出 (тоссюцу) - выступ.

突出する (тоссюцу суру) - выступать, выдаваться вперёд.

突き出る (цукидэру) - выдаваться вперёд, торчать.

突き出す (цукидасу) - выставлять, высовывать.

突き立つ (цукитацу) - торчать.

突発 (топпацу) - вспышка, порыв.

突き付ける (цукицукэру) - подносить, класть перед глазами.

小突く (кодзуку) - трясти, мучить.

突込む (цуккому) - (в)сунуть, втолкнуть, воткнуть, погрузить.

頭を突っ込む (атама о цуккому) - совать нос (совать голову).

彼と彼女は何にでも頭を突っ込みました (карэ то канодзё ва нан ни дэ мо атама о цуккомимасита) - Он и она всюду совали свой нос.

[空 - Небо КУ:_сора 8 (⻌ (162) дорога)]

[空 - Пустой, полый КУ:_кара 8 (⻌ (162) дорога)]

空 (пустота, небо) происходит от пустой ямы 穴, в которую определённо кто-то провалился.

天空 (тэнку:) - небеса. Любителям японской мультипликации, возможно, известен мультипликационный фильм под названием 天空の城ラピュタ (тэнку: но сиро[688] рапюта) - «Небесный замок Лапута», поставленный в 1986 году знаменитым мультипликатором Хаяо Миядзаки[689].

空手 (каратэ), 空手道 (каратэдо:) - каратэ.

空手で (каратэ дэ) - с пустыми руками, голыми руками.

空の (кара но ...) - пустой, полый, вакантный, свободный.

空にする (кара ни суру) - опорожнить, выкачать, выпустить, высыпать, вылить, осушить (сделать пустым).

空に欣る (кара ни нару) - опорожниться, опустеть (стать пустым).

初空 (хацудзора) - небо первого дня в году.

空泣きする (соранаки суру) - проливать притворные слезы, притворно плакать.

空涙 (соранамида) - притворные (крокодиловы) слёзы.

空々しい (сорадзорасий) - притворный, пустой, ложный.

空耳 (сорамими) - обман слуха, ослышка.

それは彼女の空耳です (сорэ ва канодзё но сорамими дэс) - Она ослышалась (это у неё обман слуха).

空言 (сорагото) - пустая болтовня.

空死にする (сорадзи ни суру) - притвориться мёртвым.

空所 (ку:сё) - пустое место.

空白 (ку:хаку) - вакуум (в прямом и переносном смысле), пробел (в тексте), поля (в книге), пустое (свободное) место.

空地 (ку:ти) - пустой участок земли, свободная земля.

中空の (тю:ку: но ...) - полый.

空発 (ку:хацу) - холостой выстрел, холостой заряд.

林空 (ринку:) - просека, прогалина.

空車 (ку:ся) - порожний автомобиль или вагон, порожняк.

空腹 (ку:фуку) - пустой желудок, голод.

空腹な (ку:фуку на) - голодный.

空想 (ку:со:) - фантазия, пустая мечта, воображение[690].

空襲 (ку:сю:) - воздушный налёт.

空雷 (ку:рай) - воздушная торпеда.

空路 (ку:ро) - авиалиния, воздушная трасса.

空路で (ку:ро дэ) - самолётом, воздушным путём.

空電 (ку:дэн) - атмосферное электричество, атмосферные помехи.

空軍 (ку:гун) - военно-воздушные силы, авиация.

陸海空軍 (рикугайку:гун) - сухопутные войска, морской флот и авиация.[691]

雪空 (юкидзора) - погода, предвещающая снег (снежное небо).

心も空に (кокоро мо сора ни) - на седьмом небе от счастья; с отсутствующим видом (даже сердце на небе).

女心と秋の空 (оннагокоро то аки но сора) - Женское сердце и осеннее небо (легко переменчивы).

Японские пословицы не только бьют «не в бровь, а в глаз», но ещё и крайне справедливы, о чём свидетельствует ещё одна японская пословица:

男心と秋の空 (отокогокоро то аки но сора) - ...

И, наконец, одно из самых знаменитых японских изобретений XX века: 空才ケ (караокэ) - караоке.

Родину караоке можно назвать с точностью до города. Как гласит одна из легенд, в какой-то вечер в середине семидесятых годов двадцатого века у хозяина одного из кафешек в городе Кобе (神戸, ко:бэ) лопнуло терпение и он решил специальным магнитофонным устройством заменить нерадивого гитариста, из-за прогулов которого не мог исполнять песни штатный 歌手. Хозяин обратился за помощью к 30-ти летнему талантливому музыканту 井上大佑 (иноуэ дайсукэ[692]), и тот разработал музыкальный ящик, в котором хранилось несколько записей музыкальных сопровождений наиболее популярных на то время песен. Музыка была записана без сольного исполнения, и данное устройство Дайсукэ назвал 空オケ (караокэ) - 空 (пустой) и オーケストラ[693]. Оттуда всё и пошло.[694]

Слово karaoke даже внесено в один из самых консервативных словарей в мире - Оксфордский. К сожалению, 并上大佑さん не запатентовал своё изобретение, поэтому он не получает от него никакой выгоды, хотя справедливости ради следует отметить, что в 2004 году ему была вручена «Антинобелевская премия» (Ig Nobel Prizes), вручаемая за самые дурацкие, смешные и, казалось бы, бесполезные изобретения. Господин Иноуэ был назван «человеком, открывшим людям новый способ учиться терпимости по отношению друг к другу».

Что же касается нахождения в одном слове и иероглифов, и знаков азбуки Катакана, то оно вполне допустимо и встречается не так уж и редко, но иероглиф в таком окружении, согласитесь, выглядит слегка неуклюже. Наверное, так кажется не только нам, поэтому слово «караоке» чаще записывают полностью знаками азбуки Катакана: カラオケ.

В завершение пустой темы ещё несколько чтении кандзи 空.

空き (аки) - пустота, вакантное место, пустой промежуток.

空地 (акити) - пустырь, пустошь, пустая земля.

空く (аку, суку) - быть пустым, быть свободным.

空ける (акэру) - опорожнять, опустошать.

お腹が空きました (о-нака га сукимасита) - Я проголодался (у меня опустел желудок).

Последний пример интересен ещё тем, что в нём использовано разговорное название живота (お腹, о-нака).

И последнее... Грешно было бы упустить возможность познакомить читателя ещё с одним иероглифом, представляющим собой абсолютно точную схему «волчьей ямы»:

[穽 - Волчья яма, западня СЭЙ_отосиана 9 (穴 (116) яма)]

«Волчья яма» (отосиана) может быть записана как посредством одного кандзи (穽), так и с помощью двух (落とし穴)[695].

Некоторые из читателей, наверное, полагают, что многие толкования иероглифов, о которых шла речь в Кандзявых эссе, автором брались исключительно из его 頭 (головы), воспалённой 奇想天外な (бредовыми) 空想 (фантазиями)? Как видите, это не совсем так. Именно иероглиф 穽 представляющий собой план хитроумного сооружения, основу которого составляет глубокий колодец 井 (СЭЙ_и), прикрытый неустойчивым настилом (冖) с накиданными поверх него предметами (宀), демонстрирует правомерность и правомочность многих предположении, сделанных в этой книге. Сами посудите: наступив лапами (八) на замаскированный настил (宀) коварной западни (穽), в подобие вырытого колодца (井) должно провалиться неосторожное животное. Именно поэтому знак 穴 (яма) изначально нами рассматривался как яма, в которую можно провалиться ногами, а знак 空 (пустой) - как символ того, что этот провал обеспечивается пустотой, которую обнаруживают под собой ноги. Что же касается иероглифа 穽, то он подчёркивает уже не просто наличие пустоты в яме, а глубокой пустоты, которую может обеспечить только некоторое подобие колодца (井).

Как и было обещано в начале, в этом эссе много говорилось о море и о небе, теперь же наступила пора поговорить о судах, бороздящих эти бескрайние просторы. В японском языке имеется несколько иероглифов со значением «корабль», но все они берут свое происхождение от обыкновенной «лодки».

[舟 - Лодка СЮ:_фунэ 6 (舟 (137) лодка)]

小舟 (кобунэ) - лодка, шлюпка, ялик.

箱舟 (хакобунэ) - ковчег (например, Ноев).

舟歌 (фунаута)[696] - песня моряков.

舟打 (сю:ко:) - судоходство, плавание.

В кандзи 舟 интересны и его он, который своим звучанием напоминает шелест струящейся за бортом воды (СЮ:), и довольно точно передающая особенности строения лодки графика. Но стоит только в иероглифе верхнюю чёрточку перетащить вниз, то получится... иероглиф 母 (мама). Случайное ли это совпадение или нет? Наверное, сейчас с абсолютной уверенностью это уже никто не сможет выяснить, но небезынтересен тот факт, что в английском языке, в котором все неодушевленные предметы обозначаются неопределённым местоимением It (это), есть одно наводящее на определённые мысли исключение. В Англии испокон веков о кораблях говорят не It (это), a She (она), при этом всё равно о каких кораблях идёт речь: о гражданских или военных, об океанских лайнерах или атомных подводных лодках, о «Петре Великом» или «Анне Карениной» - ко всем им обращаются и всех их называют «она». Что это? Как к этому относится? О чём это говорит? Не о том ли, что корабль для моряка - единственное прибежище в море-океане, единственная надежда, единственное спасение, островок земли, часть дома, кров и защита, то, ценность и значимость чего возрастает в трудную минуту до бесконечности, то, что может сравниться только с самым единственным на свете и дорогим человеком, началом всех начал и основой всей жизни - мамой. Так что, похоже, древние китайцы и здесь задали тон всему миру, закодировав в иероглифах 舟 и 母 удивительную по своей глубине символьную связь.

[母 - Мать БО_хаха 5 (毋 (80) мать)]

母 (хаха), 母さん (каасан), お母さん (о-каасан) - мама.

母国 (бококу) - родина, отечество.

母国語 (бококуго) - родной язык.

母音 (боон) - гласный звук.

空母 (ку:бо) - авианосец, авиаматка.

Но вернёмся к нашим «кораблям». Поставим на лодку 舟 китайский домик с изогнутыми вверх черепичными краями крыши и получим настоящий корабль, готовый выйти в море.

母船 (босэн) - обеспечивающее судно.

船団 (сэндан) - караван судов, флотилия, флот.

船中で (сэнтю: дэ) - на борту корабля.

客船 (кякусэн) - пассажирский пароход.

船客 (сэнкяку) - пассажир судна.

船客の (сэнкяку но ...) - пассажирский.

船虫 (фунамуси) - корабельные черви.

船路 (фунадзи) - морской путь, курс корабля, рейс.

船路を行く (фунадзи о ику) - ехать пароходом, морем.

船出 (фунадэ) - отплытие, отход.

船出する (фунадэ суру) - отплыть, отчалить.

船足 (фунааси) - скорость судна.

飛行船 (хико:сэн) - дирижабль.

風船 (фу:сэн) - воздушный шар, аэростат.

船尾 (сэмби) - корма (хвост корабля).

船首 (сэнсю) - нос корабля (голова корабля).

船頭 (сэндо:) - старший на судне (голова корабля).

船台 (сэндай) - стапель (подставка для корабля).

船腹 (сэнпуку) - судовое помещение для груза, тоннаж.

船のデツキ (фунэ но дэкки)[697] - палуба.

船窓 (сэнсо:)[698] - иллюминатор.

«Корабль-призрак» - ещё одна известная в России с советских времён работа Хаяо Миядзаки (1969 год):

空飛ぶ幽霊船 (сора тобу ю:рэйсэн) - летящий по небу корабль-призрак[699].

Как уже отмечалось, значением «корабль» обладают несколько кандзи. Есть смысл познакомиться ещё с одним из них, тем более, что запомнить его совершенно нетрудно: 舶 - белый корабль (совсем как современный круизный лайнер) или корабль с чем-то белым (например, корабль под белыми парусами).

[舶 - Судно ХАКУ_(-) 11 (舟 (137) лодка)]

船舶 (сэнпаку) - судно, суда, торговый флот, корабли.

Поставим-ка и мы парус на нашу лодочку, чтобы получить иероглиф, овеянный романтикой дальних морских путешествий.

[航 - Идти (о судне) КО:_ко:суру 10 (舟 (137) лодка)]

航する (ко:суру) - идти (о судне).

航海 (ко:кай) - мореплавание, навигация, рейс.

航行 (ко:ко:) - судоходство, навигация.[700]

休航する (кю:ко: суру) - стоять на приколе, не ходить (о судах).

航空 (ко:ку:) - авиация, воздухоплавание.

航空術 (ко:ку:дзюцу) - техника воздухоплавания.

航空船 (ко:ку:сэн) - воздушное судно.

航空士 (ко:кухи) - авиационный штурман.

航空者 (ко:ку:ся) - воздухоплаватель, авиатор, лётчик.

航空腹 (ко:ку:фуку) - лётный костюм, комбинезон.

航路 (ко:ро) - рейс, курс, морской путь.

初航海 (хацуко:кай) - первый выход в море, первый рейс.

出航する (сюкко: суру) - отправиться в плавание.

Во все времена у людей были корабли (кораблики, лодки), поэтому для любого государства порт всегда имел, имеет и будет иметь немаловажное значение.

[港 - Порт, гавань КО:_минато 12 (氵 (85) вода)]

Немного созвучно с «микадо» (император Японии) - 御門 или 帝.

港 (минато) - порт.

海港 (кайко:) - морской порт.

軍港 (гунко:) - военный порт.

港口 (ко:ко:) - вход в гавань (в порт).

湖港 (коко:) - порт на озере.

奇港 (кико:)[701] - заход в порт.

寄港する (кико: суру) - заходить в порт.

出港する (сюкко: суру) - выйти из порта.

外港 (гайко:) - внешний рейд.

空港 (ку:ко:) - аэропорт.

Минуло прошлое, суда совершили скачок от мореплавания к воздухоплаванию, а порты как были портами, так ими и остались, но не только морскими и речными, а ещё и воздушными - главными воротами во все страны мира. Такими самыми известными воздушными воротами Японии стал сегодня аэропорт Нарита.

成田空港 (наритаку:ко:) - аэропорт Нарита.

Из аэропортов 空港 (ку:ко:) вылетают самолёты самых разных компании, в числе которых и самолёты компании 日本航空 (нихонко:ку: - Японские авиалинии, Japanese Air Lines, JAL), и самолёты アエロフロート・ロシア航空 (аэрофуро:то, росиако:ку: - Аэрофлот, Российские авиалинии).

Но изначально порты были всё-таки только морскими, поэтому-то в иероглифе 港 (порт) и присутствует «вода» (氵). Кстати, если уж на то пошло, элемент 巷 - это обыкновенный перекресток, а значит, порт (港) - это перекрёсток 巷 на воде (水).

[巷 - Перекрёсток КО:_тимата 9 (己 (49) цутиното)]

С современной точки зрения, довольно трудно дать какое-либо достоверное толкование иероглифу 巷. Если разложить его на те элементы, которые в нём различаются с первого взгляда, то мы получим 共 (КЁ:_томо-ни_вместе)[702] и либо знак 己 (цутиното) - 6-ой циклический знак (младший брат земли)[703], а также «онорэ» (сам), либо знак 已 (СИ_ми) - тоже шестой знак, но только не «стволой», а «ветвяной», который обозначает змею. С этими элементами можно придумать какую-нибудь интересную образно-смысловую композицию, но лучше остановиться на таком варианте, который позволил бы нам не только легко запомнить этот знак, но также в последующем легко его воспроизвести. К счастью, иероглиф 巷, обладая значительной графической образностью, сам по себе является исключительной по своей художественной выразительности миниатюрой: перед нами две пересекающиеся широкие дороги, по одной из которых в направлении к месту их пересечения уползает змея.

Вот мы и подошли вплотную к расшифровке пословицы, вынесенной в качестве эпиграфа в начало этого эссе. Попробуем посмотреть, что нам здесь знакомо, а что нет.

«Старшие на судне...» (сэндо:...)[704]. Дальше следует какое-то «та-та-та», в том плане, что иероглиф 多 напоминает нагромождение знаков азбуки Катакана タ (ТА)... И завершает пословицу фраза: «корабль на гору взбирается» (фунэ яма ни нобору). У нас здесь всего-навсего один незнакомый иероглиф - тот самый «та-та-та».

[多 - Быть в большом количестве ТА_оой 6 (夕 (36) вечер)]

Понять и запомнить кандзи 多, к счастью, очень просто: ОН - «ТА» (как того и следовало ожидать), значение - «быть в большом количестве», кун - «оой» (о-о-о-ой, как много здесь этих «та»; о-о-о-о-ой и много же лун 月 прошло с тех пор; о-о-о-ой, как много вечеров 夕 потратим на эту работу).

石の多い (иси но оой) - каменистый.

人口の多い (дзинко: но оой) - густонаселённый.

雨の多い (амэ но оой) - дождливый.

日本は山の多い国 (нихон ва яма но оой куни) - Япония - страна горная.

バラの花を好む人が多い (бара но хана о коному хито га оой) - Многие любят розы (людей, которые любят розы, много).

言葉の多い (котоба но оой) - болтливый.

葉の多い (ха но оой) - покрытый листьями.

葉の多い木 (ха но оой ки) - дерево, покрытое листвой.

思いの多い (омои но оой) - памятный.

多肉 (танику) - мясистость.

多大の (тадай но) - огромный, значительный, серьёзный, большой.

多年 (танэн) - много лет.

多年の (танэн но ...) - многолетний.

多芸の (тагэй но ...) - многосторонний, разносторонний.

多幸な (тако: на) - счастливый.

ご多幸を祈ります (го-тако: о иноримас)[705] - Желаю вам счастья и благополучия!

多才 (тасай) - многосторонний талант, даровитость, разносторонний ум, талантливость.

多才の (тасай но) - имеющий многосторонний талант, даровитый.

2004年は台風で雨が多かったです (нисэнёнэн ва тайфу: дэ амэ га оокатта дэс) - В 2004 году из-за тайфунов было много дождей (2004 год из-за тайфунов был богат на дожди).

А теперь произнесите пословицу вслух и попробуйте её перевести. Вот только какую русскую пословицу или поговорку можно сопоставить с ней в качестве аналога? Трудно сказать... Может быть, у семи нянек дитя без глазу?

[切 - Резать SETSU_kiru 4 (刂 (18) меч)]

[腹 - Живот FUKU_hara 13 (⺼ (130) мясо)]

[冬 - Зима TOU_fuyu 5 (冫 (15) лёд)]

[夏 - Лето KA_natsu 10 (夊 (35))]

[天 - Небо TEN_ten 4 (大 (37) большой)]

[運 - Судьба UN_un 12 (⻌ (162) дорога)]

[運 - Перевозить UN_hakobu 12 (⻌ (162) дорога)]

[箱 - Коробка SOU_hako 15 (竹 (118) бамбук)]

[霜 - Иней, мороз SOU_shimo 17 (雨 (173) дождь)]

[穴 - Яма, дыра, пещера KETSU_ana 5 (穴 (116) яма)]

[突 - Ударять(ся), толкать TOTSU_tsuku 8 (穴 (116) яма)]

[空 - Небо KUU_sora 8 (⻌ (162) дорога)]

[空 - Пустой, полый KUU_kara 8 (⻌ (162) дорога)]

[穽 - Волчья яма, западня SEI_otoshiana 9 (穴 (116) яма)]

[舟 - Лодка SHUU_fune 6 (舟 (137) лодка)]

[母 - Мать BO_haha 5 (毋 (80) мать)]

[船 - Судно, лодка SEN_fune 11 (舟 (137) лодка)]

[舶 - Судно HAKU_(-) 11 (舟 (137) лодка)]

[航 - Идти (о судне) KOU_kousuru 10 (舟 (137) лодка)]

[港 - Порт, гавань KOU_minato 12 (氵 (85) вода)]

[巷 - Перекрёсток KOU_chimata 9 (己 (49) цутиното)]

[多 - Быть в большом количестве TA_ooi 6 (夕 (36) вечер)]

KA - 夏, 花, 何, 下, 歌, 火 (natsu, hana, nan/nani, shita, uta, hi)

SOU - 霜, 箱, 想, 相, 草, 早 (shimo, hako, omou, ai, kusa, hayai)

SETSU - 切, 雪 (kiru, yuki)

TOU - 冬, 頭, 豆, 島, 刀, 灯, 吋, 登 (fuyu, atama, mame, shima, katana, hi, inchi, noboru)

TO - 土, 途 (tsuchi, -)

FUKU - 腹, 蝠, 服 (hara, -, fuku)

UN - 運, 雲, 云 (hakobu, kumo, iu)

SEI - 穽, 成, 世, 歳, 井 (otoshiana, naru, yo, toshi, i)

SHUU - 囚, 秋, 襲, 舟, 州 (toravare, aki, osou, fune, shuu)

SHU - 手, 首 (te, kubi)

SEN - 船, 千, 線, 泉, 腺, 川 (fune, sen, sen, izumi, -, kawa)

HAKU - 舶, 泊, 白 (-, utsu, shiroi)

KOU - 巷, 港, 航, 尻, 高, 幸, 口, 好, 行 (chimata, minato, kousuru, shiri, takai, sachi/saiwai, kuchi, suku, iku)